Тлеющий огонь сепаратизма. Не хотелось бы, чтобы Россия наступила на те же грабли, что и СССР

Тлеющий огонь сепаратизма. Не хотелось бы, чтобы Россия наступила на те же грабли, что и СССРНа днях президент Владимир Путин утвердил концепцию общественной безопасности России до 2020 года. Согласно документу основными источниками угроз для РФ являются коррупция, межнациональные конфликты, экстремизм и техногенные катастрофы. Эти проблемы действительно взрывоопасны и в любой момент могут спровоцировать кризисную ситуацию, подобную той, которая наблюдалась в СССР в 1988-1991 годах.

Старые грабли


Правда, озабоченность вызывает намерение российских чиновников разрешать межнациональные конфликты теми же методами, что и в СССР. В России, как некогда в Союзе, преодолевать межнациональную рознь в основном предполагается мероприятиями, которыми можно без труда отчитаться перед вышестоящими органами...

При этом продолжаются безуспешные попытки убедить россиян в том, что этноконфликты в РФ носят не национальный, а бытовой характер. Это порочная практика, дискредитировавшая себя ещё во времена СССР.

Не секрет, что сегодня сепаратистские настроения наблюдаются в ряде регионов Российской Федерации. Во многих случаях они усугубляются религиозным экстремизмом, носителями которого являются даже некоторые священнослужители, прежде всего, муфтии. Приведу лишь один пример.

В недавно опубликованном в «Столетии» интервью заслуженного художника России Елены Безбородовой «В Сирии я побывала на Отечественной войне», рассказывается, что в настоящее время муфтии для России готовятся в антироссийски настроенной Саудовской Аравии. Естественно, муфтий, получивший там заряд русофобии, будет распространять её среди верующих мусульман Российской Федерации.

Понятно, что перенести подготовку муфтиев в Дамаск, как было раньше, по причине военных действий в Сирии нереально. Но продумать меры по исправлению такого положения крайне необходимо.

Вспомним печальный советский опыт. Как известно, ряд горбачевских перестройщиков, действия которых обусловили распад СССР, прошли стажировку в США по программе сенатора Фулбрайта.В 1958 году первооткрывателями такой переподготовки стали аспирант Академии общественных наук при ЦК КПСС, будущий «архитектор» перестройки Александр Яковлев и старший лейтенант КГБ, по легенде филолог, Олег Калугин. Итог стажировки Яковлева и Калугина известен…

Всего же за советский период переподготовку в США прошли почти полторы сотни молодых перспективных советских ученых. Это немного, но следует учитывать, что речь идет о людях, заметных и влиятельных в своих областях и профессиях. Среди них историки академики РАН Николай Болховитинов и Александр Фурсенко, филологи Михаил Гаспаров и Владимир Катаев, декан факультета журналистики МГУ Ясен Засурский и др.

О степени влияния советских проповедников американского образа жизни, подготовленных по программе Фулбрайта, говорят следующие факты. Яковлев явился тем членом Политбюро ЦК КПСС, который прикрываясь защитой коммунистических идей, всё сделал для того, чтобы они ушли в небытие.

Андрей Фурсенко, сын вышеупомянутого Александра Фурсенко, став российским министром образования, сумел внедрить в российскую школу порочный американский лозунг «Воспитать грамотного потребителя!», последствия которого Россия уже пожинает.

Без сомнения, антироссийски настроенные муфтии в регионах России, исповедующих ислам, в общественном плане не менее значимы, чем вышеназванные «фулбрайтовцы». Если продолжать игнорировать их влияние, то страну могут ждать серьезные коллизии.

Тбилиси-1956, Каунас-1972

В связи с вышесказанным следует рассказать о тех межнациональных конфликтах, которые напомнили Союзу о тлеющем огне межнациональной розни и сепаратизма.

В марте 1956 года в Грузии, спустя неделю после ХХ съезда КПСС, произошли массовые националистические выступления. Это было связано с докладом Хрущева о культе личности Сталина на этом съезде. В Грузии, соответственно, запретили отмечать годовщину смерти советского вождя.

