Ненаучный взгляд на научные роты

В последнее время идет поток информации о применении на войсковых учениях средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ) с противником. Вот и в ходе недавней внезапной проверки Северного флота там развернули новейший комплекс «Мурманск-БН» с дальностью действия до пяти тысяч километров. По словам начальника центра радиоэлектронной борьбы флота, капитана второго ранга Дмитрия Попова, которые приводит ТАСС, новые комплексы поступили в центр в конце прошлого года и уже освоены личным составом подразделений. На учениях их применили впервые. Много новостей идёт про комплексы «Москва-1», «Хибины», «Красуха-4» и другие. На этом фоне незаметной промелькнула информация о том, что министерство обороны планирует создать в 2015-году научную роту РЭБ.




Мимо строя

Решение комплектовать в Вооруженных силах России научные роты из выпускников учреждений высшего профессионального образования было принято на самом высоком уровне. Такую задачу перед министерством обороны Указом от 17 апреля 2013 года определил Президент Владимир Путин. Намерения были весьма амбициозные — главной функцией новых рот должна стать научно-исследовательская работа в интересах обороны страны. Руководить формированием и дальнейшей деятельностью данной роты (первоначально речь шла о создании одной роты) поручили заместителю министра обороны генерал-полковнику О. Н. Остапенко.

Опыт нестроевых подразделений из военнослужащих срочной службы уже был в Вооруженных силах. Прежде всего, это спортивные роты. Они были во всех военных округах и даже в больших соединениях. Формировались из призывников, имевших спортивный разряд не ниже первого. Впрочем, эти подразделения только назывались ротами. Очень скоро они разрослись до батальонов, поскольку впитали в себя команды по самым различным видам — от лёгкой атлетики до спортивного ориентирования. Соответственно и задачи перед этими подразделениями ставились не бежать впереди атакующей цепи, а защищать честь войскового соединения или округа на всеармейских соревнованиях. Исследовательской работой, вроде испытания физических нагрузок для военнослужащих по призыву, в ротах тоже не занимались.

Научной работы в войсках я не припомню. Такие примеры проходили по другому ведомству, названному ныне системой исполнения наказаний. Было это ещё в скорбные времена Гулага, когда в различных закрытых лабораториях, в просторечии именуемых «шарашками», тысячи заключенных выполняли «научно-исследовательскую работу в интересах обороны страны». Народ там был подготовленный, серьёзный. И задачи выполняли соответственные — решали вопросы самолётостроения, производства двигателей для ракетной техники, разработки артиллерийских систем и пр.

Спортивные роты главный реформатор российских Вооруженных сил А. Сердюков прикрыл ещё в 2008-м году. Научные — он и не собирался создавать.

Формирование новых нестроевых подразделений в войсках почти совпало по времени с разработкой поправок в закон о государственной службе. Там изменения вносились существенные. В соответствии с новыми требованиями на чиновничьи должности теперь могли претендовать только люди, отслужившие в Вооруженных силах, или те, кто не мог быть призван по медицинским показаниям. Злые языки связали эти два события вместе и разразились шквалом критики.

Может быть со временем такая тенденция и проявит себя. Но при первом формировании новых подразделений подход оказался серьёзным. В возрожденные к осени 2013-го года спортивные роты призывали уже не перворазрядников, коих в каждом городе пруд пруди, а победителей Универсиады, юниорских чемпионатов Европы и мира, кандидатов и членов сборных команд России по олимпийским видам спорта, рекомендованных Минспортом. Новые подразделения расквартировали в Москве, Санкт-Петербурге, Самаре и Ростове-на-Дону, штатную численность определили в 400 спортсменов. Среди новобранцев мне, например, запомнились мелькнувшие на телеэкранах в солдатской форме двукратный чемпион России по фигурному катанию, Мастер спорта международного класса Максим Ковтун (нынче он на чемпионате Европы завевал «серебро» в мужском одиночном катании) и серебряный призёр первенства Европы по спортивной гимнастике, Мастер спорта международного класса Кирилл Прокопьев. Это был уровень! Впрочем, и сами роты — не принудительный призыв, а добровольный набор, что особенно ярко проявилось в формировании научных рот. Конкурс там, как в приличном вузе, доходит сейчас до шести человек на место.

Новое лицо российской армии

Для скепсиса по поводу научного вклада новых нестроевых рот есть основания. Во-первых, в новом веке прорывные достижения на коленке не делаются. Требуется, как минимум, хорошее лабораторное оснащение. Во-вторых, год срочной службы не сильно превышает время, необходимое для написания качественной дипломной работы, и на серьёзное исследование его вроде как не хватит. Наконец, военная наука сегодня на подъёме, и выпускникам даже самых успешных вузов еще надо побороться, чтобы занять в ней достойное место.

Похоже, всё это досконально учитывали. Первую научную роту сформировали из выпускников МГТУ им. Н. Э. Баумана, Московского авиационного института и подключили к опытно-конструкторским работам на базе Красногорского завода им. С. А. Зверева (ОАО КМЗ), входящего в госкорпорацию «Ростех». В течение месяца после призыва вчерашние студенты прошли общевойсковую подготовку. Затем начали службу в подразделениях научно-технического центра ОАО КМЗ. Точнее, работу над созданием «унифицированной маломассогабаритной аппаратуры высокого пространственного разрешения для сети малых космических аппаратов».

Детали исследований с участием первых научных рот пока не спешат раскрывать. Зато рапорты о достижениях уже есть. Отмечается, в частности, что за год исследовательских работ операторы научных рот (так сегодня называют этих военнослужащих) оформили более 20 заявок на выдачу патентов на изобретения, внесли 44 рационализаторских предложения, опубликовали более 90 научных статей. Отмечу, кстати, что за громким названием «рота» часто скрывается относительно небольшой коллектив. В первый призыв, например, набралось всего 35 добровольцев. Позже их число возросло до шестидесяти. Так что парни хорошо постарались на ударный рапорт.

Это подтвердилось и на прошлогодней выставке в Алабино «День инноваций Министерства обороны Российской Федерации». Там разработки военнослужащих научной роты войск Воздушно-космической обороны высоко оценило экспертное сообщество. Ефрейторов А.И.Воеводского и Д.Г.Медведева даже наградили медалями «За достижения в области развития инновационных технологий».

Количество научных рот быстро растет. В министерстве обороны почувствовали, что у заявленной инициативы есть перспектива, и создали исследовательские подразделения в учебном центре при Генеральном штабе, в военном учебно-научном центре Сухопутных войск, в учебно-научном центре Военно-Воздушных сил, в военном учебно-научном центре ВМФ в Санкт-Петербурге. Поле деятельности научных рот расширяется. Осенью прошлого года их сформировали также в военной академии связи (г. Санкт-Петербург), в филиале этой же академии (г. Краснодар) и в военно-медицинской академии (г. Санкт-Петербург).

Сложно оценить прикладную пользу от деятельности учебных рот. Видимо, она устраивает военных, коль такими темпами наращивается этот потенциал. Недавно в минобороны возникла новая идея — создать гуманитарные роты, где бы решали задачи борьбы с киберугрозами, фальсификациями российской истории, проводили работу с архивными материалами и информационную — в социальных сетях. Теперь вот планируют научную роту радиоэлектронной борьбы. Её базой станет Межвидовый центр подготовки и боевого применения войск РЭБ в Тамбове. Новая рота будет уже девятой по счёту среди подобных подразделений. И всё это — за неполные два года, прошедшие с момента издания Президентом России Указа о формировании в министерстве обороны первой научной роты.

Думаю, Вооруженные силы справились бы со своими задачами и без исследовательских подразделений. Ведь смог же кавторанг Д.Попов с подчиненными в короткие сроки освоить новейший комплекс «Мурманск-БН» и успешно применить его в ходе учений Северного флота. Однако научные роты позволяют расширить возможности армии, влить в неё живую интеллектуальную кровь. Ведь половина операторов научных рот первого призыва уже аттестована и продолжает службу на офицерских должностях. Многие остались работать в научно-исследовательских организациях и военно-учебных заведениях министерства обороны. Научные роты для выпускников вузов стали социальными лифтами, открывшими жизненные перспективы.

…Лицо российской армии меняется. Страна увидела уверенных в себе, профессионально подготовленных и эффективных «вежливых людей». Надеюсь, в скором времени не только Министерство обороны, но и общество увидит и оценит вклад новой генерации военных, которых немудрёная публика так любит называть «ботаниками»…
Автор:
Геннадий Грановский
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

19 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти