Первый штурм Восточной Пруссии

В октябре 1944 года войска 3-го Белорусского фронта под командованием И. Д. Черняховского провели Гумбиннен-Гольдапскую операцию. В ходе операции советские войска прорвали несколько немецких оборонительных рубежей, вступили в Восточную Пруссию и достигли глубокого продвижения, но разгромить вражескую группировку им не удалось. Первая попытка советских войск разгромить восточно-прусскую группировку противника и взять Кёнигсберг привела только к частичному успеху. В Восточной Пруссии немецкие войска, опираясь на мощную оборону, оказывали исключительно умелое и упорное сопротивление.

Сложившаяся ситуация

К началу сентября 1944 года войска 3-го Белорусского фронта в ходе Белорусской стратегической наступательной операции (операция «Багратион») вышли на ближние подступы к границам важнейшей германской области — Восточной Пруссии. В сентябре — октябре 1944 года основные боевые действия шли севернее, где советские войска проводили Прибалтийскую наступательную операцию (Восьмой сталинский удар: битва за Прибалтику). Войска Черняховского согласно директиве Ставки от 29 августа 1944 г. приступили к оборудованию позиций по линии Расейняй — Раудане — Вилкавишкис — Любавас. С севера на юг располагались войска 39-й, 5-й, 11-й гвардейской, 28-й и 31-й армий.


Немецкое командование на этом 200-километровом участке Восточного фронта имело 12 пехотных дивизий 3-й танковой и 4-й армий. Они были подкреплены различными частями усиления и отдельными подразделениями. Это позволяло довольно хорошо прикрыть основное гумбинненско-инстербургское операционное направление. Однако практически все немецкие войска располагались в первом эшелоне. Несмотря на всю важность Восточной Пруссии для Германии немецкое командование не могло выделить в оперативный резерв даже минимальные силы. Тяжелые бои летней кампании привели к огромным потерям. К тому же, продолжались упорные бои на других направлениях. Германское командование рассчитывало, что Красная Армия, если перейдёт в наступление, нанесёт основной удар на участке Шяуляй — Расейняй, то есть в полосе 1-го Прибалтийского фронта. Также большие надежды возлагали на оборонительную систему Восточной Пруссии и на развитую систему шоссейно-грунтовых и железных дорог, аэродромов. Развитые коммуникации позволяли германскому командованию быстро перебросить в район прорыва войска, которые располагались на значительном удалении от него. Одновременно развитая аэродромная сеть позволяла даже при недостатке самолётов создать значительную группировку на нужном участке, используя аэродромы Тильзита, Инстербурга, Гердауэна, Летцена и Кёнигсберга.

24 сентября 1944 года войска 1-го Прибалтийского фронта получили приказ организовать наступление на мемельском направлении, чтобы выйти к Балтийскому морю и перерезать пути отхода войск группы армий «Север» из Прибалтики. 5 октября советские войска перешли в наступление и через пять суток вышли к балтийскому побережью и к границе Восточной Пруссии. В Мемельской операции приняли участие, и войска правого крыла 3-го Белорусского фронта. 39-я армия за шесть суток прошла около 60 км и вторглась в Восточную Пруссию на участке Туараге — Сударги. Наступавшая южнее 5-я армия вышла в район Словики. В результате были созданы условия для дальнейшего наступления войск 3-го Белорусского фронта в Восточной Пруссии.

Первый штурм Восточной Пруссии

Источник карты: Галицкий К. Н. В боях за Восточную Пруссию

Немецкие силы и система обороны

Германское командование, с целью не допустить дальнейшего ухудшения стратегической обстановки на всем северном направлении, стремилось укрепить оборону в районе Тильзита и Кёнигсберга. В первой половине октября из Германии в район Тильзита спешно перебросили управление парашютно-танкового корпуса люфтваффе «Герман Геринг» со 2-й парашютно-моторизованной дивизией (2-я парашютная танковая гренадерская дивизия «Герман Геринг»). В районе Шилленена в первый эшелон ввели прибывшую из состава 4-й армии 349-ю пехотную дивизию и один полк 367-й пехотной дивизии. На шилленское же направление из резерва командования сухопутных сил перебросили соединения 20-й танковой дивизии. К 14 октября из Курляндии в район Гумбиннена перебросили 61-ю пехотную дивизию. Немецкая пехота занялась подготовкой оборонительных позиций восточнее города.

Советским войскам противостояла 4-я немецкая армия под командование генерала пехоты Фридриха Хоссбаха и 3-я танковая армия под командованием генерал-полковника Эрхарда Рауса. Они входили в группу армий «Центр» под командованием генерал-полковника Георга Ханса Райнхардта. С учетом переданных в их распоряжение сил, немецкие 4-я и 3-я танковая армии были значительно усилены. Войска армии Рауса держали оборону на северном, приморском направлении — от Паланги (балтийское побережье) до Сударги. В составе армии было 9 дивизий и 1 моторизованная бригада. Соединения левого фланга и центра армии Хоссбаха занимали позиции от Сударги до Августова. Здесь оборону держали 9 дивизий, одна танковая и одна кавалерийская бригады. Остальные соединения 4-й полевой армии держали позиции перед армиями 2-го Белорусского фронта. Правый фланг армии Хоссбаха закрывал подступы к Восточной Пруссии с юго-востока.

Германское командование собиралось оборонять Восточную Пруссию — важнейшую часть Германской империи, до последнего солдата. Надо отметить, что район боевых действий по своим природным условиям был удобен для обороны. Восточная Пруссия была насыщена естественными препятствиями, особенно реками, что сужало возможности для маневра наших крупных войсковых группировок, замедляло темпы их движения и позволяло противнику отойти, организовать оборону на новых, заранее подготовленных рубежах.

Первый штурм Восточной Пруссии

Восточная Пруссия. Осень 1944 г.

Германские войска имели в Восточной Пруссии, как древние, средневековые укрепления, так и сравнительно новые, времён Первой мировой войны. После поражения Германии в войне 1914-1918 гг. державы Антанты заставили Берлин разрушить оборонительные рубежи на западе, но в Восточной Пруссии их разрешили сохранить. В результате старые укрепления не только были сохранены, но и были значительно расширены. С 1922 года немцы возобновили работы по оборудованию оборонительных сооружений в Восточной Пруссии и продолжали их вплоть до 1941 года.

В 1943 году, потерпев сокрушительные поражения под Сталинградом и на Курской дуге, немецкое командование развернуло в приграничной полосе работы по совершенствованию старых и строительству новых оборонительных рубежей. По мере ухудшения ситуации на Восточном фронте и приближения советских войск к границам Третьего рейха эти работы велись ещё более активно. Для оборудования оборонительных рубежей использовали как полевые войска и специальную строительную организацию Тодта, так и местное население и военнопленных (до 150 тыс. человек).

При возведении укреплений немецкие инженеры искусно учитывали особенности местности. Все основные оборонительные полосы, располагавшиеся одна от другой на 15-20 км, старались оборудовать по гребням господствующих высот, берегам водоёмов, оврагов и других естественных препятствий. К круговой обороне были подготовлены все основные населенные пункты. Оборонительные сооружения прикрывали завалами, противотанковыми и противопехотными заграждениями, минными полями. Так, средняя плотность минирования составляла 1500-2000 мин на 1 км фронта. Оборону создавали с таким расчётом, чтоб при потере одного рубежа, вермахт мог тут же закрепиться на другом, а советским войскам пришлось организовывать штурм новой оборонительной линии.

В полосе наступления 3-го Белорусского фронта было три укрепрайона — Ильменхорстский, Хайльсбергский, Летценский, а также крепость Кёнигсберг. Всего на подступах к Кёнигсбергу девять укрепленных полос, глубиной до 150 км. Непосредственно перед государственной границей немецкие войска оборудовали дополнительную полосу укреплений полевого типа общей глубиной в 16 — 20 км, которая состояла из одного основного и двух промежуточных оборонительных рубежей. Это было своего рода предполье оборонительной зоны Восточной Пруссии. Дополнительная полоса должна была измотать, обескровить советские войска, чтобы их можно было остановить на основной линии.

Приграничная оборонительная зона состояла из двух оборонительных полос общей глубиной 6-10 км. Наиболее мощная оборона была на шталлупененско-гумбинненском направлении, около дороги Каунас — Инстербург. Так, здесь только на 18-километровом участке немцы имели 59 железобетонных сооружений (24 дота, 29 убежищ и 6 командно-наблюдательных пунктов). Города Шталлупенен, Гумбиннен, Гольдап, Даркемен и некоторые крупные поселки были превращены в серьёзные узлы сопротивления. Германский фюрер неоднократно лично посещал оборонительные линии в Восточной Пруссии, поднимая боевой дух солдат. Практически вся Восточная Пруссия была превращена один огромный укреплённый район.

Первый штурм Восточной Пруссии

Колпак трехамбразурного дота
Первый штурм Восточной Пруссии

Дот с тремя пробоинами

План операции и её подготовка

Выход советских войск на центральном направлении к рекам Нарев и Висла к середине сентября 1944 г. создал условия для наступления по кратчайшему варшавскому направлению к важнейшим центрам Третьего рейха. Однако для этого необходимо было не только сломить сопротивление значительных сил противника, но и решить проблему восточно-прусской группировки вермахта. Чтобы улучшить возможности по наступлению на варшавско-берлинском направлении, Ставка Верховного Главнокомандования решила провести операцию в Восточной Пруссии, чтобы ослабить силы противника на варшавском направлении, оттянув оттуда немецкие резервы на тильзитско-кёнигсбергское направление, а при успехе операции взять Кёнигсберг, важнейший оплот Германии на востоке.

3 октября 1944 года Ставка дала указание командованию 3-го Белорусского фронта подготовить и провести наступательную операцию, с целью разгрома тильзитско-инстербургской группировки вермахта и захвата Кёнигсберга. К началу боевых действий 3-й Белорусский фронт имел 6 армий (включая одну воздушную). Всего около 400 тыс. человек. Непосредственно на острие удара были войска трёх армий (5-й, 11-й гвардейской и 28-й).

Главный удар должны были нанести смежные фланги 5-й и 11-й гвардейской армий из района Вилкавишкис на Шталлупенен, Гумбиннен, Инстербург и далее на Кёнигсберг. На 8-10 день операции советские войска планировали выйти на рубеж Инстербург — Даркемен — Гольдап. Далее войска двух армии должны были наступать на Алленбург и Прейс-Эйлау, а также выделить силы для наступления с юга на Кёнигсберг. 28-я армия находилась во втором эшелоне фронта. 39-я армия должна была усилить основной удар на правом крыле фронта, а 31-я армия — левом крыле.

По решению командующего 3-м Белорусским фронтом Черняховского ударная группировка из 5-й, 11-й гвардейской и 28-й армий (27 дивизий) наносила удар на участке фронта в 22-24 км. Это позволяло создать плотность артиллерии 200-220 стволов и не менее 25-30 танков на 1 км фронта. После прорыва обороны противника и разгрома основных сил левого крыла 4-й немецкой армии, советские войска должны были во взаимодействии с силами 39-й и 31-й армий занять Инстербург и наступать в район Прейс-Эйлау. Далее во взаимодействии силами 1-го Прибалтийского фронта планировали овладеть Кёнигсбергом. Во второй эшелоне фронта, кроме соединений 28-й армии, находился 2-й отдельный гвардейский танковый Тацинский корпус. К 14 октября войска фронта должны были завершить подготовку к операции.

Таким образом, с самого начала план операции имел слабые места. Силами одного фронта нельзя было уничтожить оборону огромного Восточно-Прусского укрепрайона. План Гумбиннен-Гольдапской операции сводился к одному главному удару на гумбинненском направлении. Германское командование ожидало удара на этом направлении, здесь располагались основные оборонительные укрепления вермахта. Уже 14 октября немецкое командование стало предпринимать меря для укрепления обороны на гумбинненском направлении. Удар на этом направлении вёл к излишним потерям в людях и технике, к потере темпов наступления. Фланговые армии — 39-я и 31-я, имели избыточное число войск для вспомогательного наступления. Командование фронта отказалось от концентрических ударов с целью окружения противника в его оперативной зоне обороны. В целом фронт испытывал нехватку подвижных соединений, необходимых для развития наступления после прорыва обороны противника, танков и артиллерии больших калибров.

Первый штурм Восточной Пруссии


Начало операции. Прорыв приграничной полосы обороны

Начиная с 10-12 октября войска 3-го Белорусского фронта стали выходить на передовые позиции. Командование, штабы заняли передовые командные и наблюдательные пункты, артиллерия — районы огневых позиций. Исходное положение заняли дивизии первого и второго эшелонов и танковые части. Основную роль в прорыве немецкой обороны должна была сыграть 11-я гвардейская армия.

В ночь на 16 октября советская авиация начала наносить удары по опорным пунктам противника, его огневым позициям. Одновременно поисковые группы дивизий первого эшелона уточняли положение противника на переднем крае обороны и захватывали «языков». Первыми вступили в бой разведывательные отряды передовых дивизий. Они установили, что немецкое командование не отвело войска, и солдаты по-прежнему занимают главную полосу обороны и сосредоточены главным образом во второй и третьей линиях траншей. Были обнаружены дополнительные огневые точки противника. Немецкое командование, догадываясь о начале советского наступления, ответило артиллерийским обстрелом советских позиций.

16 октября 1944 года в 9 час. 30 мин. началась артиллерийская подготовка. Основные силы артиллерии были сосредоточены на участках прорыва 11-й гвардейской и 5-й армии под началом Кузьмы Галицкого и Николая Крылова. Сначала вражеские позиции накрыл залп гвардейских миномётов, затем открыла огонь вся артиллерия. Армейская артиллерия вела огонь в глубину до 5 км, а артиллерия дальнего действия наносила удары в глубину до 10 км. После 70-минутного непрерывного огня артиллерия перенесла огонь в глубину обороны противника. Орудия, который были поставлены на прямую наводку, продолжали вести огонь по вражеским позициям на переднем крае. В 11 часу начался заключительный этап артподготовки. Снова основное внимание артиллеристов было сосредоточено на переднем крае немецкой обороны. Огонь артиллерии дополнил сокрушительный удар самолетов 1-й воздушной армии под началом Тимофея Хрюкина.

В 11 часов перешла в наступление пехота и танки. Войска следовали за огневым валом и с воздуха их поддерживали штурмовики. Вследствие утреннего тумана видимость была ограничена, поэтому часть огневых позиций противника уцелела. Немецкие орудия, минометы и пулемёты открыли беглый огонь по боевым порядкам наступавших войск первого эшелона. Поэтому пришлось подвергнуть оставшиеся огневые позиции противника дополнительному артиллерийскому и воздушному удару. Сражение сразу приняло крайне упорный и затяжной характер. Немцы упорно сопротивлялись.

Передовые дивизии 11-й гвардейской армии, прорвав первую и вторую линии траншей, устремились к третьей, где находились основные силы противника. Здесь немцы имели значительное число артиллерийских батарей, в том числе противотанковые орудия и всячески старались не допустить прорыва советских войск в глубину своей обороны. Однако в 12 час. 30 мин. советские войска заняли и третью линию траншей. Большую роль в прорыве немецкой обороны сыграли танковые части.

Дальнейшее наступление застопорилось. Части 549-й и 561-й пехотных дивизий противника, которые занимали оборону в первом эшелоне, отошли на промежуточный рубеж, где уже были развёрнуты полковые и дивизионные резервы. Одновременно из глубины немецкой обороны подтянули танки, штурмовые орудия и противотанковую артиллерию. Заняв заранее подготовленные и хорошо замаскированные позиции немецкие войска дали мощный отпор наступавшим советским частям. Также они успешно применяли танковые и артиллерийские засады для борьбы с советской бронетехникой. Поэтому подразделений советской 153-й танковой бригады понесли серьёзные потери. Атаки стрелковых частей также захлебнулись. Немецкое командование подтянуло к месту намечавшегося прорыва дополнительные пехотные части и танковый батальон. Одновременно немцы перегруппировали полевую артиллерию, и она стала оказывать поддержку своим войскам из глубины обороны. Активизировалась и немецкая авиация.

Советское командование организовало авиационный удар. В 13 час. 30 мин. пошли в атаку части 26-й и 31-й дивизий с танками 153-й бригады, поддержанные двумя полками САУ и с воздуха штурмовиками. Однако советские войска понесли большие потери и не смогли прорвать немецкую оборону. Кроме того, немцы организовали несколько сильных контратак. Немецкое командование пыталось во что бы то ни стало остановить наступление советских войск и продолжало вводить в бой новые силы. Только после ввода в бой вторых эшелонов корпусов наступление было продолжено.

К 15 часам 11-я армия Галицкого продвинулась на 4-6 км в глубину и до 10-13 км по фронту. Немцы продолжали ожесточённо сопротивляться, но были вынуждены отходить на новые позиции. Немецкое командование, определив место прорыва, перебрасывало в район боев дополнительные силы и стало готовить контрудар. Командование 11-й гвардейской армии, чтобы сохранить темпы наступления ввело в бой армейскую подвижную группу — 1-ю гвардейскую стрелковую дивизию и 213-ю танковую бригаду. Начало её наступления было поддержано артиллерийским и воздушным ударами. Немцы ответили сильными контратаками. 213-я бригада понесла тяжелые потери. Так, в ходе яростного боя пали командир бригады полковник М. М. Клименко, командиры 1-го и 2-го батальонов капитаны Г. П. Сергейчук и Н. А. Курбатов. Во 2-м батальоне смертью храбрых пали все командиры рот. 1-я гвардейская дивизия также не смогла оказать существенного влияния на развитие наступление. Командование дивизией потеряло управление боем, артиллерия отстала. Пехота без поддержки артиллерией и танками не смогла развивать наступление.

За день тяжёлых боёв армия Галицкого прорвала фронт противника на 10 км участке и продвинулась вглубь его обороны на 8-10 км. Главная полоса обороны противника была преодолена. Однако советские войска не смогли нарушить оперативную целостность немецкой обороны. Немецкое командование быстро перебрасывало резервы, уплотнило свои боевые порядки на главном направлении, перегруппировало артиллерию и организовывало сильные контратаки. По сути, советские войска были вынуждены в лоб атаковать сильные позиции противника, прогрызать его оборону метр за метром, организовывать штурмы новых укреплённых рубежей и опорных пунктов. Немцев теснили, но не могли нанести им решительное поражение.

17 октября 11-я гвардейская армия, отбивая ожесточённые контратаки противника (немецкое командование подтянуло дополнительные силы, включая 103-ю танковую бригаду и танковый батальон «Норвегия»), взяла штурмом сильно укрепленный узел обороны Вирбалис. К исходу дня войска армии Галицкого в центре и на левом фланге прорвали второй промежуточный рубеж обороны противника и продвинулись вперёд на 16 км. Правый фланг армии продвинулся на 14 км. Всего за два дня армия расширила прорыв до 30 км. Немецкое командование отреагировало на успехи советских войск тем, что 17 октября формирующийся танковый корпус «Герман Геринг» получил задачу выйти в район в районе Гумбиннена (первые подразделения начали перебрасывать ещё 14 октября).

Соседняя 5-я армия также перешла в наступление 16 октября, прорвала оборону противника на 10-километровом участке и за два дня тяжелых боёв продвинулась на 10-16 км. 17 октября перешла в наступление 31-я армия. Она за день боёв продвинулась на 8 км.

18 октября войска 11-я гвардейской армии, продолжая вести тяжелые бои с силами противника и отражать многочисленные контратаки, к вечеру взяли крупный опорный пункт Кибартай и прорвали пограничный рубеж обороны врага, вступив на территорию Восточной Пруссии. За день войска армии Галицкого продвинулись на запад на 6-8 км и вышли на немецкую линию обороны по реке Писса. Таким образом, за трое суток напряженного сражения соединения 11-я гвардейской армии продвинулись в глубину на 22-30 км, фронт прорыва достиг 35 км. Войска армии прорвали основной и два промежуточных рубежа обороны противника. Соседние 5-я и 31-я армия к исходу 18 октября продвинулись на 15-28 км. На этом первый этап Гумбиннен-Гольдапской операции был завершён.

Первый штурм Восточной Пруссии

Командующий 11-й гвардейской армией Кузьма Никитович Галицкий

Продолжение следует…
Автор: Самсонов Александр


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 7
  1. viciva 22 октября 2014 11:51
    К сожалению одна из малоизвестных (малораскрученных) фронтовых операций ВОВ. Есть книжки, 2-ой том того же Галицкого. Хватает и всякой чепухи и домыслов с враньем. Спасибо автору. Жду продолжения.
    рс. Интересен еще вопрос о подготовке и заброске в Пруссию множества ДРГ накануне этой операции. К сожалению по большей части неудачные попыпки провести глубокую разведку тыла противника.
    viciva
  2. xan 22 октября 2014 13:01
    Зачем атаковать там, где ждут? Ну и сидели бы все 12 дивизий немцев в своих бункерах до падения Берлина, и шут бы с ними. А если весь этот район, или область, окружить, то немцы рано или поздно сами вынуждены будут решать проблему выхода из окружения. Я конечно не стратег, но не считаю атаку в лоб укрепленной позиции самым удобным и лучшим вариантом.
    xan
    1. viciva 22 октября 2014 13:29
      Есть и такая точка зрения. Равно как и другие. Зачем было штурмовать Мемель, Кенигсберг, Курляндию. Мне кажется тут и политика вмешивается. Союзнички, открывшие второй фронт, иногда просили Красную Армию (Сталина) поднапрячься, чтобы перемалывать вермахт на востоке.
      Гумбинено-Гольдапская операция была все-таки фронтовой а не стратегической как например Восточно-Прусская 1945 года.
      viciva
    2. Комментарий был удален.
  3. viciva 22 октября 2014 13:33
    Мне вот это нравиться - "парашютно-танкового корпуса люфтваффе «Герман Геринг» со 2-й парашютно-моторизованной дивизией". Понятно, что танки с парашютов сбрасывать тогда еще не могли. Речь скорее идет о высадке десанта где-нибудь в Курляндии, для деблокады например, и затем резкий удар в направление высадки танковыми и моторизованными частями. Имхо.
    viciva
  4. zemnoyd 22 октября 2014 18:31
    А в родном городе ставят памятные доски в память о жителях Восточной Пруссии. Как вы к этому относитесь?
  5. В0ЛХОВ 22 октября 2014 22:56
    Фото Галицкого говорит о сути дела.
    В0ЛХОВ
  6. Neogumanoyd 23 октября 2014 00:54
    Королевский замок и площадь перед ним
    Жаль, что многие красивые королевские замки, бастионы, крепости и бункеры, католические храмы уцелевшие после штурма и взятые такой дорогой ценой были уничтожены идиотами в 60-80тые годы...
    30ти летний недострой на месте замка

    Королевский замок и 30летний не дострой на его месте.
  7. Prager 30 октября 2014 15:37
    отличная статья, спасибо автору, с удовольствием проплюсовал.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня