Советские партизаны польской Гвардии Людовой

Советские партизаны польской Гвардии Людовой


Федора Никитовича Ковалева, партизанский псевдоним – Теодор Альбрехт, называли в Польской Народной Республике героем советского и польского народов. Он один из самых известных советских участников антифашистского Сопротивления на польской земле. Ковалев станет заместителем командующего Гвардией Людовой (с 1 января 1944 года – Армией Людовой) – вооруженными формированиями Польской рабочей партии во 2-м партизанском округе Люблинского воеводства. При этом он продолжал командовать легендарным отрядом имени Адама Мицкевича. За боевые заслуги Федора Никитовича наградили боевыми орденами Польши – Крестом Грюнвальда 2-й и 3-й степени, Крестом Храбрых, а также другими наградами.

МЕСТЬ ЗА ДРУГА


«Красивый и темноволосый, с энергичным крутым подбородком и внимательными карими глазами», – так описывает Федора Ковалева в своей книге «Последняя зима» дважды Герой Советского Союза, командир партизанского соединения генерал Алексей Федоров.

Почему у Ковалева, русского по национальности, был немецкий псевдоним? Он отвечал на этот вопрос так: «Да чтобы фашисты знали, что и советские немцы мстят нацистам. Альбрехт – это фамилия моего погибшего друга». А у бойцов его отряда был и другой ответ: «Фашисты будут завывать от злости». Вместо якобы убитого Федора появился новый командир отряда Теодор Альбрехт.

Эта весть быстро облетела окрестности и дошла до оккупантов. Пьяные полицаи, которые расклеивали немецкие листовки про Альбрехта, с ненавистью и, вероятно, от страха кричали местным жителям: «Этот немец изменил фатерланду и фюреру и командует в нашем районе всеми бандитами». Что было в листовках? «Тот, кто его возьмет в плен или доставит в Люблин мертвым, получит большую награду». Но когда советские бойцы из отряда имени Адама Мицкевича вошли в состав партизанского соединения Алексея Федорова, наш герой станет сражаться с врагом уже под своей настоящей фамилией.

Псевдоним мог спасти от расправы родственников партизан на оккупированных немцами территориях. В партизанских отрядах могли быть засланные немецкие информаторы. Поэтому одного из командиров, Николая Слугачева, называли – «Тадек Русский» и т.д. Из 40 тыс. советских участников антифашистского Сопротивления в европейских странах около 18 тыс. были партизанами и подпольщиками в Польше. К началу 1944 года в этой стране сражались более 100 отрядов с участием советских бойцов.

ПРЕДАННАЯ ПАМЯТЬ

Власти современной Польши уже официально и повсеместно стали предавать забвению память о многих советских бойцах польского Сопротивления. Исчезло упоминание и о Федоре Ковалеве. Было приказано не вспоминать и об очень известном факте самопожертвования.

Весной 1944 года в оккупированной Варшаве находилась группа подрывников Армии Людовой. В ее составе был также и партизан из «отряда Федора» Иван Осипович Буллах. Группа вступила в бой с эсэсовцами. Немцы не могли справиться с партизанами и погнали впереди себя мирных жителей. В живых из всей группы остался лишь харьковчанин Иван Буллах. Не мог наш герой стрелять и бросать гранаты в варшавян, чтобы скрыться в канализационном люке и спасти свою жизнь. Иван Буллах застрелился, чтобы не попасть в руки врагов. Интересно бы узнать о подобном самопожертвовании в войсках наших союзников в этой войне, например у американцев?

Еще один, но довольно показательный пример. Отважного командира отряда имени Котовского, крымского татарина двухметрового роста, Умера Адаманова называли Мишка-Татар, Мишка Грозный. Поляки часто запугивали полицаев. «Вот придет грозный Мишка-Татар, он вам всем покажет». Адаманов погибнет в неравном бою, но не допустит истребления эсэсовцами жителей одного поселка. В этом поселке, а также в Варшаве установили памятники герою. Почему такая забота именно об этом советском партизане, когда в Польше все больше стирается память о советских воинах-освободителях? Умер Акмолла Адаманов проживал до войны в Ялте. Его близкие, как и все крымско-татарское население, было депортировано из Крыма. На родине героя нет памятного знака в его честь. В 2011 году в Польше отметили 95-летнюю годовщину со дня рождения Мишки-Татара. Почему польские СМИ очень заметно информировали об этом событии? Дело в том, что восстановлением памяти о герое начал заниматься Меджлис крымско-татарского народа, представителей которого радушно принимали на высоком уровне в Польше. Там выступали политики и из окружения Мустафы Джемилева – ныне бывшего председателя Меджлиса, известного своей антисоветской и антироссийской деятельностью. Проводились молебны мусульманского духовенства на могиле Мишки-Татара. Надеюсь, что в российском Крыму память о советском партизане и патриоте Умере Адаманове будет достойно представлена!

БИОГРАФИЯ ГЕРОЯ

Федор Ковалев оставил неопубликованные рукописные воспоминания. Владимир Голодчук, зять нашего героя (проживает в подмосковной Коломне), прислал мне текст этих воспоминаний. А личный архив Федора Никитовича находится в Мариуполе. Там проживает его внучка. Недавно Владимир Владимирович сообщил мне, что в связи с известными событиями он пока не получил из Мариуполя фотографии Федора Ковалева военного периода.

С большим интересом я прочитал воспоминания Ковалева. Он родился 1 января 1919 года в селе Ново-Никольское Богучарского района Воронежской области. Там он жил до 1933 года. Потом переехал в город Миллерово Ростовской области. Окончил 10 классов. Мечтал поступить в институт на физмат. Но получилось так, что попал в Воронежское военное училище связи, которое окончил 10 июня 1941 года. В партию вступил в военном училище. Приехал в воинскую часть на постоянное место службы, и началась война. На Западном фронте командовал ротой связи 254-го отдельного батальона связи 20-го стрелкового корпуса 13-й армии. При выходе из окружения был ранен и попал в плен. В плену Ковалев находился 10 дней. Эти дни были мучительным адом. Как он бежал из плена?

Советские партизаны польской Гвардии Людовой

Памятник бойцам Армии Людовой. Фото Томаша Чарутоновича


При отправке в немецкий тыл он выпрыгнул ночью из вагона поезда. Ковалев пишет: «Никакой параши в вагоне не было. Можно представить, что там творилось. Пленные не могли сидеть, они переполнили вагон и стояли все время. Целый день не кормили и не поили. А когда бросили несколько буханок хлеба-суррогата, началась давка, душили друг друга. Все буханки растоптали. На остановке вытащили 12 трупов. Еще одни сутки прошли, и вновь вынесли трупы. Вагон заметно опустел. Федор и несколько других пленных составили план побега. Они увидели, что окно закрыто тонкой решеткой из колючей проволоки. В вагоне у одного пленного была свернутая на поясе плащ-палатка. А другой имел складной нож. «Мы разрезали палатку на части и связали их. Получилась длинная и крепкая веревка. Один ее конец привязали за крюк под окном в вагоне. Сумели снять на окне с помощью куска материи решетку с колючей проволокой. Второй конец веревки бросили ночью в окно. Потом, помогая друг другу, перелезали через окно и по кускам плащ-палатки спускались. Потом прыгали. На наше счастье скорость поезда на этом участке не была большой. Прыгали и те (а были и такие), кто в вагоне ранее проклинал коммунистов, своих командиров, считал, что немцы победят. За побег даже одного пленного немцы расстреливали всех оставшихся в вагоне. Тамбура с часовыми в этом вагоне не было. Охрана была в тамбурах через два вагона впереди и позади».

Уже тогда Федор Никитович думал о создании отряда мстителей. Нескольким соратникам передал пароль для связи. Но при падении на землю Федор еще больше повредил свою раненую ногу. Он не мог быстро идти. Пролежал на земле, потом с трудом пошел. Ранним утром встретил поляка на телеге, который по лесной дороге довез его до болота. Указал место для безопасного перехода, дал ломоть хлеба, кусок говядины и напоил водой. Перейдя болото, Федор увидел неприметный польский хутор. Никого из вагона он так и не встретил. Его укрывали польские крестьяне. Они спросили его: «Сколько вам лет?» Федор ответил, что 22 года. Услышал в ответ: «Не ври». Ему дали зеркало, он посмотрел на себя и ужаснулся, на него смотрел изнуренный, лет сорока человек…

Ему повезло, старая хозяйка дома с 1914 года жила в России как польская беженка. У нее остались добрые воспоминания о русских. Когда Федору давали пищу, то требовали не есть много, он мог заболеть от этого. Первые дни он очень долго спал – и пошел на поправку.

Как только начал ходить без посторонней помощи, то приступил к созданию партизанской группы из бывших советских военнопленных. У Федора, как доверительно называли отряд Ковалева местные крестьяне, царила железная дисциплина. В нем воевали русские, украинцы, поляки, немцы, грузины, евреи. И для всех был один закон: спасать товарища, даже рискуя жизнью.

Есть и не менее любопытные факты.

Отряд Федора Ковалева вначале носил имя польского национального героя XIX века генерала Юзефа Бема. Генерал сражался с русскими войсками за свободу Польши и Венгрии. Затем он уже как мусульманин в звании турецкого фельдмаршала станет верным слугой султана. И такие национальные герои имеются в Польше. Портрет генерала был даже на денежной купюре Польской Народной Республики. Потом отряд Ковалева-Альбрехта станет носить имя польского поэта и патриота Адама Мицкевича. В «отряде Федора» воевали поляки разных политических взглядов. Их объединяло горячее желание победить ненавистных тевтонов – нацистов. В своем командире они видели искреннего защитника их многострадальной родины. Может, поэтому в сведениях о столкновениях советских партизан с отрядами польской Армии Крайова (АК) об отряде Ковалева нет данных. А ведь формирования АК вели иногда локальные боевые действия против наших партизан, несмотря на запрет польского правительства в Лондоне, решившего отказаться от борьбы с СССР до окончательного разгрома нацистской Германии.

Бойцами отряда Ковалева-Альбрехта были и немецкие антифашисты.

МНОГОНАЦИОНАЛЬНЫЙ СОСТАВ

В одном из архивных документов, озаглавленном «Организационная структура и штатное расписание отрядов Гвардии Людовой/Армии Людовой в Люблинском воеводстве», есть отряды не только с названиями в честь польских национальных героев, в том числе воевавших с Россией. Там есть также отряды имени Феликса Дзержинского, Григория Котовского, Николая Щорса, Василия Чапаева и др. При этом в отряде, где советских бойцов было больше, чем польских, командиром мог быть поляк. И наоборот, там, где были в основном польские партизаны, мог быть и советский командир. Так в отряде имени Дзержинского командовал поручик Станислав Сикорский, а его заместителем был Федор Пащенко, лейтенант РККА.

В живописном Полесском национальном парке на юге Люблинского воеводства для многочисленных туристов построили смотровые площадки. Проложили туристические тропы. Там же потомки спасенных советскими партизанами и Красной армией поляков демонтировали памятную плиту с упоминанием командира отряда имени Юзефа Бема – Федора Ковалева. На этом месте находился лагерь его отряда. Такая вот своеобразная память.

В первом своем бою партизанская группа Федора уничтожила полицейский пост, здания почты, управы и захватила оружие. Весной 1942 года отряд Ковалева вошел, как ранее указывалось, в состав формирований Гвардии Людовой. Заместителем Ковалева станет польский патриот Ян Холод. Он героически погибнет в бою. Отличились в боях и также пали смертью храбрых командиры партизанских групп отряда. Это Яков Николаев, он же легендарный «Чуваш», армянин Михаил Петросян и другие верные сыны нашей родины.

Показателен еще один пример мужества советских и польских партизан этого отряда в районе Парчевских лесов в декабре 1942 года. Читаем рапорт командования Гвардии Людовой: «Партизаны (400 бойцов) отличились в двухдневном бою с 6 тысячами солдат вермахта и полиции, которых поддерживали танки и авиация. Партизаны вырвались из окружения, нанеся большие потери оккупантам». Есть и другие примеры. Партизаны из засады уничтожили колону жандармов, а затем и группу пришлых бандеровцев. Партизаны «отряда Федора» совершают налет на спиртовой завод, снабжавший чуть ли не все немецкие части в Белоруссии, сжигают его и выливают 3 тыс. литров спирта, который был нужен отнюдь не только «для сугреву», как можно подумать.

Несмотря на трудности в обеспечении взрывчаткой, особенно в начальный период борьбы, партизаны отряда пускали под откос вражеские эшелоны. «Рельсовая война» продолжалась до самого отступления немцев из Польши. Читаем информацию Советского информбюро от 6 июня 1943 года, утреннее сообщение: «Близ Люблина (Польша) партизанский отряд имени Адама Мицкевича вел ожесточенные бои с немецкой карательной экспедицией и нанес противнику большие потери. Ранее партизаны пустили под откос два немецких эшелона. При крушении одного эшелона было убито 20 немецких офицеров и большое количество солдат». О заслугах Ковалева-Альбрехта красноречиво свидетельствует рапорт командующего Вторым Люблинским партизанским округом, направленный главному командованию Гвардии Людовой: «В настоящее время отряд имени Адама Мицкевича под командованием Феди – Теодора Альбрехта является важнейшим из всех партизанских групп».

В свою очередь, в сборнике, изданном Министерством обороны Польши к 30-летию освобождения страны от фашистских захватчиков, находим: «В районе Люблина было несколько групп советских солдат и офицеров, бежавших из фашистского плена. Одной руководил осетин Давид, другой – чуваш Николаев. Позднее они присоединились к отряду советского офицера Ф. Ковалева, который был замечательным организатором. За короткий срок ему удалось сплотить отдельные группы в боеспособную единицу… Польские патриоты восхищались им…»

В сентябре 1943 года командование Гвардии Людовой установило связь с советскими партизанами из соединения Алексея Федорова, которое прибыло из Черниговской и Волынской областей. В апреле 1944 года партизаны отряда Ковалева-Альбрехта из числа советских граждан и сам Ковалев переходят в состав этого соединения. А затем всех тех, кто был танкистом, летчиком, словом, не пехотинцем, направляют в действующую армию. Ковалев будет служить в контрразведке «Смерш» 13-й армии. В той самой армии, в которой он начинал службу в звании лейтенанта связи. Последнее его воинское звание подполковник. В первые мирные годы он служил на Западной Украине, где шла борьба с отрядами украинских националистов. По неизвестным даже его близким причинам он был понижен в звании до старшего лейтенанта, а затем уволен из армии. В 1964 году его восстановят в прежнем звании. Через год, в 46 лет, он станет инвалидом 2-й группы – последствия ранения, плена и партизанской деятельности. До самой своей кончины в 1996 году он проживал в поселке Новомлиновка Розовского района Запорожской области. Несколько раз приезжал в социалистическую Польшу, где его торжественно встречали как героя.
Автор: Сергей Тюляков
Первоисточник: http://nvo.ng.ru/wars/2015-03-13/12_guardia.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 6
  1. itr 15 марта 2015 07:33
    Думаю что только меньшая часть боролась за независимость. А вся остальная истреблением евреев в угоду своим новым господам
    Кстати тоже самое было на Украине
    itr
  2. Юн Клоб 15 марта 2015 08:16
    Поляки не умеют быть благодарными.
    1. СапогХромовый 15 марта 2015 22:55
      В 2011 нашел таки могилу своего деда. Погиб под Варшавой в 44-м. Приехал к пшекам, Нашел мемориал, заброшенный и никому не нужный. Как, видать, ЗГВ вывели так и остались наши могилы сиротами.
  3. провинциал 15 марта 2015 11:20
    О них в Польше забыли.
  4. Dudu 15 марта 2015 11:46
    Ну да! Ещё кому то быть благодарными! Ишь чего хотят. Тогда надо будет все вспоминать. Например, как сами поляки хотели освободить свою страну. Вспомнится и генерал Андерс, корпус которого укомплектовали, вооружили, накормили, а это кодло мародёрствовало в Средней Азии и сбежало в Иран, чтобы не воевать с фашистами. так и не сделали ни одного выстрела. Говорят, некоторые из них в обозе американцев в Италии были.
    Dudu
  5. Сергей-8848 15 марта 2015 15:39
    Появление целого польского корпуса посреди Ближней Азии (точнее, Ближневосточных территорий Британской империи)- довольно интересно. Если до войны - то зачем, если во время войны - то зачем? Родину мы не защищаем (потому что не успеваем, а за англичан- горой?). А чего вообще этот корпус там шлялся? Задача - успеть оттяпать от турков всё, что они сами роняют, но руками поляков в пользу - сами знаете кого.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня