Почему приходится врать. Разбор свежих откровений министра экономики

На прошлой неделе на какой-то конференции с очередным откровением выступил министр экономического развития Улюкаев. По его словам, экономический рост в стране в 2014 г. может составить 1,8–1,9%, а отток капитала — $100 млрд. «Мы делали расчёт, как влияет отток капитала на инвестиции, на экономический рост. Получается, что, с точки зрения факторов производства, нормально для этого года будет рост под 2%: 1,8–1,9%», — сказал он, добавив, что при расчётах они исходили из того, что в I квартале 2014 г. отток капитала составит около $60 млрд. «Это примерно повторение всего объёма прошлого года», — добавил министр.

И вот здесь возникает естественный вопрос. В бытность Улюкаева первым зампредом ЦБ, отвечающим в том числе за ситуацию с притоком/оттоком капитала, он, после весны 2012 года, когда начался активный отток капитала, неоднократно говорил о том, что этот отток вот-вот закончится. Возникает вопрос — его оценка роста экономики делается на базе тех же оснований, на которых он говорил о неизбежном начале притока капитала? Если «да», то, во-первых, откуда берётся отток в 100 миллиардов, а, во-вторых, почему мы должны ему верить про рост, если с притоком он сильно ошибся?


Если «нет», то возникает вопрос, в какой момент Улюкаев переменил свою позицию, почему он её переменил, какие факторы сыграли тут свою роль, как эти факторы влияют на отток капитала и почему они ослабляют влияние этого оттока на экономический спад? Без объяснения этих моментов, не получив ответа на эти вопросы, мы не можем не то что поверить Улюкаеву, но даже просто согласиться с тем, что у него есть какая-то хотя бы минимально не противоречивая картина российской экономики.

Сам Улюкаев говорит на эти темы крайне невнятно, а на реальные вопросы вообще не отвечает. В частности, он сказал, что даже если эта нестабильная ситуация — «разовая волна», то отток может составить в этом году $100 млрд. А в этом случае рост ВВП составит 0,6%. «С точки зрения инвесторов, это пауза. Люди не готовы принимать решения об инвестициях, поскольку оценивают риски как неприемлемые и не согласны на такую непонятную ситуацию. Это влияет на внешних инвесторов, это влияет на внутренних инвесторов, отсюда большой отток капитала». С моей точки зрения, это даже не отговорки, это просто чистая демагогия.

Не в состоянии Улюкаев также объяснить ситуацию с инфляцией. Он отметил, что в середине 2014 г. инфляция год к году может составить 7%, но затем снизится. «У нас инфляция возрастает. Мы считаем, что к середине года она выйдет за 7% год к году. Затем она пойдёт на нисходящий тренд. Весьма вероятно, что она всё-таки будет (по итогам года) несколько больше, чем 5%». Здесь тоже возникают вопросы: почему при девальвации у него инфляция не растёт? Почему растут цены в магазинах, если нет потребительской инфляции (а Улюкаев под словом «инфляция» имеет в виду именно потребительскую инфляцию), почему он отказывается говорить о росте цен в отдельных секторах экономики? Такое молчание понятно, если Улюкаев врёт в своих прогнозах, но если он реально имеет за спиной хоть какую-то, более или менее адекватную модель, в нынешней ситуации, когда все помнят его несбывшиеся прогнозы по притоку капитала, он просто обязан был бы рассказать про эту модель… Но, как говорится в известном мультфильме, «молчит хомяк».

Собственно, у меня есть позиция, почему молчит. И она очень простая. Модель экономического развития, которую предложил стране Е. Гайдар на базе пресловутого «Вашингтонского консенсуса», была очень проста: развитие должно происходить на базе иностранных инвестиций, без участия государства. Но иностранные инвестиции делаются в валюте, значит, в валюте они и должны отдаваться. Что автоматически ограничивает их объём. Если упростить ситуацию до идиотизма и предположить, что любого инвестора устраивает 10% годовых дохода на вложенный капитал, то общий объём инвестиций не может превышать десятикратного объёма той части валюты, имеющейся в стране, которая может быть направлена на возврат этих инвестиций. Если есть 100 миллиардов, то инвестиций не может быть больше триллиона, если 300 миллиардов, то, соответственно, трёх триллионов, и так далее.

Разумеется, картина куда более сложная и пёстрая, но суть ситуации эта примитивная модель описывает. Так вот, если посмотреть на общую картину, то выглядит она так. Пока в 2000-е годы на фоне роста доходов от продажи нефти росла и валютная выручка — росли и иностранные инвестиции, гайдаровская модель работала. А вот дальше начались проблемы… Цены на нефть перестали расти — и объём валютных доходов тоже стабилизировался, даже немножко упал. Более того, стала сокращаться та часть, которую можно было направить на возврат иностранных инвестиций.

Дело в том, что далеко не вся валютная выручка идёт на возврат инвестиций. Часть идёт на процентные выплаты по ранее сделанным валютным кредитам. А они быстро росли, поскольку либеральный Центробанк, по тем же рецептам Гайдара (помните: чтобы инвестиции шли в страну, нужна низкая инфляция, а для этого необходимо уменьшать количество денег в экономике! И ни в коем случае рублей не должно быть больше, чем количество, соответствующее резервам ЦБ в валюте!) не рефинансировал экономику рублями, и она, ясное дело, рефинансировалась в валюте. Сегодня корпоративные долги у нас уже больше золото-валютных резервов ЦБ, и по ним платятся всё увеличивающиеся проценты. В валюте, ясное дело.

Ещё одна часть валютных расходов идёт на закупку импорта. Производитель всегда внимательно смотрит, где выгоднее производить, и если это лучше делать за пределами России, а затем ввозить уже готовую продукцию, то он ничего в Россию инвестировать и не будет. После того как весной 2012 года стало понятно, что мы вступаем в ВТО, баланс здесь резко сместился в сторону закупки импорта, соответственно, доля валюты, которую мы можем направить на возврат инвестиций, сократилась.

Скорее всего, где-то к концу 2012 года наша экономика пришла к ситуации, когда вложение новых иностранных инвестиций стало нерентабельным. Инвестору просто неоткуда брать прибыль для возврата вложенных средств. Соответственно, начался отток капитала и экономический спад, который постепенно прогрессирует, начиная с IV квартала 2012 года. И если посмотреть на картину экономики с такой точки зрения, то никаких противоречий не получается, наоборот, всё становится просто и понятно.

Беда состоит в том, что Улюкаев, который был и помощником Гайдара в бытность его чиновником, и его заместителем по институту, не может признать, что вся гайдаровская модель больше не работает. Поскольку, скорее всего, он всё-таки не совсем дебил, а значит, видит реальную картину, ему приходится всё время врать о реальном состоянии дел. Но при этом он всё время путается в деталях и сам себе противоречит — что и вызывает ту странную картину, которую мы видим в его речах. И чем дольше у него будет возможность этим заниматься — тем дольше будет падать наша экономика.
Автор:
Михаил Хазин
Первоисточник:
http://www.odnako.org/blogs/pochemu-prihoditsya-vrat-razbor-svezhih-otkroveniy-ministra-ekonomiki/
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

83 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти