Основной боевой танк Швеции – STRV-103
В первые послевоенные годы в Швеции не занимались разработкой новых танков. В 1953 году в Англии были куплены 80 танков «Центурион» Мк3 с 83,4-мм пушкой, а чуть позже еще 270 танков «Центурион» Мк 10 со 105-мм орудием. Однако эти машины не в полной мере удовлетворяли шведскую армию, поэтому с середины 50-х годов здесь приступили к рассмотрению возможности проектирования собственного танка. При этом военное руководство страны руководствовалось следующей военной концепцией: танк – совершенно необходимый элемент в системе обороны страны и сейчас, и в обозримом будущем. Особенно он необходим для защиты южных равнинных районов Швеции и побережья Балтийского моря.
Тщательный учет географических условий Швеции, наряду с системой комплектования ее армии, привел конструкторов к выводу о целесообразности поиска абсолютно новой концепции танка, которая бы идеально вписалась в специфические условия данной скандинавской страны. По мнению специалистов, новый танк должен был превзойти находящийся на вооружении «Центурион» и при этом быть более легким в вопросе обучения экипажа.

Для выполнения требований по тактической и оперативной подвижности максимальный вес танка был ограничен 43 тоннами, по возможности танку должна была быть обеспечена плавучесть. Данные противоречивые требования еще более усложнялись тем, что танк нуждался в приличной броневой защите, которая бы обеспечивала ему защищенность от новых ПТС. Поиск решения, которое удовлетворило бы требованиям уменьшения размеров танка и одновременно облегчило обучение экипажа, привел к отказу от классической компоновки с вращающейся башней и разноуровневым размещением экипажа (механик-водитель в корпусе, остальные в башне). Данное расположение, особенно с учетом заряжающего, которому необходимо было предоставить пространство почти в человеческий рост, значительно увеличивало высоту боевой машины.
Данные соображения и легли в концепцию нового танка. Танковая пушка и спаренные с ней пулеметы были жестко закреплены в корпусе. Наведение оружия по горизонтали осуществлялась с помощью обычного гидростатического механизма поворота, на сухом грунте танк за секунду поворачивался на 90 градусов, по вертикали наводка осуществлялась перекачкой масла в гидропневматической подвеске от передних опорных катков к задним и соответственно наоборот.
За счет применения необычных компоновочных решений конструкторы смогли объединить в танке при достаточно ограниченной массе высокую огневую мощь, хорошую защищенность и подвижность. Танк получил безбашенную схему компоновки с «казематной» установкой основных вооружений в корпусе. Пушка, смонтированная в лобовом листе корпуса, не имела возможности прокачки по горизонтали и вертикали. Наведение осуществлялось изменением положения корпуса машины в двух плоскостях. В передней части танка было расположено моторно-трансмиссионное отделение, далее отделение управления, которое одновременно было и боевым. В обитаемом отделении справа от орудия находился командир, слева – механик-водитель (он же выполнял функцию наводчика), за ним лицом к корме размещался радист.
Долгое время перед разработчиками стоял вопрос по выбору силовой установки, система охлаждения которой оказалась бы размещена в хорошо защищенном пространстве за боевым отделением и внутри основного броневого корпуса. Дополнительной защитой системе охлаждения служили большие топливные баки, которые устанавливались снаружи основного бронекорпуса и имели противоосколочное и противопульное бронирование. Пространство в передней части дополнительного броневого корпуса сочли подходящим для установки впускных и выпускных коллекторов, воздухоочистителей, так как их повреждение в боевых условиях не вызывало немедленного выхода танка из строя. Данное заключение было подтверждено во время испытаний, танк мог выполнять боевую задачу в течение нескольких часов, перед тем как ему начинал требоваться ремонт. Разработки силовой установки танка начались в 1959 году, после изучения всех возможных вариантов комиссия пришла к единодушному мнению о необходимости использования комбинированной силовой установки из дизельного и газо-турбинного двигателей.

В такой установке их привлекал критерий «стоимость—эффективность», который для данного танка подходил наилучшим образом. Во-первых, такая установка была, по сути, единственным вариантом, который мог быть применен в отводимом для этого пространстве. Все другие потребовали бы существенного увеличения силуэта или ослабления защиты в лобовой части. Во-вторых, установка на танк дизеля и ГТД по обе стороны от орудия позволяла сделать доступным обслуживание данных двигателей. Более того, комбинированная силовая установка, каждый из двигателей которой был в состоянии обеспечить танку подвижность (хоть и с рядом ограничений), была более надежна в условиях боя.
Основным вооружением танка стала 105-мм пушка с длиной ствола 62 калибра, которая получила достаточно простой автомат заряжания и скорострельность в 15 выстрелов в минуту. Магазин заряжания был связан с 3 магазинами боеприпасов, которые размещались в корме танка за боевым отделением. Магазин №1 имел 4 вертикальных шахты по 5 выстрелов по горизонтали – всего 20 снарядов, магазин №2 имел 5 вертикальных шахт и столько же выстрелов по горизонтали – всего 25 снарядов. Магазин под номером 3 имел 1 ряд на 5 снарядов. Таким образом, боекомплект танка состоял из 50 снарядов. Затвор пушки и противооткатные устройства размещались над магазинами между двух блоков системы охлаждения. Такой подход к компоновке позволил обеспечить удобную возможность наполнения магазинов боеприпасами наилучшую баллистическую защиту, высота танка при этом не превышала 1,9 м.
При перезарядке орудия стреляная гильза выбрасывалась через люк, расположенный в кормовой части машины. Вместе с размещенным в средней части ствола эжектором, это существенно уменьшало загазованность обитаемого модуля танка. Перезагрузка опустевших автоматов заряжания производилась вручную через два люка расположенных к корме корпуса и занимала 5-10 минут. С левой стороны лобового листа в неподвижном бронекожухе монтировались два 7,62-мм пулемета, имеющих боекомплект в 2750 патронов. Наведение их так же осуществлялось с помощью поворота корпуса, т.е. пулеметы играли роль спаренных с пушкой. Стрельбу из орудия и пулеметов осуществляли механик-водитель и командир танка. Над люком командира танка на турели устанавливался еще один пулемет, который мог выполнять функцию зенитного. Данная турель могла оснащаться бронещитком.

Механик-водитель и командир танка имели в своем распоряжении бинокулярные комбинированные оптические приборы, с переменной кратностью приближения. В прицел наводчика был встроен лазерный дальномер. Приборы наблюдения командира были стабилизированы в вертикальной плоскости, а командирская башенка в горизонтальной. Помимо этого использовались сменные перископические блоки, 4 блока было установлено в командирской башенке, один у механика-водителя, 2 блока имел радист. Все оптические приборы были прикрыты броневыми заслонками. Защищенность танка обеспечивалась не только толщиной брони его корпуса, но и достаточно большими углами наклона броневых плит, прежде всего, верхнего лобового листа корпуса. Дополнительной защитой служила малая площадь бортовых и лобовых проекций, а также корытообразное днище танка.
Постоянный рост эффективности средств поражения танков на поле боя, вынудил шведских инженеров предпринять модернизацию танка STRV-103, который на протяжении почти 30 лет был ОБТ Швеции. В первую очередь необходимо было повысить защищенность танка от кумулятивных боеприпасов. Конструктивные особенности верхней лобовой плиты корпуса танка не позволяли применять в полном объеме блоки навесной динамической защиты, но шведские конструкторы нашли весьма оригинальный способ выхода из данной ситуации. В передней части корпуса они установили решетку из бронестали, которая была способна выдержать до 4 попаданий противотанковых гранат. Для защиты же бортов шведские инженеры решили использовать 18 навесных канистр (по 9 штук на каждый борт), данное решение помимо ощутимого увеличения запаса топлива (на 400 литров) служило бы еще и защитой от попадания в борт кумулятивных боеприпасов.
Что же все-таки представлял из себя этот шведский танк, во многих странах не решили до сих пор. Так, например, Великобритания, Австралия и США давали ему очень высокие оценки, но как противотанковой самоходке. Шведы же до последнего считали свое детище полноценным танком. Единственное в чем ему никогда не отказывали – это достаточная необычность его конструкции.
Информация