В Тбилиси это вызвало протесты студенческой молодежи. Она стала массово возлагать цветы и венки к монументу Сталина. ЦК Компартии Грузии дал команду прекратить изготовление и продажу венков. Это еще больше подогрело страсти и умножило ряды защитников памяти вождя.

5 марта у монумента Сталина собрались тысячи тбилисцев и начался многодневный митинг, который вскоре приобрел националистическую окраску. На митинге критиковали не только Москву и Хрущева, но и призывали к независимости Грузии. Этого следовало ожидать, так как грузинские националисты считали, что в феврале 1925 года Грузия якобы была «оккупирована большевистскими силами России».

В Тбилиси были введены войска. Но митинг не прекращался. 9 марта на нем появилась группа воинствующих экстремистов. Они стали призывать захватить Дом связи с тем, чтобы по радио обратиться к мировым державам за поддержкой митингующих. В итоге многотысячная толпа ворвалась в Дом связи, смяв посты дежуривших на входе солдат Советской Армии.

Выше первого этажа здания митингующим прорваться не удалось, но накал страстей был неописуем. Это привело к жертвам. Разъяренная толпа прижала солдат к стене, а один из экстремистов, пытаясь завладеть оружием, надавил вилкой на горло солдата. Тот инстинктивно нажал на курок автомата. В результате - 21 жертва. Так трагически завершились события в Тбилиси. 10 марта митинг прекратился. Город, казалось бы, перешел к обычному ритму жизни. До 1988 года.

Тбилисская ситуация в советских СМИ была преподнесена как хулиганские проявления. В силу этого надлежащие выводы не были сделаны. Спорные вопросы установления советской власти в Грузии остались под запретом. В итоге к 1988 году националистические настроения в республике обрели новых сторонников.

Особо следует сказать о протестных настроениях в Литве. Они продолжались в 1944-1956 годах, когда в литовских лесах действовали так называемые «партизаны» или «miškiniai» (лесные). Правда, партизанами их трудно назвать, так как борьбу они вели не против «советских оккупантов», а против литовцев, решивших начать новую жизнь.

За 12 лет «лесные» Литвы не сумели совершить ни одной серьезной диверсии, не уничтожили ни одного крупного партийного или советского чиновника, не отбили ни одного эшелона с литовцами, которых депортировали в Сибирь. Разве можно их сравнить с партизанами Белоруссии, Украины или Франции?

Вместе с тем следует признать, что протестные настроения в Литве, особенно среди молодежи, были всегда. В дни праздников довоенной буржуазной Литовской республики на улицах регулярно появлялись трехцветные флаги.

Всплеск националистических настроений произошёл в 1972 году. 13 мая того года в Каунасе у фонтана возле Музыкального театра на центральной улице - Лайсвес аллее (аллея Свободы), сжег себя учащийся вечерней школы Ромас Каланта.

Он оставил запись: «В моей смерти прошу винить исключительно политическую систему». Каланта умер на следующий день. Его смерть вызвала двухдневные волнения каунасской молодежи. Она вышла на улицы, выкрикивая лозунги: «Свободу Литве! Русские, убирайтесь!».

И вновь советские власти и СМИ преподнесли эти волнения как хулиганство. Ни Москва, ни Вильнюс так и не озаботились тем, чтобы разъяснить спорные страницы советско-литовской истории. Формирование мировоззрения молодого поколения по-прежнему было предоставлено литовской семье.

Между тем каждая третья семья в Советской Литве имела родственников за границей: в США, Канаде, Англии, Германии, Бразилии. В начале 1960-х годов в Литву валом пошли посылки от зарубежных родственников. В них была модная одежда, пластинки и т. д. Для литовской молодежи эта была визитная карточка привлекательного и якобы беззаботного западного образа жизни. Соответственно, она вызывала негативное отношение к будням советской жизни.

Перестройка. Алма-Ата-1986

Горбачевская перестройка, снявшая все запреты, принесла массовые публичные выступления на национальной почве. Первым в этом плане о себе заявил Казахстан. В декабре 1986 году в Алма-Ате произошли массовые волнения студенческой молодежи, переросшие в волнения на национальной почве.

Недовольство молодежи вызвало назначение первым секретарем ЦК Компартии Казахстана русского Колбина Геннадия Васильевича вместо отправленного в отставку казаха Кунаева Динмухамеда Ахмедовича. Но на самом деле они имели более глубинную природу.

В советский период в Казахской ССР параллельно развивались два основных этноса: казахи и русские. Русскоговорящее население, достаточно многочисленное и в своё время создавшее всю промышленную инфраструктуру Казахстана, было сосредоточено в крупных городах. Казахи в основном жили в небольших городах и деревнях.

ЦК КПСС, проводя в Казахстане кадровую политику, сделал ставку на русскоязычных. Считалось нормальным назначение на руководящие посты русских, не имевших никакого отношения к республике и не знавших язык и историю Казахстана. Казахи воспринимали это как русификацию республики. Молодая национальная элита не хотела мириться с таким положением. Последней каплей, переполнившей чашу терпения, стало назначение Колбина.

Выступления начала небольшая группа казахской молодёжи, которая 16 декабря вышла на улицы Алма-Аты с требованиями отставки Колбина. Москва дала указание разогнать демонстрантов. В ответ 17 декабря на площадь имени Брежнева перед зданием ЦК КП Казахстана вышли уже толпы молодёжи, возглавляемые активными национал-патриотами.

Плакаты митингующих гласили: «Требуем самоопределения!», «Каждому народу — свой лидер!», «Положить конец великодержавному безумию!».

Далее в течение двух дней в Алма-Ате и Караганде продолжались беспорядки, которые были подавлены силами армейских подразделений. О размахе беспорядков говорят следующие цифры: правоохранителями было задержано 8500 человек, тяжёлые телесные повреждения получили более 1700 человек. Погибло три человека, а 99 были осуждены и приговорены к различным срокам заключения.

В начале 1987 года ЦК КПСС принял постановление, в котором происшедшее квалифицировалось как проявление казахского национализма. Однако в дальнейшем под влиянием политической конъюнктуры позиция центральных властей изменилась. Надлежащих выводов из событий в Алма-Ате Кремль так и не сделал. Это показала трагедия Сумгаита.

Сумгаит

Массовые беспорядки на национальной почве в городе Сумгаите Азербайджанской ССР (25 км от Баку) произошли 27—29 февраля 1988 года. Фактически это был антиармянский погром. Поводом стало заявление депутатов Наго́рно-Караба́хской автоно́мной о́бласти от 20 февраля 1988 года о выходе области из состава Азербайджана и присоединении к Армении.

Заявление породило в Азербайджане слухи о том, что в Нагорном Карабахе армяне массово убивают и изгоняют азербайджанцев. Распространением этих слухов, как потом было установлено, занимались провокаторы. Но Горбачев в этой взрывоопасной ситуации ограничился лишь дежурным Обращением к народам Азербайджана и Армении,

В ответ на это обращение в Сумгаите начался митинг азербайджанцев, на котором зазвучали призывы отомстить армянам. К вечеру 27 февраля выступления с трибун переросли в действия. Сотни митингующих, подогретые призывами и спиртными напитками, раздаваемыми бесплатно с грузовиков, начали громить квартиры армян и убивать их хозяев, адресами которых они странным образом располагали.

Москва хранила молчание. Наконец, 29 февраля полк внутренних войск МВД СССР и курсанты Бакинского общевойскового училища сумели приостановить вакханалию убийств в Сумгаите. Однако полностью ситуацию в городе удалось взять под контроль лишь после введения туда морских пехотинцев и десантников. О серьезности ситуации свидетельствует то, что в ходе наведения порядка ранения получили 270 военнослужащих.

Всего же за три дня беспорядков в Сумгаите были разгромлены сотни квартир армян, десятки человек были убиты, значительная часть из них были заживо сожжёны после избиений и пыток, сотни ранены. Реальные цифры жертв неизвестны до сих пор.

29 февраля 1988 года Политбюро ЦК КПСС признало, что массовые погромы и убийства в Сумгаите осуществлялись по национальному признаку. Однако 18 июля того же года на заседании Президиума Верховного Совета СССР Горбачев исключил тему межнациональной розни из своего выступления.

Попутно генсек снял с себя ответственность за сумгаитскую трагедию, заявив, что её не было бы, если бы войска не опоздали на три часа. Одним словом, виновата армия, а не Горбачев, который почти двое суток предпочитал не замечать развитие ситуации в Сумгаите. Вот так!

Соответственно, следственная группа Прокуратуры СССР основными мотивами преступлений в Сумгаите назвала не межнациональную рознь, а «хулиганские побуждения».
Следователи также отвергли доказательства подготовки к погрому. Сумгаитские события были представлены советской общественности как нарушения общественного порядка.

Такой подход следствия исключил возможность выявления подлинных организаторов сумгаитской трагедии. Единого общего судебного процесса по этим событиям не проводилось. Дело было разбито на 80 эпизодов и рассматривалось в судах различных городов Союза. Настоящие виновники кровавых событий так и остались не наказанными.

Это породило у националистов разных мастей уверенность в том, что насилие является эффективным средством решения межнациональных вопросов. Что и показало дальнейшее развитие ситуации в Союзе.

Тбилиси-1989

Межнациональная ситуация в Союзе усугубилась, когда в 1987-1988 гг. был реализован план Яковлева – Горбачева по созданию в национальных республиках так называемых народных движений в поддержку перестройки. Эти движения были призваны подвинуть на общественно-политическом поле КПСС. Однако в реальности они стали прибежищем для разного рода националистов и сепаратистов, которые, спекулируя на идеях национального возрождения, быстро захватили там ведущие позиции.

В 1987-1988 гг. в Грузии был создан целый ряд неформальных общественных объединений. Их организаторами являлись 3. Гамсахурдиа, М. Костава, И. Церетели, Г. Чантурия и др. В качестве основных целей эти объединения провозглашали: свержение в Грузии советской власти, выход Грузинской ССР из состава СССР и содействие процессам распада Союза.

В 1988 году грузинские сепаратисты активизировались. Они организовали и провели около 30 несанкционированных митингов, манифестаций и политических забастовок. В этой связи в феврале 1989 года некоторых из них были арестованы. Но из Москвы пришло указание освободить «борцов за независимость». Получив такой карт-бланш, сепаратисты перешли к массовым публичным акциям.

5 апреля 1989 года они организовали митинг у Дома правительства в Тбилиси. Через сутки там митинговало уже свыше 5 тысяч человек.

На митинге было принято обращение к президенту и Конгрессу США, к странам НАТО, в котором предлагалось рассмотреть вопрос Грузии в ООН, признать советскую оккупацию Грузии и оказать ей помощь в выходе из СССР.

6 апреля на площади появились лозунги: «Долой коммунистический режим!», «Долой русский империализм!», «Долой Советскую власть!». Митингующие также сформировали отряды из бывших воинов-«афганцев» и спортсменов, вооруженных металлическими прутьями и цепями.

Создалась реальная угроза захвата митингующими Дома правительства и власти в республике. 7 апреля руководство ЦК Компартии Грузии обратилось в ЦК КПСС с просьбой направить в Тбилиси дополнительные силы МВД и Минобороны СССР. Прилетевший поздно вечером 7 апреля из зарубежной поездки Генсек Горбачев прямо в аэропорту Внуково-2 дал поручение бывшему первому секретарю ЦК КП Грузии, а в то время министру иностранных дел СССР Э. Шеварднадзе и секретарю ЦК КПСС Г. Разумовскому вылететь в Тбилиси.

Однако, по свидетельству Виктора Михайловича Чебрикова, бывшего главы КГБ СССР, а позднее секретаря ЦК КПСС генсек одновременно предложил Шеварднадзе и Разумовскому подумать, когда им лететь? Весьма странный совет, учитывая, что ситуация в Тбилиси уже была крайне взрывоопасной.

Осознавая опасность ситуации, 8 апреля вечером к митингующим обратился Патриарх Грузии Илия с просьбой: «Братья и сестры, покиньте площадь, не доводите дело до применения силы». Но будущий президент независимой Грузии Звиад Гамсахурдия вырвал у него из рук микрофон и закричал: "Пусть прольется кровь!" Толпа ответила: "Пусть прольется кровь!"

Вечером 8 апреля командующий войсками Закавказского военного округа И.Н. Родионов получил приказ от министра обороны Д.Т. Язова к утру 9 апреля очистить от митингующих проспект Руставели и взять под охрану государственные объекты.

После событий Горбачев утверждал, что Язов отдал приказ на применение военной силы в Тбилиси по собственной инициативе. Но в 1999 году, незадолго до своей смерти , В. Чебриков раскрыл тайну. В своём последнем интервью корреспонденту Е. Жирнову Виктор Михайлович рассказал, что он лично «докладывал Горбачеву обстановку и запрашивал санкцию на применение войск в Тбилиси». Горбачев дал добро, а потом разыграл святое неведение». («Трибуна», 27.07.2001).

К вечеру 8 апреля ситуация в Тбилиси стала критической. Причем руководители митинга постоянно получали секретную информацию о том, какие меры в отношении них планирует предпринять Москва. Узнав, что готовится силовая акция, они заблокировали все подходы и подъезды к проспекту Руставели «КамАЗами», груженными щебнем и со спущенными шинами.

В результате, когда в 4 часа утра 9 апреля 1989 года войска попытались вытеснить митингующих с проспекта Руставели, возникла страшная давка, в которой от механической асфиксии (вывод судебно-медицинской экспертизы) погибли 18 человек, из них 16 женщин. Ситуацию усугубили боевики Гамсахурдии, вооруженные дубинками и арматурой, которые усугубляли эту давку, повсеместно устраивая рукопашные схватки с солдатами.

Однако виновными за гибель людей сделали советских десантников, которые саперными лопатками якобы рубили женщин. С таким «диагнозом» в 10 часов утра 9 апреля в Тбилиси появились упомянутые ранее Шеварднадзе и Разумовский. Где они были почти 1,5 суток до той поры, так и осталось тайной.

Первый зам. председателя КГБ СССР Ф.Д. Бобков возразил против утверждения Шеварднадзе, сославшись на кинофильм, снятый операторами КГБ на площади у Дома Правительства.

Документальные кадры свидетельствовали, что саперными лопатками солдаты лишь защищали головы от летящих из толпы камней и бутылок.

Добавлю, что по поводу кинофильма и саперных лопатки Бобков лично звонил Анатолию Александровичу Собчаку, председателю комиссии Верховного Совета СССР, разбиравшейся в тбилисской трагедии. Тот заверил Бобкова, что в выводах комиссии о лопатках нет речи. Но на заседании ВС Союза ССР и I Съезде народных депутатов СССР тема саперных лопаток прозвучала как истина. Советской Армии, КГБ и советской власти был нанесен первый смертельный удар. Без сомнения, правда о тбилисских событиях была известна Горбачеву. Тем более, что он получил исчерпывающую справку от Генпрокурора СССР Н. Трубина.

Молчание Горбачева в момент, когда шельмовали Армию и КГБ, означало одно. Он сознательно добивался подрыва авторитета советской власти, армии и КГБ. А в его окружении не нашлось человека, который обнародовал бы предательскую позицию главы партии.

Ну, а то, что гибель людей в Тбилиси была следствием позиции Горбачева, допустившего развитие ситуации до критической, не вызывает сомнений.

Баку-1990

После сумгаитского погрома отношения между азербайджанцами и армянами стали крайне напряженными. 12 января 1990 года по бакинскому телевидению прозвучало заявление представителей Народного Фронта Азербайджана о том, что Баку заполнен бездомными азербайджанскими беженцами из Карабаха, а тысячи армян живут в комфортных квартирах.

На следующий день в Баку на площади Ленина собрался многотысячный митинг, На нем звучали лозунги «Слава героям Сумгаита», «Да здравствует Баку без армян». К вечеру часть митингующих начала семидневный антиармянский погром. Как и в Сумгаите, погромщики целенаправленно шли по городу, прекрасно ориентируясь - в каких квартирах проживали армяне.

Действия погромщиков отличались изощренной жестокостью. Однако расквартированные в городе войска МВД СССР и части Советской Армии получили указание из Москвы не вмешиваться в происходящее, ограничиваясь только охраной правительственных объектов.

17 января сторонники Народного фронта Азербайджана начали непрерывный митинг перед зданием ЦК Компартии республики, перекрыв к нему все подходы. К этому времени Народный фронт контролировал ряд регионов Азербайджана. В республике шло антисоветское восстание.

19 января 1990 года Указом Президиума ВС СССР в Баку было введено чрезвычайное положение. В ночь с 19 на 20 января Горбачев дал согласие на ввод в Баку частей армии и КГБ СССР. В ходе уличных боев военнослужащих с боевиками Народного Фронта погибло 134 и было ранено более 700 жителей Баку.

Несколько слов по поводу заявлений о несоразмерности силовых действий советских военнослужащих в Баку. Хорошо рассуждать на эту тему, сидя в кабинете. А теперь представьте себе молодых ребят, ночью вступающих в незнакомый город, в котором у них пытаются отнять оружие или поджечь технику?! Их реакция вполне предсказуема.

Для сравнения напомню, что в апреле этого года американские власти к поимке двух братьев Царнаевых привлекли в Бостон несколько тысяч полицейских, спецназовцев и бронетехники. Весь город напоминал военный лагерь, живущий по законам военного времени.

Улицы города были пусты. Жителям Бостона в период силовой акции было строжайше приказано не покидать домов. Зная логику поведения американских полицейских и солдат «сначала стреляй, потом разбирайся», не вызывает сомнения, что любой появившейся на улицах города мог быть уничтожен.

Но вернемся в Баку. Введение войск в город нанесло сильнейший удар по позициям советской власти и Коммунистической партии в Азербайджане. Десятки тысяч азербайджанских коммунистов публично сожгли свои партбилеты. 22 января население Баку хоронило жертв трагедии. Они были захоронены как герои борьбы за независимость в парке им. С.М. Кирова, позже переименованного в Аллею шахидов.

Силовая операция стала трагедией и для русских, живших в Азербайджане. Баку в январе 1990 году кипел ненавистью к «русским». На многих домах появились надписи «Русские - оккупанты!», «Русские - свиньи!». В течение 1990 года русских стали повально выселять из квартир. Суды на их обращения не реагировали.

А что же наш генсек? Он вновь остался в стороне, заявив, что войска в Баку вошли по приказу Язова и Крючкова, как бы забыв при этом, что Указ о введении чрезвычайного положения в Баку подписывал он сам.

Напомню также заседание Политбюро по тбилисской трагедии, состоявшееся 24 апреля 1989 года. Тогда Горбачев строжайшим образом запретил министру обороны СССР Д. Язову и председателю КГБ СССР В. Крючкову без решения Политбюро использовать армию и спецназ в гражданских делах.

Тем не менее, после Баку никаких оргвыводов в отношении «самовольщиков» не последовало. Более того, 28 апреля 1990 года президент Горбачев своим Указом присвоил Язову звание Маршала Советского Союза! Абсолютно ясно, что Язов и Крючков в Баку выполняли указания Горбачева.

Далее кровавое колесо межнационального насилия покатилось по Союзу: Душанбе (февраль 1990 г.), Ош (июнь 1990 г.).


Но Кремль и Горбачев предпочитали скрывать правду о вышеназванных межнациональных разборках. Они не стали предметом серьезного разговора и на XVIII съезде КПСС, состоявшемся в июне-июле 1990 года.

Уголовные дела на эту тему, как правило, «спускали на тормозах». В результате, националисты уверовали в свою безнаказанность. Особенно ярко это проявилось в Литовской ССР.

Вильнюс-1991

Создав в июне 1988 года с подачи Кремля и КГБ Литовское Движение за перестройку («Саюдис»), литовские сепаратисты буквально в течение нескольких месяцев подмяли под себя все властные структуры республики. Отчетно-выборную осеннюю кампанию 1988 года в первичных, городских и районных партийных организациях в основном выиграли представители «Саюдиса».

После этого Компартия стала инструментом «Саюдиса» в решении вопросов обретения Литвой независимости. Уже с октября 1988 года на 90% коммунистический Верховный Совет Литовской ССР стал послушно принимать декларации и законы, формировавшие правовое поле для выхода Литвы из СССР.

ЦК КПСС и Горбачев бесстрастно наблюдали за процессами укрепления позиций сепаратистов в Литве. Налицо явная аналогия с развитием ситуации в Грузии и Азербайджане, что свидетельствует об осознанной тактике Горбачева и его окружения.

Наконец, победив в феврале-марте 1990 года на выборах в Верховный Совет Литовской ССР, саюдисты на первом же заседании провозгласили восстановление независимого Литовского государства. Между тем, Ландсбергис, давая интервью английской газете «Дейли мейл» (07.04.1990) заявил «Запад должен понять, что Горбачев сам позволил сложиться такой ситуации. Он в течение двух лет наблюдал за ростом нашего движения за независимость. Он мог бы остановить его в любой момент. Может он этого хотел или хочет сейчас. Но он его не остановил».

Обретя власть, саюдисты сделали ставку на разжигание межнациональной розни в республике, так как это способствовало сплочению литовской нации. К январю 1991 года межнациональная ситуация в многонациональном Вильнюсе стала критической. Тогда в Москве решили взять под контроль Дом печати, а также республиканское радио и телевидение, разжигавшие межнациональную рознь.

Планы Москвы так же, как это было в Грузии и Азербайджане, становились моментально известными литовским сепаратистам. В Литве Центр, а точнее Горбачев, вновь допустил доведение ситуации до критической.

Только в ночь с 12 на 13 января 1991 года, когда стратегические объекты в Вильнюсе были окружены многотысячными толпами митингующих, из Москвы последовал приказ на силовую акцию.

И что характерно. В Тбилиси, с 1,5-суточным опозданием уже после событий прилетели представители президента СССР Э. Шеварднадзе и Г. Разумовский. А в Вильнюс, до которого 1 час 20 мин. лёта из Москвы, комиссия ВС СССР, возглавляемая зам. Председателя Верховного Совета СССР Николаем Ивановичем Дементеем летела 20 часов. Странное повторение, наводящее на грустные размышления.

Странно также, что при проведении силовой акции в Вильнюсе печальный опыт Тбилиси и Баку был проигнорирован. Сепаратисты же подготовились отменно. Стрелки, размещенные на крышах домов, окружающих телебашню и на самой телебашне, после появления военной колонны с десантниками, открыли огонь по толпе митингующих и военнослужащим. Помимо этого жертвами наездов танков были представлены люди, погибшие в городских автокатастрофах.

В итоге военнослужащие Советской Армии и спецгруппы КГБ СССР «А» уже рано утром 13 января 1991 года были обвинены в гибели 13 и ранении 48 жителей республики. Вскоре стало ясно, что вильнюсская трагедия нанесла сокрушительный удар по авторитету Советской Армии и КГБ.

Вышеизложенное позволяет с уверенностью полагать, что сепаратизм и межнациональную рознь в СССР можно было пресечь, если бы это происходило своевременно, опираясь на силу Законов СССР, подкрепленных умелой пропагандистской работой, раскрывающей суть спорных исторических вопросов межнациональных отношений, и, конечно, без камуфлирования национализма бытовым хулиганизмом.

Однако, когда националистический сепаратизм в Союзе разгорелся, как лесной пожар, остановить процесс было невозможно.

Вина за такое развитие ситуации в Союзе ССР, всецело лежит на генсеке и Президенте Михаиле Сергеевиче Горбачеве, который сознательно вел дело к распаду СССР.
Автор:
Владислав Швед
Первоисточник:
http://www.stoletie.ru/
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

25 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти