Самураи и чай

Верещанье цикад.
Со мною чай распивает
Тень моя на стене...
Маэда Фура (1889 – 1954 гг. ) Перевод А. Долина



Современные представления людей о занятии и досуге японских самураев, в общем-то, достаточно стереотипны. А стереотипы уже в наше время автоматически накладываются на любой образ исторического и литературного героя японских романов.

Самураи и чай

Японский чайный домик.

Не вызывают удивления представления о самураях только как о хороших фехтовальщиках, которые уже точно не откажут себе в удовольствии созерцания своих пышных доспехов. Возможно, в часы редкого досуга, они находили время набрасывать некие поэтические строчки, одновременно совмещая своё не слишком частое вдохновение с мыслями о необратимости смерти и придумыванием различных способов счастливого «ухода» из жизни. В действительности же, всё было совсем наоборот. Многие самураи в руках и меча не держали. Скорее всего, учение Будды было воспринято ими буквально. Но даже и те, которые прославились военными подвигами, далеко не всегда представляли собой кровожадных убийц и покорных своему господину «головорезов», в накидках хоро десятками таскавших головы своим господам.


Чайный домик в лесу.

Японцы и сегодня, несмотря на стремительный ритм своей жизни, ещё находят время задуматься о смысле своего существования, о бренности бытия. Ежегодная традиция любования цветами – ханами – как многовековая традиция, возникшая в период Нара (710 – 784 гг.), выступает как отличительная черта японского самурая, утонченного и искушённого воителя.

Вполне отчётливо видна разница между самураями в мирной жизни и на поле боя. Вставали утром – ложились вечером. Здесь всё как у остальных. Демонстрация своего социального статуса обязывала уделять особое внимание своему туалету, например, причёске. Они любовались цветами, смотрели на закат, могли от души посмеяться на представлениях театра Кобуки. Иногда, конечно, напивались саке, флиртовали с молодыми женщинами, не отказывали себе в употреблении излишней пищи. Впрочем, особо развитое чувство прекрасного отличало этих воинов от воинов других регионов Евразии. То есть воспитание самураев было, так сказать, весьма неординарным на взгляд тех же самых европейцев, поскольку природные условия, окружающие воспитанников, были также не совсем обычными.


Кавалеры и дамы за чайной церемонией. Художник Мицуно Тосиката (1866-1908).

Грамотное владение оружием, конная езда, охота и игра в шахматы – единственное, что требовалось от рыцарей Западной Европы. Всё! Умения хорошего рыцаря – арабских рыцарей фарис, включали способность «оценить благородство лошадей и красоту женщин». Удивительно, что лошади в «списке интересов» у арабов занимали лидирующее положение по сравнению с женщинами. А вот в грамотности остальным они уступали серьёзно. Карл Великий был неграмотен. Его усердные попытки складывать буквы так и не научили его чтению и письму. Но всё же среди них встречались неплохие поэты и сказители, как, впрочем, и среди японских самураев. Уже с самого раннего детства начинался их путь к качественному образованию. И дополнительное образование было не исключением. Многие самураи получали его, когда находились на службе у своего господина. К сожалению, мнение рыцарей сложилось таким образом, что долгое время под грамотностью они понимали удел клириков, но не удел себе подобных. Домашнее образование заканчивалось для них почётным званием рыцаря или оруженосца. А вот самураи продолжали своё обучение и после 18 лет в учебных заведениях типа гимназий. Там китайский язык заменял латинский в университетах Европы.

Теперь понятно, что самураям хватало времени совмещать военное дело с досугом. Спартанцы не знали ничего иного, кроме досуга и войны. Те же европейские рыцари – феодалы практически с точностью копируют жизненный уклад самураев, немного обходя их в образовательном уровне. После изнурительного, тяжёлого дня, совершив очередной подвиг во имя страны и своего господина, спокойствие и хороший отдых были обязательны. И вот тут-то и следует подчеркнуть, что исключительно важным источником восстановления внутреннего душевного спокойствия у японских рыцарей был свежезаваренный чай. Горячий и душистый. Он единственный – согревал, успокаивал, заряжал энергией, помогал серьёзно расслабиться в минуты душевного отдыха. Одержимость японцев таким обыкновенным чаем доходила до того, что они связывают расцвет своей многовековой культуры непосредственно с деятельностью религиозной буддийской школой Дзэн и только потому, что именно монахи этой буддийской школы, привезли чай в Японию из Китая, и пили его по ночам, чтобы избавиться от сонливости.


К роднику, даже если он находится где-то далеко в лесу, обязательно прилагается аккуратный деревянный ковшичек для воды.

Этот обычай переняли и самураи. Для этого была разработана традиция проведения чайных церемоний – тядо («путь чая»). От участника чайной церемонии требовалась крайняя сосредоточенность, отрешение от всего дурного, духовное воссоединение с природой. Чайные домики – тясицу, располагались вдали от шума и суеты городской жизни; проведение японского ритуала требовало интимной атмосферы и общения наедине. Чаепитие – это, прежде всего, встреча друзей и хороших знакомых, имеющих общие вкусы и наклонности. Организация соответствующей атмосферы, располагающая для дружеского общения ставит свои условия достижения этого уюта: простота, чистота и соответствие определённой обстановки конкретным гостям. Хозяин дома – ведущий церемонии. Вскоре возникла необходимость в профессиональном устроителе чайной церемонии. Такие профессионалы пользовались авторитетом среди высшей аристократии и среди самураев.

Набор посуды для японской чайной церемонии:
нацумэ – керамическая чашка для слабо заваренного чая;
тясаку – бамбуковая либо деревянная чайная ложка;
тяван – чайная чашка;
тясен – венчик для взбивания чая;
мидзукаси – сосуд для воды, которой заваривают чай;
хисаку – ковш, которым разливают горячую воду по чашкам;
фукуса – ткань, которой хозяин протирает чайную посуду;
кобукуса – ткань, на которой гостю подается чашка с горячим крепким чаем.

Хорошо обученный «мастер чая» должен уметь быстро сориентироваться и разрешить проблемы вкуса. Устроенное «чайное благополучие» помогало примирить даже самых яростных врагов. Искусно оформленные букеты цветов, свиток с красиво написанными иероглифами или гравюры – главные детали интерьера, определяющие тему церемонии.


Чайник с изображением вороны, XV-XVI вв. Токийский национальный музей.

Наряду с посудой, особое внимание уделялось вазам, в которых как раз оформляли небольшие букеты цветов. Специфику детального устройства чайной церемонии очень хорошо раскрывает случай из жизни японского самурая Уэда Сигэясу, который под огнём своего неприятеля, рискуя, срезал приглянувшийся ствол бамбука, чтобы сделать небольшую вазочку для чайного домика. Единственный материал изготовления этих вазочек – бамбук и керамика.


Чёрный лакированный лак кириканэ, роспись золотой пудрой. Вес 1,312 г. Размер 30×52,5 см.

Посуда для чайной церемонии не должна была быть вычурной. Качественное изготовление посуды было делом непростым. Искусно сделанную чашку или чайницу порой ценили выше хорошего меча. Как правило, чайная церемония проходила на фоне специфического живого звука, который производил литой кипящий чайник на жаровне или треножнике. Иногда на дне чайника укладывались железные брусочки различного размера, которые могли регулировать исходящую от чайника звуковую палитру. На гладко отшлифованном подносе часто подавалась лёгкая закуска, соответствующая сезону, расположению духа и вкуса гостя. Низкая притолока заставляла, согнувшись принимать пищу на подносе, и тем самым уравнивала всех по «росту».


Лакированный чайник с эмблемами дома Токугава, XIX в. Художественный музей Токугава, Нагоя.

После приёма пищи нужно было сполоснуть рот и руки, и только потом пить чай, не спеша, наслаждаясь вкусом и запахом «зелёного напитка». В знак вежливости и благодарности стоило поинтересоваться, откуда посуда и каким мастером она изготовлена. Естественно, похвалить её. Ведь каждая чашка отличалась уникальностью своей формы и своего узора. Среди них не находилось даже двух одинаковых. Чашечки с щербинками считались самыми ценными и предназначались для особо знатных гостей.


Японец за чаем. Ксилография XIX в.

Сухие чайные листья отмеряли специальной бамбуковой ложкой и заливали кипятком из чайника в фарфоровых чашках. Зеленую жидкость взбивали бамбуковым венчиком до появления светло – зелёной пены. Ещё ложка холодной воды и всё было готово, чтобы насладиться обыкновенным японским чаем. Конечно, рецепты мастеров немного отличались.


Японский антикварный столик середины прошлого века – хакуми. Специально предназначенный для тя-но-ю, он выполнен в стиле кириканэ и покрыт коричневым лаком с последующей полировкой. Размер 47 ×18см.

Потом мода на чай переместилась в Европу, появились чайные клиперы с максимальной скоростью доставки из Азии нового урожая чая. Но это история требует уже отдельного разговора, в которой воинам-самураям места уже нет.

Авторы благодарят компанию «Антиквариат Японии» за предоставленные фотографии и информацию.
Автор:
Вячеслав Шпаковский, Александр Зосимов
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

28 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти