Пикник на обочине

Вообще, это Максим во всем виноват. Механик-водитель нашего экипажа. Я пребывал в отключке после трудового дня, а когда проснулся, узнал, что у нас в кузове едут два молодых человека из Луганска. Он их на трассе подобрал.

Я выразил глубочайшее недоумение: людей в кузове перевозить нельзя, и все такое, могут же проблемы быть. На что Макс спокойно так ответил, кто бы говорил насчет того, что можно перевозить, а что нельзя. И я заткнулся. Крыть было нечем.


На ближайшей остановке я пошел знакомиться с попутчиками. Дело уже было по темени, поэтому выгружать пассажиров было можно. Мы и выгрузили.

Парням было по 20 лет. Роман, и по-моему, Игорь. Второй очень молчаливый был, имя в памяти не отложилось. Ехали в Сергиев Посад.

Для завязывания тесного знакомства мы спросили, как они насчет перекусить. Возникшая пауза все сказала, и мы достали оставшийся у нас один паек. И употребили его на четверых. Спасибо, конечно, разработчикам, «горный» сухпай способен если не накормить зараз четверых, то хотя бы частично насытить. Что и произошло.

После импровизированного пикника на обочине Макс отправился на подремать, а я пообщаться. Корреспондент я, или куда?

Некоторые аспекты поразили. Упоминание фамилии Мозгового вызвало столь длительное шевеление оперативной памяти у обоих, что стало ясно, что эта персона им не знакома. Был удивлен. Вообще, аполитичность на уровне инфантилизма. То есть где-то кто-то воюет, а кто, где и за что — неведомо. Я даже расстроился.

А вообще, по понятиям если, то ребята неплохие. Очень даже. Начал спрашивать, почему в Сергиев, где родители и прочее. И опять попал в полную непонятку.

Родители уже три месяца как в Крыму. Живут у знакомых, работают. А парней оставили добро сохранять. Но в Крыму с работой плохо, да и сезон закончился, поэтому чад особо туда не ждут. И чада, поняв, что пора, решили рвануть к своим знакомым, которые по строительству там что-то делают.

Как поняли, что пора? Да просто: воды нет, еды нет, денег нет. Работы, понятное дело, тоже никакой. И институт, где они учились, разнесли «Градами». Спросил про гуманитарку, ответили, что это для женщин, детей и стариков, им даже думать за это стыдно.

Спросил напрямую про ополчение, почему не там. Ответил только Роман. Мне, говорит, стыдно вам признаться, но я боюсь. Я жутко боюсь. Я еще не служил, ничего не умею, и вот понимаю, что я — пушечное мясо. А вот умирать в 20 лет страшно. Потому и не пошел.

Сделаю отступление. Знаете, уважаемые, я много с кем общался из числа людей оттуда. И многое слышал. И про долг и обязанности перед семьей, и про то, что «это не моя война», и про пацифизм и неприятие оружия, и про религию. Но ПЕРВЫЙ раз за не один десяток вопросов мне был дан такой ответ. Честный, по крайней мере.

Дальше, естественно, спросил: наше гражданство или статус беженца? Опять мимо. Беженцы — это не торт. Да и в курсе уже, какое к ним отношение, откуда-то. Гражданство… тоже нет. Это просто, но как-то некрасиво. В планах на стройке поучиться/поработать — и обратно. Там восстанавливать — выше крыши пахоты.

Я спросил, студент, а ты что умеешь? А он мне что-то вроде трудовой справки показал. Учился на заочном, так как в армию не забирали никого и год отработал на шахте крепильщиком, а год — загрузчиком. Не совсем понял, но ясно, что не с листком учетным стоял.


Не очень беседа склеилась, если честно. Отстал я от ребят, да у них после кормежки глаза поплыли. Довезли мы их до поворота на Москву, выгребли, что осталось в карманах, да доброго пути пожелали. Они деньги увидели, обалдели совсем. Это что, нам? Ну да, на пару раз поесть точно хватит. Вы тут все в России такие? Да хрен его ведает, не все, но хватает. И так вот и расстались.

Не мне судить, ей-богу, хорошие они или как. Каждый человек — творец своей судьбы и жизни. И каждый делает выбор, на чьей он стороне. Кто-то берет автомат и идет воевать за свое будущее. Кто-то берет мастерок и строит это будущее. Второе невозможно без первого. Но и первому тяжело без второго.

Ибо будущее сперва отвоевывают у прошлого, а потом строят.

Я говорил им, кто мы и зачем ездили. Показывал фотки ТЕХ ребят, которые не сильно-то старше. Молчали. Глаза отводили.

Надеюсь, что в их будущем все будет так, как они рассказывали. Что вернутся для того, чтобы восстанавливать разрушенное войной. Очень надеюсь. Ну что тут поделаешь, вот такой я идеалист. Хотя понимаю, что может быть и иной расклад. Но — надеюсь.

Вот такой вышел пикник на обочине трассы Ростов — Москва.

Автор:
Скоморохов Роман (Banshee)
Использованы фотографии:
Р. Скоморохов
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

96 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти