О крестнике «Военного обозрения» шахтёре Максиме и складских непонятках. Отчёт №17



Начну со складов. Когда я начал составлять этот материал, ситуация несколько изменилась. Но в начале недели, когда мы начали готовить нашу очередную поездку, ни об анафеме со стороны Мозгового, ни о закрытии складов, естественно, я не знал.


Но личные претензии личными претензиями, а тушенка тушенкой. И как бы я ни относился к Мозговому, что бы я там про него ни писал, мысль о том, что бойцам нечего будет есть, доминировала.

Я был в курсе, что склады пусты. Что в Алчевске, что в Донецке. Ну, по крайней мере, мне так сказал Механик, а не верить ему у меня оснований не было.

И 17 февраля мы с Романом стартовали в Донецк. Куда благополучно и прибыли уже 18 числа. Ехали не грузовиком, для этого были основания.

Склады действительно были пусты. И там как раз я и узнал о том, что их собираются закрывать. Но мы выгрузили то, что привезли.





Говядина тушеная — 900 банок.
Макаронные изделия — 160 кг.
И посылка от Ярослава из Бузулука.

Плюс еще, зная, что идет приток добровольцев, лично для складского персонала и ожидающих привезли 10 кг сахара, 1 кг растворимого кофе, 300 пакетиков чая и 10 кг макарон.

Немного, но как бы дорого яичко ко христову дню. Больше просто не влезло бы. А склады реально были пустые. Так что все в дело пойдет, надеюсь.

И чтобы закончить вопрос по складам. Здесь не все вышло корректно, ибо 19 числа, уже после своего возвращения, я имел разговор с Механиком, который мне сказал, что склады будут работать, как работали, и я могу приезжать и выгружаться в любое время. Он был в Алчевске 18 и 19, и о моем визите не знал. Однако, уже 20 он подтвердил, что все, склады закрываются, точнее, кому-то передаются.

В общем, исходя из того, что склады закрываются, а господин Мозговой озвучил свое мнение (что насчет складов, что насчет наших личных отношений), то вопрос дальнейшего снабжения бригады "Призрак" снят с повестки. Но об этом подробнее в окончании "Призрачных войн".


Разгрузившись, мы без паузы приступили к выполнению второй части нашей программы. Тут было столько чудес...

Начну немного издалека. Из Воронежа. Есть у нас в городе человек, хорошо известный в ЛНР. Зовут его Валерий, он военный пенсионер, СОБРовец. Но из тех пенсионеров, которым ровно на месте не сидится. Вот он и участвует в делах Новороссии по мере своих возможностей. Короче, с ушами там.



Вот он и закинул мне удочку на тему "раз ты едешь в Донецк, не заберешь ли оттуда моего бойца?"

Вообще, к Валериным штукам надо бы относиться как к неразорвавшемуся фугасу. Но так как дело было вроде бы напрочь обыденное, то я с радостью согласился. Действительно, чего такого: приехать в больницу, забрать бойца и перекинуть в Воронеж?

Тем более, что мой аппарат позволяет возить даже лежачих.

Вот так я ему и сказал. Сглазил. Однако взял контактные телефоны и приехал к больнице в Донецке.

Приехав, позвонил больному и радостно заявил, что я прибыл, выдвигайся. В ответ получил ошарашившую нас информацию, что он лежачий. Но так как уже около 12 часов мы с Романом скакали, то до нас это сразу не дошло, и мы отправились в отделение.

Появление в травматологии двух красноглазых вурдалаков в "горках" было встречено с радостью. "О, за Максимом приехали!" Так мы добрались до героя нашего повествования.

Максим, уроженец и житель Лисичанска. Шахтер. Вообще, за неполный год, что я общаюсь с ополчением, это был первый реальный шахтер, который воевал. Ну не попадались они мне раньше, хоть тресни.

Воевать пошел в прошлом году, летом. Сперва попал в бригаду "Призрак". Из нее ушел через два месяца. "Боевых не было, а сидеть... ну не для того пришел". Потом оказался у казаков. "Там все было нормально, только стали приставать, давай, приписывайся, у нас же только свои все, или иди к лешему". Макс покинул козицынских и в натуре пошел к Лешему. В подразделение "Август", где успешно занимался делом до 20 января этого года.

А вот той январской ночью ему изменила удача. И пуля 5,45 разбила напрочь бедренную кость и повредила нервы. И началась месячная больничная эпопея. Сперва больница в Алчевске. Там быстро поняли, что случай сложный. Сперва хотели вообще отнять ногу, но потом врач нащупал пульс в стопе и решил повременить. И Макса переправили в Донецк.

Там поставили аппарат Елизарова, и по мере сил начали бороться за ногу. Здесь без претензий каких-либо, Донецк — даже не райцентр, просто крохотный городишко. Соответственно, и уровень больницы такой. Хотя больница приглянулась, чистенькая, лифты работают, посетители ходят в бахилах, которые просто выдают, а не продают, из кухни в хозпристройке пахнет едой (а не воняет пищей). И врачи коммуникабельны. По крайней мере, на дурацкие вопросы отвечали с ангельским терпением.

Выяснилось, правда, что все каталки с носилками заняты напрочь. И мы стали грузить Макса в сидячую каталку. А потом, уже на улице, загружать в машину. Шахтеры, они прочные. Максим шипел, глаза подкатывал, но держался молодцом. Хорошо, что он не тяжелый был, а длинный. Погрузили, короче.



Дальше был еще один сюрприз. Врач мне сказал, что обезболивающее ему вкололи. Я спросил, на сколько его хватит. "Часа на 4. Может, на 5, если ногу не тревожить". Я тихо выпал в осадок, потому что 550 км за это время никак не пролететь, в двух местах идет ремонт дороги, и днем там вечно ползешь. Попросил дать мне одну ампулу, на что получил мотивированный отказ. Больной выписан уже, а этот препарат подотчетен. Угроза деньгами тоже не возымела действия. Бывают же врачи неподкупные...

В общем, покидали мы Донецк в "радужном" настроении. Хорошо, что хоть пассажира разместили прилично. Слава японскому автопрому, кресла можно было нарегулировать в виде V-образного корыта, где Максим разместился довольно удобно. Даже исполнил мечту месячной давности — поспать на правом боку. Вообще, пациент себя под ширевом вел очень прилично: не жаловался, дрых почти всю дорогу, временами даже участвовал в беседах. Кормили мы его шоколадками из сухпайка, поили соками умеренно, ибо вопрос физиологии на морозе (а Макс был в футболке и халате, остальное аппарат Елизарова не позволял надеть) стоял весомо. Но — обошлось...

Мы фактически успели. Максим начал шипеть, когда до места выгрузки оставалось километров тридцать.

Влетели на территорию больницы, почти тут же подтянулся Валера и Виталий (зампред Союза десантников в Воронеже, который был соавтором в организации этого мероприятия), и началась выгрузка. Так как добыли каталку с носилками без проблем, с помощью нехитрых манипуляций с ниппелями на колесах, носилки встали вровень с креслами. И Макс вылетел из машины, как пробка из бутылки.

Его сразу забрали и уволокли в отделение. А на следующий день Валера мне рассказал, что у Максима в ноге, там, где отсутствовал кусок кости, разбитый пулей, началось нагноение. В Донецке это не увидели, зато наши обнаружили сразу с помощью УЗИ. Так что разговора о немедленной операции по восстановлению кости нет, сперва надо убрать воспаление. Врачи сказали, что привезли очень вовремя — еще 4-5 дней, и ногу нужно было бы отнимать, если бы на кость перешло. А так — через несколько месяцев запрыгает.

Вот такая история. Вообще приятно, когда дело сделано, сделано хорошо и вовремя. Когда людские ресурсы идут на благое дело. Когда Макс немного отойдет от всех перипетий, мы с ним еще пообщаемся за его боевой путь, за людей, с которыми он общался, за события. Рассказчик он реально хороший, нам мешало то, чем его напоследок укололи в больнице. Но времени еще предостаточно будет, так что уверен, будет о чем рассказать.

Уже вернувшись на базу, просмотрел свои гроссбухи с накладными и прочими отчетностями. Оказывается, это была 20 поездка под флагом "ВО". Отчетов 17, потому как два предновогодних рейса я объединил в один, и о двух поездках просто не писал. Время еще не пришло. Но все равно знаменательно.

Если кто-то решит присоединиться:
карта СБ № 676196000358069319
Вебмани: R298931083765
Яндекс.Деньги: 41001132679901
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

42 комментария
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти