Галльское недоразумение

Галльское недоразумение


Французское оружие победы — несгибаемая отвага странной конструкции

К началу Великой войны германское командование и офицерство не скрывали пренебрежительного отношения к французской армии, ассоциируя ее с «галльским петухом» — предполагалось, что она так же вспыльчива и криклива, а на деле слаба и пуглива. Но уже в первых сражениях французские солдаты подтвердили давнюю репутацию стойких и отважных бойцов, искренне готовых к самопожертвованию во имя родины. Их высокие боевые качества оказались тем ценнее, что воевать им пришлось на этот раз практически с наихудшим оружием из всего, имевшегося в арсеналах и союзников, и противников. Основное оружие французского солдата — 8-мм винтовка «Лебель-Бертье» — не шла ни в какое сравнение с немецким «Маузером М.98», по многим параметрам уступая и русской «трехлинейке», и японской «Арисаке Тип 38» и американской «Спрингфилд М.1903», а ручной пулемет «Шоша» многие вообще относили к разряду оружейных курьезов. Тем не менее, поскольку французские пехотинцы были обречены его использовать (хотя при первой возможности стремились заменить трофейным либо союзническим), именно оно в итоге стало «оружием победы» Великой войны, в которой французская армия, безусловно, сыграла решающую роль.


Дитя коллективного разума


История винтовки «Лебель — Бертье» может служить хорошей иллюстрацией той же галльской пылкости, страсти к не очень продуманным начинаниям, ни одно из которых не доводится до конца. Вначале французское военное ведомство приняло на вооружение однозарядную винтовку системы Базиля Гра (1874), затем эту винтовку спешно переделали в магазинную «Гра — Кропачек» (1878—1884). Однако не прошло и двух лет, как потребовалась следующая модернизация конструкции — под новый патрон с бездымным порохом. Так возникла принятая на вооружение винтовка Николя Лебеля, которую, в свою очередь, через 11 лет пришлось превращать в систему «Лебель — Бертье».

Галльское недоразумение

Винтовка модели Lebel M.1886/93. Фото: Imperial War Museums


Исходная модель для всех этих конструкций — однозарядная винтовка системы Гра с продольно-скользящим болтовым затвором — была исключительно хороша для своего времени. Ее отличали превосходные баллистические качества выстрела, простота затвора, не имевшего резьбовых соединений, надежность конструкции, удобство работы примкнутым штыком. В период 1878—1884 годов винтовку «Гра» снабдили трубчатым подствольным магазином на 8 патронов конструкции Альфреда Кропачека, не меняя при этом принципиально механизм затворной группы. Винтовка получила наименование «система Гра — Кропачек» и также считалась вполне удачной.

Однако разработка французским химиком Виелем нитроцеллюлозного (бездымного) пороха открыла перед стрелковым оружием новые горизонты. Бездымный порох создавал существенно большую энергетику выстрела, нежели дымный, меньше загрязнял нагаром ствол, обладал большей стойкостью при хранении и при резком перепаде температур в полевых условиях. Этот военно-технический прорыв вызвал быструю реакцию французского Генерального штаба.

Вскоре была образована техническая комиссия под руководством генерала Б. Трамона, которой поручалось создать на основе пехотной винтовки «Гра-Кропачек» новое ружье, под новый же, уменьшенного калибра патрон с бездымным порохом. Патрон калибра 8-мм (вместо прежнего для модели Базиля Гра 11-мм боеприпаса) разрабатывал начальник Парижской стрелковой школы, полковник Николя Лебель. Он же руководил войсковыми испытаниями вновь создаваемой винтовки, получившей неофициальное наименование «Fusil Lebel» — винтовка системы Лебеля.

Галльское недоразумение

Солдат с винтовкой «Лебель-Бертье». Фото: Imperial War Museums


По мнению всех оружейных экспертов, по тактико-техническим характеристикам она могла считаться устаревшей уже в момент принятия на вооружение. Надежный затвор системы Гра в модели Лебеля «модернизировали» в обратную сторону: теперь его невозможно было разобрать без отвертки — боевая личинка стала приворачиваться к стеблю специальным винтом. Простой, хотя и грубый предохранитель винтовки «Гра — Кропачека» в ударно-спусковом механизме «Fusil Lebel» вообще убрали: предполагалось, что солдаты будут переносить винтовку с заполненным магазином, но пустым патронником. Винтовку Лебеля при этом не избавили от самой архаичной особенности системы «Гра — Кропачек» — длинного подствольного магазина на 8 патронов, который изменял баланс ружья при опорожнении, при этом он медленно перезаряжался по одному патрону, требовал регулярной и основательной чистки.

После приема на вооружение в 1886 году винтовку Lebel Mle.1886 выпустили небольшой серией и несколько лет доводили «до ума». После «косметических» улучшений, начиная с 1893 года, это ружье передали в массовое производство и выпускали вплоть до 1920 года. Общий выпуск винтовок Лебеля составил около 2,5 млн штук.

Модернизация железнодорожника


Недостатки модели Lebel M.1886/93 проявились сразу, как только она попала в войска. Уже в 1887 году восстала французская кавалерия, командование которой заявило, что даже укороченная винтовка непригодна к эффективному применению, в первую очередь, из-за неудобства заряжания трубчатого магазина ружья всадником по одному патрону.

Непонятно, почему так вышло, но очередная модернизация ружья Лебеля была поручена инженеру-путейцу Алжирской железной дороги Эмилю Бертье. Основным тактико-техническим заданием стало, очевидно, изменение схемы перезарядки при сохранении конструктивных особенностей ствола и затворной группы модели Lebel M.1886/93. В результате не слишком сложных конструктивных решений, в 1890 году был принят на вооружение карабин для кавалерии с коротким стволом (450 мм). Армейскую сертификацию это ружье получило в 1892 году и стало именоваться Fusil Berthier M.1892.

Галльское недоразумение

Немецкие пленные под конвоем польского солдата на улице Варшавы. Солдаты вооружены винтовками Лебеля модель 1886 (Lebel Mle. 1886) со штыком 1886/15. Фото: waralbum.ru


От исходной модели Лебеля карабин Бертье отличала конструкция ружейной коробки с изменением перезарядки на пачечную систему, заимствованную у винтовки Маннлихера. Эмиль Бертье, правда, упростил (в лучшую сторону) патронную пачку Маннлихера, которая имела конструктивно различные «верх» и «низ» и могла досылаться только в одном положении. Пачка Бертье была симметричной и кавалерист, придержав лошадь и открыв затвор, мог одним движением дослать в магазин пачку на 3 патрона. Также карабин получил новую, цельную (как у русской «трехлинейки») деревянную ложу, новый прицел и длинную рукоятку затвора, изогнутую вниз. В период 1902—1907 годов на основе Fusil Berthier M.1892 было создано семейство облегченных винтовок для колониальных войск Франции, которые отличались только длиной ствола.

С началом Великой войны стало очевидно, что винтовка «Лебель М.1886/93» значительно проигрывает в скорости перезарядки и, соответственно, в скорострельности немецкому «Маузер М.98». В связи с этим французским Генштабом было принято решение о переводе производственных мощностей, занятых выпуском Fusil Lebel M.1886/93, на так называемый «сенегальский» вариант винтовки Бертье (модернизация 1907 года).

В начале 1915 года, опасаясь оружейного «голода», Франция разместила в США на мощностях фирмы «Ремингтон» заказ еще на 200 тысяч винтовок «Бертье М.1907/1915». Однако, поскольку острой нужды в них так и не возникло, заказ был выполнен лишь наполовину, и даже большая часть произведенных винтовок были распроданы в США и Канаде.

В 1916 году винтовка Бертье снова прошла модернизацию, на сей раз финальную. Ружье, имевшее и до этого характерный силуэт из-за «подбрюшья» впереди спускового курка, получило выступающий из него металлический неотъемный магазин. Облик винтовки был окончательно обезображен, но боевые качества улучшились — в магазине стала размещаться пачка не на 3, а на 5 патронов. Также был устранен главный недостаток пачечных магазинов — открытое снизу окно для извлечения пачки: магазин стал прикрываться автоматически открывающейся крышкой.

Собрание архаики


Винтовка «Лебель М.1886/93» и винтовка «Бертье М.1907/16» представляли собой, по сути, одну конструкцию, в которой от серии к серии производились изменения, не способные дать, по большому счету, кардинального улучшения. Своему главному противнику — немецкой винтовке Маузер М.98 — ружье «Лебель-Бертье» уступало по всему спектру характеристик, как боевых, так и эксплуатационных.

Галльское недоразумение

Рантовый патрон 8mm Lebel Mle 1886 N & 8 x 50R. Фото: Imperial War Museums


В последней версии 1916 года французская винтовка получила длиннейший ствол — 803 мм (против 600 мм у «Маузера»), что было уже явным анахронизмом. При штатном «открытом» прицеле это не давало преимуществ в дальности выстрела, но стесняло действия бойца в узком проеме траншеи. Архаичный секторный прицел французской винтовки легко деформировался. Предохранитель практически отсутствовал, его заменял так называемый предохранительный взвод бойка, деформировавший при спуске капсюль патрона. Предохранительная деревянная накладка на стволе была коротка — при интенсивной стрельбе боец мог обжечь пальцы о раскаленный ствол. Верхняя антабка на ложе винтовки (для крепления плечевого ремня-погона) вообще отсутствовала, ее заменяло так называемое погонное кольцо, находившееся почти посередине ружья, из-за чего носить Fusil Lebel на ремне было очень неудобно.

Затвор «Лебель — Бертье», как уже упоминалось, разобрать было невозможно без отвертки, но ее не было в «секретке» приклада — боец должен был носить отвертку в специальном отделении подсумка. Также не предусматривалось штатное (постоянное) крепление шомпола, и повзводное собрание этого необходимого инструмента полагалось перемещать в обозе. Одна из характерных деталей винтовки «Лебель-Бертье» смотрелась просто курьезно — специальный металлический «ус» сверху оружейной ложи был родом из «наполеоновских войн» и предназначался для составления ружей в «козлы» во время привала.

Выстрел из «Лебель — Бертье», хотя и не очень существенно, но уступал по ряду характеристик (дальности и настильности) «Маузеру М.98». Французское ружье, помимо прочего, «подводил» архаичный рантовый патрон, придававший 8-мм пуле начальную скорость чуть выше 700 м/с против 755 м/с у «Маузера» даже первых серий.

Небольшие партии «Лебель — Бертье» во время войны попали на Восточный фронт, но не пользовались успехом у русских солдат, которые при малейшей возможности старались от них избавиться. Русский экспедиционный корпус во Франции же в выборе модели пехотного оружия не имел альтернативы.

Курьезы инноваций


Ручной пулемет, а по французской классификации — автоматическая винтовка, системы Шоша (с ударением на последний слог) относится к тем немногим типам оружия, которые, в зависимости от точки зрения, можно назвать перспективной по замыслу инновацией или странным оружейным курьезом.

С позитивной точки зрения, ружье-пулемет «Шош», как классифицировали его в русской армии, — бесспорно смелая, хотя и неудачная попытка создать первую французскую штурмовую винтовку. Впоследствии эту идею в своем знаменитом «автомате» под современный 6,5-мм патрон успешно реализовал в России генерал В. Г. Федоров. Французы в этом деле оказались менее счастливы, во многом из-за архаичного рантового патрона (8 × 50-мм R Lebel) с конусовидной по форме гильзой.

Галльское недоразумение

Пулемёт «Шош» модели 1915 года (Chauchat C.S.R.G. Model 1915). Фото: Imperial War Museums


Критический же взгляд не увидит во французском ружье-пулемете вообще никаких достоинств. «Шоша» действительно оказался малоэффективным, с очень низким темпом стрельбы, неудобным и технически ненадежным. «Худший из худших» — такое определение можно подчас прочитать о нем в оружиеведческой литературе.

Пулемет «Шоша» начали разрабатывать также спонтанно, в качестве реакции на общемировую тенденцию по созданию систем автоматического оружия. За основу будущей автоматической винтовки (а французы создавали именно ее) была взята нигде более невостребованная и потенциально неудачная система пулемета австро-венгерского конструктора Рудольфа Фроммера, основывавшаяся на энергии отдачи ствола с длинным ходом. Для скорострельного оружия эта схема является самой нежелательной, поскольку приводит к повышенной вибрации. Тем не менее, французы остановили выбор на ней.

Новую систему создавал конструкторский триумвират: армейские инженеры Шоша и Сютте совместно с гендиректором машиностроительной фирмы «Гладиатор» (Usines Gladiator) Рибейролем. Уже к середине 1915 года ручной пулемет был испытан и принят на вооружение под обозначением Chauchat C. S. R. G. Model 1915, а фирма «Гладиатор» получила первый госзаказ.

Тактико-технические характеристики нового оружия оказались на уровне «ниже низшего». Пожалуй, единственным позитивным качеством «Шоша» был небольшой вес — не более 9,5 кг со снаряженным коробчатым магазином на 20 патронов и сошкой. Хотя и тут он не стал «чемпионом»: датский ручной пулемет «Мадсен», обладавший превосходным боем и надежной автоматикой, весил не более 8,95 кг.

Работа автоматики с длинным ходом ствола имела столь длительный цикл перезарядки, что темп стрельбы «Шоша» даже в идеальных условиях полигона не превышал 240 выстрелов в минуту. В реальных же условиях стрельбы из окопа темп автоматического огня едва достигал 60—70 выстр./мин. Для сравнения, в условиях фронта датский «Мадсен» обеспечивал скорострельность 180—200 выстр./мин, а американский «Льюис» — около 150.

Стрелять из «Шоша» было крайне неудобно — щека бойца прижималась не к прикладу, а к массивному стальному кожуху ствольной коробки, в которой «бегала» затворная группа с общим весом около 3,3 кг. Она создавала сильнейшую вибрацию, и уже после трех-четырех выстрелов огонь становился фактически неприцельным.

Полукруглый коробчатый магазин, свисающий в средней части пулемета, имел свойство забиваться грязью через большие окна в боковых стенках. При стрельбе из окопа с сошек этот магазин почти упирался в бруствер, и достаточно было падания небольшого камешка, чтобы он прекратил огонь. Часто внешне исправная система давала сбой уже после одного-двух выстрелов. Виной этому, по большей части, становился перекос рантового патрона в магазине или уже в самом пулемете.

Галльское недоразумение

Французские солдаты с пулемётом «Шош» в Эльзасе. 1918 год. Фото: Imperial War Museums


Также он имел еще одну удивительную особенность — руках неопытного пулеметчика при интенсивной стрельбе «Шоша» мог неожиданно разломиться на две части. Ствольная коробка и охладительный кожух вокруг ствола пулемета были смонтированы на специальном металлическом остове, и соединялись с ним фактически только одним винтом. Как только винт от вибрации ослаблялся или выкручивался, начиналась неполная разборка французской «автоматической винтовки».

К числу положительных качеств этого оружия, помимо сравнительно небольшого веса, можно отнести его конструктивную простоту и, соответственно, дешевизну производства. Как отмечают оружейные эксперты, конструкция «Шоша» предусматривала использование недорогих сталей и несложный производственный цикл (большинство деталей изготавливалось на обычных токарных станках).

Коммерческий успех технического провала


Несмотря на все свои недостатки, пулемет «Шоша» имел коммерческий успех, хотя и скандальный. На вооружении французской армии он оставался до 1924 года, и общий выпуск пулемета к этому момент у составил немалые 225 тысяч штук.

Интерес к покупке «Шоша» проявили армии многих стран. Первой, ввиду очень острого винтовочно-пулеметного «голода», оказалась Россия. Однако на запрос Главного артиллерийского управления Генштаба о поставке 1000 пулеметов системы C. S. R. G. в августе 1916 года был получен отказ — «в связи с громадным спросом на данные ружья французской армии». Позже русскому военному ведомству удалось все-таки разместить заказ на поставку 50 тысяч «стволов», который предполагалось закрыть не позднее июня 1917 года. Но сведения по его фактическим поставкам существенно разнятся. По мнению известно оружиеведа С. Л. Федосеева, в Россию до середины 1917 года было отправлено только 3,2 тысячи штук C. S. R. G., в материалах же военного эксперта С. Монетчикова говорится о не менее 20 тысяч пулеметах. Относительно небольшие партии системы C. S. R. G. были переданы Бельгии, Румынии, Польше и Греции.

Галльское недоразумение

Русские солдаты с пулеметом «Шош». 1926 год. Фото: angrapa.ru


Основной доход с продаж своего пулемета-аутсайдера французы умудрились получить от военного ведомства США, располагавших очень насыщенным рынком автоматического оружия. Весной 1917 года, вскоре после вступления Америки в войну, директор Департамента вооружений американской армии генерал Уильям Крози подписал контракт на поставку почти 16 тысяч пулеметов «Шоша». Примечательно, что несколькими годами ранее этот же чиновник категорически отверг идею производства в США превосходного пулемета системы Льюиса, но необходимость закупки явно неудачной французской модели аргументировал «очевидным недостатком огневой мощи американских формирований».

Результат ее применения в армии США нетрудно предугадать: французский пулемет получил те же нелестные оценки. Тем не менее, генерал Крози продолжил массовые закупки этого оружия. 17 августа 1917 года оружейная комиссия Франции получила заказ еще на 25 тысяч пулеметов C. S. R. G., только уже под основной американский патрон 30-06 Springfield (7,62 × 63 мм).

Судьба этого контракта оказалась весьма примечательной. Пулеметы, выпущенные под грифом Automatic Rifle Model 1918 (Chauchat), стали стрелять еще хуже, нежели изготовленные под «родной» 8-мм патрон. Более мощный по энергетике боеприпас 30-06 не только часто заклинивало, но он еще и очень быстро разбивал механизм перезарядки. Неудивительно, что, получив чуть более 19 тысяч пулеметов по новому контракту, американцы категорически отказались от дальнейших поставок.

Несколько депутатов французского парламента потом пытались инициировать расследование на предмет того, куда ушла прибыль от продажи американцам явно негодных пулеметов, но его быстро закрыли — слишком много высокопоставленных военных и дипломатов было вовлечено в сделку по обе стороны Атлантического океана.

Капризное «оружие победы»


Это может показаться удивительным, но, будучи накануне Великой войны мощной индустриальной державой, Франция так и не сумела создать собственную школу стрелкового автоматического оружия. Все такие системы, поступившие в период 1914–1918 гг. на вооружение французской сухопутной армии, разрабатывались на основе технических идей, заимствованных у подданных Австро-Венгерии. Даже большое семейство пулеметов «Гочкис», долгое время стоявших на вооружении и горделиво именуемых во Франции «пулеметами победы», не стало исключением.

В конце ХIХ века одаренный австрийский немец, барон Одколек фон Аугезд разработал оригинальную систему ружейной автоматики, работающую на принципе отвода пороховых газов. Важно подчеркнуть, что работа фон Аугезда проводилась параллельно с аналогичными изысканиями американца Джона Браунинга. Но, в отличие от последнего, Аугезду не повезло — его пулемет оказался в Австро-Венгрии невостребованным. Детище австрийца не заинтересовало и русское военное ведомство. Тогда барон продал патентные права на свою систему американцу Б. Гочкису, владельцу французской фирмы «Гочкис энд Компани».

Галльское недоразумение

Пулемет системы Гочкиса модели 1915 года. Фото: Imperial War Museums


Инженеры этой фирмы Лоуренс Бене и Хенри Мерсье доработали австрийскую систему и в 1895 году представили «автоматическую митральезу Гочкиса» (пулемет по-французски — mitrailleuse. — РП) на полигонные испытания. В этом же году была принята на вооружение США знаменитая «картофелекопалка» Джона Браунинга — станковый пулемет «Кольт-Браунинг М.1895».

В 1897 году пулемет системы Гочкиса с индексом М.1897 был принят на вооружение французской армии. Его боевое питание осуществлялось с помощью относительно короткой латунной полосы под основной французский патрон 8×50-мм R Lebel. Характерной особенностью системы стал крупный бронзовый радиатор для охлаждения ствола, а также регулятор темпа стрельбы на газоотводной камере.

В отличие от «картофелекопалки» Браунинга, в которой, по большому счету, нечему было ломаться, газоотводная система и механизм перезарядки пулемета «Гочкис» оказались капризнее. По мнению экспертов, ее изначально переусложнили, что неизбежно привело в полевых условиях к частым отказам и поломкам. Преодолевая эти «родовые болезни», французское военное ведомство предприняло в 1905–1914 гг. три модернизации пулемета, причем осуществляло их на разных заводах. Так появились версии Мle1905 «Пюто», Мle1907 «Сент-Этьен» и Мle1914 «Гочкис».

Последняя оказалась наиболее удачной. От наиболее сложных и легко ломающихся деталей освободились. Винтовая возвратно-боевая пружина, которая в предыдущих типах из-за перегрева часто являлась главной причиной задержек, была отведена от ствола в нижнюю часть ствольной коробки. Упрощение коснулось даже таких важных механизмов, как предохранитель, от которого попросту отказались.

Результат интеллектуального штурма французских инженеров оказался противоречивым. С одной стороны, как отмечают оружейные эксперты, станковый «Гочкис М.1914» получился прочным и очень простым: в нем оказалось всего 86 деталей. (Для сравнения: австрийский станковый «Шварцлозе» состоял из 166 деталей, а русская версия пулемета «Максим» имела 282 детали).

С другой стороны, «Гочкис» оказался самым длинным пулеметом Великой войны — вместе с пламегасителем почти 2 метра (1940 мм)! Длинный «хобот» пулемета (775 мм) обеспечивал (особенно до фазы сильного разогрева) отличную баллистику выстрела, но из-за размеров всей системы демаскировал пулеметное «гнездо» на позиции. Детище фирмы «Гочкис» оказалось весьма тяжелым: вместе со станком (без патронов) вес пулемета приближался к 50 кг.
Галльское недоразумение

Французские солдаты с пулметом системы Гочкиса. Франция. Август 1917 года. Фото: Imperial War Museums


Капризность механизма перезарядки системы Hotchkiss M.1914 до конца преодолеть так и не удалось: жесткие металлические ленты (полосы на 24 патрона) время от времени заедало, даже сминало. «Полужесткая» лента на 250 патронов из шарнирно соединенных звеньев, как отмечает оружиевед С. Л. Федосеев, «не дала выигрыша ни в удобстве заряжания, ни в боевой скорострельности».

Значительная простота системы «Гочкис», невзирая на капризность в боевой работе, обеспечила ей коммерческий успех за рубежом. Этот пулемет стоял на вооружении в 20 странах, включая Испанию, Грецию, Бразилию, Мексику. Он продавался даже США — признанному лидеру в сфере разработки автоматического оружия. Экспедиционный корпус армии США в Европе был вооружен именно этими пулеметами. До 1 января 1917 года на русский фронт попало около 540 пулеметов «Гочкис», произведенных на заводах Великобритании.

На основе станковой модели «Гочкиса» путем дальнейшего облегчения и оптимизации механизмов в 1909–1914 гг. была разработана ручная версия пулемета. Во Франции ручной «Гочкис» был принят на вооружение под грифом Mitrailleuse Portative Hotchkis Mle.1909, но в массовое производство пошел только после 1 августа 1914 г.

Пулеметы этого типа в значительном числе поступили на вооружение британской и американской армий под грифом «Бене-Мерсье». 30М.1909. В русской армии «ручников» системы Гочкиса было немного и почти все использовались в авиации.

Ручной «Гочкис» имел неплохую скорострельность (400–500 выстр./мин.), но весьма существенную массу в 12,25 кг без патронов и сошки. Для сравнения американский «Льюис», считавшийся тяжеловатым, в аналогичном состоянии весил 10,63 кг, датский «Мадсен» (со снаряженным магазином на 25 патронов и сошкой) — всего 8,92 кг.

«В качестве ручного пулемета "Гочкис" не понравился ни одной армии, — отмечает оружейный эксперт С. Л. Федосеев, — служба его была более-менее продолжительной лишь в колониях».

Все семейство «Гочкис», невзирая на свои частные недостатки, успешно преодолело фронтовые невзгоды Первой мировой. Станковая версия в массовом числе приняла участие и во Второй мировой войне. Немецкий вермахт использовал трофейный «Гочкис» под обозначением MG.257(f). Документально подтверждено применение MG.257(f) в боях с советскими войсками под Ленинградом.
Автор: Николай Лысенко
Первоисточник: http://rusplt.ru/ww1/history/gallskoe-nedorazumenie-15666.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 9
  1. svp67 16 апреля 2015 11:17
    У каждой армии есть свои шедевры оружия и провалы, так что рассказ про французское оружие обычен, для любой армии... Во всяком случае наши оружейники долгое время брали французские пулеметы в качестве отправной точки.
    А уж французский рантовый патрон 8mm Lebel Mle 1886 N & 8 x 50R явно предтеча нашего 7,62x54 винтовочного патрона
    1. свой1970 16 апреля 2015 12:41
      вообще-то тогда в моде были рантовые патроны-насчет предтеч нашего все сложно...
  2. Комитет 16 апреля 2015 11:29
    Зато сейчас Франция в четверке производителей высоконаучного оружия, а не Германия и Япония упомянутые в статье.
    Четверка производителей высоконаучного оружия: Россия, США, Франция, Великобритания.
    1. svp67 16 апреля 2015 11:38
      Цитата: Комитет
      Четверка производителей высоконаучного оружия: Россия, США, Франция, Великобритания.

      Что то мне подсказывает,что где то между ними Вы Израиль потеряли... recourse
      1. Alex_Popovson 16 апреля 2015 11:40
        Да и Бельгию с Польшей стоило бы отдельно вынести, хоть и своих непосредственно разработок нет, но производство и и технологии есть.
        Alex_Popovson
        1. Майор_Вихрь 16 апреля 2015 11:51
          Цитата: Alex_Popovson
          Да и Бельгию с Польшей стоило бы отдельно вынести, хоть и своих непосредственно разработок нет, но производство и и технологии есть.



          Бельгийская фабрика FN в клочья разорвала американскую оружейную промышленность. Поляки там даже рядом не валялись. Чехов еще в США знают, и многие американцы пользуются чешским оружием.

          "Высоконаучное оружие" - это новый термин, про него даже гугл молчит.
  3. Landwarrior 16 апреля 2015 11:43
    В Первую мировую у всех стран-участниц парк "стрелковки" был довольно пестрый и экзотики было не мало.
    кстати, раз уж разговор о французах- можно вспомнить еще одно их оружейное недоразумение. Пулемет "Сент-Этьен". Провоевал всю войну однако официально на вооружении не стоял. lol
  4. Инжeнeр 16 апреля 2015 11:47
    Цитата: svp67

    Что то мне подсказывает,что где то между ними Вы Израиль потеряли... recourse

    Привыкайте, Иран уже затирает его на всех политических картах мира.
    1. svp67 16 апреля 2015 11:51
      Цитата: Инжeнeр
      Привыкайте, Иран уже затирает его на всех политических картах мира.

      Пройтись "ластиком" по карте, не особый труд,Россию вон то же уже многие "гении" пытались или "стереть" или "затереть", но вот сделать это физически? Думаю тут большие сомнения в возможностях Ирана...
    2. Arestant 16 апреля 2015 21:30
      Цитата: Инжeнeр
      Привыкайте, Иран уже затирает его на всех политических картах мира.

      Нет и не будет у персов такой стиралки , чтобы Израиль "затиреть" . Я , конечно понимаю , Вам лично этого очень хочется , но не терзайтесь напрасными надеждами - аппетит пропадет ...

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня