И немцы пошли в атаку… Зимнее сражение в Мазурии: из хроник 29-го Сибирского стрелкового полка

И немцы пошли в атаку… Зимнее сражение в Мазурии: из хроник 29-го Сибирского стрелкового полка


После провала планов быстрого разгрома французской армии и захвата Парижа бесперспективность продолжения войны на два фронта стала очевидной для германского командования. В 1915 г. оно решило сосредоточить свои главные усилия на Восточном фронте, окружить и разгромить русскую армию на территории Польши и, таким образом, вывести Россию из войны.

Зимой 1915 г. Германия и ее союзники начали наступление с севера (из Восточной Пруссии) и юга (из района Карпат) с целью окружить русскую армию на Варшавском выступе. Несмотря на отчаянные усилия наступавшим из Восточной Пруссии германским войскам не удалось разгромить 10-ю русскую армию, прорваться и сомкнуть свои клещи в тылу Восточного фронта.


В Восточной Пруссии русские корпуса в тяжелых оборонительных боях понесли большие потери, отступили, но удержали фронт. Та же картина повторилась во время повторного летнего германского наступления: героическая оборона русских войск вновь сорвала планы немцев покончить с Восточным фронтом.
В итоге, в кампании 1915 г. на Восточном фронте Германия добилась тактических успехов, но в целом кампания закончилась для нее стратегическим провалом.

Германия продолжила воевать на два фронта, война приняла позиционный характер. Шансов победить в такой затяжной войне на истощение у Тройственного союза не было. Таким образом, сражения 1915 года предопределили исход Первой мировой войны задолго до ее окончания.

…До Первой мировой войны Мазурия, известная как край девственных лесов и озер, была южной частью германской Восточной Пруссии. Зимнее сражение в Мазурии (в русской литературе Восточно-прусская операция 1915 г. или 2-я Августовская операция) началось 25 января (7 февраля по н.ст.) 1915 г. ударом 8-й германской армии в направлении Вержболово и Сувалки. Оно оказалось совершенно неожиданным для русского командования. Ударная группировка 10-й германской армии обошла правый фланг 10-й русской армии и вынудила ее отступить на восток. Германским войскам удалось окружить 20-й армейский корпус генерала П.И. Булгакова, который продолжал сражаться в окружении в лесах юго-восточнее города Августов и на десять дней задержал продвижение основных сил 10-й германской армии.

3-й Сибирский армейский корпус генерала Н.А. Родкевича (еще до революции получило распространение неправильное написание его фамилии как Радкевич) упорно оборонялся в районе городов Лык, Граево, Райгород и не дал немцам прорвать фронт. По мнению многих авторов, действия 3-го Сибирского армейского корпуса спасли 10-ю армию генерала Ф.В. Сиверса от полного уничтожения, позволили ей отступить и занять оборону в районе реки Бобр и крепости Осовец.

Итак, германскому командованию удалось скрытно сосредоточить силы и обеспечить внезапность наступления в Восточной Пруссии. Накануне его начала по распоряжению высшего начальства, в штабе 8-й Сибирской стрелковой дивизии разрабатывался план атаки укрепленных немецких позиций в районе Мазурских озер. По этому плану 29-й Сибирский стрелковый полк должен был атаковать в районе озера Руден-Зее. Однако планы русских войск были сорваны германским наступлением.

25 января 1915 г. (по ст. ст.) в 3 час. 15 мин. штабом 3-го Сибирского армейского корпуса была получена телеграмма от генерала Архипова о наступлении от Руджан на Снонкен противника, силы которого не были определены. Следующее донесение говорило о наступлении значительных сил противника с запада и юго-запада.

В ночь с 27 на 28 января 1915 г. (по ст. ст.) полку было приказано начать отступление, скрытность которого обеспечивала команда разведчиков, редкой цепью занявшая позицию полка и продолжавшая редкую перестрелку с немцами.
29 января (по ст. ст.) в 1 час 47 минут дня две наступавшие колонны немцев настигли полк, сибирские стрелки открыли по ним беглый ружейный и пулеметный огонь. Немцев это не остановило, их наступлению благоприятствовала сильная метель, не позволявшая рассмотреть человека дальше 100 шагов. Метель засыпала наскоро сооруженные окопы, винтовки и пулеметы покрывались ледяной коркой и отказывали в действии. Вскоре немцы подтянули артиллерию, которая начала обстрел позиций сибирских стрелков.

Полковой журнал военных действий свидетельствует об ожесточенном характере боев, о проявленной в них храбрости и высоком боевом духе русских и германских войск: «Прикрываясь пулеметным огнем, немцы пошли в атаку, но атака была отбита огнем 2-й роты. Одновременно атака была поведена и на 3-ю роту, но тоже была отбита. Подтянув пулеметы, противник открыл из них энергичный огонь по расположению 3-й роты. Подготовив пулеметным огнем атаку, противник повел быстрое наступление на участок 3-й роты, стрелки не выдержали и отступили. Единственный офицер роты подпоручик Блохин был к этому времени ранен.

Противник воспользовался этим прорывом, чтобы двинуться в тыл боевому порядку 1-го батальона, но энергичной контратакой 4-й роты был опрокинут. Оправившись, немцы вновь перешли в атаку, которая также была отбита. После второй атаки последовала третья, но была отбита. После третьей атаки немцами был сыгран какой-то сигнал, и атаки больше не повторялись.

На левом боевом участке бой развивался следующим образом: противник открыл сильный артиллерийский огонь, снаряды попадали прямо в окопы. Несмотря на этот ужасный артиллерийский огонь и на то, что противник охватил наш левый фланг (связи с 31-м полком не было), роты держались на своих позициях. Для противодействия охвату фронт позиции был изменен загибом левого фланга. Вечером противник повел атаку, но она была отбита огнем.

2-й батальон, находившийся в д. Балламутовен, получил приказание двинуться на д. Кролевен и далее в лес, что западнее этой деревни у линии железной дороги и атаковать противника во фланг, что и было исполнено. Результат атаки: пленные 1 офицер и 28 нижних чинов, противник отброшен за озеро Завинд-Зее».

В 29-м Сибирском стрелковом полку воевал брат моего прадеда по материнской линии Федор Лукьянович Скворцов, которому была посвящена моя статья «Георгиевские кресты Федора Скворцова» в интернет-газете «Столетие». Ко времени ее написания не было точных сведений об обстоятельствах его награждения Георгиевским крестом 1-й степени. В ходе дальнейшего архивного поиска удалось найти список нижних чинов 6-й роты, представленных к награждению Георгиевскими крестами. Среди них:

«1. Подпрапорщик Алексей Григорьевич Илюшин 29.01.1915 г. во время боя у д. Червонкин, будучи ранен возвратился в строй после сделанной ему в поле перевязки с полным вооружением и амуницией и снова принял участие в бою, остался в цепи до окончания боя, причем был вторично ранен. Представляется к награждению ГК 3 ст. Имеет ГК 4 ст., состоит раненым.

2. Подпрапорщик Федор Лукьянович Скворцов 29.01.1915 г. во время атаки противника, расположенного у д. Червонкин, личной неустрашимостью подавал пример нижним чинам и воодушевляя их, первым бросился в атаку в штыки. Представляется к награждению ГК 1 ст.
Имеет ГК 4 ст., представлен к 3 и 2 ст., состоит раненым.

3. С.у.о. Илья Харламович Воронов 29.01.1915 г. во время боя у д. Червонкин, командуя взводом и находясь на передовой линии личным мужеством и храбростью содействовал отбитию атаки противника в превосходных силах, и, несмотря на сильный ружейный и пулеметный огонь противника, удержал вверенный ему участок и, перейдя в контратаку выбил противника. Представляется к награждению ГК 4 ст. Состоит на лицо (то есть находится не в госпитале, а в части – АК).

4. С.у.о. Михаил Макарович Васильчонок 29.01.1915 г. во время боя у д. Червонкин, командуя взводом и находясь на передовой линии личным мужеством и храбростью содействовал отбитию атаки противника в превосходных силах, и, несмотря на сильный ружейный и пулеметный огонь противника, удержал вверенный ему участок и, перейдя в контратаку выбил противника. Представляется к награждению ГК 4 ст., состоит раненым».

Подпрапорщик Ф.Л. Скворцов, как и его однополчанин из соседней 5-й роты подпрапорщик П.Е. Щетинкин (будущий командир красных сибирских партизан во время Гражданской войны) были награждены за отличия в бою 29 января 1915 г. (по ст. ст.) Георгиевскими крестами 1 степени (№ 363 и № 295 соответственно). Через полгода после начала войны они в числе первых воевавших на Германском фронте русских воинов становятся полными Георгиевскими кавалерами.

Отбив первые немецкие атаки полк продолжил отступление. Противник наступал, подвергая полк обстрелу с разных сторон не только огнем спешенной кавалерии, но и пехотными частями и артиллерией, подвезенной на автомобилях. Сибирские стрелки отступали перекатами, от одной временной оборонительной позиции к другой.

Немцы наседали, 2 февраля 1915 г. (по ст. ст.) во время обороны одного из промежуточных оборонительных рубежей в д. Грабово погибла почти вся 3-я рота полка.
Изматывающие переходы и тяжелые потери не подорвали боеспособность полка. В полковом журнале военных действий записано: «3 февраля 1915 г., несмотря на большую усталость как результат усиленного движения и работ по укреплению позиций, недоедание, плохую погоду, сильный холодный ветер, снег, дождь, стрелки с рассветом как бы ожили и с большой энергией принялись за устройство новых окопов и исправление старых. К 10 часам утра на всей позиции уже были готовы окопы для стрельбы стоя. Все находились в ожидании наступления противника, но он не появился».

Вечером 3 февраля 1915 г. (по ст.ст.) было приказано продолжить отступление на Августов и Штабин. К вечеру 5 февраля 1915 г. (по ст.ст.) полк занял новые оборонительные рубежи на южном берегу реки Бобр.

8 февраля 1915 г. (по ст.ст.) был получен приказ по армии: для выручки окруженных частей 20-го корпуса, 3-му Сибирскому корпусу содействовать наступлению 26-го корпуса, сковав находящиеся перед его фронтом немецкие части. 8-й Сибирской стрелковой дивизии была поставлена задача наступать, овладеть Северной и Южной Ястржембной и деревней Острово (Остров) и оттянуть на себя силы противника. В тот же день полк переправился на северный берег реки Бобр. Стрелки шли по вязкому болоту, покрытому тонкой ледяной коркой, которая на каждом шагу ломалась под ногами, по пояс в воде. К двум часам дня 3-й и 4-й батальоны переправились и сосредоточились у деревни Острово, затем начали продвигаться вперед с целью поддержать наступление соседнего 31-го полка охватом неприятеля во фланг и тыл.

Когда передовые роты вошли в лес, они были встречены сильным ружейным и пулеметным огнем из немецких окопов. Невзирая на большие потери, роты дружно и стремительно продвигались вперед. Немцы оказывали упорное сопротивление, временами бросались в контратаки, но сибирские стрелки захватывали все новые линии окопов. Роты прошли деревню Южная Ястржембна и заняли немецкие окопы на северной окраине этой деревни. После этого неприятельская тяжелая артиллерия открыла по ним сильный перекрестный огонь с трех сторон и продолжала его до наступления полной темноты.

Из полковых приказов:

«8 февраля с.г. при наступлении на дер. Острово и Южную Ястрембну командир полка приказал 4-му батальону продвигаться вперед и держать связь с 31-м полком; посылаемые с этим приказанием не могли найти командира батальона, после чего был послан доставить приказание состоящий в прикомандировании к команде конных разведчиков ефрейтор 14-й роты Захар Чернов, который по пояс в воде перешел реку Бобр и под ружейным огнем противника дошел до командира батальона и передал приказание. За означенный подвиг ефрейтора Чернова переименовываю в младшие унтер-офицеры и от лица службы объявляю ему «спасибо»».

Несмотря на сильный огонь немецкой артиллерии, сибиряки удерживали позиции. Ночью немцы попытались наступать, но были встречены залпами и, понеся большие потери убитыми и ранеными, стали окапываться. В некоторых местах расстояние между русскими и немецкими окопами не превышало десяти шагов. Дальнейшие события описаны в полковом журнале военных действий следующим образом:

«Утром еще до рассвета было получено приказание 3 батальону и другим частям выбить неприятеля из опушки леса. К рассвету выяснилось, что немцы сильно напирают на 10, 11 и 12 роты, и поэтому во избежание могущего здесь быть прорыва, с атакой пришлось поспешить. Приблизившись перебежками к неприятелю на возможно близкую дистанцию, наши бросились стремительно в атаку и выбили немцев с опушки леса, заняв готовые окопы, идущие через весь лес по направлению к д. Острово. В окопах были взяты пленные.

После атаки сильная ружейная перестрелка длилась еще несколько часов, затем немцы окончательно отошли, начав к этому времени обстрел своей артиллерией всего нашего расположения, который продолжался несколько часов сряду.
У нас потерь от него, к счастию, не было.

Во время общей атаки немцев у опушки леса 1 батальон ворвался в д. Острово, откуда немцы поспешно бежали, оставив в наших руках пленных. Но, угрожаемые быть отрезанными от своих, потому что немцы начали накапливаться в это время в лесу, находящемся у д. Острово, отошли обратно и заняли окопы в лесу, что восточнее д. Острово. Когда было получено приказание занять нами дер. Острово, то туда была выслана разведка, которая и обнаружила, что как в самой деревне, так и в прилегающем к ней лесу неприятеля нет, после чего деревня и была занята без боя 4 батальоном.

Часов в 12 ночи было получено приказание всем нашим частям отходить обратно на берег реки Бобр. За 11 февраля взято в плен: 2 офицера, 98 нижних чинов и 57 совершенно исправных винтовок».

Из полковых приказов:

Ефрейторы пулеметной команды Кирилл Цехмейстер, Иосиф Гусаров и Петр Чебаненко во время атаки наших окопов 11 февраля с.г. за убылью унтер-офицеров вели управление огнем своих пулеметов, организовали доставку патронов и набивку лент, своей умелой распорядительностью принесли существенную пользу в отбитии атаки. За означенный подвиг переименовываю их в младшие унтер-офицеры и от лица службы объявляю им «спасибо».

После получения сведений о гибели 20-го корпуса генерала Булгакова полку было приказано прекратить наступление и перейти к обороне. В полковом приказе № 16 от 14 февраля 1915 г. (по ст.ст.) были перечислены убитые 11 февраля в бою с германцами офицеры: подпоручик Кахиани и прапорщик Богдан, раненые подполковник Лачинов, подпоручик Силецкий и прапорщики Панкратов и Барсов, приведен список 1439 нижних чинов, пропавших без вести с 18 января по 12 февраля и 423 н.ч. раненых с 28 января по 12 февраля.

После этого в приказе были приведены следующие телеграммы от высшего командования:

«Счастлив объявить нижеследующую телеграмму Верховного Главнокомандующего:

«ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР всемилостивейшее повелел передать ЕГО самую горячую благодарность геройски прорвавшимся частям 29 пехотной дивизии, а равно благодарит с честью вышедшие из тяжелого боя части 3 Сибирского корпуса и 64 дивизии. Генерал-Адъютант НИКОЛАЙ»

Глубоко уверен, что и впредь войска временно командуемой армии окажутся достойны столь высокой оценки нашего обожаемого ВЕРХОВНОГО ВОЖДЯ и по-прежнему принесут на алтарь служения ЦАРЮ и ОТЕЧЕСТВУ все то количество жертв, которых потребует от них обстановка, как бы неблагоприятно и тяжело она не слагалась. Временно командующий армией генерал от инфантерии Родкевич».
Автор: Александр Крылов
Первоисточник: http://www.stoletie.ru


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 2
  1. Комментарий был удален.
  2. predator.3 19 февраля 2014 11:03
    «ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР всемилостивейшее повелел передать ЕГО самую горячую благодарность геройски прорвавшимся частям 29 пехотной дивизии, а равно благодарит с честью вышедшие из тяжелого боя части 3 Сибирского корпуса и 64 дивизии. Генерал-Адъютант НИКОЛАЙ»


    Что за "Генерал-Адъютант НИКОЛАЙ" ? Если это Николай 2-й, то он,как я помню, всегда носил полковничьи погоны ,как шеф и командир Преображенского лейб-гвардии полка, а может верховный главнокомандующий Николай Николаевич Романов ?
    predator.3
  3. parus2nik 19 февраля 2014 19:57
    РАДКЕВИЧ Николай Александрович.Родился в 1857 (дворянин). В 1874 — окончил Петровскую Полтавскую военную гимназию, в 1876 — 2-е военное Константиновское училище и Николаевскую академию Генштаба. В 1974 — вступил в службу в Оренбургском казачьем полку; с августа 1876 — хорунжий; с ноября — сотник; с марта 1881 — штабс-ротмистр; с сентября 1887 — младший офицер Елисаветградского кавалерийского училища; с февраля 1889 — ротмистр. С июля 1890 — командир эскадрона юнкеров того же училища; с февраля 1894 — подполковник. С октября 1899 — исполнял должность инспектора классов; с апреля 1900 — полковник; с апреля 1906 — инспектор классов того же училища. С июля 1906 — директор Одесского кадетского корпуса; генерал-майор по армейской кавалерии; с декабря 1913 — генерал-лейтенант по армейской кавалерии. Женат на Надежде Сергеевне Радкевич, в семье — сын Николай. В 1918 — воевал в вооруженных силах Юга России; с декабря 1919 — директор Киевского кадетского корпуса. Остался в Советской России, проживал в Одессе, преподавал в военных училищах и артиллерийской школах. В середине 1920-х — вышел на пенсию, занесен на Красную доску Героя труда. Осенью 1930 — арестован с сыном в Одессе, в 1931 — приговорен к 5 годам ссылки в Среднюю Азию и отправлен в Алма-Ату. Жена просила помощи Помполита, чтобы выехать в ссылку к мужу. Позднее скончался в Алма-Ате.
    parus2nik

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня