Москва – Дамаск: декабрь 1943-го…СССР стоял у истоков независимости Сирии и Ливана

Москва – Дамаск: декабрь 1943-го…СССР стоял у истоков независимости Сирии и ЛиванаВ Ливане День независимости официально отмечается с 22 ноября 1943-го. Через месяц того же года, 23 декабря, Франция предоставила полное внутреннее самоуправление Сирии (обе страны были французским протекторатом Левант после распада Османской империи). Но едва ли не решающую роль в обретении Ливаном и Сирией независимости сыграл СССР.

Таким образом, даже в годы Великой отечественной войны наша страна помогла предотвратить интервенцию союзных с СССР держав в некоторые их колонии и протектораты, способствуя, тем самым, соблюдению права народов на самоопределение и независимость. Хотя США, Великобритания, другие страны полагали, что борьба с фашистской Германией и ее сателлитами не позволит СССР проводить активную внешнюю политику. Тем более - препятствовать военно-политическим акциям союзников не в прифронтовых регионах мира. Реалии оказались другими.

Скажем, в середине декабря 1942 г., – в то самое время, когда развивалось советское контрнаступление под Сталинградом, - НКИД СССР выступил с заявлением в поддержку независимости и территориальной целостности Албании, в связи с британскими планами ее раздела между Грецией и Югославией, включая получение Лондоном военных баз в албанских адриатических портах. А установление дипломатических отношений СССР в военный период с такими, например, странами, как Ирак, Египет, Сирия, Ливан, Эфиопия, Куба, Чили показывало, что Советский Союз по-прежнему проводит внешнюю политику, что называется, по всем азимутам. И отнюдь не намерен ограничивать сферу своих геополитических интересов. Тому подтверждением, повторим, - сирийско-ливанский кризис в ноябре-декабре 1943 года.



После распада Османской империи (1918-1919 гг.) Ливан вместе с Сирией стали французским протекторатом под названием «Левант». Однако движение за независимость там постоянно нарастало.

В середине июня 1941 года генерал Жорж Катру от имени деголлевской «Сражающейся Франции» провозгласил отмену режима французского протектората в отношении Сирии и Ливана. Но в связи с продолжением войны здесь были оставлены деголлевские и британские войска, а также французская администрация (хотя ее полномочия с июня 1941-го были ограничены).

К этому же времени прогерманские власти и войска Леванта, подчиненные маршалу Петэну, главе прогерманского «правительства» Виши, капитулировали перед войсками Великобритании и «Сражающейся Франции». Тем самым был сорван германско-итальянский план 1940 года по созданию крупного ближневосточного плацдарма в составе Турции и Леванта для военно-политических операций на Ближнем и Среднем Востоке против антифашистской коалиции.

5 ноября 1943 г. правительство Ливана внесло в национальный парламент на обсуждение законопроект, предусматривавший провозглашение полного суверенитета Ливана. Этот документ был поддержан сирийской стороной. Предусматривалось, например, исключительное право президента Ливана на заключение международных соглашений; создание национальной армии; отказ от признания французского языка «единственно государственным»; на введение национальной валюты и т. п. Ливанский парламент 8 ноября подавляющим большинством голосов одобрил законопроект.

По аналогичному пути пошли и в Сирии. Можно сказать, на основе ливанского опыта 28 ноября 1943 г. сирийский парламент приступил к обсуждению об исключении из Конституции страны статьи 116, по которой французские власти имели право распускать парламент, менять правительство и приостанавливать действие Конституции. Вскоре парламент Сирии утвердил исключение этой статьи, и Франция, представленная деголлевскими властями в Дамаске, 23 декабря 1943 г. передала правительству страны большинство административно-управленческих функций.

Некоторые турецкие и ближневосточные СМИ небезосновательно отмечали, что в Леванте стремятся ускорить получение независимости, пользуясь растущим авторитетом СССР, разногласиями между де Голлем и Черчиллем, а также ослаблением международных позиций Франции.
Но французская сторона сперва не пошла на уступки. 11 ноября 1943 г. генеральный делегат (эмиссар) Франции в Сирии и Ливане генерал Элле по указанию де Голля объявил Ливан на военном положении, распустил парламент и правительство, арестовал ливанского президента Бишара аль-Хури, премьер-министра Риада ас-Сольха, ряд влиятельных министров (Пьера Жмайеля, Камиля Шамуна) и парламентариев. Важное стратегическое положение Ливана, в частности, наличие там крупных транзитных портов, контролируемых в тот период Францией, не позволяло Парижу одновременно «уходить» из Сирии и Ливана, то есть из Восточного Средиземноморья. Тем более, что к некоторым ливанским портам планировалось подвести в 1944-1947 гг. новые транзитные нефтепроводы с Аравийского полуострова, из Ирака и британского (до июня 1961 г.) Кувейта.

Между тем, в Ливане из-за упомянутых действий французской стороны начались массовые беспорядки, которые стали распространяться в соседние районы Сирии, включая столицу. Причем с некоторыми антифранцузскими группами в этих странах установили связи британская и турецкая разведки. В контексте данных тенденций в ходе бесед в НКИД СССР с деголлевскими представителями в Москве в тот период (Роже Гарро, Раймоном Шмиттленом) советская сторона отметила неприемлемость таких действий в Ливане, было заявлено, что ситуация может быстро перекинуться на Сирию. Такое развитие событий, по мнению Москвы, серьезно ослабит не только южный фланг антигитлеровской коалиции, но и в целом роль Франции в завершающем периоде мировой войны. Кроме того, французской стороне было известно о планах Вашингтона и Лондона полностью вытеснить Францию с Ближнего и Среднего Востока, да и из числа мировых держав.

Уже в середине ноября 1943 г. британский посланник в Бейруте вручил генералу Элле (тоже в Бейруте) совместный протест Великобритании и ее доминионов против действий Франции в Ливане. Одновременно госдепартамент США вручил аналогичный протест представителям де Голля в Вашингтоне. Такие «ходы», естественно, вынудили Францию не только пойти на уступки в Ливане, но и не позволили ей действовать столь же агрессивно в Сирии в 1943-1944 годах.

Однако если Вашингтон и Лондон в основном протестовали против французских действий в этом регионе, то Москва, подчеркнем, делала акцент на поддержке стремления Ливана и Сирии к независимости.

Так, НКИД СССР в конце ноября 1943-го направил телеграмму ливанскому правительству, в которой заявлял о признании права Ливана на независимость и о его, вместе с Сирией, важной роли в борьбе против фашистских агрессоров. СССР, как видим, подвигал Ливан к обретению независимости и одним из первых в мире, уже в ноябре 1943-го, фактически признал его независимость. В этой связи небезынтересна официальная оценка тех событий посольством РФ в Ливане: «…В 1943 г. СССР одним из первых признал независимость Ливана. В августе 1944 г. были установлены дипломатические отношения на уровне миссий». Поэтому французскими эмиссарами в Ливане и Сирии отмечались рост влияния местных коммунистов, призывы надеяться на национальное самоопределение и на поддержку СССР, но не Англии или США.

Столкнувшись с такой ситуацией, де Голль был вынужден уступить. К 21-22 ноября 1943 г. все репрессивные действия деголлевских властей в Ливане были прекращены, и уже 22 ноября ливанский парламент вместе с представителем де Голля генералом Ж. Катру объявил о независимости страны от Франции. А затем, 23 декабря того же года, Франция заключила соглашение с Сирией, а также с Ливаном, согласно которому Париж, подтверждая их независимость, передавал с 1 января 1944 года местным властям почти все управленческие функции французских администраций.

Стремление к активному сотрудничеству с СССР в середине 1940-х, в том числе под влиянием советской антиколониальной позиции в отношении Сирии и Ливана, охватывало всё большее число арабских стран и политических движений.

Скажем, основатели движения арабского возрождения - Мишель Афляк и Салах ад–Дин Битар, ставшего впоследствии (1947) Партией арабского социалистического возрождения в Сирии и Ираке, заявляли в 1944 г., что «арабам не подобает проявлять враждебность к такому великому государству, как Советский Союз, который с момента своего возникновения проявлял симпатию в отношении народов, борющихся за свою независимость». По их мнению, «цель состоит в установлении дружественных отношений с Советским Союзом на основе заключения с ним официальных межправительственных соглашений».

Что касается дальнейшего развития советско-ливанских и советско-сирийских связей и оценки роли СССР в получении этими странами независимости, то отметим, что официальные советско-ливанские и советско-сирийские дипломатические отношения были установлены в конце июля - начале августа 1944 г. В телеграмме ливанского МИД в связи с их установлением говорилось, что этот факт «…соответствует глубоким устремлениям ливанской нации, испытывающей величайшее восхищение великолепным героизмом народов Советского Союза. Ливанский народ убежден, что советская внешняя политика основана на уважении… принципов, несовместимых с попытками завоевания и господства».

Схожее мнение высказывала и сирийская сторона. 21 июля 1944 г. министр иностранных дел Сирии Джамиль Мардам обратился к В.М. Молотову с предложением об установлении дипломатических отношений между двумя странами. Сирийский министр отмечал, что «…движимая своим восхищением перед советским народом … Сирия, которая только что после долгих усилий и громадных жертв увидела торжественное признание своего международного существования, …была бы счастлива поддерживать в этом качестве с СССР дружественные дипломатические отношения».

Москва уже 26 июля ответила согласием. А в конце октября 1944-го первый президент Сирии Шукри аль–Куатли заявил, что «Сирия, со своей стороны, постарается сделать всё для сохранения хороших отношений с СССР, основанных на дружбе и сотрудничестве».

27 февраля 1945 г. Ливан и Сирия объявили войну Германии, получив, таким образом, право на участие в Учредительной конференции Организации Объединенных Наций в Сан-Франциско.

Но еще в мае 1945 г., во время Сан-Францисской конференции по учреждению ООН, Франция попыталась сохранить свои войска, не полностью выведенные из Сирии и Ливана, в ряде районов этих стран. Особенно в тех, что примыкают к Средиземному морю, включая сирийские порты Тартус и Латакия. Тем самым, Франция спровоцировала новый военный конфликт в бывшем своем Леванте.

Немаловажная причина этих действий Парижа в 1945-1946 гг. состояла и в том, что сирийские власти выступали за воссоединение Сирии с одним из приграничных средиземноморских районов Турции (так называемый Александреттский санджак), переданным французскими властями Турции в конце 1938 г. В Дамаске считали, что Франция произвольно распорядилась частью сирийской территории, поэтому либо Париж должен пересмотреть соответствующее решение, либо Сирия самостоятельно будет добиваться воссоединения с этим районом. Вдобавок со второй половины 1940-х компаниями США и Великобритании началось строительство новых трансаравийских нефтепроводов, причем один из них намечалось вести (что и было реализовано в начале 1960-х) через Сирию к портам района, оспариваемого Сирией у Турции. Этот фактор, повторим, не мог не спровоцировать попыток Франции сохранить своё присутствие в Сирии. Но все оказалось напрасно. Создание упомянутых трубопроводов было завершено именно после «ухода» Франции из Сирии и Ливана. А под воздействием Вашингтона и Лондона в 1945-1947 гг. Дамаск, что называется, понизил градус претензий на Александретсский район Турции. Правительство СССР 2 июня 1945-го направило правительствам Великобритании, Франции, США и Китая Обращение, где отмечалось, что «вооружённые столкновения между Францией, Сирией и Ливаном - тремя членами организации Объединённых наций - не соответствуют целям конференции, происходившей в Сан-Франциско». Отмечалось также, что «…на территории Сирии и Ливана происходят военные действия; находящиеся там французские войска вошли в столкновение с сирийскими и ливанскими, производя артиллерийский и минометный обстрел, а также обстрел с самолетов столицы Сирии - города Дамаска...» Исходя из интересов международной безопасности, советское правительство указывало, что «должны быть приняты срочные меры к тому, чтобы прекратить военные действия в Сирии и Ливане и уладить возникший конфликт мирным порядком…».

Такая позиция Москвы отрезвляюще подействовала на Францию, и к 1947 г. ее войска были полностью выведены из Сирии и Ливана.

Стратегическую роль СССР в получении Ливаном и Сирией независимости и в выводе оттуда иностранных войск подчеркивал и генсек объединенной компартии Сирии и Ливана Халед Багдаш в своих выступлениях на XIX (октябрь 1952 г.) и XX (февраль 1956 г.) съездах КПСС. Таким образом, СССР стоял у истоков государственной независимости Сирии и Ливана. Даже в тяжелые военные годы Советский Союз присутствовал на Ближнем Востока и в других регионах мира. Чем не урок для современной России?
Автор: Алексей Балиев
Первоисточник: http://www.stoletie.ru/


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 3
  1. 311овэ 28 декабря 2013 15:11
    Хорошо написано,спасибо за интересную информацию! hi
  2. knn54 28 декабря 2013 20:55
    И сегодня мешает Русь всемирной кабале.
  3. kirgudu 29 декабря 2013 17:21
    Главное чтобы Сирию сейчас сохранить. Будут нашими преданнейшими союзниками.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня