Мы с одной беды!



Беженцы — это люди, которые были вынуждены покинуть место своего постоянного жительства в силу чрезвычайных обстоятельств. Прежде всего, давайте разберемся, что именно скрывается за этим резким и неприятным для слуха словом. Самое страшное, что людям пришлось бежать не от стихийного бедствия, а от действия людей, таких же как они сами. И произошло это в 21 веке, в цивилизованном обществе, где нет места вооруженным конфликтам и бесконечным жертвам террора.


В казанской гостинице «Стрела» на данный момент проживает 242 человека, из них 76 детей. В гостинице беженцам предоставили теплые и меблированные номера и горячее питание. Многие из постояльцев «Стрелы» смогли найти работу, а кто-то даже умудрился родить ребенка. Нам удалось зайти в гости к трем семьям, посмотреть как они живут, выслушать их личную трагедию и поговорить о планах на будущее.

Многодетная семья Елена Нечаева и Юрий Ягич (город Луганск)



Когда-то Юрий со своей семьей прогуливался по парку в Луганске. Недавно он узнал, что этого парка больше нет, как нет и родного брата. Известие о его кончине Юрия настигло уже в Казани. Юрию повезло: он смог вывезти свою семью в палаточный лагерь, который находился в Ростовской области. А вот его брату не повезло. Когда тот вез свою семью, его поймали вооруженные люди, избили и выкинули умирать. Сын Юрия по сей день в страхе хватается за голову, когда видит по телевизору войну.

Какое-то время им пришлось сидеть в подвале, пока отец семейства под обстрелом бегал в магазин, чтобы купить немного крупы. «Повсюду был запах пороха, я прозвал его запахом смерти», вспоминает Юрий. Будучи в палаточном лагере, семья выбирала место для переселения. Было предложено несколько вариантов. Юрий был уверен, что найдет в Казани поддержку и новую работу, и не прогадал.
Его жена Елена все эти кошмары переживала будучи беременной. Рожала она уже в Казани. Благо, ей удалось вовремя пройти консультацию и родить без каких-либо осложнений. В детский садик детей отдавать не стали - жена итак находится постоянно дома с малышом. Старший сын ходит в русско-татарскую школу, и уже выучил несколько татарских слов. Многодетная семья вернется обратно только в том случае, если сформируется отдельное государство Новороссия. Пока возвращаться они не собираются. Елена и Юрий сейчас обижены на Украину: «Мы трудились для этой страны, платили налоги, а они теперь нас убивают…», негодует глава семейства.

Семья планирует получить российское гражданство и найти жилье. Временное убежище оформлено только до августа, потом УФМС будет рассматривать личное дело. Юрий надеется, что ему с приобретением жилья поможет работодатель. Уже сейчас семья постепенно покупает технику для будущей квартиры. Недавно они приобрели большой телевизор.

Татьяна Чернецкая, девочки Кристина и Арина (село Спартак)



«У нас всё было: свой дом, огород, овощи, фрукты, запасы. А потом в наш дом попал снаряд… и девочка моя постоянно говорила: не хочу с жизнью прощаться». Семья отсиживалась у соседей в погребе, а когда вышли посмотреть на свой дом, то увидели белый шар, из которого полетели осколки, как грецкие орехи. До дома они не дошли, решили бежать в Россию. Железная дорога уже была разбита, уходили по деревянным настилам. Машину, которая ехала перед ними, расстреляли, их не тронули.

Сейчас после пережитого одна маленькая дочь с трудом разговаривает, а у её сестренки очень плохой аппетит. Возможно, она ела бы хорошо, но нет того, что она просит. Татьяна устроилась на работу санитаркой в ДРКБ, хотя на родине была уважаемой медсестрой. На зарплату санитарки особо не разгуляешься, нужно и зимнюю одежду покупать, и лекарства для детей. Деньги нужно копить на российское гражданство, что является удовольствием не дешевым. За один только экзамен по русскому языку надо заплатить около 5000 рублей.Как и все вынужденные переселенцы, Татьяна мечтает о собственном жилье в Казани. Нет, не о квартире, а просто о комнате. Хочет, чтобы ее дети не болели, получали образование и продолжали жить под мирным небом гостеприимной Казани.

Марина Ковтун (город Северодонецк)



Марина не летела с остальными беженцами на самолете до Казани, она добиралась сюда своим ходом. У ее двойняшек страшный диагноз ДЦП и им противопоказаны авиа-перелеты. Пройти путь до России ей было не легко. Представьте сами: двое больных детей, да еще и тюк с лекарствами. Детишки нуждаются в дорогостоящем лечении - один препарат стоит почти 4000 рублей. Причём, в России нет таких препаратов, запасы остались у нее еще с Украины.
«Низкий поклон Казани, которая так тепло и добродушно нас приняла», говорит Марина. «Здесь я чувствую себя в своей тарелке». Ей удалось ненадолго выбраться и посмотреть город. Она была в Кремле и на пешеходной улице Баумана. Помимо того, что Марина подрабатывает, ей помогают добрые люди. Недавно им подарили спаренную коляску, чтобы можно было гулять сразу с двумя детьми. Еще привозили вещи для нее и детей.
Детям выдали медицинский полис и свидетельство об инвалидности. Сейчас есть большая необходимость в хорошем неврологе. Марина планирует получать российское гражданство и оставаться в Казани. Домой возвращаться не хочет. Сейчас Северодонецк полностью находится под контролем украинской армии. Изначально все в городе были за ополченцев, но как только повесили украинские флаги, все горожане резко изменили свое мнение. «Возвращаться я не хочу, они на все способны», аргументирует Марина.

Автор:
Анна Гарба и Никита Перфильев
Первоисточник:
http://kazanreporter.ru/site/inside/226
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

15 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти