Копьё, меч и древние японские герои

Говорят, что каковы твои друзья, таков и ты сам. А как в таком случае быть с древними преданиями? «Скажи мне, каковы были в древности твои боги, и я скажу, что ты собой представляешь сейчас?» Можно ли утверждать, что существует прямая зависимость столь давнего прошлого и настоящего? Наверное, нет. Но что-то от него в нас все-таки осталось. Ну, а так ли это, давайте посмотрим на примере истории Японии и той роли, которую в становлении духовной культуры этой нации сыграли копье, меч и… самые древние ее герои.

Начнем с того, что древние японские книги «Кодзики» и «Нихон сёки», записанные в начале VIII века, сообщают, что первые боги были невидимы, и никто не знал их имен. Затем появились два бога Идзанаги и Идзанами, брат и сестра — первые из богов, чьи имена стали известны людям. Старшие боги поручили им сотворить землю и дали… волшебное копье. Они встали на небесный плавучий мост, погрузили копье в океан, взбаламутили этим копьем его воды, а когда вытащили его из воды, с острия сорвались капли, которые упали и превратились в Оногородзима — «Сам собой сгустившийся остров». Затем брат и сестра поселились на этом острове, а яшмовое копье использовали в качестве опорного столба в своем доме. То есть без копья Японии бы просто не существовало!


Буквально следом встречается и первое упоминание меча. Он принадлежал богу Идзанаги, которым убил им собственного сына — Бога огня, при рождении которого Идзанами испытала сильную боль. Богиню такая «забота» сильно расстроила, и она ушла в подземный мир. Ну, а Идзанаги раскаялся, что совершил первое на свете убийство, и спустился в подземное царство, чтобы её вернуть. Но злые духи и боги подземелья не дали ему этого сделать, хотя он и дрался с ними этим мечом. Вернувшись, он совершил многочисленные омовения, чтобы очиститься от адской скверны, и родил ещё трех детей, ставших впоследствии главными японскими богами и сыгравшими в истории японцев очень важную роль. Так, именно его дочь — богиня солнца Аматэрасу, отправила на землю своего внука Ниниги-но Микото («Юношу — бога рисовых колосьев»), и подарила ему три волшебных предмета: бронзовое зеркало (с помощью которого боги однажды выманили ее из пещеры), подвески из яшмы и «Меч Клубящихся Туч» — подарок её брата, грозного бога Сусаноо.

Копьё, меч и древние японские герои

Три священные регалии японских императоров

Но вот что интересно: Сусаноо этот меч добыл не столько силой, сколько хитростью. В то время на земле в области Идзумо жил некий гигантский змей, имевший восемь голов и восемь хвостов (в Японии восемь счастливое число!), и был он так велик, что его хвосты заполняли сразу восемь долин. Глаза напоминали Солнце и Луну, а на хребте росли леса. Змей поедал людей целыми деревнями, но особенно ему были по душе молодые девушки, вот Сусаноо и вызвался его убить. Выбрав в качестве приманки красивую девушку, он вооружился отцовским мечом и спрятался неподалеку. Однако помимо оружия припас для чудовища ещё и изрядное количество сакэ. Змей приполз и, не обращая внимания на девушку, погрузил все восемь голов в чашки с сакэ (видимо, чашки эти были подходящего для него размера!) и выпил все до капли. Теперь пьяный змей стал легкой добычей Сусаноо, который тут же изрубил его на куски. Когда же он дошел до хвоста, то там обнаружил там еще один волшебный меч, который подарил своей сестре. А так как над хвостом, где он был найден, клубились черные тучи, то ему дали название: «Амэ-но муракомо-но цуруги», или же «Меч Клубящихся Туч».

Ещё философ Сократ заметил интересную особенность современной ему греческой мифологии: её олимпийские боги ведут себя в ней так, как это не могло бы прийти в голову ни одному нормальному древнему греку. Они чревоугодничают, предаются разврату с земными женщинами, а боги-дети свергают богов отцов вместо того, чтобы их уважать. Соответствующим образом ведут себя и дети богов, например, тот же Геракл, далеко не всегда являющийся в мифах объектом достойным подражания. Не верите? Но ведь он же использует стрелы отравленные ядом Лернейской гидры, то есть применяет оружие, которое доблестные воины всегда осуждали. Что это? Случайность? Или так было сделано специально, чтобы показать простым смертным, как делать не следует, и что позволено Юпитеру, не позволено волу?! Интересно, что боги в Японии вели себя точно также.

Тот же бог Сусаноо, желая досадить своей сестре Аматэрасу, во-первых, снес межи на её полях, а оросительные каналы засыпал. А, во-вторых, в её покоях предназначенных для еды, испражнился и разбросал испражнения. Причем, богиня, как истинная японка не стала его за это упрекать (хотя иначе как безобразным его поведение и назвать нельзя), а высказалась так: «На испражнения похоже, но это братец мой — бог, наверное, наблевав спьяну, ты так сделал. А что межи снес, каналы засыпал, так это, наверное, братец мой бог, ты землю пожалел и потому так сделал», то есть для всех его безобразий нашла приличное оправдание.


Статуя Ямато Такеру в Keнрокуэн в Каназава, провинция Исикава

То же самое мы встречаем и в сказаниях о подвигах легендарного принца Ямато Такэру. Своей храбростью он мог бы соперничать с рыцарем Круглого Стола Ланселотом Озерным или одним из древнерусских былинных богатырей. Вот только истинно рыцарского духа у него не было и в помине, а многие его поступки кажутся попросту странными, если не сказать больше!
Так, свои подвиги он начал с того, что убил своего старшего брата всего лишь за то, что тот опоздал к обеду. И не просто убил, а задушил, оторвал конечности, завернул все это в циновки и выбросил! Этот поступок так шокировал его отца, императора Кэйко, что он отправил сына на остров Кюсю, где бы он бился с врагами императора. Первыми, кого он должен был убить по приказу отца, были братья-храбрецы Кумасо. Он подобрался к дому врага, и, обнаружив там три ряда стражников, переоделся в женскую одежду, данную ему его теткой, после чего присоединился к пировавшим там вражеским вождям. Когда те опьянели, как и злополучный змей, он выхватил кинжал, спрятанный под одеждой, и убил их обоих, то есть действовал не как самурай, а как самый настоящий подлый и презренный ниндзя. Затем он победил ещё одного вождя в провинции Идзумо, причем опять-таки не силой, а хитростью. Сначала он с ним подружился так, что тот начал считать его чуть ли не своим братом. Потом он сделал себе деревянный меч и стал носить его, засунув в ножны словно настоящий. Ну, а доверчивого вождя он пригласил искупаться в реке. Свои мечи они оставили на берегу, и тут, выйдя из воды, принц Ямато предложил ему в знак дружбы поменяться мечами. Вождь согласился, а затем принял его коварное предложение скрестить мечи в дружеском поединке. Разумеется, он тут же обнаружил, что его новый меч сделан из дерева, но было поздно, потому, что принц Ямато тут же убил его.

Понятно, что все эти поступки принца Ямато откровенно не соответствуют идеальному образу самурая-воина, но он и в дальнейшем вел себя совсем не так, как подобало бы настоящему самураю, то есть «рыцарю без страха и упрека»! Получив приказание снова отправиться в путь, он опять посетил свою тетку, верховную жрицу великого святилища в Исэ, и получил от неё священный «Меч Клубящихся Туч», то есть самое могущественное оружие из всех существовавших в то время. Но, даже обладая таким мечом, победу в этом походе Ямато одержал отнюдь не с его помощью. Кстати, огромный змей, которого убил Сусаноо, непонятно каким образом снова воскрес, настиг его и потребовал, вернуть «Меч Клубящихся Туч». Однако Ямато перепрыгнул через змея, а биться с ним не стал. Потом он встретил девушку Ивато-химэ (ну как же без девушки?!), которую страстно полюбил. Вот только вместо того, чтобы сочетаться с ней браком и жить долго и счастливо, он почему-то её покинул и направился в область Сагаму, правитель которой решил его погубить. Героя хитростью заманили в долину, поросшую сухой высокой травой, а затем её подожгли. Вот тут-то принц наконец-то и использовал меч, скосил вокруг себя траву, поджёг её и этим спасся. Естественно, что всех, кто желал его гибели, он убил, а их тела сжег. А меч его тех пор стал называться «Кусанаги-но цуруги» («Меч, Раздвигающий Траву»).

Тут он опять пришел к Ивато-химэ. Но зная (откуда, непонятно!), что не сможет с ней остаться, опять её покинул, отдав ей «Меч Клубящихся Туч». Ивато-химэ меч взяла и со слезами на глазах зачем-то повесила на тутовое дерево. Тут на героя опять напал вездесущий гигантский змей, через которого он вновь перепрыгнул, но при этом задел его ногой. От этого у него поднялась температура, и он искупался в холодном ручье. Жар спал, но выздороветь он так и не смог, и предчувствуя скорую кончину, захотел увидеть Ивато-химэ. И она перед ним тут же появилась, поскольку все это время тайно следовала за ним в его скитаниях. Принц воспрянул духом, но только лучше ему не стало, и в результате он умер, после чего стал белой птицей, которая улетела на юг.

Так странно закончил свою жизнь принц Ямато, и этот его конец, отметим, содержит все черты эпических сказаний о подвигах самураев, равно как и рыцарей Круглого Стола, встречающиеся постоянно: герой наш одинок, его преследуют враги, а в итоге он умирает молодым от нелепой случайности. Причем образ самурая одинокого воина-героя жив в Японии и сегодня, а принц Ямато стоит в ряду её героев первым. Более того, его имя есть в самых ранних историях страны — полумифологической «Кодзики» («Записках о деяниях древности»), написанной в 712 году, и «Нихон сёки», 720 года. Удивительно, но японская история просто изобилует такими вот «героями» и неудачниками. И не ясно, зачем образ Ямато, с которого-то, по сути дела, все и началось, был создан таким противоречивым и мятущимся? Возможно, это было сделано специально, и мы в данном случае опять-таки имеем дело с «принципом Юпитера и вола», и он должен был показать самураям, что есть в их истории и такие примеры, следовать которым явно не нужно?! Или, напротив, героическое в нем (хотя в чем оно, это самое «героическое»?) должно было затмить собой все негативное в его образе? В итоге меч стал «душой самурая», а вот копье почему-то обожествляться не стало! Интересно, что в христианской Библии не указано, каким оружием Каин убил Авеля. Его могли проклясть либо сделать символом, а её создателям этого явно не хотелось. Поэтому «восстал и убил» в ней дано без деталей. Не так в Японии, только герои её древней истории с копьями и мечами получились какими-то очень уж странными.


Самурай сражается копьем. Ксилография Цукиока Ёситоси
Автор:
Вячеслав Шпаковский
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

23 комментария
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти