Советская деревня 1918-1939 гг. глазами ОГПУ

Советская деревня 1918-1939 гг. глазами ОГПУЕсть такая наука — источниковедение, о которой мало кто знает, но которая играет в истории важнейшую роль. Ведь ни одно утверждение не может основываться на пустом месте, и даже такой аргумент, как «я помню» и «я видел» — это чаще всего не аргумент. Известна поговорка: врет как очевидец! Если есть люди, которые собирают старинные документы, а затем их изучают, есть и те, кто их ищет в архивах. А затем оцифровывает и публикует в соответствующих изданиях. Вот так и накапливается история, и прежде всего история в документах, которые нам много всего о прошлом рассказывает.

Не так давно была завершена обработка архивных данных, начатая в 1993 году, и посвященная донесениям ВЧК-ОГПУ-НКВД «наверх» о том, что в 1918—1939 гг. творилось в советской деревне. Проект получил организационную поддержку со стороны Дома наук о человеке (Париж) и стал хорошим примером франко-российского научного сотрудничества. Всего вышло четыре тома этих документов, куда вошли материалы из архива ФСБ и ряда других российских архивов. Шведская сторона оказала поддержку изданию третьего тома. Последний том вышел благодаря поддержке РГНФ. Всего опубликовано 1758 документов общим объемом 365 печатных листов (один печатный лист — 40000 знаков)! Столь богатого комплекса источников в распоряжении наших историков никогда раньше не было. Конечно, что-то они могли найти на местах, но не в таком, конечно, объеме.

Опубликованные документы свидетельствуют, что в этот период и деревня, и крестьянство активно противодействовали советским властям, и степень этого противодействия была различной в зависимости от периодов. Власть довольно быстро овладела методикой борьбы с крестьянством, и научилась усмирять деревню силой. Но «народ» сопротивлялся, и еще как. Например, по подсчетам ОГПУ, за период с 1 января по 1 октября 1925 г. в сельской местности СССР были уничтожены банды численностью в 10 352 человека. Из них 8636 чел. было захвачено и арестовано, 985 убито. Тем не менее, на 1 октября 1925 г. в СССР оставалось 194 банды общей численностью 2435 человек, из них 54 — в Средней Азии численностью 1072 человека. Только в 1930 г. на почве массового недовольства политикой государства произошло 13 754 массовых крестьянских выступлений, о чем, разумеется, газета «Правда» не сообщала. С 1 января по 1 октября 1931 г. произошло 1835 массовых выступлений, в которых участвовало 242,7 тыс. человек. По опубликованным в 3-м томе отчетам ОГПУ, на 1 ноября 1932 г. только по «закону о пяти колосках» в СССР арестовали 31 488 крестьян, из которых было осуждено 6406 и казнено 437 человек. Всего к 1 января 1934 г. за хищения по закону от 7 августа 1932 г. к ответственности привлекли 250 461 человек. В 1937 году в ходе «Большого террора» во исполнение приказа по НКВД № 00447 от 30 июля 1937 г. репрессии коснулись уже «бывших кулаков», которых было выявлено и репрессировано 584 899 человек. План по ним, как выяснилось, был перевыполнен в три раза, а по расстрелам даже в 5 раз. И что значит репрессированы? Это значит, что они на разные сроки угодили в лагеря, а часть из них была просто уничтожена. Так что неверно утверждать, что в 1937 г. пострадала только лишь верхушка партийно-хозяйственного актива и военных. В первую очередь меры затронули более полумиллиона крестьян!


В своем романе «Поднятая целина» М. Шолохов очень реалистично описал процесс раскулачивания на Дону. Но он показал единичные примеры. Всего же в 1930 и 1931 гг. оно стало уделом 381 026 семей, или 1 803 392 человек, которых из родных мест вывезли в 715 эшелонах, в которых было 37 897 вагонов. И понятно, что многие дети, старики и больные просто умерли, не вынеся тягот пути и жизни в не приспособленных для этого местах. На страницах сборника нашел отражение и такой феномен, как побеги спецпереселенцев, как выяснилось, довольно многочисленные. С весны 1930 г. по сентябрь 1931 г. из общего числа спецпереселенцев — 1 365 858, бежали 101 650. Из них задержали 26 734., а в бегах оставалось 74 916 человек. По уточненным данным, в 1933 г. бежало уже 179 252 человека. Поймать удалось 53 894, или 31% от общего числа бежавших. По сведениям СПО ОГПУ, с 1930 по апрель 1934 г. бежало 592 200 человек, из которых было задержано 148 130, или 25% от общего числа бежавших. Бежавшие «кулаки», как правило, растворялись в городах.

И вот вопрос: а что они чувствовали, о чем думали, кем становились? Кого ненавидели и кому стремились отомстить? Этого нет в отчетах, но… недаром так много советских людей в годы войны пошли служить к фашистам и в своих зверствах превзошли своих хозяев: во многом это была месть! Сводки НКВД свидетельствуют: от голода в советской деревне умирали вплоть до самого начала войны. В обзорах писем колхозников за июль 1939 г., составленных спецотделом НКВД СССР, приводились удручающие картины голода на местах: тут неурожай, тут все сгорело, а хлеба нет. И вышло так, что война стояла у нас на пороге, а в стране наблюдался острый дефицит продуктов питания, как в городах, так и в деревне, которая эти самые города кормила. Эти факты противоречат созданному сталинскому мифу о достижениях довоенного сельского хозяйства СССР, так как доклады «наверх» агентов НКВД говорят о прямо противоположном. На Украине сегодня распространяют миф о «голодоморе», но в 30-ые годы он был повсеместно, и документы из архива НКВД это подтверждают и опровергают этот миф! Повседневностью деревни стали самоубийства колхозников и сельских активистов, не выдерживавших давления со стороны начальства, и боявшихся сурового наказания за проступки: «за отказ от бригадирства», за «расплавленный подшипник в тракторе» и т.п. Например, в 1936 г. НКВД УССР направило Сталину спецсообщение о 60 случаях самоубийств в 49 районах Украины с начала года по 1 августа.

В 1935—1936 гг. в деревне получили распространение факты «срыва стахановских методов работы», «противодействия стахановскому движению», «негативного к нему отношения колхозников» (травля, насмешки, избиения) и ясно почему. Не только простые колхозники, но и нередко руководство колхозов третировало стахановцев (не производило расчета «за рекорды» и т.д.). Некоторые формы вредительства, сообщения о которых попали даже в местные газеты, были поистине фантастическими: например, в Пензенской губернии на скольких-то там га гороха уничтожили тлей! Тут надо специалистам посмотреть, а вредительство ли это?!

Даже молодые люди далеко не все стремились воспользоваться предоставленными сталинским режимом возможностями карьеры через комсомол, профессиональное обучение, службу в армии и работу в колхозах, и сельских советах. Часть молодежи занимала критическую позицию по отношению к власти, что расценивалось как «антисоветские проявления». ОГПУ и УГБ НКВД ликвидировали в сельских школах и сельских районах «контрреволюционные группы молодежи», члены которых даже «рисовали свастику», распространяли листовки «за Гитлера», заявляли, что «каждый фашист должен вредить колхозу» и т.д. Так что свастика, что мы сегодня иной раз с удивлением видим на стенах наших домов, в 30-ые годы была знакома даже жителям села. Насколько это все не выдумали сами чекисты, сказать трудно. Но если выдумали, то это еще хуже…

Скептической была реакция большинства крестьян и на сталинскую конституцию. Они видели ее двуличность: «Это все одно вранье». По вполне понятным причинам в опубликованных документах ВЧК-ОГПУ-НКВД не отразилась культурная жизнь советской деревни. Но вот с середины 1930-х годов органы НКВД вскрыли многочисленные недочеты в работе сельских клубов, изб-читален, красных уголков, многие из которых были грязными, заняты под ссыпку хлеба, кузницу, не отапливались и т.д. и сигнализировали об этом «наверх». То есть главным уделом крестьян должен был являться тяжелый труд на благо страны, которого они не видели и не понимали.

Недостаток информации и недоверие к советским газетам порождали самые дикие слухи, которые фиксировались НКВД. Например, слухи о переписи населения, исходившие якобы от «церковников и сектантов»: «Ночью будут ходить по домам и задавать вопросы: “Кто за Христа и кто за Сталина?” Тот, кто запишется, что он за Христа, будет после переписи коммунистами расстрелян», «6 января будет проведена Варфоломеевская ночь, все население будет вырезано». Региональные управления НКВД СССР признавали неутешительную для власти реакцию части сельского населения и на советско-германский пакт о ненападении и вступление Красной Армии на территорию Западной Украины и Западной Белоруссии: «Германия заключила договор с СССР с целью успокоить Советский Союз, чтобы потом неожиданно напасть войной на СССР», «Может быть, придется винтовки повернуть внутрь страны». В Пензенской губернии крестьяне лекторам ОК ВКПБ задавали следующие «провокационные» вопросы: «Правительство говорит, что мы боремся за мир, а сами разожгли войну?», «Примем Западную Украину и Белоруссию, а их ведь кормить надо, а нам самим не хватает!»

Так что желающим познакомиться с жизнь советской деревни, что называется, изнутри, теперь доступно значительно большее количество документов, чем раньше, к тому же многие из них до этого были секретны. Более того, теперь эти же документы в подлинниках могут быть затребованы в архиве ФСБ, поскольку в каждом томе на них имеются соответствующие ссылки.

П.С. Буквально только что на ТВ прошло сообщение об очередных рассекреченных документах, сообщающих о зверствах пособников фашистов в годы войны. Но кто мешал рассекретить их раньше? Или среди них могли оказаться родители тех, кто преуспел уже в наши дни? Их отцы отсидели свое, спасли свою жизнь, потом больше молчали, а детей учили так: иди, мол, в комсомол, в партию, а там видно будет!
Автор: Константин Таратынов


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 118
Картина дня