Провал элиты Российской империи в «Великой войне» (1914-1917 гг.)

К началу первой мировой войну у всех держав были сформированы цели и задачи, т. е. то, что они хотели получить в результате войны.

Австрийской военной элите и банкирам Вены хотелось после Боснии и Герцеговины захватить сербские земли.

В Париже мечтали вернуть захваченные Пруссией в 1871 году Эльзас и Лотарингию, взять реванш за позорное поражение в франко-прусской войне.


Лондон хотел сохранить свою колониальную империю, сокрушить сильного промышленного конкурента – Германию. Не допустить создания сильного германского военного флота. Германские линейные корабли обладали лучшей артиллерией, бронёй и живучестью, чем английские, а по числу основных боевых единиц флоты Германии и Британии должны были сравняться в 1918-1920 гг.

В Берлине мечтали дать урок французской военщине, и хотели получить часть английских и французских колоний, стать первой державой мира, сломав «хребет» Англии и решив «французский вопрос» - часть территории подлежала оккупации (северо-восток).

Италия также хотела расширить свои владения и колонии или за счёт Франции (сначала дружили с Берлином) или за счёт Австро-Венгерской империи.

Мировое закулисье планировало сокрушить Германскую и Русскую империю, столкнув их между собой. Они мешали США стать первой державой, а Штаты в это время стали основным центром управления планетой. Также хотели утилизировать Османскую, Австро-Венгерскую империи, как исчерпавшие свои задачи.

Провал элиты Российской империи в «Великой войне» (1914-1917 гг.)


Планы российской элиты

Только у Российской Империи не было чёткого плана – для чего мы будем воевать, зачем нам эта война. Фактически, в этот период российская «элита» выродилась, она не обладала (в подавляющем своём большинстве) стратегическим мышлением. Плана глобализации по-Русски не было.

Хотя у Российской империи в предшествующий период были государственные деятели с «космическим» мышлением. Император Николай II не выстроил чёткую программу развития империи ни во внутренней политике, ни во внешней. Фактически он только реагировал на события или делал под влиянием каких-либо лиц, не пытаясь даже что-то планировать, выстраивать долгосрочную стратегию.

Так, Франция стала нашим союзником в 1891-1893 гг. в результате решения Александра III, который не отдал французов на растерзание Германии. Хотя Берлин несколько раз пытался развязать новую войну, но Петербург его «одёргивал». Но «миротворец» заключил союз с Францией не только с целью остановить агрессивные устремления Берлина. Союз с Францией имел и антианглийскую направленность, Россия и Франция в конце 19 века несколько раз оказывались на грани войны с Лондоном.

В начале 20 века русско-французский союз себя изжил, Франция его нарушила, не поддержав Российскую империю в войне с Японией, союзником которой была Англия, заняв позицию холодного нейтралитета. Париж трактовал спорные вопросы международного права в пользу Токио.

После поражения в войне с Японией, Николай вступил в союз с Англией, нашим злейшим врагом, который только что помогал Японии в войне с нами. Хотя Берлин в ходе этой войны слал чёткие сигналы, заняв позицию дружеского нейтралитета, что готов на союз. Вместо того, чтобы порвать союз с Парижем и заключить стратегический союз с Германией, Петербург начал подготовку войны с немцами. С Берлином у нас не было таких противоречий, как между Лондоном и Берлином, Парижем и Берлином. Мелкие таможенные споры решались в течении дней.

Хотя в империи были умнейшие люди, которые предостерегали императора. Еще в феврале 1914 года видный государственный деятель, бывший министр внутренних дел Петр Дурново подал Николаю II обширный доклад. В нем он сделал великолепный анализ с далеко идущими выводами. Подчеркивалось, что даже победа над немцами не даст России ничего ценного: «Познань? Восточная Пруссия? Но зачем нам эти области, густо населенные поляками, когда и с русскими поляками нам не так легко управиться?..» Галиция? Это, отметил Дурново, рассадник опасного «малоросского сепаратизма».

Вместе с тем «заключение с Германией выгодного торгового договора вовсе не требует предварительного разгрома Германии». Наоборот, в случае такового разгрома «мы потеряли бы ценный рынок». К тому же Россия попала бы в «финансовую кабалу» к своим кредиторам-союзникам. Берлину также война с Российской империей не нужна; она сама могла бы отторгнуть от России только малоценные для нее, густо населенные области: Польшу и Остзейский край.

В итоге: «В стране начнутся революционные выступления… Армия, лишившаяся наиболее надежного кадрового состава, охваченная в большей части стихийно общим крестьянским стремлением к земле, окажется слишком деморализованной, чтобы послужить оплотом законности и порядка. Законодательные учреждения и лишенные авторитета в глазах населения оппозиционно-интеллигентские партии будут не в силах сдержать расходившиеся народные волны, ими же поднятые, и Россия будет ввергнута в беспросветную анархию, исход которой не поддается даже предвидению».

То есть из-за глупости российской «элиты» империя была втянута в войну с государством, которое должно было быть нашим стратегическим союзником, в войну, которая 100%-но приводила к разрухе и революционизации общества, давала хорошие шансы российским масонам на переворот.

Хотя все спорные вопросы с Германием могли быть решены чисто в «семейном кругу», император регулярно ездил в Германию к любимому кузену и прочим немецким родственникам. В 1913 году для России в Германии заложили два крейсера: «Адмирал Невельский» и «Граф Муравьев-Амурский».

Но давление Лондона и Парижа для части русских капиталистов оказалось сильнее и здравого смысла и родственных уз. Эти «союзнички» обещали Петербургу отдать проливы Босфор и Дарданеллы, а сами между собой кулуарно договорились ни в коем случае не отдавать.

Провал в подготовке к войне

Внешне всё выглядело вполне хорошо - самая многочисленная на планете армия, с полностью укомплектованными штатами полевой артиллерии (по количеству 76-мм полевых пушек русские войска занимали первое место в мире, 7112 пушек против 5500 у Германии), имели внушительное число самолётов.

Но с массой проблем:

- Готовились к маневренной войне, где ударами пехотных колонн и массой кавалерии сокрушат противника.

- Артиллерийские бригады существовали отдельно от пехотных частей, и только на войне придавались дивизии. Офицеров, предлагавших создать полковую и батальонную артиллерию, гнали из армии, бывало, и судили.

- В русско-японскую войну, при обороне Порт-Артура, русские офицеры и инженеры самостоятельно придумали и создали несколько десятков тяжелых и легких минометов. Но этот положительный опыт был «забыт», в Германии через несколько лет начали делать минометы и к Войне имели несколько сотен стволов. В России даже проекта минометов не было.

- Война довольно быстро стала позиционной, это было нам на руку. С 1825 года на западной границе Русской империи три самодержца – Николай I, Александр II и Александр III – создали самую мощную в мире систему укреплений из 3-х линий крепостей. 1-я линия – передовая, в царстве Польском: Модлин, Варшава и Ивангород. 2-я линия – крепости Динамюнде (с 1893 года – Усть-Двинск), Ковно, Осовец, Брест-Литовск. 3-я линия – тыловая, главные крепости Киев, Бобруйск и Динабург. С помощью немецкой фирмы Круппа, в империи в 70-х – 80-х годах XIX века была создана лучшая в мире осадная и крепостная артиллерия.

Но после восхождения на престол Николая II все работы по укреплению западных рубежей (самого опасного для России направления) были прекращены.

- До правления Николая Кровавого артиллерия армии и флота изготовлялась исключительно на русских казенных заводах - Обуховском, Пермском, Санкт-Петербургском орудийном и других. Но после его воцарения артиллерию в своё управление получает великий князь Сергей Михайлович. Он вместе с Матильдой Кшесинской и правлениями заводов Шнейдера и Путиловского завода организует самую настоящую преступную группу.

Фактически для формальности на полигоне под столицей проводились испытания артиллерийских систем Круппа, Эрхарда, Шкоды, Виккерса, Обуховского и других заводов. Победителями всегда оказываются системы Круппа. Но победителями всегда «назначали» системы Шнейдера. А когда их не было в наличии, тогда «великий» князь объявлял, что такая артсистема империи не нужна. Кроме того, Шнейдер определял русское предприятие, где будут делать пушки, естественно, он всегда определял победителем своих подельников из Путиловского завода. Так, Пермский завод с 1906 по 1914 год не получил заказа ни на одно орудие, хотя по себестоимости пермские изделия были самыми дешёвыми в империи. В итоге его персонал просто разошелся по деревням.

- К войне из-за этого преступного сообщества армия не получила ни одного современного тяжелого орудия, а во время войны сделали только около 30 152-мм пушек Шнейдера образца 1910 года.

- К войне на крепостях западных стран (Франции, Германии, Австрии и даже Бельгии) были сотни броневых башен с современными артиллерийскими системами. А у нас одна(!) французская бронебашня в Осовце. Другие орудия, как при Петре I, располагались за земляными валами. В 1915 году практически все крепости были сданы без боя или через несколько дней после обстрела (кроме Осовца).

- В России были отличные государственные (казённые) заводы, делавшие орудия, снаряды и броню в 1,5–3 раза дешевле частных. Были офицеры, которые создавали и предлагали проекты тяжелых орудий, модернизации крепостей и соединения их системами укрепрайонов. Но это всё было не использовано, «некогда было» - надо же с любовницами «зажигать», на охоту съездить, в Париже пожить или на курорте.

- В 1911 году по предложению «великого» князя Сергея упразднили осадную (тяжелую) артиллерию, после чего в русской армии осталась только полевая артиллерия. Он пообещал императору воссоздать тяжёлую артиллерию к 1921 году и создать новые образцы к 1930 году.

- К Февральской революции в империи не было ни одного танка и не планировали их выпуск. У России фактически не было (2 пушки) железнодорожных орудий, у французов и англичан их было по несколько сотен.

- В империи не выпускались крупнокалиберные и ручные пулеметы, пистолеты-пулеметы.

- На момент начала первой мировой войны Российская империя имела самый большой воздушный флот в мире, из 263 самолётов. В 1914 году Россия и Франция произвели примерно одинаковое число самолётов и являлись первыми по выпуску аэропланов среди стран Антанты, уступая только Германии. А затем безнадёжно отстала, сказывалась не развитая промышленная база. Индустриализацию надо было проводить в конце 19-начале 20 вв.

Подводя итоги – поражение империи в боях 1914-1915 гг. и её развал на «совести» российской «элиты», которая к правлению Николая Кровавого выродилась почти полностью. И налицо личная вина императора, который не предпринял шагов по восстановлению Русскости имперской элиты, не препятствовал вовлечению России в не нашу войну, не пресёк махинаций «Семьи» того времени.
Первоисточник: http://topwar.ru


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 2
  1. репа 24 марта 2011 18:36
    Вот тебе раз,а сейчас что?Во внешней политике метания,какая должна быть армия не понятно(одна маниловщина),в внутри-"великий князь Сергей Михайлович. Он вместе с Матильдой Кшесинской и правлениями заводов Шнейдера и Путиловского завода организует самую настоящую преступную группу" замените имена и названия и в сегодняшний номер газеты.
    репа
  2. Сириус 24 марта 2011 20:03
    И поделом этой элите! Главное на сегодня: извлечь уроки истории. Всем: элите и неэлите, в выборе союзников.
    Сириус
  3. aleksejpor@yandex.ru 24 марта 2011 21:06
    Очень, очень обидно. У России в то время было столько возможностей в развитии. Мы действительно были самой великой империей в мире. И надо-то было всеголиш чуть-чуть побольше воли у правящей элиты и ни какие америкосы или китайцы нам бы были сейчас не страшны.
    aleksejpor@yandex.ru

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня