"Танки – моя судьба и предназначение"

"Танки – моя судьба и предназначение"На 2014 год выпало сразу две знаковые даты в истории российского танкостроения. Первая – 13 июня исполняется 90 лет со дня рождения выдающегося конструктора-танкостроителя, Героя Социалистического Труда, лауреата государственных премий, заслуженного деятеля науки и техники РСФСР, генерал-лейтенанта Валерия Николаевича Венедиктова – одного из создателей концепции танка Т-72, которая почти на полвека определила направление развития российской бронетехники. И вторая дата – сорок лет со дня постановки на серийное производство этого танка.

В 1949 году Валерий Венедиктов в составе группы лучших выпускников бронетанковой академии был командирован в КБ-520 Уральского танкового завода (ныне Уралвагонзавод) и почти сорок лет там трудился, пройдя все ступени до должности главного конструктора. Уже в 1954 году он был назначен заместителем главного конструктора Леонида Николаевича Карцева по опытным работам. Эта должность весьма и весьма специфична: под руководством и на его повседневном контроле находились все этапы создания новых танков – от первой линии чертежа на кульмане до серийной машины.


Имя Венедиктова чаще всего связывают и в первую очередь ставят ему в заслугу с непосредственным участием в разработке и постановке на производство танка Т-72 и с его дальнейшей модернизацией. Действительно, Т-72 – его главное достижение, его судьба и тяжкий крест. Это были два десятилетия напряженного труда в качестве заместителя главного конструктора Карцева, ведущего по большинству опытных работ. Кроме всех экспериментальных образцов машин, ставших на серию в тот период, надо отметить концептуальный объект 140, объект 150 (будущий истребитель танков ИТ-1) и первый в мире танк с газотурбинным двигателем.

Особо выделить трагическую судьбу прорывных – объекта 167М (1964 год) и глубокой модернизации танка Т-62 (1967 год) с пушкой калибра 125 мм, с автоматом заряжания, механизмом выброса стреляных гильз и другими новациями, крест-накрест заколоченных дубовыми решениями «как не отвечающие перспективам развития бронетанковой техники» (из протокола НТС МОП). Постановка этих машин на вооружение могла в корне изменить ландшафт в советском танкостроении и обеспечить превосходство по боевой эффективности над танками Запада. Тем не менее вплоть до 1973 года на производстве стоял танк Т-62 с более низкими тактико-техническими характеристиками (ТТХ). Но конструктор предлагает, а «верха» располагают...

Почему так произошло и почему власть имущие определили свою позицию именно так, эта тема требует глубокого анализа и оценки, чтобы в настоящем не повторились события того времени.

В 1968 году вышел знаковый для тагильского КБ приказ министра, приоткрывающий путь к новому танку. Хотя текстуально этот документ носил паллиативный характер, но был достаточен для начала работ. Всего за год Леонид Карцев с товарищами буквально совершили подвиг, создав в металле и начав натурные испытания концепта объекта 172, из которого впоследствии выросла «семьдесятдвойка».

Много позднее я спросил у Сергея Ивановича Ветошкина, бывшего заместителя председателя Военно-промышленной комиссии (ВПК), как мог министр оборонной промышленности Сергей Алексеевич Зверев в той непростой обстановке пойти на такой рисковый шаг, подписывая упомянутый приказ, и получил следующий ответ: «Запомните, Зверев никогда свои яйца в одну корзину не откладывал».

СУДЬБА, СТАВШАЯ ИСТОРИЕЙ

В 1969 году, после ухода Карцева, Венедиктов был назначен главным конструктором КБ Уралвагонзавода, основной задачей которого в то время была постановка на крыло заложенного его предшественником и единомышленником объекта 172. Испытания этого объекта выявили ряд значительных конструктивных проблем и вот тогда-то с пыльных полок на свет божий явились во всей красе наработки прежних лет, замурованные «верхами» и нашедшие свое место в объекте 172М.

После интенсивных доработок и жестких испытаний в различных климатических и дорожных условиях объект 172М был принят на вооружение. В начале 1974 года с конвейера Уралвагонзавода сошли первые танки Т-72, которым судьбой и талантом тагильских конструкторов были уготованы многие лета славной боевой судьбы.

С первых дней в новой должности Валерий Венедиктов в полной мере вкусил масштабное, чаще всего обоснованное только личными предпочтениями и амбициями давление чиновников разного уровня, поучающих, что такое хорошо, а что такое плохо.

Когда речь заходила о деле, Валерий Николаевич был непреклонен, отстаивая свою точку зрения, невзирая на уровень и чины оппонентов – от Устинова, Зверева и так далее по списку. «Истина выше благоразумия», эта теза Сократа была ему по душе, и он не раз шел на прямой конфликт с власть имущими, защищая и отстаивая свою позицию.

Как пример, диалог на коллегии Министерства оборонной промышленности (МОП):

Венедиктов: Считаю необходимым и целесообразным установку на Т-72 комплекса управляемого вооружения «Кобра»…


Зверев озверел: Сколько можно меня учить, что мне делать, а что не делать в моем министерстве!

Венедиктов: В министерстве Вы хозяин, а я – главный конструктор танка.

Зверев: Пока (пауза) я министр, «Кобры» на Т-72 не будет!

Заданный Венедиктовым посыл дальнейшего повышения характеристик танка требовал полной отдачи сил. Он себе и другим задавал высочайший темп работы. А это не всегда находило понимание. Один из заместителей, однокашник по академии, на просьбу ускорить какую-то работу заметил: «Валера, ну куда ты гонишь, не война на дворе…» Венедиктов вспылил: «Да, не война, но нужно все делать быстро и качественно сегодня, потому что у дня завтрашнего будут свои заботы!»

Но вернемся немного назад: 1954 год можно считать датой создания самого результативного творческого тандема в истории российского танкостроения. Представьте себе, на «лицевом счету» Карцева и Венедиктова, этих двух выдающихся конструкторов, более 120 000 танков, изготовленных на отечественных предприятиях и за рубежом по документации, разработанной КБ-520/УКБТМ под их руководством.

Но дело даже не в количестве – главное, что их танки Т-54А/Б, Т-55, Т-62 и Т-72 стали самыми массовыми и воюющими в мире. Они до сих пор состоят на вооружении более чем 50 стран мира и принимали участие во всех локальных конфликтах нового и новейшего времени, пройдя жесткую проверку временем и боем, подтвердив свою высочайшую эффективность и надежность.

«ПОВЕРИЛ Я АЛГЕБРОЙ ГАРМОНИЮ…»

Писать о Венедиктове очень трудно. Многогранная, сложная, как говорят художники, ускользающая натура. Каждый, кто с ним сталкивался, имел свое представление о Валерии Николаевиче, отличное от мнения других.

Человек высокой культуры и фанат своего дела. Вспыльчив, но отходчив. Венедиктов был человеком непростым и для многих очень неудобным. Он был каким-то индивидуально-штучным, и в нем присутствовала особая творческая интеллигентность. Не терпел равнодушия и верхоглядства, мог простить ошибки, неизбежные во всяком деле, но за халтуру давал прикурить по полной.

Трудоголик – рабочий день даже в «мирное» время 12–14 часов. В технической политике (обстоятельства заставляли) – иезуит, но и мастер лобовой атаки.

Некоммуникабелен (мало друзей – много врагов, не личных, по работе). И при этом (вот в чем парадоксальность его личности) – удивительная способность находить и сплачивать единомышленников, заражая их своей верой.

Венедиктов по нынешней терминологии – харизматическая личность. Одним словом – Лидер.

Острое чувство юмора и умение четко излагать свои мысли иногда в самой парадоксальной форме. В КБ до сих пор помнят его легендарную фразу: «Я собрал вас посоветоваться, кто не согласен, может идти…»

И умение находить сильные стороны в сотруднике. Например: «Такой-то, конечно, не фонтан, но как чертит… Не чертеж, а графика Дюрера». В то время компьютеры еще были далекой мечтой.

Увлекающийся, но трезво оценивающий внешние факторы, Валерий Николаевич поражал глубиной своей технической эрудиции. Он не просто вникал в тему, он буквально в нее вгрызался. И это касалось всего, что было в танке: СУО, вооружение, двигатель и так далее по списку. Особой его заботой была надежность всех систем и танка в целом. И не считал зазорным учиться у своих коллег-конструкторов, понимая, что они более глубоко владеют всеми аспектами проблем.

Как-то он сказал мне: «Танки – моя судьба и предназначение. До войны я слышал о танках, горланил «Три танкиста, три веселых друга», но не помышлял о танках. Война все изменила у многих, но я думаю, что, какой бы я путь ни выбрал, он все равно бы привел к танкам. Вспомните коллизию в новелле О. Генри «Дороги, которые мы выбираем».

Его отличала парадоксальность мышления и не только в технической, главной сфере его жизненных интересов. Он был тонким ценителем классической литературы и музыки. В его библиотеке соседствовали собрания сочинений Толстого, Тургенева, Достоевского, Бунина, Пушкина и Лермонтова… Позднее, в семидесятых, в круг его интересов вошли О. Уайльд и О. Генри.

Любимых писателей и композиторов он оценивал очень своеобразно: для души – Тургенев, Бунин, Пушкин, а «Войну и мир» Толстого, а также музыку Баха предлагал ввести в курс «Проектирование машин и механизмов», считая их произведения вершиной компоновки… О Моцарте говорил: «…при всей его музыкальной виртуозности он не смог бы спроектировать даже лопату!»

1982 год. Полигон. Летнее утро. Небо чистое, голубое. Птички чирикают. Ни ветерка. Из приемника в автомобиле – любимый романс шефа «Утро туманное, утро седое…». Ну, сплошная лирика. Валерий Николаевич в мажоре… Ждем танк.

И вот эффектное появление танка на фоне солнца. На максимальной скорости, поднимая клубы пыли, грохоча гусеницами и ревя двигателем, пролетел мимо нас танк Т-72.

Венедиктов мне, восхищенно:

– Посмотрите, как он красив, гармоничен и пластичен, как рысь!..

И нараспев:

– «Поверил я алгеброй гармонию…» – И тут же: – Когда вернемся в КБ, пригласите ко мне Быстрицкого, пусть доложит о ситуации с СУО!

Одной из сильных сторон Венедиктова был дар предвидения дальнейших путей развития танкостроения и, в частности, танка Т-72. Отправная точка и основная философская база его творчества – движение по пути эволюционного, пошагового повышения ТТХ в процессе постепенного изменения предшествующего состояния, подготавливающего динамичное изменение с последующим переходом на более высокую качественную ступень. «Еще в 1972 году, до постановки танка Т-72 на производство, в КБ начались работы по его дальнейшему совершенствованию», – с этой фразы он многократно начинал свое выступление на совещаниях в «верхах».

ИТОГ

В ретроспективе: созданная буквально подвижническим трудом Карцева и Венедиктова и их коллег уникальная тагильская школа танкостроения на протяжении более полувека доказала и продолжает доказывать свою жизненную силу и результативность.

На своем пути к серии «семьдесятдвойка» прошла через множество драматических коллизий, но этот танк без всяких преувеличений стал целой эпохой в отечественном и мировом танкостроении, самыми массовыми и боевыми в последней четверти ХХ века. Практически идеальное сочетание стоимости, боевой эффективности, надежности и простоты в эксплуатации вместе с почти неисчерпаемыми резервами модернизации сделали танк Т-72 самым востребованным на мировом рынке вооружения.

И сейчас, во втором десятилетии ХХI века, с конвейера Уралвагонзавода сходят внуки первых «семьдесятдвоек» – танки Т-72Б3.

В 2004 году, к 30-летию постановки Т-72 на производство и 80-летию со дня рождения Валерия Венедиктова, в Нижнем Тагиле был воздвигнут памятник его создателям – всем тем, кто своим трудом и талантом сотворил эту замечательную машину. Мемориал представляет собой ладонь, открытую миру, на которой стоит танк Т-72 – детище таланта Леонида Карцева, Валерия Венедиктова и их соратников.

У выдающихся Личностей, Творцов, Созидателей своя хронология жизни. Они приходят в мир как все, но в нужное время. А уходят в бессмертие…
Автор:
Виктор Ямов
Первоисточник:
http://nvo.ng.ru/armament/2014-06-06/8_tanks.html
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

21 комментарий
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти