Ошибочка вышла

Канонерская лодка "Хаттерас" считалась во флоте Североамериканских Соединенных Штатов весьма удачливой, а служба на ней - очень прибыльным делом.

Участвуя в морской блокаде Конфедерации, она за год захватила семь торговых судов с хлопком, сахаром, древесиной, скипидаром и другими экспортными грузами, которые пытались прорваться в Мексику и на Кубу. За каждое судно экипаж "Хаттераса" получал щедрое призовое вознаграждение.

Так продолжалось до 11 января 1863 года, когда наблюдатель с мачты канонерки заметил неподалеку от маяка Галвестон у побережья Техаса трехмачтовый парусник, шедший без флага. В надежде на очередной приз "Хаттерсас" быстро поднял давление в котлах и устремился к нарушителю блокады. Тот попытался уйти от погони, но расстояние между кораблями медленно сокращалось, а день тем временем клонился к закату. Примерно через 30 миль "Хаттерас" в наступающих сумерках поравнялся с парусником, у которого вдруг обнаружилась дымовая труба. Капитан Хомер Блейк прокричал в мегафон "Что за корабль?" Ответа не последовало. Тогда с канонерки спустили шлюпку с досмотровой партией, одновременно зарядив пушки и наведя их на неопознанное судно.


И тут на мачте корабля взвился флаг Конфедерации, а с его палубы грянул орудийный залп. Оказалось, что "Хаттерас" гнался не за безоружным "торговцем", а за парусно-винтовым шлюпом "Алабама" - кораблем с более высокой скоростью и гораздо более мощным вооружением, чем у самого "Хаттераса". "Алабама", включив паровую машину, могла легко оторваться от преследователя, но она просто заманивала канонерку, чтобы заставить ее уйти от остальных кораблей федеральной эскадры на расстояние, с которого не будут слышны выстрелы.
В общем, произошла классическая история из серии "азартный охотник превратился в дичь". Команде "Хаттераса" пришлось вступить в бой, исход которого был предопределен тем, что на канонерке стояли всего четыре старых гладкоствольных 32-фунтовых пушки и два легких нарезных 20-фунтовых орудия. На "Алабаме" же было шесть 32-фунтовок, а главное - 68-фунтовая бомбическая пушка и 178-миллиметровое английское нарезное орудие Блэйкли, стрелявшее цилиндро-коническими 110-фунтовыми снарядами.
Недолгая перестрелка на близкой дистанции закончилась потоплением "Хаттераса" и пленением почти всей его команды. Согласно отчету капитана Блейка, его корабль, прежде чем уйти на дно, получил страшнейшие повреждения: тяжелые бомбы, пробив обшивку, разорвались в лазарете, в каютах, в котельном и машинном отделениях, был разбит цилиндр и балансир паровой машины, а в трюм через огромные пробоины хлестала вода, которую нечем было откачивать, поскольку насосы вышли из строя. Вдобавок на корабле вспыхнул сильный пожар. Однако эта апокалиптическая картина плохо сочетается с тем, что из 126 членов команды "Хаттераса" погибло или пропало без вести всего два человека, а остальные спокойно расселись в шлюпки (заметим, - неповрежденные) и поплыли сдаваться, предварительно просигналив фонарем "Просим о помощи!".
На мой взгляд, экипаж "Хаттераса", быстро поняв, что противник ему не по зубам, просто сам затопил свой корабль, благодаря чему и выжил почти в полном составе. К такому же выводу подталкивает и полное отсутствие безвозвратных потерь на "Алабаме" - в результате боя на ней оказалось всего двое легко раненых. Но, разумеется, такая негероическая версия в американской историографии даже не упоминается...

Ошибочка вышла


Канонерская лодка "Хаттерас", переделанная из транспортного парохода с железным корпусом "Сент Мери" водоизмещением 1164 тонны. Длина - 64 м, мощность паровой машины - 500 л.с., максимальная скорость - 8 узлов.

Ошибочка вышла


Деревянный парусно-винтовой шлюп "Алабама". Водоизмещение - 1050 тонн, длина - 67 м, силовая установка - две паровые машины суммарной мощностью 600 л.с., работавшие на один винт, максимальная скорость - 13 узлов, экипаж - 145 человек.

Ошибочка вышла


Схема размещения вооружения на верхней палубе "Алабамы".

Ошибочка вышла


178-миллиметровое дульнозарядное нарезное орудие Блэйкли - главный аргумент "Алабамы" в споре с "Хаттерасом".

Ошибочка вышла


Начало дуэли "Хаттераса" с "Алабамой", картина американского художника Томаса Фримена.

Ошибочка вышла


Гибель "Хаттераса". Рисунок по памяти одного из участников боя.
Автор: Вячеслав Кондратьев
Первоисточник: http://vikond65.livejournal.com/283986.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 9
  1. тасха 17 января 2015 07:33
    Как один из вариантов - при отправке досмотровой партии вся команда североамериканцев собралась на палубе, чтобы поглазеть. А южане дали с близкого расстояния залп по корпусу канонерской лодки. Повреждения - тяжелейшие, а потерь - нет.
    1. svp67 17 января 2015 08:18
      Цитата: тасха
      Как один из вариантов

      Цитата: тасха
      вся команда североамериканцев собралась на палубе...южане дали с близкого расстояния залп по корпусу канонерской лодки. Повреждения - тяжелейшие, а потерь - нет.
      Не пройдет, так как в таком случае не защищенные ни чем люди были бы поражены осколками обшивки и еще, кочегары и механик то же "поглазеть" вылезли? Они то уж точно бы получили бы "свое", будь канонерка расстреляна в корпус.
      Так, что скорей всего автор прав - затопили сами, и как то удивляет, что за столько лет её еще дайверы или иные любители "сокровищ" не обнаружили и не засняли, в этом бы случае, вообще все вопросы бы были сняты.
  2. Bosk 17 января 2015 09:52
    Где бы схемы "Алабамы" достать..., когда то ещё в юности хотел модель это го корабля собрать, но всё завтра-завтра...
  3. Cristall 17 января 2015 10:10
    До встречи с Кирсарджем еще бегала
    Более подробно о бое.
    6 января 1863 г. «Алабама» вышла в совершенно необычный поход. В отличие от всех других операций, в которых крейсера Конфедерации стремились уничтожать торговые суда, на сей раз целью были транспорты с войсками — из газет на «Алабаме» узнали о подготовке очередной морской экспедиции северян под командованием генерала Бэнкса, целью которой должен был стать Галвестон — порт в штате Техас, расположенный на побережье Мексиканского залива.
    Десант предполагалось перевозить на транспортах, поэтому Симмс и его офицеры совершенно правильно рассудили, что в случае удачи набега добыча могла оказаться очень ценной (хотя на сей раз и не в долларовом выражении). Но и риск представлялся немалым — имелась очень большая вероятность встречи с кораблями противника, на стороне которых могло оказаться значительное превосходство в силах.
    11 января, в воскресенье, «Алабама» после пятидневного похода подошла к Галвестону. Определив в полдень своё местоположение — 30 миль от Галвестона — Рафаэль Симмс приказал держать курс прямо на город. Он рассчитывал засветло обнаружить эскадру противника и, отстоявшись на якоре до ожидавшегося в 23.30 восхода луны, атаковать транспорты с десантом.
    Но капитана подвели наблюдатели на салингах: они обнаружили соединение северян слишком поздно, когда «Алабама» уже сблизилась с неприятелем на сравнительно небольшое расстояние, и надеяться на то, что «янки», в свою очередь, «проворонили» подход крейсера, почти не приходилось.
    Недалеко от города, мористее бара, стояли три корабля, один из которых ошибочно приняли за парусный фрегат (на самом деле это был некогда безуспешно охотившийся за «Самтером» хорошо вооружённый винтовой «Бруклин», на нём держал флаг коммодор Белл), два других правильно определили как пароходы. Один из них вскоре начал поднимать пары и затем взял курс на «Алабаму».
    Кэптен Симмс, в свою очередь, приказал разводить пары, спустить и установить винт. Крейсер двинулся в сторону открытого моря, стремясь увести преследователя подальше от эскадры, чтобы на последней в случае боя не было слышно выстрелов. «Алабама» шла под марселями и временами вводила в действие машину. Её командир не стремился слишком оторваться от противника, явно уступавшего в скорости, а лишь старался оттянуть начало боя до сумерек.
    В то же время он не хотел поворачивать в сторону корабля северян, опасаясь, что тот не захочет сражаться и, догадавшись, что перед ним военный корабль Конфедеративных Штатов, откажется от схватки и уйдёт к основным силам своего отряда.
    Преследователем крейсера Конфедерации оказался «Гаттерас» (USS «Hatteras») — корабль, входивший в состав Блокадной эскадры Залива (Gulf Blockading Squadron), которая несла блокадную службу в Мексиканском заливе. Он представлял собой колёсный пароход с железным корпусом, ещё в процессе достройки перестроенный из торгового судна («St. Mary's») в канонерскую лодку.
    Его водоизмещение (так называемое строительное) составляло 1126 т, длина между перпендикулярами — 210 фт. Паровую машину мощностью 500 л.с. питал паром один котёл. Корабль нёс парусную оснастку трёхмачтовой шхуны. Командовал им лейтенант Гомер С. Блейк.
    Вооружение «Гаттераса» состояло из четырёх коротких 32-фунтовых пушек (27-центнеровых), двух нарезных 30-фунтовых и одной нарезной 20-фунтовой пушки, а также двух 12-фунтовых гаубиц. Впрочем, тут имеются определённые разночтения. В данном случае состав вооружения указан в соответствии с записями «алабамца» Фаллэма, который сообщал о девяти орудиях на неприятельском корабле.
    На снимке последний бой Алабамы
  4. Cristall 17 января 2015 10:12
    Однако встречаются упоминания, что 12-фн гаубица на канонерской лодке стояла всего одна, согласно же справочнику «Warships of the Civil War Navies», имелось всего четыре 32-фн гладкоствольных и одно 20-фн нарезные орудия (хотя в этом справочнике 12-фн гаубицы почти никогда не учитываются). Обязанности артиллерийского офицера у северян временно исполнял младший штурман Мак-Грат.
    Даже если сведения о равенстве числа пушек у обоих противников верны, всё равно на стороне «Алабамы» имелось значительное превосходство: её 32-фунтовые орудия были существенно мощнее и дальнобойнее стоявших на «Гаттерасе» пушек того же калибра, а бомбическая восьмидюймовка и нарезное орудие Блейкли на поворотных станках на порядок превосходили все пушки «янки». Правда, малая дистанция боя всё же несколько уравнивала шансы.
    Кроме превосходства в артиллерии, «Алабама» имела ещё одно важнейшее преимущество: её паровая машина находилась ниже ватерлинии и для не слишком мощных орудий была малоуязвима; у «Гаттераса» этого достоинства не имелось, что и сказалось в ходе боя. Помимо этого, постройка металлических корпусов кораблей оставалась ещё весьма несовершенной технологически, и воздействие артиллерии приводило к большим разрушениям.
    С другой стороны, к 1863 г. «Гаттерас», спущенный на воду в 1861 г. и укомплектованный в октябре того же года, приобрёл определённый боевой опыт. Ещё в конце 1861 г. он участвовал в рейде к берегам Конфедерации, а с января следующего года был задействован в блокаде Юга, успешно провёл бой с конфедеративной канонерской лодкой «Мобил», захватил и уничтожил десяток судов, включая паровые блокадопрорыватели.
    По словам командира «Гаттераса» Блейка, северяне уже вскоре после начала преследования уходящего в океан «незнакомца» пришли к выводу, что им предстоит сражаться. Ещё в самом начале погони наблюдатели канонерской лодки определили, что показавшееся на горизонте около 14.30 на северо-востоке судно, первоначально принятое за «чистый» парусник, является не только парусным, но и паровым.
    Поэтому подозрения, что их просто-напросто заманивают в море, у офицеров-северян возникали. То, что «Гаттерас», бывший неважным ходоком, довольно быстро нагонял подозрительное судно, эти предположения ещё больше усилило, и на «Гаттерасе» начали готовиться к бою.
    Около семи часов вечера корабли сблизились до четырёх миль. «Алабама» остановилась и поджидала противника, развернувшись к нему бортом. Спустились сумерки, и уже почти совсем стемнело. Когда расстояние совсем сократилось, с «Гаттераса» голосом запросили: «Что это за корабль?». С «Алабамы», выдавая себя за «британца», ответили: «Корабль Её Величества "Петрел", а вы?».
    Ответ на «Алабаме» не расслышали, поэтому до самого конца боя не знали, с кем именно довелось сразиться. Для проверки правдивости информации и досмотра судна лейтенант Блейк приказал готовить шлюпку, командование досмотровой партии было поручено старшему штурману. Но как только шлюпку спустили на воду, с мнимого «британца» крикнули (судя по воспоминаниям, переговоры с помощью рупора вёл лейтенант Келл): «Мы корабль Конфедеративных Штатов "Алабама"!» и немедленно открыли огонь с правого борта.
    Здесь необходимо вновь отметить противоречия в имеющейся информации: о стрельбе правым бортом сообщает один из участников боя, в то время как на схеме повреждений обозначены попадания в левый борт. «Гаттерас» ответил выстрелами, и некоторое время корабли двигались параллельными курсами, обстреливая друг друга.
    Причём огонь велся не только из орудий, но и из личного оружия офицеров и команды — ружей и револьверов. Дистанция боя составляла от одного до двух с половиной кабельтовых.
  5. Cristall 17 января 2015 10:15
    «Алабама» быстро добилась сокрушительных попаданий в своего противника. Интересно отметить, что офицеры конфедератов по звуку попаданий ядер и снарядов в борт неприятеля поняли, что у того железный корпус. Артиллеристы северян тоже стреляли неплохо, хотя эффект от попаданий их орудий оказался невелик. Кроме того, прислуга кормовых пушек «Гаттераса» в первый момент растерялась, что сильно сказалось на эффективности и точности ведения огня. Всего «Алабама» получила семь попаданий. Одно пришлось в корму, неприятельский «подарок» пробил обшивку и задел шпангоут.
    Другое поразило трубу, третий снаряд пробил борт в жилой палубе и застрял в обшивке противоположного борта. Остальные также не нанесли сколько-нибудь серьёзного ущерба: уголь оказался неплохой защитой — по описаниям того времени, «вражеские ядра застряли в угольных ящиках».
    Среди «алабамцев» убитых не было, да и раненых оказалось всего двое, причём оба легко: один моряк пострадал от артиллерийского огня, другого «зацепила» пуля, которая перед этим срикошетировала от трубы и перебила бакштаг.
    «Гаттерасу» пришлось намного хуже. Его командир, прекрасно зная все недостатки своего корабля, вознамерился взять врага на абордаж. Но «Алабама» обладала преимуществом в скорости и легко избежала этого, хотя дистанция боя и сократилась до минимума. Вскоре от взрыва бомбы в трюме «северянина» начался пожар. Ещё одна бомба попала в лазарет, другая угодила в соседнее помещение. Оба попадания также вызвали пожары. Одним из попаданий был разбит цилиндр паровой машины, и всё машинное отделение наполнилось паром.
    Корабль потерял управление и лишился возможности действовать помпами, огонь в топках начал гаснуть. Но, несмотря на полыхавшее в нескольких местах пламя и выход из строя машины (кроме разбитого цилиндра оказался перебит балансир), «Гаттерас» продолжал стрелять из орудий. Лейтенант Блейк надеялся, что сумеет нанести противнику серьёзные повреждения и рассчитывал, что звуки канонады будут услышаны на эскадре у Галвестона и оттуда подойдёт подмога.
    Но вскоре последовало очень тяжёлое попадание — взрывом было оторвано несколько листов железной обшивки у ватерлинии и началось сильное и быстрое поступление воды в корпус корабля. Его гибель стала неизбежной, и через 13 минут после начала боя были произведены два выстрела с правого, подбойного борта, а над палубой как знак бедствия был приподнят фонарь. С «Алабамы» тут же запросили, не нужна ли помощь, на что последовал утвердительный ответ.
    «Гаттерас» горел и тонул. Во избежание взрыва на нём затопили крюйт-камеру, а чтобы отсрочить затопление, Блейк приказал выбросить за борт орудия левого борта. По его убеждению, если бы это не было своевременно сделано, экипаж корабля был бы обречён. Тем временем на «Алабаме» матросы надрывали глотки криками «ура!» и... спускали гребные суда для спасения побеждённых.
    К борту рейдера пристала шлюпка с «Гаттераса», с которой сообщили название своего корабля (его не удалось разобрать перед началом боя) и передали, что он просит помощи и сдаётся. Но в это время наблюдателям на «Алабаме» показалось, что к крейсеру приближается другой пароход.
    Схема «Алабамы» с указанием мест попаданий, полученных в бою с «Гат-терасом»
  6. Cristall 17 января 2015 10:19
    Спасательные операции немедленно прекратили, а шлюпки снова подняли. Впрочем, вскоре выяснилось, что тревога ложная, и началось спасение погибающих. Кроме шлюпок «Алабамы», в нём участвовали и четыре шлюпки «Гаттераса», который пошёл на дно через две минуты после того, как его покинул последний человек.
    Выпустив по противнику около 50 снарядов и потеряв двух членов экипажа убитыми и пятерых ранеными, в 20.30 «Гаттерас» затонул носом вперёд. На его грот-брам-стеньге по-прежнему развевался флаг Соединённых Штатов.
    В плен попали 17 офицеров и 101 нижний чин; в числе пленных не оказалось старшего штурмана и пяти нижних чинов, которые перед началом боя отправились на шлюпке для досмотра «британца». Учитывая, что море было совершенно спокойно, ночь стояла ясная и звёздная, а расстояние до ближайшего берега не превышало 19 миль, искать их не стали. Впоследствии стало известно, что шлюпка действительно благополучно добралась до берега. Последним из спасённых на борт «Алабамы» поднялся лейтенант Блейк, вручив её командиру свою саблю.
    От пленных офицеры «Алабамы» узнали, что экспедиция Бэнкса не состоялась и, следовательно, ни одного транспорта с десантом поблизости не было. У Галвестона находились лишь блокирующие корабли северян во главе с «Бруклином», ожидавшие подхода подкреплений для бомбардировки города с моря. Так что оплошность наблюдателей буквально спасла крейсер Конфедерации.
    Обращение с пленными было вполне гуманным. Капитан Симмс даже уступил командиру «Гаттераса» (имевшему меньшее звание) свою каюту. Остальных офицеров-северян разместили в кают-компании, а матросов — в жилой палубе. 20 января «Алабама» пришла в Порт-Ройял на Ямайке, и на следующий день всех пленных с разрешения губернатора передали британским властям.
    В тот же день, 21 января, бывший командир «Гаттераса» передал в американское консульство в Кингстоне свой рапорт о происшедшем на имя Секретаря флота Соединённых Штатов Гедеона Уэлса.
    «Алабама», исправив полученные в бою повреждения, погрузив уголь и дав отдых команде, вечером 25 января отправилась продолжать своё крейсерство. Победа над «Гаттерасом» для экипажа крейсера оказалась очень важна в моральном плане, так как газеты Соединённых Штатов и ряда других стран отзывались о действиях рейдера и его моряках крайне уничижительно, презрительно именуя волонтёров «сбродом со всей Англии», а сам крейсер — «пиратом, не способным на честный бой».
    И офицеров, и команду это очень задевало, но теперь они сумели доказать, что «Алабама» была настоящим боевым кораблём, способным не только захватывать и сжигать торговые суда, но и отправить на дно неприятельский корабль
    Это сыграло злую шутку в ее последнем бою, впрочем там ситуация была "варяжья" ни уйти ни уничтожить(кроме удачи) более сильного врага--не представлялось возможным.
  7. тасха 17 января 2015 10:32
    Вот письмо командира "Гаттераса":

    «Консульство Соединенных Штатов в Кингстоне, Ямайка, 21 января 1863 г. Милостивый государь! На мне лежит печальная обязанность уведомить вас о гибели парохода Соединенных Штатов «Гаттерас», которым я имел честь командовать. Пароход погиб 11 января у берегов Техаса от нападения на него мятежного парохода «Алабама»... Зная уязвимость «Гаттераса», я хотел абордировать «Алабаму» и таким образом разом решить участь этого пирата, но по мере того как я прибавлял ход, он делал то же. На его стороне было преимущество в скорости. Тем не менее мне удалось подойти на расстояние тридцати ярдов. Огонь из орудий с обеих сторон был убийственный. С «Гаттераса» было выпущено около пятидесяти снарядов, с «Алабамы», полагаю, больше. Вскоре ко мне в трюм влетела бомба. Разорвавшись, она вызвала пожар. Другая бомба влетела в лазарет и в соседнее отделение. Обе они разорвались и тоже произвели пожары. Одна бомба попала в машину, в цилиндр и золотник. Все машинное отделение сразу наполнилось паром. Я оказался лишен возможности управлять судном и действовать помпами, так как огонь под котлами начал гаснуть. Вскоре еще одна бомба пробила борт «Гаттераса» у ватерлинии. Вода стала прибывать так быстро, что откачать ее было невозможно. Гибель парохода стала неминуема. Убедившись в этой печальной истине, я не счел возможным жертвовать дорогими жизнями моих подчиненных. Чтобы не дать «Гаттерасу» взлететь на воздух, я приказал затопить крюйт-камеру и велел выстрелить с правого борта. «Алабама» спросила, нуждаемся ли мы в помощи. Мы ответили утвердительно. К этому времени «Гаттерас» уже тонул. Чтобы спасти жизнь офицеров и команды, я приказал сбросить за борт орудия. Пароход затонул так быстро, что неприятелю не удалось воспользоваться ничем. Ружья, револьверы, амуниция и все припасы опустились на дно вместе с пароходом. Я счастлив доложить, что все вверенные мне чины доставлены были на «Алабаму» совершенно невредимыми. При этом препровождаю рапорт младшего врача, из которого вы увидите, что пять человек были ранены и два убиты. С глубоким почтением, ваш покорный слуга Г. С. Блек, лейтенант, командир “Гаттераса”

    Прав или не прав был командир "Гаттераса" - каждый судит сам.
  8. Робертъ Невский 17 января 2015 11:41
    Молодцы конфедераты!
  9. Monster_Fat 17 января 2015 11:54
    Странно то, что бой с "Кирсарджем" показал совсем обратное-"Алабама" стреляла из рук вон плохо, не добившись ни одного попадания в своего противника. Не думаю, что это объясняется, якобы, плохим состоянием пороха.
  10. Cristall 17 января 2015 19:56
    Бой с Кирсарджем-совсем другая история. Требующая отдельной статьи.
    А вообще интересно проследить бои параходов-у них совсем интересные дела. От боя Корнилова доя потопления Алабамы--каждый бой уникален.
  11. ЁханПалыч 17 января 2015 22:22
    канонерская лодка "хаттерас" это не канонерская лодка "КОРЕЕЦ"
  12. AKuzenka 17 января 2015 23:03
    Всё как обычно - все "героические" вехи СГА, всего лишь перевранные истории настоящих поражений.
  13. 97110 18 января 2015 19:26
    Несколько раз натолкнулся в тексте и в комментах на утверждение, что "Алабама" уходила мористее, чтобы остальные корабли янки не услышали звуков стрельбы. При скорости "хаттерас" в 8 узлов за 4 часа они ушли на 30 миль. Неужели на таком расстоянии не слышна стрельба из 7 дюймового нарезного орудия? По воде звук распространяется очень хорошо. И чувствуется не как толчок воздуха, а как удар воды по корпусу. То есть стрельбу янки всё равно услышали. Но тридцать миль форы дали возможность Алабаме скрыться.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня