Трактат из сундука

Трактат из сундукаВ разгар холодной войны, в 1981 году правительство Японии для активизации пропагандистской кампании с целью «возвращения» Курильских островов учредило в стране и по сей день ежегодно проводит в центре и на местах День северных территорий – 7 февраля. В этот день (26 января 1855 года по старому стилю) в японском городе Симода был подписан «Японо-российский трактат о дружбе» («Нити-Ро васин дзёяку»), 2-й статьей которого была впервые проведена граница между двумя государствами.

Дата выбрана не случайно. Именно тогда, 160 лет назад, глава дипломатической миссии Российской империи вице-адмирал и генерал-адъютант Евфимий Путятин в силу неблагоприятных обстоятельств был вынужден согласиться на уступку Японии части принадлежавшей России Курильской гряды. Используя этот факт и игнорируя последующие события в российско-японских и советско-японских отношениях, японское правительство в отсутствии каких-либо других оснований упорно в своих территориальных притязаниях ссылается на давно ставший лишь историческим документом Симодский трактат.


7 февраля сего года МИД РФ официально заявил: «Вызывают разочарование попытки некоторых японских политических сил и общественных организаций искусственно увязать Симодский трактат с нынешней проблемой мирного договора между Россией и Японией, обосновывая тем самым территориальные претензии Токио к нашей стране… К Симодскому трактату, не умаляя исторического значения этого документа, данный вопрос (мирный договор) не имеет отношения».

НЕОСПОРИМЫЙ ПРИОРИТЕТ РУССКИХ

Все Курильские острова вплоть до Хоккайдо во времена правления императрицы Екатерины II входили в состав Российской империи. Это было официально закреплено в «Атласе Российской империи, изданном во граде Св. Петра в лето 1796-е царствования Екатерины II». В то время оспариваемые ныне Японией острова Итуруп (Эторпу), Кунашир, Шикотан (Чикота) административно входили в Камчатский уезд Охотской области Иркутского наместничества.

Что же касается Японии, то она до середины XIX столетия оставалась закрытой для внешнего мира страной. Ее пределы на севере ограничивались княжеством Мацумаэ в южной части острова Хоккайдо. Северная же часть Хоккайдо не являлась японской территорией. В документе от октября 1792 года глава центрального правительства Японии Мацудайра признавал, что «Нэмуро (северный Хоккайдо) не является японской землей». Тем более не могли быть «исконными японскими территориями» расположенные к северу от Хоккайдо Курильские острова.

Уже во время первых дипломатических контактов официальные представители России требовали не нарушать ее суверенитет над Курилами. Так, прибывший в Японию с официальной миссией действительный камергер Николай Резанов заявил 23 марта 1805 года представителю японского правительства: «…Чтобы Японская империя далее северной оконечности острова Матмая (Хоккайдо) отнюдь владений своих не простирала, поелику все земли и воды к северу принадлежат моему государю». Тогда правительство верховного правителя Японии (сёгуна) не пожелало вести переговоры и в оскорбительной форме потребовало покинуть Японию.

Предупреждения Резанова имели основание. С конца XVIII века японские вооруженные отряды стали предпринимать налеты на Южные Курилы. Японские источники свидетельствуют: «Высадившись 28 июля 1798 года на южной оконечности острова Итуруп, японцы опрокинули указательные столбы русских и поставили столбы с надписью: «Эторофу – владение Великой Японии». Одновременно вырывались и уничтожались установленные на островах православные кресты. Так происходило обращение Южных Курил в «исконно японские территории».

УСТУПКА АДМИРАЛА

Очередная попытка «открыть» Японию и установить с ней взаимовыгодные торговые отношения была предпринята российским правительством в 1853–1855 годы, когда в Страну восходящего солнца была направлена дипломатическая миссия во главе с адмиралом Путятиным. После прибытия русской эскадры в японский порт Нагасаки японцы, не желая вести переговоры, несколько месяцев заставляли русских ждать представителей центральной власти в расчете взять русских измором и вынудить их покинуть японские берега. И лишь тогда, когда Путятин пригрозил без согласия японских властей направить свои корабли в столицу Японии, Эдо, переговоры были начаты. В переданном 18 ноября 1853 года послании Путятина Верховному совету Японии сообщалось: «Гряда Курильских островов, лежащая к северу от Японии, издавна принадлежала России и находилась в полном ее заведывании…». В ответ японцы выдвинули необоснованные и заведомо неприемлемые условия, потребовав ухода русских с Сахалина и передачи во владение Японии всех Курильских островов.

31 марта 1854 года под угрозой обстрела Эдо из пушек подошедших к японской столице американских военных кораблей был подписан американо-японский договор, по которому Япония открыла для торговли с США порты Симода и Хакодатэ.

Конечно, можно было действовать по американскому методу, шантажируя японское правительство началом военных действий, что заставило бы Эдо согласиться с признанием всего Сахалина и всех Курил российскими. Однако Путятин отвергал методы силового давления. В рапорте генерал-адмиралу великому князю Константину он писал: «Имея другие повеления, я никак не намерен и не могу следовать их (американцев) примеру и потому буду продолжать действовать в отношении к японцам по принятой мной системе кротости и умеренности».

Но международная обстановка не позволяла затягивать переговоры, как того хотели японцы. Она складывалась не в пользу России и миссии Путятина в частности. В условиях начавшихся военных действий с Великобританией и Францией в ходе Крымской войны русская эскадра не могла неопределенно долгое время в безопасности находиться у японских берегов.

Ситуация осложнилась, когда в дипломатию вмешалась стихия. На следующий день после возобновления переговоров в городе Симода, 11 декабря 1854 года, в результате мощного землетрясения и цунами флагман российской миссии фрегат «Диана» потерпел крушение, и команда во главе с вице-адмиралом оказалась на берегу, в полной зависимости от благосклонности японских хозяев.

Сложившееся положение не могло не сказаться на ходе переговоров. Японская сторона продолжала настаивать на своих требованиях, в частности по вопросу о включении южной части Сахалина до 50 градуса северной широты в состав Японии. Однако, поскольку по поводу Сахалина разногласия были непреодолимыми, японцы стали склоняться к тому, чтобы, воспользовавшись трудной для русских ситуацией, убедить их пожертвовать Южными Курилами. Получив от российского правительства «полную свободу действий», в частности в отношении южнокурильских островов, Путятин хотел использовать остров Итуруп как козырь в торге по поводу Сахалина. К сожалению, это не удалось. Наряду с Кунаширом, Шикотаном и другими островами, он был отдан Японии ради установления торговых отношений. Это решение Путятина до сих пор вызывает споры среди историков.

7 февраля 1855 года Путятин подписал Симодский трактат, по которому устанавливалось, что «границы между Россией и Японией будут проходить между островами Итуруп и Уруп», а Сахалин объявлен «неразделенным между Россией и Японией». Шикотан, Кунашир и Итуруп отошли к Японии.

Фактически Южные Курилы были отданы без какой-либо компенсации. Такая жертва могла бы выглядеть в какой-то мере оправданной, если бы японцы согласились признать российским Сахалин. Но этого не произошло.

Предпринятое Путятиным смягчение ранее заявленных территориальных условий заключения договора в известной степени носило субъективный, личностный характер. Проявленные японцами участие и помощь потерпевшим кораблекрушение, вплоть до готовности построить для миссии новый корабль, породили у Путятина чувство благодарности и намерение максимально использовать данное ему право на уступки.

«ОБМЕННЫЙ» ДОГОВОР

Территориальное размежевание на Курилах произошло в пользу Японии. При этом серьезной проблемой для России оставались претензии японцев на Сахалин. Вопрос об официальном закреплении этого острова за Россией выдвинулся как один из приоритетных в дальневосточной политике Петербурга.

В 1867 году царское правительство, не оценив в должной степени стратегическую и экономическую ценность Аляски и Алеутских островов, за небольшую сумму в 7,2 млн долл. продало эти территории США. Японцы решили воспользоваться прецедентом. На переговорах с русским консулом Евгением Бюцовым японский министр иностранных дел Танэоми Фукусима предложил «продать Японии территорию Сахалина к югу от 50 градуса с.ш.». Ответ был отрицательным.

В середине 70-х годов XIX века японские власти сознавали, что противостоять России на Сахалине, пытаться конкурировать с ней в хозяйственном развитии острова Япония не в состоянии. Родилась идея отказаться от претензий на Сахалин, а за это побудить Петербург уступить Японии все Курильские острова до Камчатки. В российском правительстве это предложение сочли чрезмерным. Японской стороне был предложен вариант, по которому в обмен на признание Сахалина российским Японии передавались бы Курильские острова за исключением трех северных – Алаида, Шумшу и Парамушира, что оставляло бы для России выход в Тихий океан.

Однако царское правительство не проявило достаточной настойчивости. В условиях перспективы новой войны с Турцией, которую вновь могли поддержать западные державы, российское правительство было заинтересовано в скором разрешении дальневосточных проблем. 25 апреля (7 мая) 1875 года в Санкт-Петербурге состоялось подписание документа, который остался в истории под названием «Трактат, заключенный между Россией и Японией 25 апреля 1875 года, с дополнительной статьей, подписанной в Токио 10 (22) августа 1875 года». По нему права на весь Сахалин получала Россия, а все Курильские острова переходили во владение Японии.

Хотя договор 1875 года нередко именуют обменным, в действительности речь шла не об обмене одной территории на другую, а о сдаче Курил в обмен на формальное признание Японией прав России на Сахалин. Следует обратить особое внимание на тот факт, что Россия пожертвовала своей территорией, которая была официально, в том числе с точки зрения международного права, признана таковой по трактату 1855 года, а «обменные» японские права на Сахалин не имели никакого юридического оформления. Поэтому утверждения японской стороны о том, что Петербургский договор 1875 года «был по-настоящему равноправным договором», справедливы лишь для Японии. Россия же, как и в 1855 году, ради добрососедства с Японией вновь пошла на существенные территориальные уступки с серьезными последствиями.

«От обмена Курильских островов на Сахалин, – говорил один из царских дипломатов, – Россия не только не получила выгоду, но, наоборот, попала впросак, потому что, если Япония устроит сильный порт на каком-нибудь из Курильских островов и тем пресечет сообщение Охотского моря с Японским, Россия потеряет выход в Тихий океан и очутится как бы в сетях. Напротив, если бы она продолжала владеть Курильскими островами, Тихий океан был бы для нее всегда открыт».

«ВОЙНА ОТМЕНЯЕТ ДОГОВОРЫ»

В 1-й статье «Японо-российского трактата о дружбе», на который пытается ссылаться японское правительство в своих притязаниях на Курилы, торжественно провозглашалось: «Отныне да будет постоянный мир и искренняя дружба между Россией и Японией». Вероломно нарушая это обязательство, японское правительство под покровом ночи без объявления войны 27 января (8 февраля) 1904 года внезапно напало на русскую эскадру в Порт-Артуре и начало широкомасштабные военные действия против России.

В силу известных международных и внутренних причин российские войска и флот потерпели в начавшейся войне несколько поражений. Однако, вопреки общепринятым оценкам, говорить о поражении России в этой войне как государства, на наш взгляд, не совсем верно. В связи с этим можно принять позицию главы российской делегации на мирных переговорах с Японией в американском курортном городке Портсмут. В ответ на перечень совершенно неприемлемых и явно завышенных требований направленный на переговоры царем председатель совета министров Сергей Юльевич Витте резонно заявил японцам: «Если бы Россия была окончательно разбита, что было бы лишь в том случае, если бы японские войска пришли в Москву, тогда только мы сочли бы естественным возбуждение вопроса о контрибуции… Не может считать себя побежденною страна, территория которой почти не подверглась нападению со стороны неприятеля…».

За словом «почти» скрывались вооруженный захват в ходе боев и последовавшая оккупация суверенной российской территории острова Сахалин, который японцы вознамерились включить в состав своего государства. Среди состоявшего из 12 пунктов перечня требований к России 5-й пункт гласил: «Сахалин, все прилегающие острова и все общественные сооружения и имущество уступаются Японии». Первая реакция царя Николая II была жесткой: «Ни пяди земли, ни копейки вознаграждения». Пытаясь урезонить японцев, Витте указал, что выдвижение подобного требования прямо противоречит «обменному» трактату 1875 года. На что глава японской делегации на Портсмутских переговорах высокомерно ответил: «Война отменяет договоры. Вы потерпели поражение, и давайте исходить из сложившейся обстановки».

Выступавший в роли посредника президент США Теодор Рузвельт, прибегнув к запугиванию Николая II захватом японцами всей Восточной Сибири, убедил его пожертвовать ради мира южной половиной Сахалина.

5 сентября 1905 года был заключен положивший конец войне Портсмутский мирный договор. Согласно статье 9-й договора Россия уступала Японии южную половину Сахалина по 50-ю параллель. При этом принципиальное значение имело то, что с момента заключения Портсмутского договора фактически прекращалось действие «обменного» договора 1875 года, ибо отторжение половины Сахалина привело к утрате смысла и содержания этого соглашения. Более того, по инициативе японской стороны в приложение к протоколам Портсмутского договора было включено условие о том, что все прежние договоры Японии с Россией аннулируются. Тем самым терял силу и Симодский трактат 1855 года. После 1905 года, в отсутствие какого бы то ни было нового соглашения о принадлежности Курил, Япония владела ими уже не де-юре, а только де-факто.

В очередной раз Япония лишилась права ссылаться на прежние трактаты и договоры, подписав 2 сентября 1945 года Акт о полной и безоговорочной капитуляции, означавший, кроме всего прочего, исчезновение государства, их заключавшего. Поэтому заявление МИД РФ корректно и исторически обоснованно. А вот не имеющие юридического и исторического обоснования территориальные претензии Японии подпадают под понятие «реваншизм», стремление пересмотреть подтвержденные международными соглашениями и документами итоги Второй мировой войны.
Автор:
Анатолий Кошкин
Первоисточник:
http://nvo.ng.ru/history/2015-03-06/14_traktat.html
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

11 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти