Сталь и цветы. Слово к Международному женскому дню

Сталь и цветы. Слово к Международному женскому дню


«У войны не женское лицо», - гласит знаменитая фраза. Но жизнь зачастую складывается так, что война приходит в дом и не разбирает, кто мужчина, а кто женщина. И тогда на поверку «слабый пол» оказывается вовсе даже не слабым. Еще с древнейших времен гремела слава о воительницах-амазонках, которые не уступали по своей доблести мужчинам.


8 Марта – это не только цветение мимозы и букеты тюльпанов, флаконы духов и праздничные открытки. Сам Международный женский день родился в борьбе. Но, при всем уважении к основательницам этого праздника – Кларе Цеткин и Розе Люксембург – хочется поговорить сегодня о наших героических соотечественницах.

Так уж вышло, что на долю русских (а в ХХ веке – советских) женщин выпадала та же самая уникальная миссия, что и на всю Россию. Ни много, ни мало – спасать мир. Без преувеличения. И недаром Россия, Русь – женского рода. Подобно сестре милосердия, перевязывающей раненого солдата на поле боя, России неоднократно приходилось залечивать страшные раны человечества… Хотя потом некоторая часть человечества проявляла (и продолжает проявлять) чернейшую неблагодарность…

Даже с именем первой сестры милосердия, оказывавшей медицинскую помощь непосредственно на поле боя, заминка вышла. В Европе принято считать, что ей была англичанка Флоренс Найтингейл. При всем уважении к мужеству и благим намерениям этой женщины, нельзя не отметить, что она принимала участие в неправедной, захватнической войне. Войне против России, конечно.

Но месяцем раньше в той же самой войне приняла участие в качестве сестры милосердия 18-летняя русская девушка Даша Михайлова. И, в отличие от Флоренс, она защищала свой родной город – Севастополь. Защищала как раз от тех, кого лечила добренькая англичанка.

На собственные скудные средства Даша Севастопольская оборудовала полевой госпиталь. Она также помогала солдатам на позициях, нося им все необходимое. Затем к ней присоединились и другие женщины – жительницы геройски оборонявшегося города…

Не прошло и столетия, как десяткам тысяч советских женщин выпала нелегкая судьба – продолжить эту славную традицию и стать санинструкторами в годы Великой Отечественной. Одна из них – известная поэтесса Юлия Друнина (это потом она стала знаменитой, а тогда была скромной семнадцатилетней девушкой, добровольно записавшейся в санитарную дружину). Во время одного из боев Юлия была тяжело ранена в шею, чуть не погибла. Но, наскоро замотав рану бинтами, продолжала оказывать медицинскую помощь другим до тех пор, пока ее еле живую не унесли товарищи.

На войне Юлия подружилась с другой медсестрой, Зинаидой Самсоновой, впоследствии убитой в бою в 1944 году. О трагической судьбе своей подруги поэтесса написала известное стихотворение «Зинка»:

Знаешь, Зинка, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Дома, в яблочном захолустье
Мама, мамка твоя живет.
…И старушка в цветастом платье
У иконы свечу зажгла.
Я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала.

Но роль женщины в Великой Отечественной была гораздо шире. Советские девчата были летчицами и радистками, фронтовыми шоферами и снайперами, пулеметчицами и даже танкистками (хотя последних было немного). И везде проявляли не меньший героизм, чем мужчины. «Ночные ведьмы» на самолетах «У-2» наводили ужас на фашистов. И дело тут вовсе не в самолетах, которые были с технической точки зрения отнюдь не совершенны…


Выскажу спорную мысль: на мой взгляд, особенно опасной была миссия партизан и подпольщиков. Те, кто боролся на оккупированных территориях, каждую секунду рисковали не просто жизнью. Вероятность попасть в лапы карателей была весьма высокой, а там их ждали чудовищные пытки и мучительная казнь.

У всех на слуху имена отважных девушек, вчерашних школьниц – Ульяны Громовой и Любови Шевцовой из «Молодой гвардии» города Краснодон. Еще одна известнейшая героиня - Зоя Космодемьянская - пожалуй, является одним из главных символов той народной войны. Несмотря на все старания врагов в проклятые 90-е, их имена так и не удалось ни потопить в забвении, ни измазать грязью.

Сегодня напомню о менее известных героинях. Молодая подмосковная спортсменка Вера Волошина – та самая, с которой в свое время слепили скульптуру «Девушка с веслом» - осенью 1941-го неоднократно засылалась с боевыми заданиями в тыл врага. На своей опасной службе она подружилась с Зоей Космодемьянской. 21 ноября обе девушки пошли на задание – но в составе различных групп.

Но о том, что случилось с Зоей – вскоре узнала вся страна. Вера же, не вернувшаяся из боя, долгое время числилась пропавшей без вести, и об ее судьбе никто не знал. Последнее, что было известно о партизанке – что она была тяжело ранена, и группа не смогла ее забрать из-за сильного обстрела.

Уже много лет спустя выяснилось, что она попала в плен к фашистам. Далее ее ждала та же самая судьба, что и Зою – тяжелейшие пытки и смерть… Казнены они были в разных деревнях, но в один и тот же день. И, идя на виселицу, Вера пела «Интернационал», как и многие герои и героини того грозового времени…

В том же самом ноябре 1941-го года фашисты подвергли садистским пыткам и расстреляли еще одну мужественную советскую девушку – Лизу Чайкину. Являясь секретарем Пеновского райкома комсомола Калининской области, Лиза возглавляла сопротивление оккупантам в этом районе.

Однажды она была послана с боевым заданием в Пено. По дороге ей необходимо было зайти на хутор Красное Покатище. Там ее увидел бдительный староста и донес хозяевам-гитлеровцам. Семья, у которой остановилась девушка, была расстреляна на месте. А у Лизы каратели пытались вырвать сведения о партизанском отряде. Не выведали ничего…

Даже те женщины, которые непосредственно не воевали, не были партизанками и подпольщицами, вносили свой существенный вклад в Великую Победу. Каждая несла свою вахту, как могла.

В блокадном Ленинграде жила и боролась поэтесса Ольга Берггольц, хотя у нее, как у других литераторов, была в свое время возможность уехать в эвакуацию. Ослабевшая от голода, она читала по радио свои пламенные стихи, вдохновляя жителей держаться из последних сил.

Зачастую наши «либералы» и их западные покровители любят оправдывать чье-либо предательство тем, что с этим человеком несправедливо обошлось государство. К Ольге Берггольц, нужно сказать, до войны государство отнюдь не было благосклонно: в 1938-м она подверглась репрессиям, будучи беременной, в тюрьме из-за побоев потеряла ребенка. Но все это не заставило ее даже на мгновение подумать о предательстве Родины.

Потом, вспоминая о временах войны, поэтесса писала:

В бомбоубежище, в подвале,
нагие лампочки горят...
Быть может, нас сейчас завалит,
Кругом о бомбах говорят...
...Я никогда с такою силой,
как в эту осень, не жила.
Я никогда такой красивой,
такой влюбленной не была.

Даже во время войны, во время голода, во время ежедневного и ежесекундного риска, женщине хочется любить и оставаться самой собой. Но, наверное, это относится не только к женщинам…

Война и любовь, сталь и цветы – всегда рядом. И в этот Международный женский день, когда в Крыму, вернувшемся в родную гавань, распускаются нежные бутоны – на Донбассе женщины вновь вынуждены взять оружие в руки и присоединиться к мужчинам, отстаивая право на жизнь и достоинство…

(Специально для "Военного обозрения")
Автор:
Елена Громова
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

10 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти