«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

В 1942 году летчик Николай Кильдишев не вернулся с боевого задания. Мать получила похоронку, оплакала своего младшего сына. Но потом случилось чудо — пришло письмо. В светло-коричневом, потертом от времени кожаном подсумке сохранилось несколько писем с фронта, написанных военным летчиком Николаем Кильдишевым, единожды воскресшим из мертвых.

Меня долго мучили сомнения: публиковать или нет эти письма. Но сегодня никого из героев писем нет в живых. И самое главное в этих письмах то, что они до сих пор хранят в себе историю простой русской семьи, которая так же, как и другие семьи в годы войны, ждали и надеялись получить драгоценную весточку от родного человека.

Некоторые строчки разобрать было тяжело: эти письма прочитало не одно поколение — правнуки бережно передавали из семьи в семью треугольнички и фронтовые открытки. Несмотря на бережное отношение, отдельные слова "зарылись" в бумажных изгибах, и разобрать их нет возможности. И меня охватил страх, что и другие строчки могут также безвозвратно исчезнуть. А письма эти бесценны. Читая их сейчас, задаешь себе вопрос: в чём то поколение было лучше нас? Почему у погибших наших ровесников было больше сострадания и добра? Ведь они писали не о боевых действиях, не о тяготах и лишениях, а большей частью старались поддержать духовно своих близких и родных. При этом они сами являлись примером мужества и героизма — в некоторых случаях буквально воскрешали из мертвых. Пилот Николай Кильдишев был одним из тех, кто воскрес для своих родных.


Перед самой войной, в апреле 1941 года, воинская часть, в которой служил Николай, стояла в городе Проскурове (сегодня это город Хмельницкого, Украина). Он, как и его товарищи-летчики, все письма отправлял в зашифрованном виде. Летчики не говорили — летаем, они говорили — работаем. Например, Николай написал, что вернулся из командировки. На самом деле это означало — вернулся с боевого задания. "С работой дела у меня обстоят все по-старому, но у меня есть большие изменения в звании, а также в зарплате. Вернее, этих изменений у меня нет — это произошло у всех, кто со мной выпускался из училища. И все, что произошло, от меня совершенно не зависит. Так нужно. Изменения эти, если разбираться... конечно, не в мою пользу. Напишу об этом в следующем письме потому, что мне неприятно долго разговаривать или писать на эту тему".

Очевидно, в этом письме речь шла о том, что по окончании училища Николай должен был получить звание лейтенанта, но из-за ускоренного прохождения учебного курса молодым летчикам присвоили звание младших лейтенантов и отправили в действующую армию, на границу. Где 22 июня 1941 года их настигла война.

Спустя месяц после начала Великой Отечественной войны Николай прислал письмо из деревни Вертиевки. "Во-первых, пишу, что я жив, здоров, чувствую себя хорошо. Я посылал вам письмо из села Бузова и давал вам не правильный адрес. Но вы видите, что теперь меня в Бузовой нет. Так что, если вы посылали письмо, то я его не получил. Теперь у меня будет постоянный адрес, где бы я не был, письмо должно попасть мне. Теперь пишите пока по адресу: "Действующая армия, Юго-Западный фронт, ВСП-15, ППС-28, 316 РАИ".

"Вертиевка — большое село. Когда-то был здесь райцентр. Прямые улицы, много зелени, белые украинские хаты, клуб, школа, сельсовет, засолзавод, церковка. Неподалеку — железнодорожная станция. С водой плохо — ни речки, ни пруда, лес далеко. Но сады! Весной — все в белой пене цветов, а зимой горницы наполнены нежным яблочным духом (из сборника "Комиссары на линии огня. 1941—1945 гг.", Москва, Политиздат, 1985 год).

Николай ни слова не пишет о войне. Лишь в следующем письме он утешает своих родителей: "Духом падать мы не собираемся, наоборот. А немца скоро или не скоро, а разобьем. Хотя он сейчас и наступает, но это ненадолго, вернее, даже не наступает, а пытается... Не знаю, долго мы будем здесь, или нет. Теперь время такое — сегодня здесь, а завтра в другом месте. Адрес мой теперь такой: Киев-36, п/я 75".

Потом писем долго не было. Как оказалось, Николай Кильдишев попал на Урал.

Новый авиационный полк, где он продолжил служить, был создан 20 октября 1941 в Челябинске — там располагалось летное училище и его материально-техническая база стала основой для вооружения 688 легкобомбардировочного авиационного полка (ЛНБАП).

На самолетах P-Z и P-5 (они использовались для разведывательных полетов и в качестве легких бомбардировщиков) советские пилоты сражались в небе под Москвой. Необходимо особо отметить, что самолеты Поликарпова, созданные в 30-х годах, уже не отвечали боевым задачам. "Эти самолеты как боевые машины использовались только в начальный период Великой Отечественной войны, поскольку к тому времени уже устарели" (Дмитрий Колосов, "Самолеты Н. Н. Поликарпова").

Но несмотря на технические несовершенства, летчики летали на самолетах P-Z и P-5 и в 1942 году. Летом 1942 года, к началу Сталинградской битвы, на вооружение стали поступать новые штурмовики Ил-2. Поэтому полк был преобразован в 688-й штурмовой авиационный полк (ШАП).

Как следует из архивных источников, "в декабре 1941 — январе 1942 гг. полк был переведен на аэродром Датково, затем на Обухово, откуда уничтожал Ржевскую группировку противника. Входил в состав 38-ой смешанной авиационной дивизии. А с 28 февраля 1942 г. полк был в составе ВВС 39-ой армии. К лету 1942 г. полк получил самолеты Ил-2 и был преобразован в 688 ШАП. С мая 1942 г. входил в состав 228 ШАД. В июле 1942 г. полк отправился на Сталинградский фронт, перелетая с аэродрома на аэродром, и принял участие в Сталинградской битве".

Командовал полком Максим Гаврилович Скляров, земляк Николая Кильдишева.

"И вот гвардии подполковник Максим Скляров повел группу штурмовиков, состоящую из шести самолетов, на скопление вражеских танков. Метеоусловия были тяжелые. Высоту нельзя было набрать из-за плотной мглы. Невольно приходилось прижиматься к земле, благо, что не попадались на пути высокие колокольни, заводские трубы и шпили зданий. На подлете к цели удалось увеличить высоту. Как ни хорошо были замаскированы танки, но ведущий быстро их обнаружил. Помогла дымящаяся полевая кухня за реденьким леском. Немцы не ожидали появления "Илов" в столь ранний час, да еще в такую погоду. Скляровцы всегда стремились заставать фашистов врасплох, зная, что зачастую выигранные две-три минуты могут решить исход атаки. Так случилось и здесь. Создав панику, сковав инициативу, парализовав с первого захода несколько тяжелых бронированных машин, гвардейцы развернули штурмовики для нового захода" (Вениамин Анисимович Колыхалов, "Огненная лавина").

Николай Кильдишев тоже сражался в Сталинградском небе. Он не вернулся с боевого задания 14 октября 1942 года. В донесениях о безвозвратных потерях хранится информация о том, что младший лейтенант пилот Николай Николаевич Кильдишев 1919 года рождения пропал без вести.

Мать Николая Кильдишева получила на него первую похоронку.

Но потом случилось чудо — от Николая пришло письмо.

На сохранившихся пожелтевших листах можно проследить весь путь письма: на нем стояли многочисленные оттиски самых разных ведомств, куда попадало письмо. Во-первых, стоял штамп "Просмотрено военной цензурой 03069". Номер означал отдел Управления военно-полевой почтой, который просмотрел текст письма.

Письма доставляла полевая почта СССР — об этом свидетельствовал еще один маленький круглый штамп.

Адрес отправителя оставался неизменным — полевая почта №42066.

"Здравствуйте мои уважаемые родные папа, мама, мои братья и сестры, все мои родственники! Пишу я вам после долгого перерыва письмо и не знаю, получите ли вы его или нет. Есть ли кто-то в Таганроге или нет? Я до сих пор не знаю, остались ли вы в Таганроге или эвакуировались. Я пытался узнать адрес, писал в Бугуруслан (город в Оренбургской области), но ничего не узнал. Теперь когда наш Таганрог свободен, и это зверье бежит, и уже далеко от Таганрога, я решил написать письмо по старому родному мне адресу. Слезы встают у меня в глазах: за эти два года я не разу не получил письма от вас, моих родителей, моих родственников, и мне часто было больно, когда мои друзья получали письма от отца, матери, братьев и сестер, а я не получал. Теперь я пишу письмо и надеюсь, что кого-нибудь, но застанет в Таганроге. Если же нет, и я не получу ответа, то я не знаю, что делать. Остается грусть и забота о родном доме".

В это время родные Николая Кильдишева были в эвакуации в Омской области, почта в первые годы войны работала очень тяжело, и многие письма были безвозвратно утеряны. Но в 1944 году почта стала работать хорошо и родные могли чаще получать драгоценные весточки с фронта.

Итак, развернем еще один фронтовой треугольник-письмо, которое написал летчик Николай Кильдишев 10 апреля 1944 года своему родному брату Жоре. В это время Николай Кильдишев находился на излечении в госпитале: был ранен в руку.

Жить ему оставалось всего лишь около трех месяцев. Но об этом никто на свете не знал.

В ожидании военно-врачебной комиссии Николай писал своему брату: "Здравствуй, Жора! Я сегодня получил третье письмо от Наны. А от тебя я не получил даже ответа на свое письмо. Поэтому я решил писать еще, хотя писать особо нечего, ибо нет никаких изменений. А решения комиссии тоже нет. Ибо я еще на комиссии не был. Здоровье мое пока ничего, хорошее. Дел особых нет. На днях собираюсь поехать на комиссию. Погода сейчас скверная, жду когда будет лучше. Вот, у меня все. Пиши, как дела, как здоровье. Как обстоит дело с переездом, а то пишут, мама беспокоится насчет переезда, хочет, наверное, скорее. Жду от тебя ответа. Передай от меня привет Полине. Кажется, я больше никого не знаю. Пусть пишет. Пока до свидания! Крепко жму руку и целую тебя".

Николай Кильдишев никогда в своих письмах не писал, что он летает на самолетах. Он использовал другие слова, чтобы рассказать о себе. "Был на комиссии. Признали годным к своей профессии без ограничений. Так что я буду на старом месте. К работе я еще не приступил. Но скоро, наверное, начну работать, тогда напишу. Рука моя вроде ничего, не болит, набирается сил, не знаю, как она будет, когда начну работать".

Это означало, что он успешно прошел военно-врачебную комиссию, будет воевать в своем полку и скоро начнет летать, то есть "работать".

Работал он хорошо.

Гвардии младший лейтенант Николай Николаевич Кильдишев за образцовое выполнение боевых заданий в борьбе с немецкими захватчиками был награжден орденом "Красная звезда" в январе 1944 года.

А в середине 1944 года на фронте началась Бобруйско-Барановическая операция, главной целью которой было освобождение городов Бобруйска, Барановичей и других населенных пунктов. Наступление началось 24 июня 1944 года.

"Скляровский полк получил приказ командования армии контролировать шоссейные дороги Рогачев — Бобруйск, Жлобин — Бобруйск. Но пасмурная погода не позволяла летать большими группами. С аэродрома, базирующегося в Бронном, неподалеку от Днепра, вылетали на задания парами... Бомбили дорогу Бобруйск — Рогачев. Немцы перебрасывали к Днепру отборные дивизии. Такого скопления техники и обозов летчикам давно не приходилось видеть. Дорогу охраняли "мессеры" и "фоккеры". Давно летчики не встречались с такой оголтелостью врага, как у Днепра в эти дни сорок четвертого года. Каждую нашу пару окружали по шесть-восемь истребителей. Огонь с земли был интенсивным. Возведенные стены устремленных ввысь снарядов преграждали путь. Когда на время замолкали наземные орудия, вели огонь истребители" (Колыхалов Вениамин Анисимович, "Огненная лавина").

Через два дня после наступления в небе около деревни Королевская слобода в направлении города Барановичи (сегодня эта деревня в Красновском сельсовете Светлогорского района Гомельской области Беларуси) произошел воздушный бой. Подробные обстоятельства этого сражения за давностью лет не сохранились. В этом бою Николай Кильдишев погиб.

Вторая похоронка на летчика Николая Кильдишева пришла в июле 1944 года. Вот дословный ее текст: "Ваш сын, летчик 59 Гвардейского штурмового авиационного Краснознаменного полка гвардии лейтенант Кильдишев Николай Николаевич, уроженец Ростовской области, г. Таганрога, находясь на фронте, в борьбе с немецкими захватчиками 26 июня 1944 года не вернулся с боевого задания из района Королевская Слобода Гомельской области, был сбит истребителем противника".
Внизу документа стояло две подписи: "Командир 59 ГШАКП Герой Советского Союза гвардии подполковник Скляров. Начальник штаба — гвардии майор Федоров".

Максим Гаврилович Скляров возглавлял 59-ый полк с 1942 года и успешно довел его до Берлина в составе 2-ой гвардейской штурмовой авиационной дивизии 16-ой воздушной армии 1-ого Белорусского фронта.

Родные погибшего летчика, получив еще одну похоронку, не смогли примириться с этой, его, теперь уже реальной смертью. Тем более — он им снился. Вот как пишет об этом его жена Мария, которая также воевала на фронте: "Мама, вы спрашиваете, что слышно о Коле? Пока ничего не слышно. И никто ничего не знает. Только мне что-то он снился сегодня, и видела его во сне. Пришел бледный, и никого не узнает. Мама, вы спрашиваете, как он летал до этого. Он один раз полетел на тренировку, и ему стало хуже на руку. А потом на второй день он полетел на задание и больше не вернулся. Вот что я знаю. Мама, но мне кажется, что Коля наш вернется. Не знаю, правильно подсказывает мое сердце, или нет". И во втором письме от Марии тоже мало утешительного: "Теперь, милая мамочка, сегодня видела любимого Колечку во сне. Как было радостно. Но проснулась, а его все нет. Большое переживание о Коле отняло у меня половину моей жизни".

Родные и близкие пытались выяснить обстоятельства гибели своего мужа и сына, но у них ничего не выходило. "Я посылала запросы в Королевскую слободу, но они возвращаются потому, что я не указала район. Но я не знаю, какой это район", — сообщила жена Маруся матери летчика.

Родные жили надеждой. Но с каждым годом становилось понятно, что Николай действительно погиб и уже не взлетит в небо, чтобы громить врага. Он не узнал, что за взятие города Бобруйска приказом ВГК №132 от 8 июля 1944 года 59-му штурмовому авиационному полку присвоено почетное наименование «Барановичский». И победу в 1945 году 59-й гвардейский штурмовой авиационный Барановичский Краснознаменный ордена Суворова III степени полк отпраздновал на территории Германии. Свою жизнь Николай Кильдишев, как и его тысячи соотечественников, отдал за эту великую Победу.

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»

«Пришёл он бледный, и никого не узнаёт»
Автор: Полина Ефимова


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 30
  1. Хубун 3 января 2015 08:27
    вечная память!!! На моего деда тоже похоронка приходила, но домой вернулся, после взятия Кенигсберга, четвертого ранения и списания вчистую, дожил до 1985.
    1. смерш24 4 января 2015 14:37
      Публиковать письма надо ОБЯЗАТЕЛЬНО!!!!
  2. татарин 174 3 января 2015 08:45
    Вечная память и слава нашим дедам и прадедам оставшимся на поле боя в той войне, без их самопожертвования не было бы Великой Победы и нас и нашей России...

    От героев былых времен
    Не осталось порой имен.
    Те, кто приняли смертный бой,
    Стали просто землей травой.

    Только грозная доблесть их
    Поселилась в сердцах живых,
    Этот вечный огонь
    Нам завещано одним,
    Мы в груди храним.
  3. Banshee 3 января 2015 09:26
    Вот и надо больше писать, чтобы имена сохранялись.
    В каждой семье есть свои герои.
  4. novobranets 3 января 2015 09:50
    Моего деда уже ждали дома, война кончалась. В середине мая, вместо деда пришла похоронка "...погиб 26 апреля 1945 г. в Восточной Пруссии". Всю войну прошел. Вот так бывает. Вечная память советским воинам, погибшим в борьбе с фашизмом.
  5. _umka_ 3 января 2015 10:04
    Недеюсь на этот раз немцы не поведуться на третью мировую, сколько раз можно наступать на одни и те же грабли. Вместо гитлера англосаксы теперь ставят на меркель.
  6. мичман 3 января 2015 10:46
    Трогательная история, вечная слава и память защитникам нашей страны. Вчера съездил на могилу отца на Богословское кладбище С-Петербурга. Он погиб 27 декабря 1941 года на Ленинградском фронте. Создавал тяжелую железнодорожную артиллерию и "Дорогу жизни", где и погиб. Нас с матерью он в конце августа 1941 года отправил в Сибирь в эвакуацию, так полагалось делать тогда. Правда сослуживцы отца похоронили его в отдельной могиле, которую маме показали в 1944 году, когда сразу после снятия блокады мы вернулись в Ленинград. Помню похоронку на него, как плакала мать, помню его письмо из Ленинграда, бумага была с самолетом в правом углу. Но главное помню два письма, которые он писал, когда заезжал домой со службы в нашу квартиру. Они были не отправлены им, их мы обнаружили в 1944 году, там были слова: "Фашистов мы разобьем. Аня, если я погибну, расти сына, учи его. Он должен стать старшим в семье и помогать всем. ....". По заветам отца я так и вырос. Уже в 18 лет был лейтенантом, потом учеба в университетах, работа, создание ВиВТ, защита диссертаций, публикации научных работ и воспитание своей научной школы (подготовил более 100 д.т.н., к.т.н., стал Лауреатам Гос. премий, участвовал в обороне интересов страны за рубежом, награжден орденами и т.д.). Мы должны чтить память своих предков, а главное гордиться ими. Честь имею.
  7. Андрей НМ 3 января 2015 12:54
    Мой дед тоже с 1940 года в военной авиации. Начинал на "ишачке", а с февраля 1942 года на Ил-2. Остался жив, ноги и лицо со следами ожогов. Прилетал с такими дырами, в которые можно было пролезть. Память им и слава...
  8. СанСеич 3 января 2015 13:07
    у моей бабушки было 5 братьев. Не вернулся ни один, все полегли на фронте
  9. Вадим2013 3 января 2015 13:36
    Вечная память погибшим за Родину в ВОВ.
  10. Zlovred 3 января 2015 16:15
    Вечная память Героям отдавшим жизни за Родину! Надо помнить что Они своим непосильным подвигом подарили нам возможность Жить в мире, изо всех сил теперь необходимо не допустить Большой Войны - усиленно модернизируя своих ангелов хранителей: Армию,Флот,ВВС и конечно ВКО!
    Вместе всё преодолеем,все напасти победим!
    Слава нашим замечательным людям!!
    Слава нашей великой Родине!!! good
  11. VAZ-2102 3 января 2015 17:18
    Мой дядя, брат отца был командиром штрафбата.Прошел всю войну.Победу встречал в Венгрии,в госпитале.Ехал на броне
    возвращаясь с задания (разведка) машина наехала на противотанковую мину.С брони дядю Аркашу сбросило волной от взрыва.Под Сталинградом говорил такая мясорубка была что в одной из атак был просто завален трупами.А под Курском
    несколько танков немцев прорвали оборону и штрафбату поставили задачу сжечь танки.Они были в небольшом лесочке.
    Когда они приблизились к танкам,там никого не оказалось.Единственное в танках оказались куры, поросята итд.
    Они немножко танки подпалили,штрафбату невыполнить задание это каралось.В конце войны дядя Аркадий заслужил благодарность у Конева.
    VAZ-2102
  12. Русский ватник 3 января 2015 17:33
    Как правильно было написано
    "Нас не нужно жалеть, ведь и мы никого не жалели.
    Мы пред нашим комбатом, как пред господом богом чисты.
    На живых порыжели от крови и глины шинели.
    На могилках у мертвых расцвели полевые цветы...."
    Вечная память.....
  13. Рейдер 3 января 2015 23:26
    1942. Мама отца не видела никогда. Без вести. Вроде под Москвой. Искал, не нашел по архивам. Деда не знаю. Даже фото нет. Наверно просто надо помнить. Служил. 94-96. Знаю что живу из-за них. главное чтобы дети помнили, иначе...никак.
    1. Рейдер 3 января 2015 23:47
      2102 ИМХО конечно, с 1942 в штрафбате... наверно не очень правильно. Светлая память твоему дяде , преклоняюсь перед ним, но ты с историей не дружишь. Еще раз говорю, светлой памяти, молодец, уважаю, как человека. В штрафбате танков не было, даже для поддержки. Извини если обидел, но пиши правду. Ставлю тебе+.
      1. мичман 4 января 2015 00:14
        Уважаемый Руслан, очень тронут Вашим отношением к своим близки, берегите эти отношения и чтите их.
        Могу добавить, что во время ВОВ были разные ситуации. Летчики попадали в штрафные батальоны по разным причинам. Но продолжали летать на тех же машинах и бить фашистов только в другом звании. Это относилось и к танкистам. Такое же положение было и на флоте.
        Среди читателей "ВО" есть очень злобные люди, но они злобные, вернее злые из-за своих неудач. Я бы посмотрел их в деле, когда надо будет отстаивать свою страну. Или создавать что-то новое для ее могущества. Они это сделать не смогут.
        Я пишу это потому, что видел героев в реальных боевых делах. Гордитесь своими близкими, они дали Вам возможность жить. Честь имею.
      2. мичман 4 января 2015 00:14
        Уважаемый Руслан, очень тронут Вашим отношением к своим близки, берегите эти отношения и чтите их.
        Могу добавить, что во время ВОВ были разные ситуации. Летчики попадали в штрафные батальоны по разным причинам. Но продолжали летать на тех же машинах и бить фашистов только в другом звании. Это относилось и к танкистам. Такое же положение было и на флоте.
        Среди читателей "ВО" есть очень злобные люди, но они злобные, вернее злые из-за своих неудач. Я бы посмотрел их в деле, когда надо будет отстаивать свою страну. Или создавать что-то новое для ее могущества. Они это сделать не смогут.
        Я пишу это потому, что видел героев в реальных боевых делах. Гордитесь своими близкими, они дали Вам возможность жить. Честь имею.
      3. Колесо 4 января 2015 00:18
        Цитата: Рейдер
        2102 ИМХО конечно, с 1942 в штрафбате... наверно не очень правильно. Светлая память твоему дяде , преклоняюсь перед ним, но ты с историей не дружишь. Еще раз говорю, светлой памяти, молодец, уважаю, как человека. В штрафбате танков не было, даже для поддержки. Извини если обидел, но пиши правду. Ставлю тебе+.

        Командование штрафбатов набиралось из кадровых военных, кристально чистых, если чё.
        Другой вопрос, что к концу войны штрафбатов почти не оставалось.
    2. Комментарий был удален.
  14. Ols76 4 января 2015 05:43
    вечная память!
  15. к174ун7 4 января 2015 09:34
    Такими воинами как Николай Кильдишев добывалась победа над фашистами. Простые строки писем дошли до нас с военной поры. Спасибо, людям, постоянно рассказывающим на страницах ВО о героях ВОВ. Память о них не должна стереться.
    Интересуюсь историей нашей авиации. Одним из недостатков в тактике применения нашей авиации было распыление сил по многим направлениям. Истребители,штурмовики и бомбардировщики применялись мелкими группами, без должного прикрытия. Требовали летать по графику или по планам, по которым авиация распределялась по всему фронту. Это вело к недостаточной эффективности ударов и неоправданным потерям. Немцы как правило применяли авиацию массировано, с должным прикрытием ударных групп Вот и в этой статье приводится выдержка из книги участника войны о том участке фронта где воевал Н.Кильдишев.
    "Каждую нашу пару окружали по шесть-восемь истребителей." В статье пишется, что произошел воздушный бой, в котором погиб Николай. Получается, что штурмовики работали без прикрытия истребителей. А ведь это происходило в середине 1944 г. когда наша авиация имела превосходство по количеству самолетов. Их характеристики не уступали немецким, а пилоты имели боевой опыт. Отдавая дань памяти воинам ВОВ следует помнить и боевой опыт войны.
  16. fail8219 4 января 2015 12:36
    Да не забудем же ИХ, ПРОСТЫХ ТРУЖЕНИКОВ ВОЙНЫ!
    Не забудем и расскажем своим детям!
    Мы живем, пока их помним!
  17. Dan Slav 4 января 2015 12:51
    Вечная слава и память!
    Досталось этому поколению капитально, но они выстояли!
  18. VAZ-2102 4 января 2015 12:56
    В штрафбате танков небыло.Им машина была придана.В разведку боем ходили.
    VAZ-2102
  19. Опора 4 января 2015 13:02
    Вечная память. Наши предки - наша История и Заповеди ....
  20. iva12936 4 января 2015 13:56
    Вечная память!!! У меня отец с 1942 до 1945 прошел в БАДе, слава богу жив остался иначе меня бы не было. Мало что рассказывал, к сожалениюю
  21. moskowit 4 января 2015 15:45
    Наши отцы, ветераны войны, к большому сожалению, почти что ни когда не рассказывали о войне. Всё осталось в нетях, а ведь сколько судеб, столько и историй боевого пути. Письмо, это документ, много что говорящий, может быть, как сугубо личные свидетельства жизни, их и не нужно выставлять на всеобщее обозрение. Но для обладателя сих ценных свидетельств, они могут служить отправной точкой исследования жизни и боевого пути их автора. И это большое дело в пользу раскрытия белых пятен многих семейных историй.
  22. qwert555 4 января 2015 16:27
    Надо это читать в школах и показывать по телевизору.Мы должны быть в месте, как пальцы сжатые в кулак.Бей украинскую фашистскую сволочь.Без пощады,до полной победы!
  23. Игорь 069 4 января 2015 16:28
    Преклоняюсь... Надо помнить о подвиге предков!
    Игорь 069
  24. Telogreikin 4 января 2015 22:56
    Вечная память! Оба деда лежат: один под Вязьмой, другой под Москвой. В безымянных могилах. Вечная !
  25. NIKAVIZ 5 января 2015 05:22
    С тяжелым чувствами читать эти письма...и видеть во что превратилась страна, recourse am Столько было бед и горя,принесенное той войной...И итог sad
  26. wulf66 9 января 2015 14:04
    Вечная Память,земля пухом.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня