Служба в почете

Служба в почете
Вопреки расхожему мнению, россияне относятся к армии вполне положительно

Несмотря на постоянно распространяемую частью СМИ и отдельными политическими группами критическую информацию об армии и расхожее мнение о о том, что общество относится к ней отрицательно, на деле это не соответствует действительности.

Например, по данным ВЦИОМа, доверие к армии остается одним из самых высоких на фоне иных общественных институтов – 52 %, при 34 % у правоохранительных органов, 27 % у судебной системы, 26 % у профсоюзов и Общественной палаты и 25 % у политических партий. Причем, если вычесть из этих цифр баллы недоверия, а они у армии довольно низки на фоне иных институтов – 28 %, то она получает не просто наиболее позитивный, но и просто несопоставимо высокий индекс доверия на фоне остальных: у правоохранительных органов он составляет сегодня минус 12 %, у политических партий и судебной системы – по минус 14 %, у профсоюзов – минус 11 %, а у Общественной палаты – 1 %.


Службу в армии российское общество оценивает неожиданно высоко. По данным Левада-центра, никогда особых симпатий к армии не испытывавшего, 44 % граждан страны полагают, что "каждый настоящий мужчина должен пройти службу в армии", а еще 30 % исходят из того, что "служба в армии – долг, который нужно отдать государству, пусть даже это не отвечает Вашим интересам". Причем, если первый показатель остается таким же, каким он был десять лет назад, в 2000 году, то второй заметно вырос – десять лет назад он составлял 24 %. То есть так или иначе позитивное отношение к службе высказывают 74 % граждан. Негативно к ней относится явное меньшинство – 19 %, хотя десять лет назад их было 23 %.

Доверие к армии остается одним из самых высоких на фоне иных общественных институтов


Далеко не однозначным является и отношение общества к службе по призыву. Действительно, сторонниками армии, состоящей исключительно из призывников, являются всего 13 %. Но нужно учитывать, что таковой она не была практически никогда – и в советской армии присутствовал как вспомогательный, так и вполне профессиональный контрактный контингент: сверхсрочники, прапорщики, старшины и т.д.

Не намного больше сторонников и у чисто контрактной армии – 27 %. Большинство же – 56 % – выступает за "смешанную армию", состоящую и из призывников, и из контрактников.

То есть, к призыву так или иначе положительно относится 69 % граждан, что близко к 74 % положительно относящихся к службе в армии.

Интересно, что как только речь идет не об отношении к службе и призыву вообще, а к моменту их обязательности, картина, казалось бы, меняется. В этом случае в феврале 2010 года за сохранение всеобщей воинской повинности высказывалось 39 %, а за переход к формированию армии из тех, кто идет служить за плату – 54 %.
Налицо определенное противоречие. Его можно объяснить двояко. С одной стороны, речь идет о сравнении опросов и ответов, разнесенных на несколько месяцев. Но представляется маловероятным, чтобы с февраля по июнь 2010 года 74 % позитивно оценивающих призыв превратились в 39 % сторонников сохранения всеобщей воинской обязанности.

Второе объяснение заключается в формулировках вопросов. Февральский опрос предлагал выбрать одно из двух: либо сохранить обязательность, либо перейти к добровольно-наемной армии. Июньский опрос предлагал средний вариант – смешанная армия. И получалось, что именно он пользуется наибольшей поддержкой. И это показатель постоянно используемой способности ведущих социологических центров незаметными нюансами формулировок менять итоги опросов на противоположные.

Но есть и другая сторона, также связанная с характером формулировки.

В одном случае спрашивалось об отношении к армии с вариантами: мужчина должен пройти службу, служба – это долг, который нужно отдать, служба – бесполезно потерянное время. То есть, речь шла о внутреннем, моральном отношении.

В другом случае речь шла о внешней стороне вопроса: сохранять обязательность или перейти к добровольности.
Здесь следует обратить внимание на относительную близость показателей ответов "служба – это долг, который нужно отдать" – 30 %, и "сохранение обязательности службы" – 39 %.

То есть получается, что это показатели признания внешней обязательности, права государства на ее установление. И они почти не учитывают, в частности, тех 44 %, которые считают, что служба в армии – это некий внутренний императив, что человек должен пройти ее не потому, что этого требует закон, а потому, что это полезно, нравственно. Эта большая группа не хочет, чтобы ее принуждали к службе, но сама настроена на службу просто в силу своих внутренних ценностных ориентаций.

При этом, судя по соотношению ответов, важную роль играет и вопрос оплаты службы в армии – люди готовы служить, но считают желательной плату за службу. Тут стоит отметить и определенную некорректность противопоставления двух формул: "сохранить обязательность службы" и "формировать армию из тех, кто идет служить туда за деньги". Возникает противопоставление: "обязательно или за деньги", но на самом деле одно не исключает другое – возможен такой ответ: "обязательность службы при ее достойной оплате".
Но другие ответы как раз показывают, что сам по себе выделенный и изолированный момент "платности" достаточно скептично оценивается гражданами. Так, инициативу ЛДПР об освобождении от воинской повинности за один миллион рублей респонденты оценили негативно. Положительную реакцию она вызвала у 20 %, негативную – у 67 %.

Службу в армии российское общество оценивает неожиданно высоко


Похоже, что, признавая целесообразность платы за службу в армии, граждане имеют в виду не коммерческий характер этой оплаты, а собственно "жалованье" – естественное обеспечение нужд и поддержание достойного уровня жизни военного. Между тем, идею коммерциализации всего, что связанно с военной службой, общество инстинктивно отвергает, сохраняя своеобразное ценностно-сакрализованное отношение к последней.

Отчасти это подтверждается и отношением к призыву в армию по контракту ранее судимых, даже в том случае, если их судимость была погашена. Согласие на их присутствие в армии высказывает 35 %, несогласие – 55 %.
Невольно возникает предположение о том, что согласны на службу в армии судимых, пусть и с погашенной судимостью, скорее те, кто и так армии не доверяет, те же, у кого она пользуется доверием, хотят оградить ее от влияния уголовного мира.

Точно также, но по другим причинам, граждане в массе своей негативно настроены по отношению к службе в армии студентов – в ее пользу высказываются 30 % против 62 %.

Конечно, можно поставить вопрос и о том, что общее благожелательное отношение к военной службе в обществе в целом не вполне показательно, поскольку на этот вопрос могут по разному ответить те, кому предстоит отправлять детей в армию, и те, для кого этот вопрос носит отвлеченный характер.

Однако желающих, чтобы их родные пошли в армию, оказывается больше, чем тех, кто предпочел бы этого избежать: 46 % против 42 %.

И, что интересно, обращает на себя внимание динамика: в октябре 2007 года число предпочитающих службу составляло 45 %, стремящихся к уклонению от нее – 42 %. Но к весне 2009 года число первых заметно возрастает – до 50 %, а вторых падает – до 35 %. Зато еще через год, к февралю 2010 года первый показатель вновь снижается до 46 %, а второй возрастает до 42 %.

Перед нами возникает два поворота в отношении к военной службе. Первый – улучшение отношения к ней к началу 2009 года – явно следует за военной кампанией российской армии на Южном Кавказе. Второй – новое относительное ухудшение – следует за разворачивающимися в 2009 году специфическими реформами, проводимыми в армии министром обороны Сердюковым.
Первоисточник: http://www.novopol.ru" class="text" rel="nofollow" target="_blank">http://www.novopol.ru


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 0

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня