Правительство в параллельном мире

В практике современных государств есть два привычных правительства — действующее, сформированное ведущими политическими силами для реализации заявленных ими целей, и теневое — образованное оппозицией для анализа и оценки принимаемых властью решений. Новое время родило ещё один тип — параллельное правительство. Это когда оно вроде бы действует — заседает, выступает с публичными заявлениями, принимает решения, только всё это рассчитано лишь на определённую, часто пассивную часть общества. Экономика существует отдельно от такого правительства, выживает и развивается исключительно за счёт инициативности её субъектов. Именно такое положение сложилось в последние годы в России.

За бюджетом не видно страны


Такое состояние до поры не резало глаз, пока не явился кризис. Собственно, он и явился в результате бездействия правительства Дмитрия Медведева, или наоборот, действий непродуманных. Сейчас несостоятельность этого кабинета прикрывают ссылками на санкции, падение цен на нефть, однако первый звоночек прозвенел задолго до нынешних событий. Началось всё в далёком 2012-м году, когда приняли решение повысить налоги на малый бизнес. В результате из экономики выпало более трехсот тысяч предприятий, которые попросту закрылись. Если предположить, что каждая такая фирмочка имела в год смешной доход в миллион рублей, то валовой продукт страны разом не досчитался 300 миллиардов. Впрочем, в малом бизнесе выручка всё-таки посерьёзнее — доходит до шестидесяти миллионов, значит, и удар по экономике оказался сильнее. С него-то и началось снижение темпов роста, постепенно перешедшее в торможение и стагнацию.

Кто-то озаботился этим? Я, по крайней мере, не заметил. Штука в том, что в последние годы деятельность кабинета министров сосредоточена главным образом на формировании и распределении федерального бюджета. Делать это можно двумя способами: фискальным, собирая налоговую дань с субъектов экономики, увеличивая её по мере надобности, и созидательным — развивая инновации, производство, бизнес, которые и наполнят казну вместе с ростом национального продукта. Не секрет, что активно эксплуатируется как раз первое направление. Плюс к нему — игра с курсами валют. Даже формулу вывели: баррель нефти стоит 3600 рублей. Пока она была дорогой, рубль держался в пределах тридцати за доллар. Нефть покатилась вниз, за ней последовала и национальная валюта. Но вот что интересно. На днях экономисты посчитали, по паритету покупательной способности, оцененной в «индексе биг-мака», доллар в России должен стоить 18,5 рубля. Ровно так же он котировался по осени, когда все валютные пертурбации только начинались. Значит, рубль серьёзно недооценен, а курс его — совершенно рукотворный продукт. Для бюджета и правительства — это благо. За меньший объём экспортной выручки получается больший объем рублей, необходимых для государственных трат. Для производственников — экономическая удавка, когда удорожание составляющих продукта ведёт к повышению цены и снижению спроса. В этой связи мало чего стоит популярный сегодня тезис, мол, дешёвый рубль продвинет российское производство. А куда девать импортные компоненты? Они есть даже при выпечке хлеба, не говоря уже о более сложном продукте вроде популярной курятины, где и инкубационное яйцо, и корм птице везут из заморья, или пива, которое варят «из лучших сортов импортного солода». Вот и получается, что у правительства и бизнеса разные интересы, и разные пути. Неслучайно кабинет министров за три месяца проблем на финансовом рынке так и не создал сколько-нибудь путной программы для поддержки отечественной экономики.

После недель созерцания решили действовать и, как в кризис 2008-го года, поддержать деньгами государственные банки, крупные компании вроде «Роснефти» и «Газпрома», от которых прямо зависит федеральный бюджет. Записали под это дело более двух триллионов рублей фонда национального благосостояния. Однако такая программа не прошла утверждение у президента России. Официальное сообщение выглядело так, будто документ согласован, но требует доработки. Последующие события показали, что программу правительства, что называется, «зарубили». И это правильно. В упомянутом 2008-м году банкам и крупным компаниям отдали без малого 200 млрд. долларов. Эти деньги, погуляв по кругу на валютном рынке, частью вернулись в бюджет, частью остались на счетах получателей, но в реальную экономику не пошли. Зато, например, прибыль «Газпрома» в 2009 году выросла в 3,6 раза, а потом в виде дивидендов попала в кошельки акционеров. Поднабрались «жирка» и другие получатели правительственной помощи. Реальный сектор экономики из того кризиса выбирается до сих пор.

Скорее всего, Владимир Путин, возглавлявший кабинет министров в прошлый кризис, тот урок усвоил. Озвучен новый курс — на сей раз поддержать не работодателей, а работников.

У экономики свои ориентиры

Как это будет реально выглядеть, пока не ясно. Видно лишь, как занервничал обычно невозмутимый первый заместитель премьера Игорь Шувалов, которому поручили возглавить антикризисную работу. Новых предложений от него не слышно. Зато назначены виновники кризиса. В субботнем телеэфире он высказался предельно откровенно: «Высокие цены на нефть, державшиеся до середины 2014 года на уровне 100 долларов за баррель, избаловали и испортили жителей России, и те разучились работать. Люди рассчитывали на увеличение государственных расходов, а не работали над эффективностью труда. Теперь мы будем это делать, потому что вынуждены».

Получается, как в старом анекдоте: «Вали на массы». Но вот на неделе состоялась встреча Владимира Путина с Вагитом Алекперовым — руководителем компании «Лукойл», не избалованной вниманием правительства. Вагит Юсупович доложил президенту, что в 2015 году «Лукойл» вводит мощности на $5 млрд. Начнут работать после модернизации два современных нефтеперерабатывающих завода — в Перми и Нижнем Новгороде. Так что, вопреки оценкам зампреда правительства, В. Алекперов занимался делом. И не он один. Вот на полуострове Ямал строится заполярный порт Сабетта. Недавно здесь открыли аэропорт с взлётно-посадочной полосой длиной в 2700 метров — для всех типов самолетов. С февраля стали принимать пассажирские рейсы. В Великолукском агропромышленном холдинге Псковской области открылся свинокомплекс. В 2015 году общее поголовье товарных свиней здесь составит миллион голов, а годовое производство мяса — 80 тыс. тонн. В Кузбассе, на Карагайлинском шахтоуправлении вводится в строй обогатительная фабрика. Теперь производство коксующегося угля возрастёт здесь до 1,5 млн. тонн. В январе нынешнего года завершился первый этап модернизации и расширения производства стоимостью 3 млрд. рублей на Талнахской обогатительной фабрике «Норникеля». На Белгородчине готовится к запуску завод производительностью в 3 млн. тонн цемента в год. Список можно продолжить дальше.

Страна работает. Это видно и по прошлогодним результатам. Пока Обама «рвал в клочья» нашу экономику, индекс промышленного производства в России увеличился на 1,7 процента. Добыча полезных ископаемых выросла на 1,4, обрабатывающая промышленность — на 2,1 процента. Да и в целом экономика хоть малюсенький плюсик в 0,6%, но принесла. Было бы больше, если бы правительство видело за бюджетом страну и помогало бизнесу. Помогало не деньгами, а толковой организацией дела.

Недавние опросы предпринимателей показали: на деньги правительства никто не рассчитывает. Людей беспокоит другое — высокие налоги, неопределенность экономической ситуации, неподъемные ставки по кредитам. Бизнесу нужны понятные и стабильные правила игры. «Сейчас весь объем обязанностей предпринимателя разбросан по тысячам постоянно меняющихся нормативных актов, законов, писем, инструкций, и узнать его просто невозможно, чем пользуются чиновники и проверяющие, как фокусники из рукава вытаскивающие одну многостраничную бумажку за другой, — написал один из участников опроса. — Мелкий предприниматель не в состоянии знать и выполнить все это бюрократическое безумие. Этот бардак уже измучил бухгалтеров».

Как видим, «жителей России избаловали и испортили» не высокие цены на нефть, а нежелание правительства создать нормальные условия для ведения бизнеса, что напрямую затрагивает не только интересы предпринимателей, но и работников, поддержать которых и поручено высшей властью. В этом нет политического кокетства. Скорее, трезвый расчёт. В последние годы подоходный налог с граждан в консолидированном бюджете страны превысил поступления от нефтегазовых компаний. (28,8 процента против 27,4 — от налогов с экспорта сырья, а это нефть, газ, уголь и пр.). Казну стали формировать те, чья деятельность так мало интересна кабинету министров.

…Меж тем антикризисная программа, погуляв по кабинетам и залам заседаний, скукожилась до трехсот миллиардов рублей и получила новое название «первоочередных мер» правительства. Основные ресурсы фонда национального благосостояния пойдут не на латание кризисных дыр, а, как и определили в прошлом году, на финансирование реконструкции БАМа и Транссиба, создание мощностей по производству сжиженного газа «Ямал СПГ», на проекты «Росатома» и строительство ЦКАД, словом, на ту инфраструктуру, которая станет опорой для всей российской экономики. Дело осталось за малым — наладить её нормальное функционирование.
Автор:
Геннадий Грановский
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

50 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти