УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента»

Среди многочисленных гражданских войн, сотрясавших Африканский континент, война в Анголе была одной из наиболее кровопролитных и длительных по времени. В военно-политическое противостояние в этой африканской стране, богатой природными ресурсами и населенной конфликтующими между собой этническими группами, оказались вовлечены не только соседние государства, но и крупнейшие державы мира. Не обошла гражданская война в Анголе стороной и Советский Союз. Пожалуй, именно в Анголе был задействован наиболее многочисленный контингент советских военных советников и специалистов. Фактически в джунглях Анголы проходила очередная линия фронта советско-американского противостояния. Причины, побудившие крупнейшие мировые державы проявлять столь живой интерес к далекой африканской стране, заключались в стратегическом положении Анголы — одного из крупнейших государств Африки к югу от экватора, в богатых природных ресурсах, которыми изобилуют недра Анголы.

УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента»Африканский форпост Португалии

Гражданская война в Анголе началась практически сразу же после провозглашения политической независимости страны. На протяжении нескольких столетий Ангола была «жемчужиной» Португальской колониальной империи. Побережье Анголы еще в 1482 г. открыл португальский мореплаватель Диогу Кан, а в 1576 году португальцами был заложен форт Сан-Паулу-ди-Луанда, ставший впоследствии столицей Анголы Луандой. Таким образом, история колониального господства португальцев в Анголе насчитывает без малого четыре столетия. Именно Ангола стала основным источником отправки рабов в Бразилию. За историю португальской работорговли в Новый свет было вывезено не менее пяти миллионов ангольцев. Основные португальские фактории находились на побережье, здесь же проживала та часть ангольского населения, которая на протяжении наиболее длительного времени тесно контактировала с португальскими колонизаторами и за столетия восприняла католическую религию, португальский язык и многие элементы португальского образа жизни. До XIX века португальцы контролировали только прибрежные районы, а во внутреннюю часть Анголы периодически выдвигались экспедиции с целью захвата рабов. Причем сами португальцы предпочитали в этих экспедициях не участвовать, а отправляли на захват рабов своих подручных из числа представителей прибрежных племен, которые получали от португальцев необходимое оружие и снаряжение. В XIX веке началось освоение внутренних территорий Анголы, а в ХХ веке Ангола превратилась в одну из наиболее эксплуатируемых в плане добычи и вывоза природных ресурсов португальских колоний.


В португальских колониях в Африке существовала специфическая форма разделения местного населения на две категории. К первой относились т.н. «асимиладуш» — мулаты и африканцы, владевшие португальским языком, умевшие читать и писать, исповедовавшие католицизм и придерживающиеся европейского образа жизни. Разумеется, лишь очень небольшая категория населения колоний соответствовала перечисленным критериям, и именно она стала базой для формирования колониального чиновничества, интеллигенции и буржуазии. Большинство африканцев относились к другой категории — «индиженуш». Именно «индиженуш» подвергались в колониях наибольшей дискриминации, несли основное бремя трудовых повинностей, из них вербовались «контрактадуш» — рабочие на плантации и рудники, подписывавшие контракт, но фактически находившиеся в рабском состоянии. Среди туземного населения часто вспыхивали восстания против португальских колонизаторов, которые жестко подавлялись колониальными войсками. С другой стороны, среди образованной части туземного населения также росло недовольство господствующими в колонии порядками. Именно «асимиладуш», в силу доступа к европейскому образованию, имели возможность формировать собственные представления о будущем Анголы. Тем более, что они не были лишены амбиций и роль колониальных чиновников их устраивала все меньше и меньше — ведь уровень образования позволял претендовать и на руководящие позиции в автономной, а то и независимой Анголе. В 1920-е — 1930-е гг. среди «асимиладуш» в Луанде появляются первые кружки антиколониальной направленности. Первой политической организацией колонии стала Ангольская лига, выступавшая за улучшение условий труда для представителей туземного населения. В 1922 г. она была запрещена колониальной администрацией. Однако протестные настроения среди части чиновничества, интеллигенции и даже военнослужащих колониальных войск африканского происхождения нарастали.

Традиционалисты баконго и марксисты мбунду

Новый этап антиколониальной борьбы в Анголе начался в конце 1940-х — начале 1950-х гг. Итоги Второй мировой войны дали надежду на освобождение многим азиатским и африканским народам, среди которых были и ангольцы. В Анголе появились первые серьезные политические организации, выступавшие за провозглашение независимости страны. Первая из них — Союз народов Северной Анголы (УПНА) — была создана в 1954 г., а в 1958 г. переименована в УПА — Союз народов Анголы. Ее руководителем был Холден Роберто (1923-2007), он же Жозе Жилмор, — потомок королевского конголезского рода племени баконго. УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента» Детство и юность Жозе Жилмора прошли в Бельгийском Конго, куда его родители переехали из Анголы. Там же юный Жозе окончил протестантскую школу и работал в финансовых учреждениях бельгийской колониальной администрации. Лидер Союза народов Анголы придерживался традиционалистских воззрений на будущее своей родины — он хотел освободить ее от португальского господства и восстановить королевство баконго. Поскольку Холден Роберто был племенным националистом баконго, он стремился лишь к созданию королевства на территории Северной Анголы. Остальная часть страны его мало интересовала. Врагами будущего королевства он считал не только белых португальских колонистов, но и представителей других африканских племен, не принадлежавших к баконго. Таким образом, Союз народов Анголы под руководством Холдена Роберто придерживался праворадикальной и монархической идеологии и стремился к возрождению африканских традиций, вплоть до древних жестоких ритуалов.

УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента» Другая организация — Народное движение за освобождение Анголы — Партия труда (МПЛА) — была создана в 1956 г. в Луанде и с самого начала своего существования принадлежала к левому флангу ангольской политики, ориентируясь на социалистический путь развития. У истоков МПЛА стоял Агостиньо Нето (1922-1979) — сын протестантского пастора, с 1947 г. живший в Португалии и учившийся в Лиссабонском университете, а затем на медицинском факультете университета в Коимбре, который и окончил в 1958 г. Во время учебы в Португалии Агостиньо Нето увлекался поэзией, изучал работы основателей негритюда Леопольда Седара Сенгора и Эме Сезера, а затем воспринял марксистские идеи. По ангольским меркам Нето был очень образованным человеком. Впрочем, в руководстве МПЛА изначально было много представителей столичной интеллигенции, в том числе мулатов. С 1958 г. началась подготовка партизан МПЛА при участии Советского Союза, Китая и Кубы, поставки вооружения и техники.

В 1961 г. в Анголе началась вооруженная борьба против португальских колонизаторов. Однако единства действий существующих политических организаций антиколониальной направленности добиться не удалось. Холден Роберто, лидер ФНЛА — Национального фронта освобождения Анголы, как стал называться Союз народов Анголы с 1962 года, после объединения с Демократической партией Анголы, отвергал любую возможность сотрудничества с левыми из марксистского МПЛА и претендовал на роль единственного законного лидера национально-освободительного движения страны. Однако вооруженные силы ФНЛА не отличались многочисленностью и высокой боеспособностью, поэтому фронт действовал на весьма ограниченной территории. Его вылазки отличались жестокостью по отношению к португальскому населению и к африканцам, не принадлежащим к народу баконго. В Луанде ФНЛА было создано подпольное подразделение, приступившее к террористическим актам против колониальной администрации. Внешнюю поддержку ФНЛА осуществлял соседний Заир, президенту которого Мобуту Сесе Секо импонировала традиционалистская идеология фронта.

Куда более активную роль в антиколониальной войне играло МПЛА. Ангольские левые пользовались значительной финансовой и материально-технической поддержкой со стороны стран социалистического лагеря, в первую очередь СССР, Кубы, КНР, ЧССР, ГДР. Кубинские, а позже и советские военные советники готовили бойцов МПЛА. В Анголу поставлялось оружие и боеприпасы. В отличие от ФНЛА, опиравшегося на баконго, МПЛА имело поддержку среди народности мбунду и среди городского населения в Луанде и еще некоторых крупных городах страны.

В 1966 г. в антиколониальной войне в Анголе появился третий игрок, значимость которого в истории страны, впрочем, возрастет лишь спустя десятилетие. УНИТА — Национальный союз за полную независимость Анголы. Это был левый «откол» от ФНЛА и, пожалуй, наиболее самобытная и интересная в идеологическом отношении и политической практике военная организация Анголы. УНИТА состояла почти исключительно из представителей народа овимбунду (южные мбунду). Этот народ относится к группе банту и населяет провинции Бенгела, Уамбо, Бие на плато Бие. В 2000 г. численность овимбунду составляла около 4-5 млн. человек. Представителем народности овимбунду был, разумеется, и лидер УНИТА Жонас Мальейру Савимби.

Доктор Савимби

Одна из ярчайших фигур новейшей истории Анголы Жонас Мальейру Савимби родился в 1934 г. в семье железнодорожного служащего Бенгельской железной дороги и протестантского проповедника конгрегации евангелистов по совместительству Лоте Савимби. Дедом Жонаса был Сакайта Савимби — один из вождей народа овимбунду, возглавивший в 1902 г. восстание против португальских колонизаторов и за это лишенный колониальной администрацией статуса вождя и своих обширных земель. Возможно, эта обида на португальцев сыграла важную роль в формировании антиколониальных взглядов в семье Савимби. Юный Жонас Савимби показывал недюжинные успехи в учебе, заслужив право на стипендию и получив назначение в Португалию — для поступления на медицинский факультет Лиссабонского университета. Но уже в молодые годы Савимби отличался антиколониальными взглядами. Он был отчислен из университета после того, как отказался пройти курс политической подготовки, основывавшийся на концепции салазаризма и лузотропикализма (концепция, оправдывавшая колонизаторскую миссию Португалии в тропических странах). Попав в поле зрения португальской политической полиции ПИДЕ, Жонас Савимби в 1960 г. был вынужден перебраться в Швейцарию, где продолжил обучение в университете Лозанны, на этот раз — на факультете политических наук.

УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента»


Во время учебы в Европе Савимби познакомился со многими будущими политическими лидерами португалоязычной Африки, включая Амилкара Кабрала и Агостиньо Нето. Однако, в отличие от Агостиньо Нето, марксистскую идеологию Савимби не воспринял. Она показалась ему чуждой африканской реальности, не отражающей истинных потребностей ангольского народа. В то же время, Савимби критически относился и к ангольским правым, настаивавшим на необходимости возрождения африканских племенных монархий. Гораздо больше Савимби привлекала леворадикальная фразеология маоизма, которую будущий лидер УНИТА совмещал с симпатиями к концепции негритюда сенегальского философа и поэта Леопольда Седара Сенгора. Савимби долгое время не решался примкнуть ни к одной из крупнейших политических организаций тогдашней Анголы — ни к УПА (будущему ФНЛА), ни к МПЛА. Марксисты МПЛА раздражали Савимби стремлением привнести на африканскую землю очередную чуждую идеологию. Кроме того, его подозрения вызывало и происхождение многих видных деятелей МПЛА — мулатов, в которых Савимби видел проводников колониального влияния. Наконец, Савимби был недоволен чересчур просоветской ориентацией МПЛА и рассматривал ее как стремление к утверждению в Анголе фактического управления «новых империалистов» — на этот раз советских.

Вернувшись в Анголу, Савимби в конце концов, незадолго до вооруженного восстания в Луанде 4 февраля 1961 г., вступил в Союз народов Анголы Холдена Роберто, вскоре преобразованный в Национальный фронт освобождения Анголы. В рядах ФНЛА Савимби быстро стал одним из ведущих активистов. Холден Роберто стремился заручиться поддержкой овимбунду, среди которых Савимби пользовался всеобщей популярностью, поэтому включил его в состав Революционного правительства Анголы в изгнании (ГРАЕ) в качестве министра иностранных дел. Многие африканские лидеры, стоявшие на позициях африканского национализма, приветствовали вхождение харизматичного Савимби в состав высшего руководства ФНЛА, поскольку видели в этом значительное укрепление единственной организации, способной стать в Анголе достойным конкурентом просоветскому МПЛА. Но сам Савимби был недоволен своим участием в организации Холдена Роберто. Во-первых, Холден Роберто находился на праворадикальных и монархических позициях, а Жонас Савимби был левым радикалом — маоистом и сторонником африканского социализма. Во-вторых, Роберто мечтал о возрождении племенного королевства баконго, а Савимби стремился к освобождению всей Анголы и созданию на ее территории африканского социалистического государства. В конце концов, пути Холдена Роберто и Жонаса Савимби разошлись. В 1964 г., еще будучи министром иностранных дел правительства Роберто, Савимби совершил поездку в Пекин. Здесь он смог ближе познакомиться с идеологией маоизма, а также получить гарантии военной помощи КНР. После этого Савимби официально заявил о выходе из состава ГРАЕ и ФНЛА. Лидер овимбунду попытался найти общие точки соприкосновения с Агостиньо Нето, знакомым ему еще по учебе в Португалии, но их взгляды на партизанское сопротивление и на будущее суверенной Анголы оказались столь разными, что, несмотря на поддержку кандидатуры Савимби в качестве заместителя Нето со стороны советских коммунистов, Жонас отказался от сотрудничества с МПЛА.

УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента»


Создание УНИТА

13 марта 1966 г. в деревне Муангай, что в провинции Мошико, состоялась конференция представителей радикального сопротивления — преимущественно из числа овимбунду, на которой по предложению Жонаса Савимби был создан Национальный союз за полную независимость Анголы — УНИТА. В отличие от остальных организаций партизанского сопротивления — традиционалистской ФНЛА, выражавшей интересы племенных вождей и старейшин, и марксистской МПЛА, формально ориентированной на власть городского пролетариата, но фактически выражавшей интересы левой интеллигенции, новая организация УНИТА демонстративно ориентировалась на наиболее обездоленные слои ангольского населения — беднейшее крестьянство. Идеология УНИТА включала в себя ангольский национализм, социалистическую доктрину маоизма и более узкий национализм овимбунду. Стремясь обеспечить реализацию интересов крестьянства овимбунду, Савимби выступал за развитие общинного самоуправления на основе африканских традиций. В то же время, как и Холден Роберто, Савимби питал большое уважение к традиционным африканским культам и ритуалам, хотя идеология УНИТА включала в себя и значительный христианский компонент. Маоистские взгляды Жонаса Савимби обеспечили УНИТА поддержку со стороны Китая, который видел в организации овимбунду альтернативу просоветскому МПЛА и стремился поставить Анголу под свой контроль посредством поддержки УНИТА. Когда Савимби побывал в Китае, он договорился об организации подготовки своих боевиков в учебных центрах Народно-освободительной армии Китая, где китайские инструктора натаскивали ангольских революционеров в тактике ведения партизанской войны. Савимби импонировала в концепции Мао Цзэдуна и ориентация на крестьянство как движущую силу партизанского движения, позволявшую реализовать на практике знаменитую концепцию «деревня окружает город». В соответствии с маоистской доктриной, партизанские очаги в сельской местности постепенно превращались в освобожденные районы, откуда и следовало наступление на городские центры, оказывавшиеся окруженными партизанами со всех сторон.

Соперничество в Анголе сразу трех крупных военно-политических организаций — МПЛА, ФНЛА и УНИТА — привело к тому, что политической независимости Ангола добилась скорее благодаря португальской революции 1974 года, чем боевым успехам партизанских армий. После того, как в Португалии произошла революция, Жонас Савимби, стремясь обеспечить рост своего политического влияния и улучшить свой имидж в мире, подписал с португальским военным командованием соглашение о прекращении огня. Это дало свои результаты — Жонас Савимби представлял Анголу на переговорах с Португалией о предоставлении политической независимости бывшей колонии. Лидер УНИТА, таким образом, становился одним из популярнейших ангольских политиков и мог всерьез рассчитывать на победу в случае проведения президентских выборов в суверенной Анголе. В январе 1975 г. в Кении произошла встреча лидеров трех ведущих ангольских военно-политических организаций, на которой они пришли к договоренности о формировании коалиционного правительства, в задачи которого входило создание будущих органов власти, вооруженных сил и полиции суверенной Анголы. Однако мирной жизни в суверенной Анголе не суждено было начаться. Несмотря на то, что на 11 ноября 1975 г. было назначено официальное провозглашение независимости Анголы, уже летом 1975 г. серьезно обострились отношения между ФНЛА и УНИТА с одной стороны, и МПЛА с другой стороны. Ни одна из военно-политических организаций Анголы не собиралась просто так отдавать соперникам шанс на приход к власти в стране. Прежде всего, руководство МПЛА не желало вхождения в коалиционное правительство представителей УНИТА и ФНЛА, так как это нарушало планы по созданию из Анголы государства социалистической ориентации и сулило большие проблемы с советскими покровителями, которые высылали денежные средства лидерам МПЛА в надежде, что те сумеют взять власть в свои руки и нейтрализовать «реакционеров» из соперничающих организаций.

УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента»


Начало гражданской войны в Анголе

В июле 1975 г. в Луанде разгорелись уличные бои между находившимися на территории города вооруженными подразделениями МПЛА, ФНЛА и УНИТА. Поскольку основные территории влияния ФНЛА и УНИТА находились в других регионах Анголы, а Луанда и ее окрестности входили в сферу политического влияния МПЛА, ангольским марксистам удалось без особых усилий разгромить сторонников Холдена Роберто и Жонаса Савимби и заставить их отступить из ангольской столицы. После этого все планы на строительство в Анголе мирной жизни оказались нарушены. Началась гражданская война. ФНЛА под руководством Холдена Роберто пытался ворваться в Луанду накануне назначенного дня провозглашения независимости, чтобы не допустить перехода власти в стране в руки представителей МПЛА. Однако в ночь на 11 ноября 1975 г. подразделения ФНЛА потерпели серьезное поражение на подходе к Луанде и были вынуждены отступить. Примечательно, что в разгроме сил ФНЛА ведущую роль играл кубинский экспедиционный корпус, спешно присланный в Анголу Фиделем Кастро, также поддерживавшим МПЛА. Несмотря на то, что на стороне ФНЛА выступали подразделения армии соседнего Заира, где правил союзник Холдена Роберто маршал Мобуту, а также отряды европейских наемников, вооруженным силам МПЛА удалось не допустить прорыва войск Роберто в Луанду, а к январю 1976 г. полностью разгромить вооруженные силы ФНЛА. Жонас Савимби в сложившейся ситуации решился на парадоксальный шаг — он запросил помощь у Южно-Африканской Республики. Среди африканских государств с негритянским населением ЮАР, где господствовал режим апартеида, считалась табуированной для тесных взаимоотношений страной, однако Савимби рискнул нарушить табу и, будучи африканским националистом, попросить помощи у белых расистов. Правящие круги ЮАР, крайне опасавшиеся прихода к власти в Анголе коммунистов, которые смогли бы оказывать поддержку Африканскому национальному конгрессу в самой ЮАР, дали добро на введение в Анголу южноафриканского контингента. Однако в марте 1976 г. южноафриканцы также покинули Анголу. Жонас Савимби и его УНИТА остались один на один с просоветским правительством МПЛА, провозгласившим создание Народной Республики Ангола.

В отличие от войск Холдена Роберто, потерпевших сокрушительное поражение от МПЛА и фактически ушедших из серьезной ангольской политики, Жонасу Савимби удалось создать эффективную и боеспособную структуру. УНИТА превратилась в одну из лучших партизанских армий мира. Подразделения УНИТА взяли под контроль целые регионы на востоке и юго-востоке Анголы, имевшие стратегическое значение в силу нахождения там месторождений алмазов. Нелегальная добыча и экспорт алмазов стали основой экономического благосостояния УНИТА. Политическое руководство УНИТА разместилось в городе Уамбо, затем в Баилундо, а военное командование — в городе Джамба. Фактически УНИТА стала единственной антиправительственной военно-политической организацией Анголы, способной достойно противостоять режиму МПЛА в военном и политическом отношении. Сам Жонас Савимби превратился в символ ангольского повстанческого движения и получил всемирную известность как один из наиболее последовательных представителей мирового антикоммунистического движения. Парадоксально, но позиционируя себя как убежденного антикоммуниста и тесно сотрудничая с американскими спецслужбами, Савимби, тем не менее, по своим личным политическим убеждениям по-прежнему оставался левым радикалом, сочетавшим маоизм с африканским социализмом. К своим партнерам по мировому антикоммунистическому движению — правым «контрас» из Никарагуа, лаосским антикоммунистическим партизанам из народности хмонг, афганским моджахедам, Савимби относился с плохо скрываемым пренебрежением, считая их реакционерами, но вынужденными тактическими попутчиками. Однако именно в Джамбо — военной резиденции УНИТА — происходили собрания международного Демократического интернационала — политической организации, созданной афганскими, ангольскими, лаосскими, никарагуанскими и американскими антикоммунистами.

УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента»


Принадлежность к мировому антикоммунистическому движению не препятствовала УНИТА провозглашать себя выразителем интересов именно беднейших слоев населения Анголы — чернокожего крестьянства внутренних провинций. Согласно взгляду Савимби на текущую политическую ситуацию в Анголе, после прихода к власти МПЛА колониалистские порядки в стране так и не были изжиты. Верхушку МПЛА составили зажиточные «асимиладуш» и мулаты, которые действовали в интересах транснациональных корпораций, расхищающих национальные богатства страны и эксплуатирующих ее население. Настоящих ангольцев Савимби видел в чернокожих жителях деревень, а не в европеизированных мулатах и «асимиладуш» из крупных городов, составлявших основу политического электората МПЛА.

Структура и боевые успехи УНИТА

Сергей Кононов в небольшой, но очень интересной статье, посвященной анализу внутренней структуры УНИТА на основе кубинских источников, сообщает, что структура УНИТА как политической партии включала руководство — центральный комитет из 50 человек, политическое бюро центрального комитета из 13 членов и 3 кандидатов, секретариат центрального комитета в составе пяти высших руководителей. В провинциях высшим органом УНИТА является провинциальная ассамблея, в районах — районная ассамблея, в деревнях — деревенские ассамблеи. В правительство УНИТА входят секретари по иностранным делам, каждый из которых отвечает за наиболее важное направление международного сотрудничества — США, Францию, Португалию, Швейцарию, Габон, Сенегал, Берег Слоновой Кости, Заир, Замбию, Марокко. Пост председателя партии, главнокомандующего вооруженными силами и президента Анголы в структуре УНИТА занимал команданте Жонас Савимби. Начальником генерального штаба был генерал Деостенос Амос Шилингутила, национальным политическим комиссаром — Жеральдо Сашипенгу Нунда. Вооруженные силы УНИТА разделялись на шесть военно-политических фронтов — Казомбо, Второй стратегический фронт, Центральный фронт, Кванза и Кубанго. В 1977-1979 гг. в составе УНИТА было 4 военно-политических фронта, в 1980-1982 гг. — 8 фронтов, в 1983-1984 гг. — 6 фронтов. Фронты включали в себя 22 военных района. К 1983 г. в составе войск УНИТА находилось 6 пехотных бригад и 37 батальонов. Общая численность бойцов организации составляла около 37 000 человек. Структура пехотной бригады УНИТА, по данным Кононова, выглядела следующим образом: командование из 7 человек — командир бригады, комиссар, заместитель командира, начальник артиллерии, начальник ПВО, начальник разведки и начальник связи. В состав бригады входили 3-4 пехотных батальона, взвод материально-технического обеспечения тыла, взвод охраны, диверсионное отделение, артиллерийский взвод и взвод ПВО. Пехотный батальон УНИТА, в свою очередь, насчитывал 450 человек и включал в себя командование (командир батальона, заместитель командира, политработник), три пехотных роты численностью до 145 человек, роту обеспечения. Каждая рота включала три взвода по 41-45 человек, состоящие из трех отделений по 15 человек. Каждое отделение разделялось на три группы по пять человек.

За разведывательные и контрразведывательные операции в УНИТА отвечала Национальная бригада по защите государства. Во главе бригады находились командир, его заместители по административной и по технической части. В состав бригады входили отдел финансового контроля, отдел почтового контроля, архив и разведывательно-диверсионные подразделения. Технические отделения состояли из 1 саперной группы численностью в 4-6 человек и 1 диверсионной группы такой же численности. Разведывательные отделения состояли из 4-6 офицеров разведки, каждый из которых имел до трех агентов. Разведчиков УНИТА готовили в специальных разведывательно-диверсионных школах. Следует отметить, что разведывательная и контрразведывательная деятельность были поставлены в УНИТА очень хорошо, иначе партизанская организация не смогла бы столь долго и эффективно противостоять правительственным войскам и помогавшим им кубинскому экспедиционному корпусу и советским военным советникам.

УНИТА. Cамые боеспособные повстанцы «чёрного континента»


За период с 1975 по 1991 гг. руководству МПЛА так и не удалось подавить партизанское сопротивление, ведущееся УНИТА. Когда из Анголы были выведены кубинские войска, а Советский Союз, начавший перестройку и постепенно переориентирующийся на нормализацию отношений со странами Запада, также приступил к выводу военных специалистов и прекращению столь масштабной военной помощи, противостоять УНИТА становилось все сложнее. В 1989 г. УНИТА добилась максимального успеха, сумев прорваться в окрестности столицы и даже наносить удары по Луанде. Но режиму МПЛА удалось сохранить власть. В условиях крушения социализма в СССР, ангольское руководство максимально быстро сообразило, какая линия поведения станет наиболее выгодной для него и позволит сохранить власть. МПЛА отказалось от курса социалистической ориентации и приступило к развитию отношений с США и странами Западной Европы. Последние, будучи заинтересованы не столько в выяснении идеологических предпочтений ангольского руководства, сколько в конкретных экономических связях, постепенно стали сворачивать поддержку, оказывавшуюся прежде УНИТА. Одновременно правительство МПЛА было вынуждено пойти на переговоры с командованием УНИТА, которые завершились подписанием 31 марта 1991 г. Лиссабонских соглашений о мирном урегулировании.

Неудачная попытка мира и возобновление войны

В 1992 г. Жонас Савимби выставил свою кандидатуру на президентских выборах в Анголе и, согласно официальным данным, получил 40% голосов, тогда как действующий президент и лидер МПЛА Жозе Эдуарду душ Сантуш — 49,6% голосов. Однако УНИТА отказалась признать результаты президентских выборов. Надежда на мирное урегулирование ситуации в Анголе и строительство многопартийной демократии с участием УНИТА вновь оказалась призрачной. Прибывшие в Луанду руководители УНИТА выразили резкое несогласие с результатами выборов и пригрозили началом сопротивления. В ответ последовала неожиданно жесткая реакция со стороны МПЛА, получившая название «Резня на Хэллоуин». 30 октября 1992 г. партийная милиция МПЛА напала на активистов УНИТА, убив несколько высших руководителей партии. В Луанде начались массовые убийства сторонников оппозиции, осуществлявшиеся, прежде всего, по этническим признакам — сторонники МПЛА убивали представителей народов овимбунду и баконго, поддерживавших УНИТА и ФНЛА. Общее количество жертв трехдневной резни составило не менее 10 тысяч человек, а по некоторым данным достигло 30 тысяч человек.

После «Резни на Хэллоуин» командованию УНИТА не оставалось ничего иного, как возобновить вооруженную борьбу против режима. По правительственным войскам были нанесены мощные удары. Несмотря на попытки мирного урегулирования, стороны не пришли к взаимному соглашению. Однако во второй половине 1990-х гг. УНИТА уже не сопутствовал успех. Отказ США от поддержки УНИТА существенно ослабил ее материально-технические и финансовые возможности, а главное лишил возможности оказывать политическое давление на Луанду. Вдобавок ко всему некоторые высшие руководители УНИТА, которым надоело несколько десятилетий воевать в джунглях, предпочли отмежеваться от Савимби и прийти к мирному соглашению с правительством. 24 декабря 1999 г. правительственные войска сумели выбить вооруженные подразделения УНИТА из главной военной резиденции — города Джамба. Жонас Савимби, комментируя сложившуюся ситуацию, подчеркнул, что Соединенным Штатам Америки был нужен союзник в борьбе против советской экспансии на Африканском континенте. Но когда угроза со стороны Советского Союза ушла в прошлое, УНИТА превратилась в опасность для американских интересов.

Гибель Савимби и судьба УНИТА

После взятия Джамбы Савимби с остатками своих войск перешел к режиму постоянных перемещений по ангольским джунглям. В феврале 2002 года Жонас Савимби предпринял переход по территории провинции Мошико, но был выслежен отрядом правительственных войск генерала Карлитоса Валы. Вместе с Савимби находилось двадцать два его ближайших соратника. Сам 68-летний ангольский революционер активно сопротивлялся, получил в перестрелке со спецназовцами пятнадцать огнестрельных ранений и погиб с оружием в руках. Впрочем, он сам прочил для себя именно такой конец: «Я умру не в швейцарской клинике и не от болезни. Я умру насильственной смертью в собственной стране». Руководитель УНИТА был похоронен в городе Луена.

Преемником Савимби, возглавившим УНИТА в феврале — марте 2002 года, стал генерал Антониу Себастиан Дембо (1944-2002), считавшийся ближайшим соратником Жонаса Савимби и сторонником продолжения вооруженного сопротивления УНИТА. Получивший инженерное образование в Алжире, Антониу Дембо вступил в УНИТА в 1969 году, а в 1982 г. стал командующим Северным фронтом. В 1992 г., после убийства во время «Резни на Хэллоуин» Жеремиаса Шитунды, Дембо стал заместителем Жонаса Савимби, одновременно осуществляя руководство подразделением коммандос вооруженных сил повстанцев. Савимби очень симпатизировал Дембо, хотя последний и не был овимбунду по национальности. Именно Дембо Савимби назвал своим преемником на случай внезапной гибели или смерти. Дембо, как и его старший товарищ, находился на ультрарадикальных позициях и выступал против компромисса с МПЛА, в которой он видел эксплуататорскую и враждебную ангольскому народу силу. 22 февраля 2002 г. находившийся во время боя в Мошико рядом с Савимби Дембо был ранен, однако ему удалось избежать задержания. Спустя два дня тяжелораненый Дембо опубликовал заявление, в котором заявил, что «те, кто думает, что идеалы УНИТА умерли вместе с лидером, ошибаются». Однако спустя еще несколько дней Дембо сам скончался от ран, его смерть руководство УНИТА подтвердила 5 марта 2002 года.

Сменившие Антониу Дембо в руководстве УНИТА Паулу Лукамба и Исайаш Самакуве приняли условия МПЛА и отказались от дальнейшего продолжения вооруженной борьбы. Паулу Лукамба, известный также как «генерал Гату» («генерал Кошка»), провел переговоры с руководством МПЛА, в результате которых было достигнуто соглашение о прекращении вооруженного сопротивления. Взамен на отказ от претензий на власть в стране, Лукамба и другие руководители УНИТА получали гарантии включения в политическую элиту Анголы. Лукамба, в частности, стал депутатом ангольского парламента. Так закончилась история трансформации одного из наиболее боеспособных и радикальных партизанских движений мира в системную политическую партию, роль которой в политической жизни Анголы не столь и велика. После окончания гражданской войны Ангола смогла восстановить экономику и в настоящее время является одной из динамично развивающихся стран континента.

Использованы материалы:
1. Коломин С. Специальные операции: конец «Черного петуха» // http://www.bratishka.ru.
2. Кононов С.П. Структура и деятельность УНИТА // http://www.veteranangola.ru.
3. Лавренов С. Я., Попов И. М. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. М.: ACT; Астрель, 2003.
4. Токарев А. «Черный петух» Анголы // http://www.veteranangola.ru.
Автор: Илья Полонский


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 8
  1. Bongo 17 июня 2015 06:42
    Достаточно грамотная и интересная публикация "+" Однако хочется добавить, что в ликвидации УНИТА значительную роль сыграли бывшие военнослужащие ЮАР имевшие боевой опыт в Намибии.Правительство Анголы обратилось за помощью к южноафриканской фирме "Экзекьютив Ауткомс", специализирующейся на оказании услуг в сфере обеспечения безопасности. Первоначально нанятые этой компанией летчики использовали вертолеты Ми-17 и легкие штурмовики РС-7, но в мае 1994 г. они получили в свое распоряжение и ангольские МиГ-23МЛД.Пикируя на цель под углом порядка 30 градусов, МиГ-23 быстро разгонялись до 1000-1200 км/ч, на высоте 800-1000 м выполняли бомбометание, а затем, включив форсаж, стремительно уходили вверх, на высоту 10-12 км, избегая поражения огнем ПЗРК и малокалиберной зенитной артиллерии повстанцев. Такая тактика позволила избежать потерь.Бывший летчик-инструктор истребителей Mirage и Cheetah ВВС ЮАР подполковник "П"( на фото) стал одним из четырех пилотов "Экзекьютив Ауткомс", летавших на реактивных самолетах ВВС Анголы, - на МиГ-23 он выполнил 25 боевых вылетов против УНИТА.
    1. sivuch 17 июня 2015 13:58
      Сергей,в Анголе не было МЛД(23-18).В свое время я это специально уточнял на сайте ветеранов Анголы.Только обычные МЛ.Кстати,и на данной фотографии это видно -наплвы крыла без характерного клыка
      1. Александр72 17 июня 2015 19:29
        Я на сайте "Уголок неба" читал о том, что южноафриканские пилоты в Анголе летали именно на МиГ-23МЛД. Ниже привожу выдержку из статьи "МиГ-23 в Анголе" (http://www.airwar.ru/history/locwar/africa/mig23/mig23.html):
        "Боевые действия в Анголе не прекратились, и когда в 90-х гг. ЮАР "вышла из игры", а власти Луанды лишились поддержки Советского Союза и Кубы. УНИТА активизировала свои действия на северо-западе страны. Правительство Анголы обратилось за помощью к южноафриканской фирме "Экзекьютив Ауткомс", специализирующейся на оказании услуг в сфере обеспечения безопасности. Первоначально нанятые этой компанией летчики использовали вертолеты Ми-17 и учебные самолеты РС-7, переоборудованные в легкие штурмовики, но в мае 1994 г. они получили в свое распоряжение и ангольские МиГ-23МЛД. Несмотря на ряд проблем, возникших с изучением технической документации МиГов, опытные южноафриканские и европейские пилоты довольно быстро (даже без использования "спарок", которые в то время находились в ремонте) освоили новую технику, дав ей в целом довольно высокую оценку. В частности, бывший летчик ВВС Нидерландов м-р в отставке Леон ван Маурер (общий налет - более 3000 ч, из них 1200 ч - на F-16) утверждал, что МиГ-23МЛД обладает "подавляющим превосходством над F-16A на вертикалях и ни в чем не уступает этому самолету на виражах". Кроме того, "более мощный радар дает русскому истребителю значительные преимущества при завязывании боя на больших дистанциях". По словам ван Маурера, "когда мы (в Нидерландах) получили американские "Файтинг Фалконы", я думал, что пилотирую лучший истребитель, но, сев позже в кабину русской машины, понял, что ошибался...". Следует заметить, что голландский летчик впервые ознакомился с МиГ-23 (вероятно, бывшим египетским МиГ-23МС) еще в конце 80-х гг. на американской авиабазе Неллис (шт. Техас). Позже, в начале 90-х, он изучал МиГ-23МЛ на одной из авиабаз Германии. Летчиками отмечалась высокая прочность и надежность конструкции планера (даже в условиях явно неудовлетворительной работы ангольского технического персонала). Однако имелись и критические оценки. В частности, большие нарекания вызывал недостаточный обзор из кабины ("сидеть в МиГ-23 все равно, что сидеть в ванне"), а также излишняя, по западным меркам, "прожорливость" двигателя.
        Следует заметить, что РЛС МиГ-23МЛД ангольских ВВС находились в неработоспособном состоянии, не функционировало и радионавигационное оборудование. Однако летчикам из ЮАР удалось решить проблему навигации, смонтировав на самолетах портативные приемники GPS. МиГи, действовавшие с передовых аэродромов Сауримо и Лубонго, привлекались для ударов по наземным объектам. Быстро набирая высоту 6000-7000 м, самолеты выходили в район цели, приблизительно в 30 км от которой уменьшали тягу до 0,2-0,3 от максимала, что делало их практически бесшумными для наблюдателей на земле (РЛС повстанцы не имели). Пикируя на цель под углом порядка 30 градусов, МиГ-23 быстро разгонялись до 1000-1200 км/ч, на высоте 800-1000 м выполняли бомбометание, а затем, включив форсаж, стремительно уходили вверх, на высоту 10-12 км, избегая поражения огнем ПЗРК и малокалиберной зенитной артиллерии повстанцев. Такая тактика позволила избежать потерь.
        Южноафриканские летчики применяли, в основном, советские авиабомбы ФАБ-250 и ФАБ-500, американские 225-кг бомбы Мк.82 (доработанные при участии израильских специалистов для подвески под созданные в СССР самолеты), НАР, баки с напалмом, а также советские разовые бомбовые кассеты РБК-250-275 и РБК-500, показавшие особенно высокую эффективность. "Эта штука хороша на все случаи жизни, но особенно великолепно действует по окопавшейся пехоте", - утверждали пилоты."
        Честь имею.
        1. sivuch 18 июня 2015 09:54
          Дело в том,что "настоящие" МЛД,т.е. 23-18,со всеми аэродинамическими доработками,улучшенной системой управления и РЛС НО-08 до развала вообще никуда не поставлялись.Только несколько штук в братскую Болгарию,да и то б/у,после Афгана.Могли быть т.н. экспортные МЛД,т.е. 23-19Б или 23-22Б.Это те же МЛ,но с несколько улучшенным оборудованием.
          А вот здесь
          http://www.rusarmy.com/forum/threads/obschie-voprosy-k-voennym-letchikam.1775/pa
          ge-16
          Общие вопросы к военным летчикам - 16
          не без моей помощи проводился сеанс разоблачения одного самозванца(одно время они повадились лезть на русарми).В частности,речь шла и о Миг-23
      2. Bongo 18 июня 2015 15:09
        Цитата: sivuch
        Сергей,в Анголе не было МЛД(23-18).В свое время я это специально уточнял на сайте ветеранов Анголы.

        Да Игорь, скорей всего вы правы yes Проанализировав все данные, вынужден с вами согласиться.
  2. мичман 17 июня 2015 07:28
    По решению Правительства страны мы начали готовить кубинских летчиков для этой войны. Поставка в Анголу самолетов МиГ-21, МиГ-23, Су-22, пилотируемых летчиками из Кубы быстро переломили ситуацию в этой необъявленной войне. Мне пришлось обеспечивать оборудование аэродромов в Менонге и Куито. Помощниками были специалисты из "ВНИИРА" и других подведомственных мне предприятий. С работой справились успешно, познакомился с Раулем Кастро.
    Но началась перестройка и мы все потеряли в этой стране: и авторитет, и друзей. Вот, что натворили два разрушителя нашей страны (меченный и алкаш всея Руси).
    Мой товарищ Стажков как-то позже рассказывал мне, что он встретил одного офицера США, который тоже был там. Встреча была в Югославии. Так этот офицер сказал ему, что в той войне он понял, что русских победить нельзя, но им можно привить некоторые соображения и они победят сами себя. Вот нам и прививают эти соображения. А это были слова Бисмарка. Честь имею.
  3. parusnik 17 июня 2015 07:53
    УНИТА- попила и пролила крови...при западной поддержке....Спасибо,Илья..
  4. ranger 17 июня 2015 10:50
    Мнение автора о том, что в Анголе был сосредоточен самый большой контингент советских советников и специалистов не соответсвует действительности. Самый большой советский военный контингент в конце 60-х начале 70- х дислоцировался в Египте. Кроме советников и специалистов в Египет в рамках операции "Кавказ" была переброшена 18 особая дивизия ПВО и еще ряд отдельных частей и подразделений различного подчинения, принимавших непосредственное участие в боевых действиях.
    Кроме того, ряд египетских портов на постоянной основе использовался кораблями и судами 5-й Средиземноморской Оперативной эскадры ВМФ СССР.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня