Великая Отечественная война и Большая нефть: связь, пережившая время

Великая Отечественная война и Большая нефть: связь, пережившая время


9 мая исполняется 70 лет со дня Победы советского народа в Великой Отечественной войне, освободившей Европу и остальной мир от нацизма и фашизма. Этот подвиг, стоивший нашей стране беспрецедентных человеческих потерь и жертв, определил судьбы не только Советского Союза, стран Европы и двух Америк, но и открыл новую страницу в истории мусульманских государств Ближнего и Среднего Востока.

«Под руководством маршала Иосифа Сталина русский народ показал такой пример любви к родине, твердости духа и самопожертвования, какого ещё не знал мир. После войны наша страна всегда будет рада поддерживать отношения добрососедства и искренней дружбы с Россией, чей народ, спасая себя, помогает спасению всего мира от нацистской угрозы», — скажет президент США Франклин Рузвельт 28 июля 1943 года в «Беседах у камина». Это была Великая война, отголоски которой слышны и по сей день. Вторжение гитлеровской Германии в Советский Союз 22 июня 1941 года положило начало новому этапу в истории советского народа и всего мира. О причинах, побудивших вермахт к вооруженной агрессии было написано множество книг, исписаны сотни томов, однако для прояснения картины нам достаточно обратиться к словам министра вооружений и военной промышленности Германии Альберта Шпеера, сказанным на допросе в мае 1945 года, которые приводит в своей монументальной работе американский эксперт по энергетике Дэниел Ергин («Добыча. Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть»): «Потребность в нефти, несомненно была основным мотивом при решении о вторжении в Россию». Гитлер видел в смысл войны в захвате Баку, Майкопа и Грозного, что должно было сократить зависимость немецкой экономики от синтетического топлива и нефтяных месторождений в румынском Плоешти. Поэтому значительную роль для нацистов играл и русский Крым, который был назван Гитлером «советским авианосцем для атаки на румынские нефтяные месторождения». Для подтверждения своего тезиса о главенстве энергетического фактора во Второй мировой войне, Ергин приводит и ответ фюрера на просьбу фельдмаршала Эриха фон Манштейна о подкреплении в битве за Сталинград: «Это вопрос захвата Баку, фельдмаршал. Если мы не получим бакинскую нефть, война проиграна».


Известный британский военный теоретик Бейзил Лиддел Гарт напишет впоследствии, что «запасы нефти были самым слабым местом Германии». С этой целью Берлин в сотрудничестве с химической корпорацией I.G. Farben делал ставку на рост производства синтетического топлива для танков и авиации: с 1940 по 1943 год его производство почти удвоилось — 72 тыс. до 124 тыс. баррелей в день; за первый квартал 1944 года они обеспечили 57% общего объёма и 92% поставок авиационного бензина. Ергин резюмирует: за всю Вторую мировую войну индустрия синтетического топлива обеспечила половину общего объёма производства горючего в Германии. Гитлер лучше своих генералов понимал значимость нефти. Поэтому армия генерала Эрвина Роммеля пришла на подмогу итальянцам на Севере Африки, пытаясь затем продвинуться через Египет в направлении Ирака и Ирана. А тут произошло самое интересное. Своими агрессивными действиями немцы спровоцировали Советский Союз и Великобританию на совместную операцию в Иране под кодовым названием «Согласие». В соответствии со 6-й статьёй советско-персидского договора от 26 февраля 1921 г., 26 августа 1941 года на территорию Ирана вошли войска СССР, заняв север страны — города Тавриз (ныне Тебриз), Ардебиль, Лисар и Дильман. Что же касается юга Ирана, то он оказался под британским контролем.

Москва действовала в строгом соответствии с Договором между РСФСР и Персией, где говорилось следующее: «Обе высокие договаривающиеся стороны согласны в том, что в случае, если со стороны третьих стран будут иметь место попытки путем вооруженного вмешательства осуществлять на территории Персии захватную политику или превращать территорию Персии в базу для военных выступлений против России, если при этом будет угрожать опасность границам Российской Советской Федеративной Социалистической Республики или союзных ей держав и если персидское правительство после предупреждения со стороны российского советского правительства само не окажется в силе отвратить эту опасность, российское советское правительство будет иметь право ввести свои войска на территорию Персии, чтобы, в интересах самообороны, принять необходимые военные меры». Сталин видел в Иране залог сдерживания нацистских устремлений на кавказском направлении, а не захват территорий, как принято считать в американской и английской историографии. Соображения безопасности, а также опасения относительно агрессии со стороны Турции, способствовали тому, что советские войска оставались в северном Иране до мая 1946 года. Москва оставила после себя повсеместно распространившийся русский язык, а местные курды и азербайджанцы получили возможность создать государственные образования — Мехабадскую Республику и Южный Азербайджан. В отличие от англо-американцев, Советский Союз был далёк от передела нефтяных месторождений Ближнего и Среднего Востока, поэтому вывод войск из Ирана не был для Сталина форс-мажором.

Пока советский народ сражался с ордами вермахта на восточном фронте, в Вашингтоне и Лондоне рисовали новую карту мусульманского мира, перераспределяя нефтяные концессии между собой. Вот как описывает этот процесс Д. Ергин: «18 февраля 1944 г. британский посол лорд Галифакс почти два часа спорил с заместителем государственного секретаря Самнером Уэллесом о нефти и её будущем. Позже Галифакс в телеграмме, отправленной в Лондон, сообщил, что „отношение американцев к нам шокирует“». По данным Ергина, Галифакс был так расстроен переговорами в Государственном департаменте, что немедленно потребовал личной встречи с президентом. Рузвельт принял его в тот же вечер в Белом доме. Их беседа сосредоточилась на Ближнем Востоке. Пытаясь смягчить раздражение и неудовольствие Галифакса, Рузвельт показал схему раздела Ближнего Востока. «Персидская нефть ваша, — сказал он послу. — Нефть Ирака и Кувейта мы поделим. Что касается нефти Саудовской Аравии, то она наша». Эта фраза ляжет в основу т.н. «договорённостей Куинси» между Рузвельтом и королем Ибн Саудом.

Капитуляция Германии и ввод советских войск в Берлин поставили точку в переделе не только Европы, но и Британской империи, могущество которой определялось как Индией, так и нефтяными месторождениями Ближнего Востока. Спустя 70 лет передел региона продолжается. Речь идёт уже не только о нефти, но и о природном газе. Теперь Америка не противостоит Англии. После того, как Саудовская Аравия окунулась в водоворот йеменского конфликта, главной угрозой США остаётся Россия. Борьба идёт на разных уровнях и фронтах — от Украины до откровенного переписывания истории Второй мировой войны, во время которой на долю американского государства приходилось 90% всей потребляемой нефти. Ближний Восток тогда поставил лишь 5% сырья, но уже тогда стало понятно, что без мусульманского мира глобальная экономика обречена. Прошли годы, а зависимость осталась. Теперь Вашингтон пытается повернуть нефтяные реки вспять, но без Москвы эта затея становится очередной авантюрой администрации Барака Обамы. Рузвельт адекватно воспринимал Советский Союз, способен ли Обама понять Россию?
Первоисточник: http://www.regnum.ru/news/polit/1920837.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 1
  1. Байконур 21 мая 2015 13:38
    Если бы Сталин воскрес и увидел сегодняшнии день он сам себя расстрелял бы!!!
  2. свой1970 21 мая 2015 19:12
    Ну в шоке был бы точно-обратно Киев у фашистов отбивать!!!!!!!!!!!!!!
  3. prishelec 22 мая 2015 01:33
    Чего-то не густо тут,)) видимо народу неудобно говорить про кавказскую нефть..!))
    А если бы в стате написали про "дезертиров-кавказских"))) то тут налетели бы как мухи!

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня