Триумф на костях

Триумф на костях


«Брусиловский прорыв» — героическое начало, упущенные возможности и кровавый финал

«Брусиловский прорыв» — пожалуй, один из немногих общеизвестных исторических символов Великой войны, о котором так или иначе слышал, наверное, каждый житель не только России, но и бывшего СССР. Мало кто даже из образованных людей сейчас скажет, где и когда именно он случился, но со школьной скамьи все твердо помнят, что Первая мировая вошла в отечественную историю, в первую очередь, такими героями, как генерал Брусилов, да, наверное, еще пилот Нестеров, который совершил первый таран. Согласно официальной советской историографии, которой до сих пор во многом следуют и школьные учебники, предполагалось, что сама война была настолько бессмысленной и неудачной для России, что на ней ничего более значимого и героического не было.


В последнее время, благодаря и мероприятиям по случаю 100-летней годовщины начала Великой войны, память о ней вроде как реабилитирована. Однако место «Брусиловского прорыва» в истории осталось прежним — на огромном почетном постаменте, олицетворяющим героизм и полководческий гений генерала Брусилова. Что, на самом деле, несправедливо.

Не простое сражение

О том, что с «Брусиловским прорывом» в плане исторической памяти и политической оценки было все совсем не просто, свидетельствует даже само его название — это один из редчайших случаев, когда битва была названа не по географическому или какому-либо иному признаку (как Бородинская, Курская битва, Ватерлоо, «битва селедок» и так далее), а по фамилии одного из командующих. Первое время, кстати, ее именовали традиционно — Луцким прорывом. И для современников самого Брусилова те события стали предметом весьма горячих споров.

Тема эффективности наступления в Буковине и Восточной Галиции была предельно политизирована сразу — уже с момента голосования в Государственной Думе Российской империи по вопросу о награждении командующего Юго-Западным фронтом Брусилова за Луцкий прорыв орденом Св. Георгия 2-й степени (что, кстати, не утвердил царь Николай II).

Триумф на костях

Командующий Юго-Западным фронтом генерал Алексей Брусилов, март 1916года. Фото: РИА Новости


Оппозиционные самодержавию политические деятели всячески превозносили заслуги Брусилова как своего рода русского Наполеона, который, мол, не состоялся в этом качестве только и исключительно из-за «мрака царизма». С другой стороны, русская военная история объективно нуждалась хотя бы в одном «светлом пятне» после череды сплошных поражений 1915 года.

Наконец, большевистский коллаборационизм генерала Брусилова (с 1920 года он занимал высокие посты в РККА и даже входил в состав Реввоенсовета), весьма обиженного, как явствует из его воспоминаний, на царя и Временное правительство, обеспечил боевым деяниям генерала своего рода информационный карт-бланш в советскую эпоху.

Все эти факторы создали своего рода понятийный перекос: действительно заметное и значимое, но не более того, событие Великой войны стало приобретать чуть ли не эпохальное значение.

На самом же деле реально осуществленный Брусиловский прорыв ни эпохального, ни даже стратегического значения, увы, не имел. Причем, именно такое — по сути, только оперативное — значение весенне-летнего наступления армий Юго-Западного фронта в 1916 году представляется даже обидным, ибо вполне реальный шанс сделать это наступление подлинно стратегическим, безусловно, был. Этот шанс был буквально прописан на оперативных картах русской Ставки Верховного Главнокомандования. Однако, ни царь Николай II, ни начальник штаба Ставки М.В. Алексеев, ни даже сам генерал Брусилов этот шанс вовремя не увидели. А потом уже было поздно.

От победы до краха

В современной российской историографии Брусиловский (Луцкий) прорыв оценивается по-разному.

В одном формате оценок (назовем его позитивным) летнее наступление армий Юго-Западного фронта в 1916 году рассматривается как бесспорная военная удача, как грамотно реализованный Брусиловым выход из пресловутого «позиционного тупика». При этом сама методика прорыва фронта противника «по-брусиловски» — локальной атакой каждой из армий фронта на участке своей ответственности — подается как невероятное по значимости достижение военной мысли того времени. Не знал, мол, никто из зарубежных и русских генералов, как можно преодолеть «позиционный тупик», а генерал Брусилов взял и, правильно осмыслив проблему, преодолел.

Соответственно такой оценке, огромные, явно чрезмерные потери, которые принесло русское воинство на алтарь Брусиловского прорыва, либо заведомо занижаются, либо просто замалчиваются. Следует подчеркнуть, что «победительно-позитивная» оценка Брусиловского прорыва растет своими корнями из исторических трудов военных историков советского периода. В эту эпоху, как известно, важна была только финальная победа (а за ценой мы, конечно, не постоим!), к тому же на фоне поистине чудовищных потерь Красной армии в годы Великой Отечественной войны потери русских армий в Брусиловском наступлении казались совершенно незначительными.

Триумф на костях

Ставка Главнокомандования, апрель 1916 года. Фото: wikimedia.org


Исследователи, стоящие на другой точке зрения (назовем ее скептической), вообще отрицают какое-либо позитивное значение Брусиловского прорыва в военной кампании 1916 года. «Русские войска благодаря "методе Брусилова" захлебнулись собственной кровью, — утверждает известный военный историк С.Г. Нелипович, — Брусилов не выполнил ни одной задачи: враг не был разгромлен, его потери были меньше, чем у русских, успех Западного фронта также не был подготовлен этой грандиозной отвлекающей операцией. Ковель, который притягивал все внимание Брусилова, так и не был взят, несмотря на чудовищные потери трех армий, тщетно его штурмовавших. Не случайно многие авторы связывали разложение русской армии с крахом надежд на развитие успеха в результате наступления Брусилова».

Важно подчеркнуть, что доктор исторических наук С.Г. Нелипович отнюдь не принадлежит к многочисленной ныне когорте псевдоисториков-альтернативщиков, а свои выводы обосновывает почти исключительно сведениями из фондов Российского государственного военно-исторического архива.

Если обратиться к мнению современников Брусиловского прорыва, особенно из военной среды, то мы почти не найдем каких-либо превосходных оценок этого события. Все наблюдатели отмечают несомненный успех первой фазы Луцкого прорыва — уничтожение 4-й австрийской армии эрцгерцога Иосифа-Фердинанда и стремительный захват Луцка. Подчеркивается также успешность действий левофланговой 9-й армии генерала П.А. Лечицкого на всем протяжении весенне-летней кампании 1916 года. Но одновременно практически все военные наблюдатели отмечают стратегическую «бескрылость» самого Брусилова, его легковесное отношение к тяжким потерям во вверенных ему войсках, очевидную ошибочность, даже бездарность фронтальных атак русских войск на укрепленные германские позиции под Ковелем.

В некоторых исторических трудах советского времени всем критикам генерала А.А. Брусилова из числа его современников приписывали «злопыхательскую направленность», вызванную, якобы, либо личной завистью, либо принадлежностью к «реакционным кругам» белоэмиграции.

Существуют, правда, несколько источников, равноудаленных как от военных критиков генерала А.А. Брусилова, так и от его апологетов. Самый известный из них и, наверное, самый честный (ибо это последнее историческое исследование поистине светлого человека, медленно и мучительно умиравшего от туберкулеза) — «История русской армии. 1915-1917гг.» Антона Керсновского. Это фундаментальное исследование основано на самых разных материалах эпохи: от официальных приказов Ставки Верховного Главнокомандующего до личных впечатлений офицеров-фронтовиков, которые тщательно собирал А.А. Керсновский. Его вердикт свидетельствует, увы, не в пользу мнения о безусловном, или даже значительном успехе Брусиловского прорыва.

«Победы мая-июня (имеется в виду старый стиль — РП) в Луцком прорыве, — с горечью пишет Антон Керсновский, — были утоплены в крови июля-октября под Ковелем. Были перебиты 750 тысяч офицеров и солдат — как раз самых лучших. Превосходный личный состав юго-западных армий был выбит полностью. Болота (реки) Стохода поглотили восстановленные с таким трудом полки гвардии, с которыми лег и остальной цвет императорской пехоты. Заменить их было некем».

Триумф на костях

Российские солдаты отдыхают в захваченных Австро-Венгерских окопах, лето 1916 года. Фото: Florence Farmborough / Imperial War Museums


Ниже историк специально подчеркивает, что в 1916 году была упущена реальная возможность вывести из войны Австро-Венгрию, решительно разгромив ее основные военные силы в Галиции и Буковине. Негативно оценивает А.А. Керсновский и все стратегические решения русской Ставки этого периода: «Враг содрогнулся от полученного страшного удара [под Луцком]. Ему дали время оправиться, а затем стали наносить удары в самые крепкие его места, вместо того, чтобы бить в самые слабые. Генерал Алексеев (начальник штаба Ставки верховного главнокомандующего — РП) не умел мыслить иначе, чем по раз и навсегда с академии еще усвоенному шаблону. О других и говорить нечего».

В преддверии прорыва

В своей фундаментальной книге «Первая мировая война» русский генерал, а впоследствии видный советский военный теоретик А.М. Зайончковский подчеркивает, что задачи летнего наступления 1916 года разрабатывались русской Ставкой в тесной координации со стратегическим планами западных союзников по Антанте. Ставка Главнокомандования в директиве от 24 (11 по старому стилю) апреля 1916 года предписывала наступление на всех трех русских западных фронтах (Северном, Западном и Юго-Западном).

Северный фронт, которым командовал «герой» Русско-японской войны генерал А.Н. Куропаткин, должен был наносить удар по германским войскам из Якобштадского укрепленного района в направлении на Поневеж (Якобштадт — ныне город Екабпилс в Латвии — РП). Действия этого фронта рассматривались как вспомогательные по отношению к главному стратегическому наступлению, которое должен был осуществить Западный фронт.

Западный фронт под командованием генерала Алексея Эверта, столь же бездарного, как генерал Куропаткин, планировал наступление во взаимодействии с Северным фронтом, — из района озера Нарочь на Вилькомир. Этот фронт, по мысли штаба русской Ставки, должен был достичь решающего успеха, — планировалось наступление против собственно немецких войск.

Оба этих русских фронта — Северный и Западный — обладали двукратным перевесом в живой силе над противостоящими немецкими войсками: 1 млн 200 тысяч штыков и сабель против 620 тысяч немецких. Русские средства среднекалиберной полевой артиллерии были сравнимы с немецкими, по тяжелой артиллерии имелось существенное отставание, такое же отставание было и по пулеметам. Русская конница, как по численности, так и по оперативно-тактическому потенциалу была значительно сильнее немецкой.

Юго-Западному фронту под командованием генерала Алексея Брусилова директива Ставки Главнокомандования также отводила подчиненную роль, фактически поставив задачу не наступления, а его имитации.

На момент начала Луцкого прорыва собственно германских войск перед фронтом Брусилова почти не было: здесь находились только две немецкие дивизии. Четыре армии Юго-Западного фронта на дату первой атаки 4 июня 1916 года насчитывали 534 тысячи штыков и 60 тысяч сабель, 1770 легких и 168 тяжелых орудий. Им противостояли австро-венгерские войска общей численностью 448 тысяч штыков и 38 тысяч сабель, а также 1301 легких и 545 тяжелых орудий.

На направлениях главных ударов армий Юго-Западного фронта было создано превосходство над противником в живой силе (в 2-2,5 раза) и в артиллерии (в 1,5-1,7 раза).

Финальная диспозиция перед общим наступлением русских войск весной-летом 1916 года предусматривала основной удар силами Западного фронта генерала А.Е. Эверта из района Молодечно на Вильно. Юго-Западный фронт генерала А.А. Брусилова должен был наступать на Луцк-Ковель, во фланг германской группировки, навстречу главному удару Эверта.

Такая диспозиция показывала, что русская Ставка Главнокомандования проигнорировала негативный опыт 1914 и 1915 годов, который наглядно продемонстрировал, что сокрушить германскую военную машину при столь ограниченных средствах (особенно в артиллерии) и столь нерешительных и недальновидных генералах, как Эверт и Куропаткин, просто нереально.

Зияющая дыра

Австрийское высшее командование по неутешительным для русских итогам военной кампании 1915 года сделало опрометчивый вывод о неспособности Юго-Западного фронта к широкомасштабной наступательной операции. Готовясь к решительному наступлению против Италии, австрийцы сняли с русского фронта и перебросили в Тироль лучшие подразделения своей пехоты и значительную часть тяжелой артиллерии. 15 мая австрийские войска перешли в массированное наступление на итальянском фронте в районе Трентино и вскоре нанесли сокрушительное поражение итальянцам.

Ввиду этих событий, откликаясь на панические просьбы итальянцев о помощи, русская Ставка в новой директиве от 31 мая назначила наступление Юго-Западного фронта на 4 июня, а Западного фронта генерала Эверта — на 10-11 июня. Главный удар, причем, по-прежнему должен был наносить западный фронт. Штаб Юго-Западного фронта запланировал наступление силами сразу всех своих четырех армий, что, без сомнения, существенно увеличивало масштаб русских потерь, но, по мнению генерала Брусилова, должно было помочь прорвать австро-венгерский фронт.

Центральные по фронту 11-я и 7-я русские армии прорвать фронт австрийцев не смогли, но зато правофланговая 8-я армия (генерал А.М. Каледин) и левофланговая 9-я армия (генерал П.А. Лечицкий) добились безусловного успеха.

Триумф на костях

Генерал Платон Лечицкий. Источник: illustratedfirstworldwar.com


Ключевой рубеж обороны города Луцк закрывала 4-я австрийская армия под командованием эрцгерцога Иосифа-Фердинанда, который являлся полным ментальным аналогом генерала Куропаткина. Шокированный стремительным русским прорывом, штаб эрцгерцога впал в панику и фактически самоустранился от командования войсками. В результате в течение первого дня наступления русские полностью разгромили все австрийские дивизии первой линии обороны, а в течение двух следующих дней (6-7 июня) лишили эрцгерцога всех последних резервов.

Вечером 7 июня 8-я армия генерала А.М. Каледина фактически без боя захватила сильно укрепленный Луцк. Трофеями русских стали 66 орудий и много другого ценного снаряжения. В плен попали 45 тысяч австро-венгерских солдат, а оперативный прорыв 8-й армии достиг 80 километров по фронту и 65 километров в глубину. Армия эрцгерцога Иосифа-Фердинанда фактически перестала существовать.

Не менее удачно развивалось русское наступление и на левом фланге Юго-Западного фронта, в полосе ответственности 9-й армии генерала П.А. Лечицкого. Прорвав фронт 7-й австро-венгерской армии, генерал Лечицкий к 13 июня продвинулся более чем на 50 километров, захватив почти 50 тысяч пленных. Стремительным штурмом 18 июня 9-я армия захватила город Черновцы, превращенный австрийцами в глубоко эшелонированную крепость и названный за свою, якобы, неприступность «вторым Верденом».

Начиная с 19 июня 1916 года Юго-Западный фронт при надлежащем анализе оперативной обстановки мог приступить к решению важнейшей стратегической задачи — окружению, а затем уничтожению австрийской армейской группы Э. Бем-Ермоли и 7-й австрийской армии генерала Плянцер-Балтина. Уничтожение этих двух армейских группировок лишало Австро-Венгрию бóльшей части боеспособных войск на востоке и открывало широчайшую брешь для стремительного наступления русских армий на Вену.

Такой стратегический замысел имел все основания для блистательного и быстрого осуществления. Правофланговая 8-я армия генерала Каледина уже 15 июня де-факто вышла на оперативный простор — перед ней не было войск противника. Австрийская 4-я армия эрцгерцога Иосифа-Фердинанда перестала существовать, — по образному выражению выдающегося военного теоретика генерала А.А. Свечина, — «между австрийским и германским фронтами появилась зияющая дыра».

Аналогичное оперативное положение сложилось и на левом фланге Юго-Западного фронта — к 19-20 июня 9-я армия генерала Лечицкого вышла на оперативный простор. Австрийские войска бежали в полном беспорядке, буквально растаптывая свежие немногочисленные части, которые командование спешно перебрасывало с итальянского фронта. Генерал Лечицкий двигался по Буковине на плечах отступающего врага, легко ломая малейшее сопротивление.

Казалось бы, оперативная обстановка подсказывала очевидное решение: массированный удар 8-й армии Каледина (включая все возможные резервы) на юго-запад, в направлении на Львов и в обход этого города. Одновременно с этим 9-я армия Лечицкого должна была от Коломыя (взят 30 июня) повернуть на северо-запад, в обход Львова, и навстречу 8-й армии Каледина. В неизбежно создавшемся огромном Злочевско-Львовском «котле» оказалась бы вся армейская группировка Э. Бем-Ермоли и существенная часть 7-й австрийской армии.

«Подлинное спасение для неприятеля»

Реальную угрозу крушения всего австрийского Восточного фронта мгновенно понял германский генералитет. 19 июня 1916 года начальник германского Генерального штаба Эрих фон Фалькенхайн вынужден был телеграфировать кайзеру Вильгельму II: «Мы не придали должного внимания подготовке русского наступления в Карпатах, — теперь есть все основания полагать, что судьба австрийского фронта на востоке будет решена в течение 7-10 дней». За отсутствие «должного внимания» к Карпатам генерал Фалькенхайн вскоре поплатился своим высоким положением в немецкой военной иерархии — 29 августа он был смещен со своего поста и направлен на должность командующего фронтовой 9-й армией в Румынию.

Триумф на костях

Битва на реке Стоход, осень 1916 года. Источник: The Graphic


Начальник Генерального штаба Германии, как теперь видно, существенно преувеличил способность русской Ставки и русских генералов к стратегическому предвидению. Никакого крушения австрийского фронта на востоке не произошло ни за 7-10 дней, ни за весь 1916, да и 1917 год тоже. По одной простой причине: русская Ставка Главнокомандования по-прежнему гнала 9-ю армию генерала Лечицкого строго на запад, а 8-ю армию генерала Каледина развернула не на юго-запад — против австрийцев, а на северо-запад — против «твердокаменных» немецких войск. Вместо австрийского Львова генерал Каледин должен был захватить немецкий Ковель, прикрытый, кроме тевтонских полков, обширными болотистыми долинами Стыри и Стохода.

«Перенос наших усилий на Ковельское направление, — с грустью отмечает в своем военно-историческом трактате генерал А.А. Свечин, — явился подлинным спасением для неприятеля. Болотисто-лесистая южная окраина Полесья образовывала удобные рубежи, на которых немцы могли собирать спешно подвозимые из Франции и Литвы резервы. Река Припять довольно надежно прикрывала германский фронт от развития русского прорыва».

Кровавый финал

В истории Луцкого (Брусиловского) прорыва самым непонятным является подлинная мотивация русской Ставки на разворот 8-й армии генерала Каледина для наступления на северо-запад — на Ковель.

«Сомнения молодого Вертера», продемонстрированные Ставкой и генералом Брусиловым в период 15-20 июня 1916 года, когда войска Каледина то толкали на Львов, то разворачивали на Ковель, то давали указание наступать, то приказывали перейти к обороне, лучше всего доказывают, что русские стратеги всех уровней не сумели «прочитать» карту оперативной обстановки на Юго-Западном фронте. Потенциальная возможность разом обрушить весь австрийский Восточный фронт, вполне понятная немецкому Генштабу уже 19 июня, стала ясна для стратегов русской Ставки Главнокомандования только через неделю, 9 июля. В этот день специальной директивой Ставки нанесение главного удара передавалось Юго-Западному фронту генерала А.А. Брусилова.

Возникает вопрос: а что же делала все эти 11 дней, после выхода 15 июня на оперативный простор, победоносная 8-я армия генерала Каледина? Фактически «калединцы», увы, все эти дни топтались на месте — то отбивая хаотические, плохо подготовленные атаки австро-германских дивизий в свой правый фланг, то безуспешно пытаясь захватить плацдармы на левом берегу реки Стырь. Поскольку ни стратегического, ни даже внятного оперативно-тактического замысла в этот период не существовало ни у Брусилова, ни у русской Ставки, темп наступления 8-й армии Каледина был полностью потерян, а «шоковый эффект» у войск противника от неожиданно свершившегося прорыва сведен к нулю.

8-я армия ожидала, вероятно, запланированного мощного удара Западного фронта генерала Эверта, навстречу которому она должна была двигаться через прикрытый германскими штыками и болотами Ковель. Однако ни 1-го июня, ни 17-го (вторая дата наступления Западного фронта), ни даже в начале июля 1916 года генерал Алексей Эверт так и не смог перейти пусть даже в вялое наступление.

После директивы Ставки о переносе главного удара в полосу ответственности Юго-Западного фронта Брусилову отправляется до 500 тысяч солдат с других фронтов, а также 600 тысяч маршевого пополнения. Все эти колоссальные силы были использованы, увы, крайне бездарно.

Злосчастный Ковель должны были вновь штурмовать сразу три армии: 3-я, 8-я и Особая (командующий генерал Безобразов), составленная из элитных частей — императорской гвардии и забайкальских казаков. Зато на важнейшее Львовское направление выдвинули только одну армию — 11-ю. В створе с ней, чуть южнее — на Монастыриску — должна была наступать 7-я армия. Генерала Лечицкого с его 9-й армией, наконец-то, развернули на север — на Станислав (нынешний Ивано-Франковск). Новая директива Ставки ни о каких «котлах» и мощных фланговых охватах даже не упоминала: русские генералы привычно вернулись к единственно понятному для них рутинному фронтальному натиску заведомо превосходящими силами. Врага привычно предполагалось громить не с помощью неожиданного оперативного маневра и тактического искусства, а брутальным лобовым натиском — забрасывая трупами солдат.

Последующие события на Юго-Западном фронте стали, к сожалению, подтверждением саркастической немецкой максимы о том, что русский солдат умеет отлично нападать и отлично обороняться, но вот русские генералы не имеют ни малейшего представления об этих действиях.

На Ковельском направлении три русские армии уткнулись болотистую местность по реке Стоход: массированные кровопролитные атаки русских войск на подготовленные немецкие позиции не дали никаких результатов. «Бесцельности этих атак, — писал по схожему поводу генерал А.А. Свечин, — вполне отвечала их полная безрезультатность». Аналогичного мнения придерживается и военный историк А. Керсновский: «Рев нашей артиллерии, тщетно надрывавшейся под Ковелем, должен был казаться немцам райской музыкой, показывая, что русские заняты совершенно иным, чем следовало бы».

Генерал Эрих фон Фалькенхайн, в те дни еще начальник германского Генштаба, вспоминал впоследствии про летнее наступление на Стоходе: «У русских было много войск, но они тратили их слишком беспорядочно».

Триумф на костях

Похороны русских солдат, лето 1916 года. Фото: Florence Farmborough / Imperial War Museums


А в это время на юго-западе, на Львовском направлении войск явно не хватало. За прошедшие, а вернее — за бездарно потерянные два месяца австрийцы вполне оправились, перебросили с итальянского фронта привыкшие к победам полносоставные дивизии. Одновременно австрийское командование успело передислоцировать с Салоникского фронта две элитные турецкие дивизии, которые дрались даже лучше австрийских подразделений.

Наступать на Львов, сидя на плечах у деморализованного противника, уже не получалось: каждый новый рубеж русским солдатам приходилось поливать своей кровью.

Несколько лучше обстояло дело на крайнем левом фланге фронта: австрийцы не ожидали резкого поворота 9-й армии генерала П.А. Лечицкого на Станислав и вынуждены были оставить город.

К концу августа 1916 года наступление армий Юго-Западного фронта было прекращено: сопротивление австро-германских войск резко возросло, потери достигли огромных размеров, русские солдаты потеряли былой наступательный порыв. В итоге ни Ковель, ни Львов взять так и не удалось, австро-венгерский фронт устоял. Вместе с тем, потери армий Центральных держав были весьма значительны: убитыми, раненными, пленными и пропавшими без вести австро-германские войска потеряли около 1,5 млн человек, русские захватили 581 орудие, 1795 пулеметов и 448 минометов.

На основании данных Российского государственного военно-исторического архива, по приблизительным подсчетам по ведомостям русской Ставки Главнокомандования Юго-Западный фронт генерала Брусилова с 4 июня по 27 октября 1916 года потерял убитыми, раненными и пленными 1 млн 650 тысяч человек. Такой оказалась расплата русских войск за стратегическую близорукость Ставки Главнокомандования в июньский период Луцкого (Брусиловского) прорыва.
Автор: Николай Лысенко
Первоисточник: http://rusplt.ru/ww1/history/triumf-na-kostyah-14964.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 33
  1. Landwarrior 27 декабря 2014 06:55
    От статейки припахивает... no Что, Русская армия должна была на ж**е сидеть и ждать? am
    Вторую Мировую уже расписали в красках-дескать них**ена не умели, мясом завалили, теперь вот на ПМВ переключились? am
    То что упустили шанс- дык "Хорошо в тени акации помечтать о дислокации"(с) Козьма Прутков fool
    А потери...Сравните с потерями Антанты на Западном фронте- и утритесь am
    1. Ударник 27 декабря 2014 09:20
      Вот вы и сравните. За десять месяцев Верденской мясорубки союзники потеряли около полумиллиона человек, примерно столько же в битве на Сомме. Но об ужасах войны на Западе написаны горы книг, а у нас кровавые побоища на Стрыпе, Стоходе, у Корытницы и Свинюхи практически неизвестны. Дешева кровь на червонных полях...
      1. Landwarrior 27 декабря 2014 11:27
        Отчасти вы правы. В России больше известен Западный фронт, всякие там Вердены, Соммы, Ипры и прочее. Согласен, мясорубка была та еще, но...
        Но дело не в этом, а в том, что даже те немногие моменты связаные с Россией в ПМВ которые более менее известны- "Брусиловский прорыв", "Атака мертвецов", историю Экспедиционного корпуса, историю о "бессменном часовом"- пытаются занизить, обгадить и наконец полностью стереть. Зачем и кому это надо- я ответить затрудняюсь,но факт остается. И вот эта статья-как подтверждение.
        1. Ударник 27 декабря 2014 12:45
          По-существу, это пересказ старой (1998 г.) критической статьи С.Г. Нелиповича, направленной против однобокого освещения операции Юго-Западного Фронта и преувеличения заслуг А.А. Брусилова и В.Н. Клембовского в ее разработке и проведении.
          Со статьей можно ознакомиться здесь:
          http://www.grwar.ru/library/Nelipovich-Exhaustion/NE_00.html
          1. Николай С. 27 декабря 2014 13:04
            Когда якобы учёный вместо реальных ссылок приводит эмоциональные шельмования, а цифры у него берутся с пола, с потолка, из носа, то это не учёный, а пропагандист. Мне одному он кажется пропагандистом-грантоедом? Мне на этом сайте уже приходилось указывать в его "статьях", что он, мягко говоря, искажает.

            Пример, как автор надувает свою позицию.
            Цитата: Автор Николай Лысенко
            Важно подчеркнуть, что доктор исторических наук С.Г. Нелипович отнюдь не принадлежит к многочисленной ныне когорте псевдоисториков-альтернативщиков, а свои выводы обосновывает почти исключительно сведениями из фондов Российского государственного военно-исторического архива.

            Пытался в интернете найти этого "непсевдоисторика". Нашёл вот это www.rusdeutsch.ru/?menu=13&menu0=34&menu00=1&menu01=197
            Про докторскую диссертацию Нелиповича найти ничего не смог. А вот начальником архивного отдела в управлении делами администрации Балашихи laughing он работает до сих пор
            gorod-balashiha.com/public_echo.php?id_public=116

            Ну и чтобы всю "правду" автора не разоблачать, загружая форум, только последнее.
            Цитата: Автор Николай Лысенко
            На основании данных Российского государственного военно-исторического архива, по приблизительным подсчетам по ведомостям русской Ставки Главнокомандования Юго-Западный фронт генерала Брусилова с 4 июня по 27 октября 1916 года потерял убитыми, раненными и пленными 1 млн 650 тысяч человек.

            Ссылка на архив выглядит, например: РГАДА. Ф. 120. Оп. 7. Д. 160. Л. 1-24, 26.:
            Как их писать: biblio.narod.ru/sodeistv/arhiv-spravka.htm
            Если так, как у автора, то это очевидный признак введения читателя в заблуждение.

            В книге генерал-лейтенанта Н.Н.Головина, в 1917м выдвигавшимся на должность начальника Академии Генерального Штаба, "Россия в первой мировой войне" в главе "Распределение боевых потерь по различным периодам войны" указано со всеми доказательствами, что не с 4 июня по 27 октября 1916 года как у автора, а за всю летнюю компанию 1916 года (6! месяцев - май-октябрь включительно) на всех! фронтах русская армия потеряла убитыми и ранеными 1 млн.200тыс. и 212 тыс. пленными. militera.lib.ru/research/golovnin_nn/index.html
            1. Ударник 27 декабря 2014 13:35
              При всем уважении, у Головина никакого доступа к отечественным архивам не было, да и сам он не раз делает оговорку, что потери РИА можно оценить весьма приблизительно.
              1. ShadowCat 27 декабря 2014 16:52
                А скажите где не приблизительно?

                О потерях не в одной армии не принято говорить.
      2. Зяблицев 27 декабря 2014 23:34
        1916 год, это апофеоз бессмысленного правления Николая II! В том числе и его вмешательство в управление Ставкой, и ее возглавление в конце концов, что привело к непоправимым последствием в целом! Хотя в 1916 году это никакой роли уже для государство не имело! Брусиловский прорыв это несомненно веха в военном искусстве, но и веха в предательстве национальных интересах в высших эшелонах власти, когда эти самые эшелоны дали добро на проведение данной операции, но сами прекрасно знали, что не поддерживать данную операцию фронта, людскими ресурсами, материально-техническим обеспечением и т.д. и т.п., даже в случае успеха, не будут ни при каких условиях!
  2. Котище 27 декабря 2014 08:07
    Это наш Русский прорыв, как его не называть Брусиловский или Луцкий!
    Это только одна страничка - нашей истории! И МЫ ее никому не отдадим!
    Это наши прадеды расписались своей кровью на этой страничке истории!
    И мы ими гордимся!!! yes
    1. РУСС 27 декабря 2014 10:19
      Цитата: Котище
      Это наш Русский прорыв, как его не называть Брусиловский или Луцкий!


      Поддерживаю! И не известно как развернулись события если бы не это наступление.
    2. devastator 27 декабря 2014 11:59
      Цитата: Котище
      Это наш Русский прорыв, как его не называть Брусиловский или Луцкий!
      Это только одна страничка - нашей истории! И МЫ ее никому не отдадим!
      Это наши прадеды расписались своей кровью на этой страничке истории!
      И мы ими гордимся!!!

      Прадедами мы действительно гордимся.
      А вот командованием, включая и Брусилова, особо гордиться действительно нет оснований.
      Даже из школьной истории, не говоря уж о последующем самообразовании, у меня осталось впечатление, что все наши генералы того времени имели в арсенале ровно 2 тактических, оперативных и стратегических подхода:
      1. Тупая фронтальная атака всеми силами "пока не выдохнемся".
      2. Тупая оборона "не сходя с места, до последнего человека".
      Я понимаю, что такие как Шлиффен рождаются не каждый год (а потом их тупо не понимает собственное командование). Но уж по крайней мере своих "Гутьеров" наверняка можно было найти и выдвинуть на руководящие должности.
      Отвратительно, когда командующие, которым вверены миллионы бойцов, понятия не имеют даже о тактически приёмах, глубоко проработанных ещё во времена Пунических войн, и до блеска отточенных тем же Наполеоном.
      В результате стойкость и массовый героизм солдат парализуются беспросветной тупизной командования! И это, с учётом обстоятельств, иначе как вопиющим небрежением обязанностями, на грани прямого предательства, назвать очень трудно!
    3. nov_tech.vrn 28 декабря 2014 00:14
      С точки зрения военной науки, Брусиловский прорыв характеризуется явным наличием инноваций в военном деле,его планирование и проведение, на голову выше мясорубки под Верденом и битве при Сомме, а результат вообще не сравним, это при том, что недостаток ресурсов, не позволил реализовать в полной мере, разгром и практическую ликвидацию целого участка фронта, за короткий промежуток времени.
  3. Вожик 27 декабря 2014 09:53
    Чем гордиться? Тем, что своих солдат никогда не жалели? - то во имя "союзнического долга", то во имя "интернационального"...
    Только трупами заваливали врагов...
    1. Котище 27 декабря 2014 15:25
      Солдаты первой мировой, Великой отечественной и множества других войн от похода на "греки" князя Олега до сегоднящних дней наши пращуры или мы сами. Топтать ногами их в первую очередь стыдно и неблагодарно. Надо просто помнить их подвиг, при всем пафосе - подвиг ради нас с вами, ради наших детей. Пример кем гордится внуку дедом комиссаром или дедом белогвардейцем? Ответ прост - обоими.
      Можно долго мыть кости спустя век всем и за все. Но тому платуну который сидел 100 лет назад в окопе под Луцком мы должны сказать - спасибо! Низкий поклон всем кто читал присягу и с оружием в руках служил нашнй родине, пусть это было в мирное время, пусть это было только один год - спасибо!!!
  4. parusnik 27 декабря 2014 10:49
    Только начал стать читать..по стилю, понимаю Н.Лысенко писал smile Дочитал до конца...точно! Н.Лысенко!Наконец, большевистский коллаборационизм генерала Брусилова (с 1920 года он занимал высокие посты в РККА и даже входил в состав Реввоенсовета)Сын Алексей (1887—1919), офицер лейб-гвардии Конно-гренадерского полка. В августе 1918 года арестован ВЧК и полгода находился в тюрьме. С 1919 года — в Красной армии, командир кавалерийского полка, попал в плен к дроздовцам и был расстрелян...А с 1920 после гибели сына.., плюс польско-советская война, Брусилов поступил на службу в РККА, до этого он занимал нейтральную позицию.. У господина Н.Лысенко -генерал Власов -"патриот", а генерал А.Брусилов -предатель...
    1. xan 27 декабря 2014 11:37
      Цитата: parusnik
      У господина Н.Лысенко -генерал Власов -"патриот", а генерал А.Брусилов -предатель...

      Причем здесь патриот и предатель? Брусилов мог отказаться от бесплодных попыток взять Ковель и ударить там, где было легко добиться победы. Вместо этого он пытался чудом взять Ковель, потакая верхам и патриотической общественности, за что и получил прозвище от военных "ковельский мясник". Раз распоряжался миллионами жизней, так надо было найти в себе мужество отказаться от фактического убийства своих собственных солдат и наступать там, где проще. 4 месяца топтались под Ковелем, разве интеллект, опыт и стратегическое мышление, которое у Брусилова несомненно были, не говорили ему о том, что надо перенести направление ударов? Но в Брусилове победил царедворец-бюрократ, а не военноначальник.
      Не было бы потерь Ковеля, была бы боеспособная армия с сохранившимся гвардейским корпусом, там и революция была бы под вопросом. 90 тыс гвардии под Ковелем положил, не считая других частей, и это только убитыми. Это военноначальник?
      xan
  5. bbss 27 декабря 2014 11:20
    Затрудняюсь подобрать автору эпитет который можно напечатать.
  6. Turkir 27 декабря 2014 11:53
    Русские войска благодаря "методе Брусилова" захлебнулись собственной кровью, — утверждает известный военный историк С.Г. Нелипович, — Брусилов не выполнил ни одной задачи: враг не был разгромлен, его потери были меньше, чем у русских, успех Западного фронта также не был подготовлен этой грандиозной отвлекающей операцией.

    Однобокая или одноногая статья. Почему? Потому что Лысенко так хочет.
    Посмотрим на другую сторону этого же вопроса -
    Но вот оценка этих цифр со стороны доктора исторических наук Олейникова из его диссертации
    «Вклад России в победу над германским блоком в Первую мировую войну (1914-1918 гг.)»

    "С. Г. Нелипович называл фантастические цифры потерь русской армии в ходе Брусиловского наступления - в 5 раз выше[7], чем у германцев и австрийцев! Это тем более удивительно, что потерь в таком соотношении русская армия не несла даже в кровавых попытках при недостаточной огневой поддержке прорвать эшелонированную оборону противника (в неудачных наступлениях у озера Нарочь в марте 1916 г. и на Стрыпе в декабре 1915 г.).

    Противоречия в публикации С. Г. Нелиповича буквально на каждом шагу: строчкой выше автор утверждал, что потери русских по отношению к противнику соотносятся как 2: 1. В начале статьи он отмечал, что «продолжает «гулять» по страницам исторических книг и статей мифическая оценка потерь Германии и Австро-Венгрии, принадлежащая самому А. А. Брусилову, - свыше 400 тыс. пленных (здесь и ниже выделено нами - А.О.) и 1,5 млн. убитых и раненых»,[8] а в конце ее писал, что русские войска захватили 417 тыс. пленных, 1745 пулеметов, 448 минометов и бомбометов, 581 орудие и другое военное имущество»[9].

    Между тем, цифры русских потерь в ходе наступления приводились в солидной работе, написанной на основе архивных материалов: 289298 человек (убитые, умершие, раненые, контуженные, пропавшие без вести - причем, убито и умерло из них 41398 человек[10]) к 15 июня 1916 г., 497967 человек (из них 62155 убитых) - к 30 июня.[11]

    Если даже предположить, что бои июля-августа увеличили общие потери до миллиона, то и тогда соотношения в потерях 2:1 или 5:1 в пользу противника не наблюдалось (противник официально заявил свои общие потери в 150 тыс. человек для германцев и 750 тыс. человек - для австрийцев[12]). Грандиозная операция Юго-Западного фронта 1916 г. как раз и являлось яркой иллюстрацией одного из наших выводов - о том, что в целом русские несли примерно равные потери с противником.

    С. Г. Нелипович в другой своей публикации определял германские потери в неудачном для немцев Варшавско-Ивангородском сражении, одном из крупнейших за всю войну, в 15 тысяч человек, из них под Варшавой - 200 пленных![13] Комментарии, как говорится, излишни"

    Читать полностью: http://yablor.ru/blogs/cifri-nelipovicha-i-ih-kritika/4777899
    Брусиловский прорыв, а не Луцкий.
    А статью надо назвать "Брусиловский Прорыв имени Лысенко".
    1. Ударник 27 декабря 2014 12:30
      Олейникову можно только посоветовать почитать статью Нелиповича повнимательнее:

      При этом продолжает "гулять" по страницам исторических книг и статей мифическая оценка потерь Германии и Австро-Венгрии, принадлежащая самому Брусилову,- свыше 400 тыс. пленных и 1,5 млн. убитых и раненых. Потери же русской стороны, понесенные 22 мая - 30 июня 1916г. (ст.ст.), интерполируются на весь период операции.

      Но уря-патриоты про то, что наступление Юго-Западного Фронта закончилось не в июне, а в октябре вспоминать не хотят.

      Если даже предположить, что бои июля-августа увеличили общие потери до миллиона, то и тогда соотношения в потерях 2:1 или 5:1 в пользу противника не наблюдалось (противник официально заявил свои общие потери в 150 тыс. человек для германцев и 750 тыс. человек - для австрийцев[12]).

      Нелипович здесь сильно загнул, конечно. 5:1 - это соотношение потерь убитыми (2 930 офицеров и 199 836 солдат у нас и 1 294 офицера и 43 764 солдата у австро-венгров) в полосе Юго-Западного Фронта за второе полугодие 1916 года, без учета немцев, болгар и турок. 2:1 - соотношение общих потерь (18 006 офицеров и 1 436 134 солдата у нас, 12044 офицеров и 627287 солдат у австро-венгров + ок. 140 тыс немцев) за тот же период.
    2. Turkir 27 декабря 2014 17:55
      Важно подчеркнуть, что доктор исторических наук С.Г. Нелипович отнюдь не принадлежит к многочисленной ныне когорте псевдоисториков-альтернативщиков, а свои выводы обосновывает почти исключительно сведениями из фондов Российского государственного военно-исторического архива.

      Ах-ах, какой пиетет к Нелиповичу, важно подчеркнуть который говорит нам русским "ну нету у вас славной истории, всё обман" и Лысенко его откопал.. в архиве, ну как же, щас он русским покажет Брусиловский прорыв с точки зрения с той стороны, да где в Галиции!
      А что такое НЕЛИПОВИЧ, а "российский немец"!
      Нашел его био-графию http://www.rusdeutsch.ru/?menu=13&menu0=34&menu00=1&menu01=197
      А вот его работы -
      Участие в конференциях по истории и культуре российских немцев:
      1994, 22–26 сентября, Анапа (Россия). «Российские немцы на Дону, Кавказе и Волге».
      1995, 20–25 сентября, Анапа (Россия). «Российские немцы. Проблемы истории, культуры, языка и современного положения».
      1995, 1–4 ноября, Гёттинген (Германия). «Deutsche in Rußland und in der Sowjetunion 1914–1928» («Немцы в России и в СССР 1914–1928»).
      1996, 4–9 сентября, Анапа (Россия). «Российские немцы: Историография и источниковедение».
      1997, 26–30 сентября, Анапа (Россия). «Миграционные процессы среди российских немцев: исторический аспект».
      1998, 17–20 сентября, Москва (Россия). «Немцы России в контексте отечественной истории: общие проблемы и региональные особенности».
      1999, 17–19 сентября, Москва (Россия). «Немцы России и СССР 1901–1941 гг.».
      2000, 19–22 октября, Москва (Россия). «Немцы СССР в годы Великой Отечественной войны и в первое послевоенное десятилетие (1941–1955)».
      2001, 13–16 октября, Москва (Россия). «Немцы России: социально-экономическое и духовное развитие 1871–1941 гг.».
      2003, 18–21 ноября, Москва (Россия). «Ключевые проблемы истории российских немцев».
      2004, 14–19 сентября, Саратов (Россия). «Российские немцы в инонациональном окружении: проблемы адаптации, взаимовлияния, толерантности».
      2007, 28 октября – 1 ноября Москва (Россия). «Немцы России: исторический опыт и современные проблемы самоорганизации».
      2008, 17–21 сентября, Москва (Россия). «Этнические немцы России: исторический феномен „народа в пути“».
      2008, 28–30 ноября, Гёттинген/Бовенден (Германия). «Der Erste Weltkrieg und die Zivilbevölkerung in den Gebieten von der Ostsee bis zum Schwarzen Meer unter besonderer Berücksichtigung der Deutschen» («Первая мировая война и гражданское, особенно немецкое население, в полосе от Балтийского до Черного морей»).
      ----------------------------------------------------------------------------
      Огромный вклад в развитие Российской истории! Я бы дал железный крест, второй степени, но вручал бы его где-нибудь в Галиции.
      1. Николай С. 27 декабря 2014 20:30
        Цитата: Turkir
        А что такое НЕЛИПОВИЧ, а "российский немец"!

        Дело не в том, что он немец. Есть немцы, настоящие патриоты России, тот же Безлер.

        Я обратил внимание на место работы - архив окружной администрации города. Видимо, в Балашихе для перекладывания с места на место приказов начальства, учётных карточек и т.п. простой девочки недостаточно. Типа, это работа для мужика с высшим образованием и со степенью. Образование у него не историческое, а историко-архивное. Есть историки, а есть сотрудники исторических архивов. Ну это как если бы учёным становился библиотекарь.

        Главное в его работе в администрации Балашихи следующее - ему нет места в профессиональной среде историков. И это в наше сверхлиберальное время. Видимо, коллеги проверили его ссылки "на архивы". Отсюда, всеобщее недоверие коллег. Да там и "невооруженным" взглядом видно.

        Вот бы ему на Украину, там вообще брещут краёв не бача и ничего, все наукознавцы, усе вынайшлы и здобылы.
        1. bunta 27 декабря 2014 20:49
          Действительно, в последнее время таких "историков" стало много. Слишком много.
        2. Ударник 28 декабря 2014 19:01
          Ну так и читайте "труды" Безлера, он у вас, видимо, главный специалист по Первой Мировой Войне.
      2. Ударник 28 декабря 2014 18:59
        Я даже добавлю, Нелипович специалист именно по Австро-Венгрии, не только периода ПМВ, но и XVIII-XIX вв. Только с каких пор наличие научных работ является недостатком историка? Вы лучше список работ Олейникова приведите, сравним, посмеемся.
  7. Хищник 27 декабря 2014 12:58
    Статья не красивая и мало того специально написана для умаления Русской истории.А потери вообще взяты с потолка (для того что бы опять и снова вставить любимую фразу-трупами завалили).Тогда как за период июнь-август 1916г. потери противника составили до 1.5 млн. человек, против 500 тыс. в русской армии.Данный стратег винит Брусилова в атаках на Ковель вместо Львова,но на Львовском направлении находилась немецкая Южная армия,которая по боеспособности намного превосходила АВ войска.Сеть жд дорог на этом направлении позволяла оперативно маневрировать войсками.А в направлении Ковеля такой возможности не было.Да и подкрепления поступили поздно,противник перебросил 30 дивизий и прорыв стабилизировал.Так что автор просто лохматит бабушку.
  8. капитан Злой 27 декабря 2014 14:04
    Еще одна статья с целью провести ревизионизм нашей Отечественной военной истории. Автор ссылается на известнейший труд самобытного и талантливого русского военного историка А.А.Керсновского творившего свой основной труд в эмиграции.Уважаемые читатели форума Вы можете сами убедиться в том, как автор выдергивает из данного труда выдержки и представляет их в выгодном для своей точки зрения свете.Почитайте сами книгу Керсновского и Вы в этом убедитесь.Статья один из ярчайших примеров как выдергивая цитаты из мемуаров и трудов - проводят свои измышления новоявленные историки-сенсационники. Примером таких трудов могут служить всем известные книги Резуна,Солонина,Бешанова.Основная причина популярности данных авторов в том,что официальная военная историография практически разгромлена,Институт военной истории МО РФ вот уже какой год занимает "страусиную" политику в отношении вала низкосортной военно-исторической литературы заполонившей прилавки книжных магазинов.Официальные "метры" военной истории считают ниже собственного достоинства разбирать и разоблачать такие исторические поделки,вступать в споры и дискуссии с авторами данных творений.Зачастую этим занимаются другие историки-любители, по сути штатские люди. Они более ответственно относятся к историческому печатному слову и порой в одиночку борются против ревизионистов и дилетантов от истории.
    1. Котище 27 декабря 2014 15:31
      Браво! По сути Вы правы!
  9. Trapper7 27 декабря 2014 15:31
    Конечно, можно много и долго спорить с актором, которого здесь нет, но вот лично для меня все таки остаются несколько вопросов:
    1. Почему не перещди в наступление остальные 2 фронта?
    2. Зачем надо было так тупо пытаться штурмовать этот самый Ковель? Ведь Перемышль взяли с гораздо меньшими потерями.
    Не отрицая ум и доблесть генерала Брусилова, мне мне действительно непонятна оперативная пауза, произошедшая после прорыва фронта. Представить подобное положение дел в Армии после начала операции "Уран" я не могу. Пусть даже противник потом контратаковал и отбил несколько городов, тем не менее это было движение, когда противник вынужден парировать наши удары, а не просто остановка с ожиданием, когда и куда ударит Манштейн.
    1. xan 27 декабря 2014 16:51
      Цитата: Trapper7
      Зачем надо было так тупо пытаться штурмовать этот самый Ковель? Ведь Перемышль взяли с гораздо меньшими потерями.

      Взятие Ковеля вынудило бы немцев отступить с сильно укрепленных позиций без давления по их фронту. Но не такой ценой, да еще и не достигнув цели. Так воевать нельзя.
      xan
  10. nnz226 27 декабря 2014 15:32
    Цитата: "Такой оказалась расплата русских войск за стратегическую близорукость Ставки Главнокомандования в июньский период Луцкого (Брусиловского) прорыва." И причём тут Брусилов?!, если его успех ставка развить не могла из-за своей тупости?
    1. xan 27 декабря 2014 16:54
      Цитата: nnz226
      И причём тут Брусилов?!

      Он мог прекратить атаки на Ковель и вступить в конфликт со Ставкой, его заслуги и авторитет это позволяли. Но предпочел тупо выполнять приказ теми явно недостаточными средствами, которые у него были.
      Я не против Брусилова, я просто не могу понять военную бюрократию царской России, когда боевые компетентные генералы предпочитали выполнять явно тупой приказ, чем отказаться это делать и спасти тысячи солдатских жизней.
      xan
  11. bunta 27 декабря 2014 17:36
    8-я армия ожидала, вероятно, запланированного мощного удара Западного фронта генерала Эверта, навстречу которому она должна была двигаться через прикрытый германскими штыками и болотами Ковел


    Не "вероятно", а Западный фронт должен был наносить главный удар. Юго-западному отводилась вспомогательная роль. Автор, кажется, сам об этом говорит и тут же сам себе противоречит.

    Наконец, большевистский коллаборационизм генерала Брусилова (с 1920 года он занимал высокие посты в РККА и даже входил в состав Реввоенсовета),


    Автору рекомендую прочитать оба тома воспоминаний Брусилова. В перовом томе он узнает какие на самом деле
    "высокие должности" занимал генерал. А во втором, написанном в Чехословакии и опубликованном только в постсоветское время, узнает кое что о его "большевистском коллаборционизме".



    Статье минус.
    1. Ударник 28 декабря 2014 19:30
      Цитата: bunta
      Не "вероятно", а Западный фронт должен был наносить главный удар. Юго-западному отводилась вспомогательная роль. Автор, кажется, сам об этом говорит и тут же сам себе противоречит.

      Изначально ЗФ должен был наступать своим правым флангом на Виленском направлении, а оказать содействие ЮЗФ наступлением в Пинском районе должна была его левофланговая 3 армия. Наступление 3 армии несколько раз переносилось, пока, наконец, 23 июня ставка не передала ее в состав ЮЗФ.
  12. миша 27 декабря 2014 22:32
    если бы да кабы на носу росли грибы!
    это сейчас через 100 лет мы рассуждаем что надо было повернуть на Львов. А могли бы точно так же сидеть и рассуждать что надо было повернуть на Ковель. 50/50, или Ковель или Львов, и там и там могли бы проиграть, а могли бы выиграть. Это как в пещере выбирать между двумя туннелями: и там и там неизвестность. Вы постарайтесь смотреть на события не со столетней ретроспективы, а попытаться взглянуть на события глазами современников.
  13. RoTTor 28 декабря 2014 19:33
    "большевистский коллаборационизм генерала Брусилова " -????????

    ПАТРИОТИЗМ генерала Брусилова! Закономерно, что в РККА было в НЕСКОЛЬКО РАЗ БОЛЬШЕ царских генералов и офицеров Генштаба, чем во всех белых армиях, марионетках на довольствии Антанты, вместе взятых. Это - патриотизм русских офицеров + организаторский талант председателя Реввоенсовета Троцкого, который сумел привлечь лучших военспецов в РККА.

    Жирный минус статье: будто её древний украинец. писал или австо-венгерский шпиен.
  14. kvs45 19 июня 2015 16:15
    Цитата: RoTTor
    ПАТРИОТИЗМ генерала Брусилова! Закономерно, что в РККА было в НЕСКОЛЬКО РАЗ БОЛЬШЕ царских генералов и офицеров Генштаба, чем во всех белых армиях, марионетках на довольствии Антанты, вместе взятых. Это - патриотизм русских офицеров + организаторский талант председателя Реввоенсовета Троцкого, который сумел привлечь лучших военспецов в РККА.

    Вот только держался "патриотизм" на семьях взятых в заложники и на расстрельных поездах, изобретении людоеда Лейба Давидовича Бронште́йна (Троцкого)И вспомните в каком году этих генералов начали большевики расход пущать и как это аукнулось в 1941!
    kvs45

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня