Ошельмованный патриот

Ошельмованный патриотВсе же История – дама несправедливая! Она тщательно лелеет память о каких-то второстепенных персонажах и обрекает на забвение людей и события выдающиеся. Или еще хуже – возвеличит какое-то ничтожество, а на человека действительно заслуженного навесит несправедливый ярлык, лишая заслуженного уважения потомков. Нет, не случайно История (равно как и ее божественная покровительница – муза Клио) женского пола – зачастую ее отношение к людям лишено всякой логики и ничем, кроме каприза, не обосновано.

В числе людей, которые несправедливо лишены доброй о себе памяти, – генерал от инфантерии Алексей Николаевич Куропаткин.


Что мы знаем о нем? Да, по сути, ничего, кроме того, что он проявил себя бездарным военачальником во время Русско-японской войны начала ХХ века, что именно по его вине эта война проиграна. С этим клеймом и кочует его имя по учебникам и справочникам. Что и говорить, были у Алексея Николаевича периоды, когда все шло наперекосяк. Но давайте спросим положа руку на сердце – у кого таких не было?..

ПОТОМСТВЕННЫЙ ОФИЦЕР

Поначалу жизнь и служба у будущего генерала складывались вполне успешно. Алексей Николаевич родился 17 марта 1848 года в семье офицера. Закончил кадетский корпус и престижное Павловское военное училище (его выпускников в войсках именовали «павлонами»). Молодой поручик получил распределение в Туркестан. Служба в Закаспии в 60–70-х годах XIX века была неспокойной. Шло продвижение России в центр Азии, куда с юга стремилась Англия, с которой шла борьба за разделение сфер влияния. Поручик Куропаткин принимал участие в ряде крупных и мелких боевых столкновений с войсками Бухарского эмирата и Кокандского ханства.

В 1871 году боевой офицер поступил в Академию Генерального штаба, которую закончил первым по списку. Наградой за успехи стало зачисление в научную командировку за границу. В ходе нее Алексей Николаевич попал в состав экспедиции французских войск в Африку. По итогам похода Куропаткин был награжден орденом Почетного легиона, а в 1877 году в России вышла его книга «Алжирия» (запомним этот факт!).

По возвращении из заграничной командировки Алексей Николаевич попросил направить его вновь в Туркестан. Здесь он служил в подчинении знаменитого белого генерала Михаила Дмитриевича Скобелева. Во время одного из боев Куропаткин первым ворвался в крепость, за что был награжден Георгиевским крестом IV степени.

Забегая вперед, отметим некоторые черты нашего героя, последствия которых сказались на его дальнейшей судьбе. Да и на памяти о нем. Алексей Николаевич тяготился близостью к большим чинам, предпочитая живую боевую работу в войсках. И в то же время, имея ум аналитический, он не был обыкновенным ревностным служакой, тяготея скорее к теоретической составляющей войны, чем к ее практическому воплощению. Он был штабистом, но штабистом-тактиком, практиком, а не стратегом-теоретиком; ему ближе и понятней была карта-трехверстка, а не глобус с нанесенными театрами военных действий. Алексей Николаевич не был лидером по своей сути – он добросовестно служил в чьем-то подчинении. Скобелев позднее писал о своем подчиненном: «Он очень хороший исполнитель и чрезвычайно храбрый офицер... Он храбр в том смысле, что не боится смерти, но труслив в том смысле, что он никогда не в состоянии будет принять решение и взять на себя ответственность».

Между тем Скобелев был кумиром Алексея Николаевича. Служба в следующий раз свела их во время Русско-турецкой войны 1877–1878 годов, где Скобелев командовал дивизией, а Куропаткин был его начальником штаба. «У Михаила Дмитриевича я многому научился, во многом ему подражал. Учился прежде всего решительности, дерзости в замыслах, вере в силу русского солдата», – позднее писал Куропаткин. Это подражание едва не стоило ему жизни. Под Плевной Алексей Николаевич лично возглавил атаку одной из колонн дивизии, в результате чего получил тяжелое ранение. Наградами стали полковничьи погоны, ордена, золотая сабля с надписью «За храбрость» и назначение в Генеральный штаб на должность заведующего азиатской частью.

БОРЬБА ЗА АЗИЮ

Следующие 12 лет службы обрисуем в общих чертах. Вновь служба в Туркестане, знаменитый Ахал-Текинский поход 1880–1881 годов под руководством все того же Скобелева, в результате которого к России была присоединена Туркмения. Военно-дипломатические командировки в Иран, Китай, Францию.

В 1890 году в судьбе Алексея Николаевич произошел крутой поворот, он был назначен командующим войсками Закаспийской области. Царь-миротворец Александр III назначил руководить столь непростым регионом именно его, генерала заслуженного, но не сторонника грубой силы. Время показало, что император не ошибся в своем назначении. Не будет преувеличением сказать, что последующие восемь лет были звездными в судьбе Куропаткина. В обширном крае, на просторах которого проживали немногочисленные народности с преобладавшими родоплеменными и феодальными отношениями, новый командующий активно взялся за дело.

Если посмотреть на карту Средней Азии тех лет, бросается в глаза особенность края. Три четверти региона занимают малонаселенные пустыня и степи, а жизнь жмется к южной границе, где находится несколько горных систем. В их предгорьях есть то, что необходимо для обитания – вода и почва, на которой можно выращивать культурные растения и пасти скот. Здесь-то и пролегла Закаспийская военная железная дорога – магистраль длиной 1700 верст, соединившая Красноводск и Ташкент. Вдоль этой дороги в конце XIX века начали развиваться города, а Куропаткин немало сделал, чтобы активизировать этот процесс, окультурить край. Здесь развивалась промышленность, шло активное строительство, процветала торговля, открывались школы. Сюда потянулись переселенцы из других регионов России…

Деятельность Алексея Николаевича по благоустройству края не прошла незамеченной. В январе 1898 года Николай II перевел его в Петербург, назначив военным министром. Вообще последний российский император обладал удивительной способностью абсолютно не разбираться в людях и делать ошибочные назначения. Куропаткин на роль военного министра не годился никак. У него для этого не было ни широты стратегического мышления, ни умения что-то доказать властям предержащим, ни способности идти к цели, невзирая на авторитеты. К тому же Алексей Николаевич не был царедворцем, умеющим ориентироваться в хитросплетениях интриг высшего света и уж тем более использовать их. Он был чужаком при дворе и при его характере, не смог здесь стать своим! Однако, как человек добросовестный и исполнительный, активно взялся за дело.

АРМЕЙСКИЕ РЕФОРМЫ

Армия нуждалась в продолжении реформ, начатых Александром II. Однако двор, и в первую очередь сам царь, внимания этому направлению развития страны уделяли откровенно мало. Накануне Русско-японской войны военный бюджет составлял треть от того, что запрашивал Куропаткин. Да и тот в большей степени расходовался на решение сиюминутных задач, и лишь некоторая часть шла на модернизацию вооруженных сил. В частности, были повышены оклады офицерам, которые до того не изменялись 40 лет, а также увеличено число военных училищ и кадетских корпусов… Шла модернизация артиллерии, но это в первую очередь благодаря тому обстоятельству, что генерал-фельдцейхмейстером (начальником артиллерии) был дядя императора, великий князь генерал-фельдмаршал Михаил Николаевич.

20 января 1903 года Куропаткин представил императору доклад о необходимости создания для борьбы со шпионажем Разведочного отделения Главного штаба, и этот доклад был высочайше утвержден – так что Алексея Николаевича можно считать отцом российской военной контрразведки. Он же в 1898 году утвердил устав Общества ревнителей военных знаний, основным принципом которого был провозглашен тезис: в науке нет начальников и подчиненных, есть только знающие и незнающие.

Однако это были лишь частные успехи. Отчаявшись что-то кардинально изменить к лучшему во вверенном ему военном ведомстве, Куропаткин в конце 1903 года попросился в отставку. Однако царь ее не принял. Трудно сказать, чем при этом руководствовался Николай Александрович. Он не мог не видеть, что Алексей Николаевич с должностью не справляется, у них по большинству ключевых позиций не совпадали точки зрения… Быть может, царь чувствовал, что военный министр – честный и бескорыстный, бесхитростный человек, которых так мало встречалось среди раззолоченной вечно интригующей знати?..

Вот в таких условиях армия и страна подошли к трагическому 1904 году, к началу войны с Японией.

ВОЙНА

Следует подчеркнуть, что военный министр генерал-адъютант Алексей Куропаткин был категорически против эскалации напряженности на Дальнем Востоке. Он считал и доказывал, что Россия раздвинула свои границы до максимально допустимых пределов, что «переварить» новые территории ей попросту не под силу, что и без того слишком много ресурсов тратится на обеспечение целостности исполинского государства. Придерживаясь этой точки зрения, он был уверен, что войны не будет. Уверовав в то, что войны можно не допустить, он не уделял особого внимания укреплению дальневосточных рубежей. Накануне войны на военные нужды региона была израсходована одна двадцатая часть бюджета министерства! Странная недальновидность для военного министра!

Несмотря на пацифистские воззрения Куропаткина, война все же началась. Взяли верх интересы «ястребов», вынашивавших откровенно авантюристические планы создания на Дальнем Востоке некой «Желтороссии», а также имперские амбиции бурно развивавшейся буржуазии, стремившейся к новым рынкам и теплым незамерзающим портам. Будущий председатель Совета министров, а тогда министр финансов империи Сергей Витте рассказывал о грандиозных планах, которые вынашивал (точнее было бы сказать, которые ему внушили) государь-император: «…взять для России Маньчжурию, идти к присоединению к России Кореи. Мечтает под свою державу взять и Тибет. Хочет взять Персию, захватить не только Босфор, но и Дарданеллы». Слыша подобные прожекты, Куропаткин еще в 1902 году писал: «Даже победоносная война с Японией будет тяжким наказанием для России, и история никогда не простит тем советникам государя, которые убедили принять его настоящее решение, если они приведут к войне». История распорядилась иначе: имена тех советников канули в Лету, «назначив» виновником поражения того же Куропаткина.

Да, войну начала Япония, неожиданно напав на Порт-Артур. Однако в России слишком влиятельны были силы, которые к этой войне стремились и соответственно не прилагали никаких усилий, чтобы ее предотвратить.

Ход боевых действий и участие в них Алексея Николаевича достаточно широко описаны. Русская армия терпела одно поражение за другим. Будем объективны: иначе и быть не могло. Россия к войне подошла неподготовленной! Была ли в этом вина лично Куропаткина? Несомненно – он занимал пост военного министра. Мог он подготовить страну к войне лучше? Вряд ли – он был слабым министром. Такое вот диалектическое противоречие.

Генерал Куропаткин был назначен сначала командующим Маньчжурской армией, а затем главнокомандующим всеми вооруженными силами Дальнего Востока. Напутствуя вчерашнего министра, император вручил ему бриллиантовые знаки ордена Александра Невского и передал войскам «Царский привет». Алексей Николаевич телеграммой ответил царю: «Только бедность в людях заставила Ваше Величество остановить свой выбор на мне». Вряд ли это самоуничижение – это реально выставленная оценка! Язвительный генерал Михаил Драгомиров, узнав о таком назначении, саркастически заметил: «А кто же будет при нем Скобелевым?» Скобелева и в самом деле не оказалось…

Война была крайне непопулярна в стране. Не только солдаты – офицеры не понимали ее смысла. Не в этом ли кроется причина того, что руководить боевыми действиями на Дальний Восток были направлены военачальники, которые попросту не имели возможности уклониться от столь сомнительной чести?.. Скажем, генерал-инспектор кавалерии великий князь Николай Николаевич (Младший) отказался от участия в войне под совершенно ничтожным предлогом. Настроения войск проявлялись, в частности, в том, что происходила массовая сдача русских солдат в плен. Только в Мукденском сражении сдались 30 тыс. человек… На этом фоне тем ярче видятся подвиги, которые совершили отдельные военнослужащие: Арсеньев, Корнилов, Колчак, Седов, граф Давыдов…

В поведении Куропаткина в этих условиях чувствуется откровенная растерянность. Пытаясь поднять боевой дух, он щедро раздает (другого слова не подберешь) награды. Солдатских Георгиевских крестов было вручено около 80 тыс. – больше, чем за весь период Наполеоновских войн. «Золотые сабли» получили около 600 офицеров – это больше, чем за весь полувековой период Кавказских войн. На фоне поражений, которые несла армия, понятно, что подобный «наградной поток» положительного эффекта не имел.

Не оправдалась и ставка на проповедническую работу полковых священников, которые оказались не готовы к такого рода деятельности. Поставка на фронт ура-патриотической литературы, которую инициировали Церковь и Общество Красного Креста, явно опоздала, да и структур, которые бы проводили активную пропагандистскую работу с личным составом, попросту не было!

После Портсмутского мира на Куропаткина обрушился поток уничижительной критики. Он вышел в отставку и уехал в свое имение в Псковскую губернию. Поскольку именно его объявили главным виновником обрушившегося на страну позора, Алексей Николаевич считал необходимым оправдаться. Не лишенный литературных дарований, обладавший аналитическим умом, он написал четырехтомный «Отчет генерал-адъютанта Куропаткина». Не помогло – клеймо главного виновника поражения так и осталось на нем навсегда.

В ОПАЛЕ

Когда началась Первая мировая (тогда ее называли Великая) война, Куропаткин попытался получить назначение на фронт. Однако Верховный главнокомандующий великий князь Николай Николаевич ему отказал. Алексей Николаевич занялся благотворительностью – в частности, участвовал в организации госпиталя для тяжелораненых офицеров, в котором стала работать медсестрой его дочь Елена.

Лишь к лету 1915 года, когда война приняла откровенно затяжной характер, а потребность в офицерах всех звеньев обострилась, вспомнили и о Куропаткине. Ему поручили формирование гренадерского корпуса, потом назначили командующим армией, а затем и всем Северным фронтом. Больших успехов он не достиг, но и провалов не было. И уже через полгода получил назначение командующего Туркестанским военным округом.

Едва Алексей Николаевич прибыл на место, в крае вспыхнуло восстание под руководством Амангельды Иманова. Выступление было подавлено в ноябре 1916 года, за что Куропаткин вскоре едва не поплатился жизнью. Когда грянула Февральская революция, Алексея Николаевича, как душителя свободы, арестовали. Период массового террора еще не начался, уважение к человеческой жизни пока сохранялось. В деятельности бывшего генерала революционный суд состава преступления не обнаружил, а потому его отпустили с миром.

Алексей Николаевич и тут проявил себя человеком порядочным. Когда начала разгораться – поначалу едва тлея, а потом набирая силу – Гражданская война, боевой генерал не стал воевать против своих сограждан. Его звали в свои ряды обе стороны – и белые, и красные. Не пошел. Как кавалеру ордена Почетного легиона (помните?), Алексею Николаевичу французский посол предложил эмиграцию во Францию, однако Куропаткин вновь отказался, сказав, что Россию не покинет ни при каких обстоятельствах.

Он нашел себя на новом поприще. В уездном городке Холм (Псковской губернии) Алексей Николаевич в 1918 году организовал народный музей, в котором и работал. В 1919 году в селе Лебедеве была открыта средняя школа, членом совета которой избрали Куропаткина. В 1921 году была восстановлена сельскохозяйственная школа, которую полтора десятилетия назад на свои средства создал все тот же Куропаткин, когда обосновался в своем имении после Портсмутского мира; теперь он работал в ней преподавателем. Авторитет бывшего генерала у местных жителей был столь велик, что до конца дней своих он жил в собственном особняке.

Скончался Алексей Николаевич 16 января 1925 года. Местные жители поставили ему памятник с надписью: «Куропаткин Алексей Николаевич. Основатель сельскохозяйственной Наговской школы».

…Вот такая жизнь. Сколько сделал человек для страны, для народов ныне самостийных среднеазиатских республик! А в памяти остался лишь как символ поражения в Русско-японской войне. И как основатель школы – для земляков.

Нет, несправедлива мадам История, ох, несправедлива!
Автор:
Николай Стародымов
Первоисточник:
http://nvo.ng.ru/history/2015-07-03/8_patriot.html
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

27 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти