О том, как Анкара от Вашингтона отвернулась

Западные аналитики считают, что турецкий президент ведёт «странную» политику в области сотрудничества с НАТО: то увиливает от взаимодействия, то вообще принимает решения вопреки интересам альянса. Одновременно Турция «отворачивается» от американских интересов, договариваясь с русскими о газопроводе «Турецкий поток». Чем больше крепнет союз России и Турции, тем более непрочными становятся отношения Анкары и Вашингтона.


Турция. На границе с Сирией



В редакционной статье «Нью-Йорк Таймс» приводится сообщение сайта Министерства иностранных дел Турции. В материале указывается, что НАТО играет «важную роль» в обеспечении безопасности страны, и поэтому Турция, которая стала членом альянса очень давно, в 1952 году, «придаёт огромное значение» сотрудничеству с НАТО.

Однако, по мнению редакции американской газеты, приверженность Турции альянсу никогда не казалась настолько «двойственной», как сегодня.

По самым важным вопросам — от борьбы с «Исламским государством» и создания интегрированных систем защиты и до совместного противостояния «российской агрессии на Украине» — президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган и его правительство сотрудничают с альянсом либо не в полной мере, либо даже вопреки приоритетам и даже интересам НАТО.

Кроме того, газета отмечает, что Турция при Эрдогане становится «всё более авторитарным» государством. Редакции издания «очевидно», что страна отходит от альянса, «построенного на принципах демократии».

Долгие месяцы западные союзники оказывали давление на Турцию с целью принудить её закрыть «рыхлую» границу, через которую запросто просачиваются тысячи джихадистов, желающих уйти в Сирию и примкнуть к рядам боевиков «Исламского государства». Кроме того, Турция закрывала глаза на контрабанду «ИГ» оружия и незаконную нефтеторговлю.

Да, в конце концов турецкое правительство предприняло некоторые шаги, чтобы затруднить эти «поставки». Тем не менее, полностью поток не прекращён, об этом свидетельствуют материалы очевидцев (например, опубликованные недавно в «The Times»). Сами контрабандисты утверждают, что да, их «работа» стала труднее, но иногда турецкие пограничники всё же «смотрят в другую сторону».

Джеймс Клэппер, директор Национальной разведки США, на днях заявил Конгрессу, что он и не надеется, что Турция предпримет какие-то серьёзные меры против «ИГ», поскольку у неё «другие приоритеты и другие интересы».

Причём нельзя сказать, что Эрдоган делает что-то вразрез с волей своего народа: опросы общественного мнения показывают, что турки не считают «ИГ» одной из главных угроз.

Североатлантическому альянсу и США не нравится также идея турецкого правительства о возможности закупки у Китая системы противовоздушной обороны ценой в 3,4 млрд. долл. Американские и европейские союзники такое сотрудничество с КНР не одобряют. Не нравится им и то, что Турция не желает приобретать соответствующие системы у них. Наконец, НАТО не сможет интегрировать свою систему с китайской: они несовместимы.

Ну, и Россия. В этом году Анкара должна подписать соглашение, которое позволит России построить газопровод в обход Украины. Правительство Эрдогана, не обращая внимания на западные санкции, извлекает выгоду из трений между Россией и Западом, добиваясь для себя энергоносителей по льготным ценам.

Мало того, Россия собирается строить в Турции атомную электростанцию.

Американские официальные лица, конечно, не допускают, что Турция когда-нибудь выйдет из НАТО. Такой шаг «был бы катастрофической ошибкой». Но уже сам факт, что о подобной возможности идут разговоры, очень волнует должностных лиц и экспертов в области обороны.

Что касается газопровода, то о нём 20 марта появилась статья в турецком англоязычном издании «The Journal Turkish Weekly».

В заметке указывается, что 17 марта президент России Владимир Путин и президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган обсудили по телефону газовый проект «Турецкий поток». В ходе переговоров Москва подтвердила свою готовность продолжать работу по новому трубопроводу.

Планируемый трубопровод будет транспортировать 63 млрд. куб. м природного газа в Европу. Фактически, отмечает журнал, это замена трубопроводу «Южный поток», который Россия решила закрыть в декабре 2014 года.

Далее в статье сообщается, что турецкая государственная энергетическая компания «BOTAŞ» и российский «Газпром» договорились о значительной скидке для Турции — речь идёт о 10,25-процентной скидке («10.25 percent discount») на природный газ, которую Анкара получит в результате участия в проекте газопровода.

19 марта прошла 14-я Турецкая международная нефтегазовая конференция в Анкаре, в ходе которой министр энергетики Турции Танер Йылдыз заявил, что сделка с Москвой обеспечит Турцию 10,25-процентной скидкой на российский газ. Соглашение пока не подписано, однако «в турецко-российских отношениях ключевым является доверие».

Йылдыз сказал репортёру, что речь идёт об обеспечении энергетической безопасности Турции. Во-первых, стране нужна диверсификация поставок газа; во-вторых, если ситуация на Украине ухудшится, энергетическая безопасность Турции окажется под угрозой. Поэтому правительство прилагает усилия по созданию отдельного трубопровода.

Йылдыз отметил, что природный газ будет закупаться также в Азербайджане и транспортироваться с помощью проекта «TANAP». Однако этот газ обойдётся Анкаре дороже, чем газ, приобретаемый у России. Но вместе с тем более низкая цена русского газа сделает весь газ более доступным для населения.

Йылдыз также объяснил, что «Турецкой поток» не заменит «TANAP».

Что думают о сотрудничестве Турции и России эксперты?

Президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский в статье для «Военно-промышленного курьера» отметил, что Турция — крупнейший торговым партнёр России в регионе. Укреплению связей способствуют в числе прочего и разногласия президента Эрдогана с президентом Обамой.

Эксперт напоминает, что Анкара «приняла воссоединение Крыма с Россией более чем спокойно».

Говоря о проекта газопровода, Сатановский отметил, что срыв строительства «Южного потока» дал Турции «идеальные шансы посадить ЕС на собственную «газовую иглу». Анкара получила возможность создания инструмента политического давления на Брюссель. И для турецкого правительства это «имеет не меньшее значение, чем экономические выгоды от проекта». «Газовая игла» позволит Турции «регулировать ценовую политику в Европе и отношения между поставщиками и покупателями так, как и не снилось Украине с её хищениями газа и неплатежами». Любопытно, что конкуренцию поставщиков европейцы обеспечат Турции сами, пытаясь «снизить зависимость рынка ЕС от России». «Чем зависимость этого рынка от Турции лучше, — пишет с иронией Сатановский, — они пока не осознали, что само по себе говорит об уровне современной европейской и американской политики».

С другой стороны, «из любого двустороннего проекта выгоду извлечёт в первую очередь Анкара, поскольку турецкая элита при всей её «восточности» много профессиональнее российской в отстаивании национальных интересов». Кроме того, для России существенна опасность традиционной для внешней политики Турции ставки на пантюркизм и исламскую составляющую. Анкара, напоминает эксперт, вместе с Катаром поддерживает «Братьев-мусульман», деятельность которых в России запрещена.

Также Сатановский называет Турцию «перекрёстком джихада». Да, Анкара пресекала у себя любые попытки антироссийской активности, но сегодня в Турции живёт «большая и финансово состоятельная северокавказская диаспора, поддерживающая на постоянной основе отношения с родственниками в России». По мнению аналитика, механизм давления радикалов-исламистов на Россию через Турцию «может быть включён в любой момент». В данном случае Москва «уповает на прагматизм Анкары», для которой приоритетом является экономика. Но «успокаиваться… России тем не менее нельзя».

Эксперт заостряет внимание на здоровье президента Эрдогана. Дело в том, что «независимые источники говорят о лейкемии». Уход Эрдогана неизбежно повлек бы за собой «усиление его многочисленных врагов и ослабление контактов с Россией». По мнению аналитика, противостояние США — это «личный проект Эрдогана». Поэтому Москва с высокой степенью вероятности может увидеть Анкару «куда более проамериканской и проевропейской, а значит — антироссийской».

Напоминает эксперт и о том, что совместные проекты «практически не финансируются» с турецкой стороны, и все экономические риски лежат на России.

Подытожим. В случае ухода Эрдогана политическая ситуация в Турции может перемениться на противоположную. Разговоры о диверсификации поставок газа в таком случае уйдут в прошлое, а «Турецкий поток» для России закроется так же, как закрылся «Южный». Приоритетными для Турции станут интересы «западных партнёров». Впрочем, информация о проблемах со здоровьем у Эрдогана может оказаться обыкновенными слухами. Или догадками.

С другой стороны, трудно допустить, чтобы политики, которые спустя какое-то время неизбежно сменят Эрдогана и его правительство, отказались из-за выгодного Турции газового проекта только потому, что на это косо смотрит дядя Сэм. Успех Эрдогана в политике как раз и связан с его умением проводить самостоятельную политику и думать об интересах не США или ЕС, а об интересах родины. Как говорит тот же Сатановский: «Главный партнёр Турции — Турция». Самостоятельность Эрдогана как раз и раздражает заокеанских «партнёров», желающих диктовать свою волю всем и каждому.

Обозревал и переводил Олег Чувакин
— специально для topwar.ru
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

34 комментария
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти