Боевой напор военного профсоюза

Боевой напор военного профсоюза

Военные профсоюзы демонстрируют сплоченность своих рядов


Общероссийский профессиональный союз военнослужащих (ОПСВ) – одна из немногих общественных организаций России, которая имеет значительный авторитет как среди военнослужащих армии и флота, так и в российском обществе в целом. ОПСВ через сеть более чем 70 региональных организаций, расположенных практически во всех регионах России, где находятся военные гарнизоны, отстаивает интересы не только членов организации, но и всех тех, для кого ратная служба стала профессией, а также военных пенсионеров и членов их семей.


О некоторых планах организации по дальнейшей социальной защите людей в погонах и ветеранов, укреплении институтов гражданского общества в Вооруженных силах военному обозревателю Владимиру МУХИНУ рассказывает председатель Центрального комитета ОПСВ Олег ШВЕДКОВ.


– Олег Константинович, недавно ОПСВ и Главная военная прокуратура (ГВП) подписали Соглашение о сотрудничестве и взаимодействии. Чем было вызвано подписание данного документа?

– Такая практика нашего взаимодействия с ГВП существует уже относительно давно. С ведомством, которое возглавляет главный военный прокурор Сергей Николаевич Фридинский, нас связывают тесные контакты в вопросах правовой защиты военнослужащих и военных пенсионеров еще с 2009 года. Тогда мы с ГВП подписали первое соглашение, и оно сыграло значительную роль в укреплении правовой защиты военнослужащих, отставании их социальных и гражданских прав. Скажем, только наш исполком Центрального комитета ОПСВ за последние четыре года более 200 раз обращался в ГВП с просьбой о применении мер прокурорского реагирования на различные нарушения прав военнослужащих со стороны властей, командования и т.п. На порядок больше таких обращений посылали и наши региональные организации. И, конечно же, после такого взаимодействия с представителями военной прокуратуры мы имели, как правило, действенный результат.

Здесь я хочу заметить, что наши обращения в органы прокуратуры – эта последняя, как говорится, крайняя ступень, мера по оказанию социально-правовой помощи военнослужащим, военным пенсионерам и членам их семей. Как правило, если к нам поступают сигналы, просьбы о помощи от военнослужащих, жителей гарнизонов, то мы сначала пытаемся урегулировать проблемы на уровне командования и гарнизонных властей и органов местного самоуправления. Если нет положительной реакции, то обращаемся в адрес вышестоящего командования. И лишь спустя какое-то время, когда видим, что наши сигналы и здесь не приносят результатов, обращаемся в органы прокуратуры, чтобы уже силой закона пытаться восстановить справедливость и установить должный порядок.

Взаимодействие с ГВП – это не только совместная защита людей в погонах, информирование этой структуры о тех или иных нарушениях законов в армии и на флоте. Но это и совместная работа в оказании правовой помощи военнослужащим, обмен опытом, совместная разработка предложений по совершенствованию тех или иных социально-правовых аспектов военного законодательства и т.п.

– По каким проблемам граждане обращаются в ОПСВ?

– В основном обращаются и ранее обращались к нам люди по жилищным проблемам. Это составляет около 80% всех обращений. Большое количество жалоб поступало о самоуправстве отдельных командиров и начальников. И чтобы навести здесь порядок, конечно же, важно взаимодействовать с органами военной прокуратуры.

– Сейчас, после принятия закона о военной полиции (ОПСВ), заниматься поддержанием порядка в гарнизонах и воинских частях будут именно эти структуры. Планируется ли подписание каких-либо документов о сотрудничестве и взаимодействии с органами ВП?

– Главное управление военной полиции, как известно, входит в структуру Минобороны, а ее руководитель подчиняется лично министру обороны. Поэтому сейчас нам бы хотелось в первую очередь обновить наше соглашения о сотрудничестве именно с военным ведомством. Соответствующий проект документа на имя главы Минобороны Сергея Шойгу мы направили. И направили относительно давно. Но каких-либо ответов, реакции на него пока не было.

– А насколько вообще эффективно сотрудничество ОПСВ с Минобороны? Если вспомнить, несколько лет вы, Олег Константинович, были членом Общественного совета при Минобороны. Потом вас из него почему-то вывели. Как вы реально взаимодействуете с военным ведомством, органами военного управления в регионах России?

– Скажу прямо. Мы, конечно, стремимся к максимальной эффективности в наших взаимоотношениях с командованием Вооруженных сил и руководством Минобороны. И они просто вынуждены контактировать с нами, поскольку вопросы, которые мы ставим перед ними, касаются конкретных проблем, людей и т.п. Но мы нацелены на большее. Мы хотим работать с армейскими структурами на системной основе. И именно поэтому добиваемся переподписания соглашения о сотрудничестве и взаимодействии с новым руководством Минобороны. Соглашение о сотрудничестве, подписанное еще в бытность министром обороны Сергея Иванова, морально устарело.


Казалось бы, военные руководители готовы к сотрудничеству с представителями гражданского общества, о чем они неоднократно заявляли на всех уровнях. После прихода Сергея Шойгу в Минобороны сформирован новый состав Общественного совета. Но большой отдачи от работы этого органа, по мнению многочисленной военной общественности, пока не наблюдается. К сожалению, система гражданского контроля за Вооруженными силами по-прежнему не работает в полную силу. Многие общественные организации, занимающиеся проблемами военнослужащих, оказались за бортом продуктивного сотрудничества с родным министерством. Именно поэтому я на последнем заседании Координационного совета при председателе Совета Федерации Федерального собрания по социальной защите военнослужащих, сотрудников правоохранительных органов и членов их семей предложил всем общественным структурам, работающим в «армейской среде», создать единый координирующий орган. В любом случае мы как «военный профсоюз» намерены работать с Минобороны постоянно, что называется, в рабочем режиме – есть конкретная проблема, мы ее совместно решаем.

Определенные результаты у ОПСВ здесь есть, особенно на региональном уровне... У нас заключены соглашения и с командованием более чем 40 крупных объединений и соединений, республиканскими и областными военкоматами. Им ОПСВ помогает в организации военно-шефской работы и работе с ветеранами. А они, в свою очередь, содействуют в реализации требований ОПСВ в защите прав военнослужащих. Но кое-где от нас командиры попросту отворачиваются. Потому что мы неудобны. Мы, в отличие от многих организаций, не просто поднимаем реальные проблемные вопросы и стремимся их решить, но всем арсеналом наших мер вынуждаем их решать. Не всем это нравится, и если вы вспомнили историю с моим участием в Общественном совете МО РФ, то констатирую – как только из моих уст прозвучала жесткая критика руководства военного ведомства, меня тихо-тихо убрали из этого органа. Не всегда мы удобны...

– А почему неудобны?

– Мы стараемся отстаивать конкретные права военнослужащих. К сожалению, у них много обязанностей, но мало прав. Скажем, вот уже несколько лет ОПСВ предлагает Минобороны РФ изменить систему заключения контракта военнослужащим с военным ведомством. В контракте должны быть прописаны все льготы, компенсации и иные преференции, а также ответственность ведомства за их исполнение. Это лишит возможности министерство и государство видоизменять по своему усмотрению льготы военнослужащим в период действия подписанного контракта. Такая практика существует во всех цивилизованных странах. К примеру, перечисление льгот военнослужащих в контракте с Пентагоном на военную службу занимает около 40 листов. У нас же в Российской армии содержание контракта с защитником Отечества укладывается в полтора листочка. Минобороны это наше предложение почему-то даже не рассматривает.

Болезненно реагирует командиры и начальники, когда наши профсоюзные активисты поднимают острые проблемы, скажем, питания военнослужащих, обеспечения их теплом, когда мы приводим конкретные факты неуставных отношений в армии и на флоте.

– И что нужно сделать, чтобы поднять действенность ОПСВ?

– На мой взгляд, необходимо скорейшее принятие закона о военных профсоюзах или хотя бы поправок в действующее законодательство, разъясняющих порядок создания и деятельность профсоюзов военнослужащих в воинских частях. В принципе нам никто не запрещает работать, защищать права военнослужащих. Основой для такой деятельности для нас является статья 30 Конституции Российской Федерации, в которой говорится: «Каждый имеет право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов. Свобода деятельности общественных объединений гарантируется». Важным подспорьем в нашей деятельности выступает Федеральный закон «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности», в статье 4 которого закреплено существование профсоюзов военнослужащих. Но полной конкретики, нормативной базы для функционирования ОПСВ в Вооруженных силах РФ на сегодняшний день нет.

После внесения поправок в конце 1990-х годов в статью 9 ФЗ «О статусе военнослужащих» в нем определено право военнослужащих на объединение в профсоюз. На основании этого в 1997 году мы подготовили законопроект «О профсоюзах военнослужащих». Одновременно подобный законопроект был подготовлен и в Профессиональном союзе военнослужащих России, возглавляемом экс-министром обороны РФ Игорем Родионовым. После многочисленных поправок законопроект дошел до второго чтения, но так и не был принят. Единственный противник – Министерство обороны Российской Федерации. Все остальные силовики поддержали. Вот такая существует на сегодняшний день относительно правовая незавершенность легитимизации деятельности ОПСВ внутри воинских частей.

– Президент РФ Владимир Путин, выступая с обращением к Федеральному собранию, заявил о том, что в работе Общественной палаты должны быть активно представлены профсоюзы и организации, защищающие интересы профессиональных и социальных групп. Будет ли ОПСВ выдвигать своих представителей в новый состав палаты, который должен начать работу уже с июля 2014 года?

– Это, конечно, хорошая площадка для отстаивания гражданских прав военнослужащих и членов их семей. И мы будем пытаться, чтобы хотя бы наши региональные организации в новом составе Общественной палаты были представлены. На мой взгляд, есть реальные возможности, к примеру, чтобы в состав ОП был выдвинут руководитель нашей приморской организации ОПСВ Юрий Тарлавин. Там, на Дальнем Востоке, он как военный профсоюзный лидер пользуется заслуженным авторитетом не только в воинских соединениях, частях и гарнизонах, но и среди представителей гражданского общества Приморского края. Подобный авторитет имеет и руководитель тульской организации ОПСВ Николай Мельников. Что касается меня, то ЦК ОПСВ пока не решил, выдвигать мою кандидатуру или какого-либо другого представителя нашего профсоюза в новый состав ОП по новой системе ее формирования. Сюда, как известно, можно попасть через интернет-голосование на сайте «Российской общественной инициативы», в ходе которого в Общественную палату должны быть избраны 43 его члена. Но многие в российском обществе не доверяют итогам такого онлайн-голосования. Поскольку здесь пока невозможно контролировать объективность голосования, полностью исключить накрутки и провести честный, прозрачный подсчет голосов.
Автор:
Владимир Мухин
Первоисточник:
http://nvo.ng.ru/concepts/2014-02-21/14_profsoyuz.html
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

29 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти