Квантунская армия. 70 лет капитуляции

В годы Второй мировой войны наиболее многочисленной и мощной военной группировкой японской императорской армии была Квантунская армия. Это армейское соединение было сосредоточено на территории Китая. Предполагалось, что в случае начала боевых действий с Советским Союзом, именно Квантунская армия сыграет главную роль в противостоянии советским войскам. Также предусматривалось использование войск Маньчжоу-го и Мэнцзяна — стран-сателлитов Японии, в качестве вспомогательных подразделений при Квантунской армии. Длительное время именно Квантунская армия оставалась наиболее боеспособным соединением японских вооруженных сил и использовалась не только в качестве территориальной группировки войск, но и как учебная база, где осуществляли подготовку и «обкатку» рядового, унтер-офицерского и офицерского состава императорской армии. Японские офицеры рассматривали службу в Квантунской армии как престижную, сулившую неплохое жалованье и возможность быстрого продвижения по службе.

Прежде чем перейти к рассказу собственно о Квантунской армии, необходимо вкратце рассказать, что представляли собой собственно императорские вооруженные силы Японии в первой половине ХХ века. Во-первых, следует отметить, что их история в современном виде началась после «Революции Мэйдзи», в общем контексте модернизации экономики, культуры и обороны страны. В январе 1873 г. были расформированы традиционные для старой Японии самурайские ополчения и введена всеобщая воинская повинность. Органами управления императорской армии стали: Министерство армии, Генеральный штаб и Главная инспекция боевой подготовки. Все они подчинялись японскому императору и имели одинаковый статус, но различные обязанности. Так, министр армии отвечал за административно-кадровые вопросы сухопутных войск. Начальник Генерального штаба осуществлял непосредственное командование армией и отвечал за разработку военных приказов. Также в ведении Генштаба армии находились вопросы подготовки штабных офицеров. Первоначально значение Генштаба армии было очень велико, но после того, как был создан отдельный Генеральный штаб флота, его значение понизилось, зато был сформирован новый Генеральный штаб вооруженных сил, он же — Императорская Ставка, в которую входили сам император, министр армии, министр флота, начальник генерального штаба армии, начальник генерального штаба флота, начальник оперативного отдела армии, начальник оперативного отдела флота и главный инспектор боевой подготовки. Наконец, в ведении главного инспектора боевой подготовки находились вопросы подготовки личного состава императорской армии — как рядового, так и офицерского, а также транспортное обеспечение императорской армии и ее материально-техническое снабжение. Главный инспектор боевой подготовки фактически был третьим по значимости высшим офицером японской императорской армии и входил в состав Императорской Ставки. Поэтому должность главного инспектора считалась очень престижной и значимой, о чем свидетельствует и назначение на нее перспективных и заслуженных генералов. Как мы увидим ниже, главными инспекторами боевой подготовки становились бывшие командующие Квантунской армией, но имели место и примеры обратных должностных переводов. Главной единицей императорской армии была дивизия, которая в случае начала войны преобразовывалась в армию. Однако в составе императорской армии было два исключительных соединения — Корейская и Квантунская армии, которые имели очень большой даже по меркам армий численный состав и представляли собой вооруженные силы, размещавшиеся в Корее и Маньчжурии и предназначавшиеся для защиты японских интересов и поддержания японской власти в Корее и прояпонского марионеточного правительства Маньчжоу-го в Маньчжурии. В императорской армии Японии были введены следующие звания: генералиссимус (император), генерал, генерал-лейтенант, генерал-майор, полковник, подполковник, майор, капитан, лейтенант, младший лейтенант, прапорщик, старший сержант, сержант, капрал, старшина, рядовой высшего класса, рядовой 1 класса, рядовой 2 класса. Естественно, что офицерский состав в императорской армии комплектовался, в первую очередь, представителями аристократического сословия. Рядовой состав комплектовался по призыву. Кроме того, следует отметить, что в оперативном подчинении японского военного командования в годы Второй мировой войны находились многочисленные военизированные формирования, набиравшиеся в оккупированных японцами странах Восточной, Юго-Восточной и Центральной Азии. Среди подконтрольных японцам вооруженных формирований следует отметить, прежде всего, Армию Маньчжоу-го и Национальную армию Мэнцзяна, а также вооруженные формирования в Бирме, Индонезии, Вьетнаме, подконтрольные японцам индийские части, формировавшиеся в Сингапуре, и т.д. В Корее военный призыв корейцев действовал с 1942 г., когда положение Японии на фронтах стало серьезно ухудшаться, вдобавок ко всему усилилась угроза советского военного вторжения в Маньчжурию и Корею.


Крупнейшее японское соединение в Маньчжурии

История Квантунской армии началась в 1931 году, когда началось формирование крупного военного соединения на базе армейского гарнизона, дислоцировавшегося с начала ХХ в. на территории Квантунской области — юго-западной части Ляодунского полуострова. В 1905 г., по итогам русско-японской войны, Япония в качестве «бонуса», согласно Портсмутскому мирному договору, получила право на использование Ляодунского полуострова в военных целях. Фактически соединение, формируемое на Ляодунском полуострове, стало базой для подготовки вооруженного нападения на основных противников Японии в регионе — Китай, Советский Союз и Монгольскую народную республику. Непосредственно к участию в боевых действиях против Китая Квантунская армия приступила 18 сентября 1931 г. В это время армией командовал генерал-лейтенант Сигэру Хондзё (1876-1945) — один из видных японских военачальников, участник русско-японской войны и интервенции в Россию в годы Гражданской войны. Сигэру Хондзё, профессиональный военный, до назначения командующим Квантунской армией, командовал 10-й пехотной дивизией. После диверсии на железной дороге, японские войска вторглись на территорию Маньчжурии и уже 19 сентября заняли Мукден. 22 сентября был занят Гирин, 18 ноября — Цицикар. Лига Наций тщетно пыталась воспрепятствовать Японии в захвате значительной части китайской территории, однако ничего сделать не смогла. Японская империя увеличила численность Квантунской армии до 50 тысяч солдат и офицеров в декабре 1931 г., а спустя чуть более двух недель — к январю 1932 г., личный состав Квантунской армии был увеличен до 260 000 военнослужащих. На вооружении армии в этот период находилось 439 танков, 1193 артиллерийских орудия и 500 самолетов. Естественно, что китайские войска значительно уступали Квантунской армии и в вооружении, и в уровне организации и подготовки, хотя немного превосходили в численности. 1 марта 1932 г., в результате операции Квантунской армии, было провозглашено создание независимого государства Маньчжоу-го на территории Маньчжурии. Его правителем был провозглашен последний император Китая Пу И — представитель маньчжурской династии Цин. Таким образом, именно Квантунская армия обеспечила появление на территории Северо-Западного Китая создание государства Маньчжоу-го, что существенным образом изменило политическую карту Восточной и Центральной Азии. Генерал-лейтенант Сигэру Хондзё после проведения блестящей Маньчжурской операции стал национальным героем Японии и пошел на повышение. 8 августа 1932 г. Сигэру Хондзё был отозван в Японию. Ему присвоили звание генерала, титул барона и назначили членом Верховного военного совета, а затем — главным адъютантом императора Японии. Однако впоследствии судьба квантунского командарма сложилась трагично. С 1939 по 1945 гг. он возглавлял Службу военных госпиталей, однако затем военный опыт генерала потребовался империи в более значимом качестве и в мае 1945 г. Хондзё назначили членом Тайного совета. После окончания войны он был арестован американскими военными, но сумел покончить жизнь самоубийством.

На посту командующего Квантунской армией генерал-лейтенанта Сигэру Хондзё сменил фельдмаршал Муто Нобуёси (1868-1933). Интересно, что еще в начале ХХ в. он дважды был военным атташе в Российской империи, а в годы Гражданской войны в России возглавлял Японскую военную миссию при адмирале Колчаке, позже командовал японской дивизией во время интервенции на Дальний Восток. Перед назначением на должность командующего Квантунской армией, Муто Нобуёси занимал пост главного инспектора императорской армии по боевой подготовке. Кстати, должность командующего Квантунской армией Муто Нобуёси совмещал с должностями командующего армией государства Маньчжоу-го и японского посла в Маньчжоу-го. Таким образом, все вооруженные силы на территории Маньчжурии оказались под командованием японского фельдмаршала. Именно командующий Квантунской армией осуществлял и фактическое руководство марионеточным правительством Маньчжоу-го, которое не могло позволить себе ни шага без ведома японской администрации. Муто участвовал в фактическом создании маньчжурского государства. Однако в том же 1933 г. он скончался от желтухи в военном госпитале в Синьцзине. Новым командующим Квантунской армией стал генерал Хисикари Такаси, который прежде — в начале 1931 г. — уже командовал Квантунской армией. Именно при Муто и Хисикари закладывались основы Квантунской армии в том виде, в котором она встретила начало Второй мировой войны. Фактически эти японские высшие офицеры стояли и у истоков японской военной политики на территории Маньчжурии, сформировав вооруженные силы Маньчжоу-го. К 1938 г. численность Квантунской армии была доведена до 200 тысяч человек (хотя во время захвата Маньчжурии, за счет приданных соединений, была даже больше). Через Квантунскую армию как кузницу кадров прошли почти все основные высшие офицеры японской императорской армии, поскольку пребывание на территории Маньчжурии рассматривалось как важная ступень в карьере офицера японских вооруженных сил. В 1936 г. командующим Квантунской армией был назначен генерал Уэда Кэнкити (1875-1962). Личность этого человека также сыграла большую роль — не только в истории Квантунской армии как войскового соединения, но и в истории советско-японских отношений. Дело в том, что генерал Уэда видел главным противником Японской империи не США или Великобританию, и даже не Китай, а Советский Союз. От СССР, по мнению Уэды, исходила главная угроза японским интересам в Восточной и Центральной Азии. Поэтому как только Уэда, прежде занимавший пост командующего Корейской армией, получил назначение в Квантунскую армию, он сразу же озадачился вопросом «перенаправления» Квантунской армии в сторону Советского Союза, в том числе стал стимулировать проведение антисоветских провокаций на границе с СССР. Именно генерал Уэда командовал Квантунской армией во время вооруженных инцидентов на озере Хасан и на Халхин-Голе.

Провокации на границе и конфликт на озере Хасан

Однако менее значительные инциденты происходили и ранее — в 1936-1937 гг. Так, 30 января 1936 г. силами двух маньчжурских рот под командованием японских офицеров из Квантунской армии был предпринят прорыв на 1,5 км вглубь территории Советского Союза. Во время столкновения с советскими пограничниками погибло 31 японский и маньчжурский военнослужащий, тогда как с советской стороны погибло лишь 4 человека. 24 ноября 1936 г. на советскую территорию вторгся смешанный отряд из 60 японских кавалеристов и пехотинцев, однако советским войскам удалось отбить нападение, уничтожив из пулеметов 18 солдат противника. Спустя два дня, 26 ноября, японцы вновь пытались проникнуть на советскую территорию, во время перестрелки было убито трое советских пограничников. 5 июня 1937 г. японский отряд вторгся на советскую территорию и занял сопку у озера Ханка, однако атака была отбита советским 63-м стрелковым полком. 30 июня 1937 г. японские войска потопили советский бронированный катер пограничных войск, в результате чего погибло 7 военнослужащих. Также японцами были обстреляны бронекатер и канонерская лодка советской Амурской военной флотилии. После этого командующий советскими войсками В.Блюхер направил к границе группировку в составе разведывательного и шести стрелковых батальонов, саперного батальона, трех артиллерийских дивизионов и авиационного отряда. Японцы предпочли отступить за линию границы. Только за период с 1936 по 1938 гг. японскими войсками было совершено 231 нарушение государственной границы Советского Союза, в 35 случаях нарушения повлекли за собой боевые столкновения. В марте 1938 г. в штабе Квантунской армии был разработан план «Политика обороны государства», направленный против СССР и предусматривавший использование против Советского Союза японских сил в размере не менее 18 дивизий. К началу июля 1938 г. ситуация на советско-маньчжурской границе обострилась до предела, к тому же японское командование выдвигало к СССР территориальные претензии. В связи с обострением ситуации на границе, был сформирован Дальневосточный фронт РККА. 9 июля 1938 г. началось передвижение советских войск к государственной границе — с целью оперативного отражения возможного нападения Квантунской армии. 12 июля советские пограничники заняли сопку Заозерная, на которую претендовало Маньчжоу-го. В ответ на действия советских войск, 14 июля ноту протеста СССР направило правительство Маньчжоу-го, а 15 июля посол Японии в СССР Мамору Сигэмицу потребовал немедленного вывода советских войск со спорной территории. 21 июля военное руководство Японии запросило у императора Японии разрешение на применение военной силы против советских войск в районе озера Хасан. В ответ на действия Японии, советское руководство 22 июля 1938 г. отклонило требования Токио о выводе советских войск. 23 июля японское командование начало подготовку к вооруженному вторжению, очищая приграничные селения от местных жителей. К границе были выдвинуты артиллерийские подразделения Квантунской армии, оборудованы позиции для японской артиллерии на высоте Богомольной и островках на реке Тумень-Ула. Всего для участия в боевых действиях было подготовлено не менее 20 тыс. военнослужащих Квантунской армии. На границе были сосредоточены 15,я, 19-я и 20-я пехотные дивизии, 1 кавалерийский полк, 3 пулеметных батальона, бронетанковые подразделения, зенитные батареи, три бронепоезда и 70 самолетов. На реке Тумень-Ула находились 1 крейсер и 14 миноносцев, 15 катеров. Непосредственно в боях у озера Хасан участвовала 19-я пехотная дивизия.

Квантунская армия. 70 лет капитуляции


24 июля 1938 г. Военный Совет Дальневосточного фронта РККА привел в повышенную боевую готовность несколько армейских подразделений, включая 118-й и 119-й стрелковые и 121-й кавалерийские полки 40-й стрелковой дивизии. 29 июля на советские позиции напала японская рота пограничной жандармерии, вооруженная 4 пулеметами и насчитывавшая 150 солдат и офицеров. Заняв высоту Безымянная, японцы потеряли 40 человек, но вскоре были выбиты подошедшим советским подкреплением. 30 июля по советским позициям начала работать японская армейская артиллерия, после чего пехотные части японской армии предприняли атаку советских позиций — но опять безрезультатно. 31 июля в боевую готовность были приведены Тихоокеанский флот СССР и Приморская армия. Тем же днем новая атака японской армия завершилась захватом сопок и установкой на них 40 японских пулеметов. Контратака советских двух батальонов завершилась неудачей, после чего к месту боевых действий прибыли заместитель наркома обороны СССР армейский комиссар Л.З. Мехлис и начальник штаба фронта Г.М. Штерн. 1 августа туда же прибыл командующий фронтом В.Блюхер, который был жестко раскритикован по телефону И.В. Сталиным за неудовлетворительное руководство операцией. 3 августа Сталин отстранил Блюхера от командования операцией и назначил на его место Штерна. 4 августа Штерн приказал атаковать японские войска на участке между озером Хасан и сопкой Заозерная. 6 августа 216 советских самолетов подвергли бомбардировкам японские позиции, после чего 32-я стрелковая дивизия, танковый батальон 2-й механизированной бригады начали наступление на сопку Безымянная, а 40-я стрелковая дивизия — на сопку Заозерная. 8 августа сопка Заозерная была захвачена советскими войсками. 9 августа силы 32-й стрелковой дивизии РККА захватили высоту Безымянная. 10 августа японский посол обратился к наркому иностранных дел СССР М.М. Литвинову с предложением о начале мирных переговоров. 11 августа 1938 г. боевые действия были прекращены. Таким образом, завершился первый серьезный вооруженный конфликт между СССР и Японией, в котором принимала участие Квантунская армия.

Поражение «квантунцев» на Халхин-Голе

Однако победа советских войск в конфликте у озера Хасан не означала отказа японского командования от агрессивных действий — на этот раз на маньчжурско-монгольской границе. Япония не скрывала своих планов относительно «Внешней Монголии», как в китайской и маньчжурской традиции именовалась территория МНР. Формально Монголия считалась частью Китайской империи, наследником которой себя видел правитель Маньчжоу-го Пу И. Поводом к конфликту между Маньчжоу-го и Монголией стало требование о признании реки Халхин-Гол границей двух государств. Дело в том, что японцы стремились обеспечить безопасность строительства железной дороги, которая тянулась к границе Советского Союза. Первые столкновения на маньчжурско-монгольской границе начались еще в 1935 году. В 1936 г. СССР и МНР подписали «Протокол о взаимопомощи», в соответствии с которым с 1937 г. на территории МНР дислоцировались части 57-го Особого корпуса РККА общей численностью в 5544 военнослужащих, в том числе 523 командира. После конфликта на озере Хасан Япония перенесла свое внимание на реку Халхин-Гол. В среде японского высшего офицерства нарастали экспансионистские настроения, в том числе идеи о расширении территории Японской империи до озера Байкал. 16-17 января 1939 г. на границе с МНР произошли две провокации, организованные японскими войсками. 17 января 13 японских солдат напали на троих монгольских пограничников. 29 и 30 января японские военнослужащие и выступившие на их стороне баргутские конники (баргуты — одно из монгольских племен) напали на сторожевые наряды монгольской пограничной охраны. Нападения повторялись в феврале и марте 1939 г., причем по-прежнему японское командование активно привлекало к нападениям баргутов.



В ночь на 8 мая 1939 г. японский взвод с пулеметом попытался захватить остров на Халхин-Гол, но нарвался на сопротивление монгольских пограничников и был вынужден отступить. 11 мая японская кавалерия численностью около двух эскадронов вторглась на территорию МНР и атаковала монгольскую пограничную заставу Номон-Хан-Бурд-Обо. Затем, однако, японцев удалось оттеснить подошедшим монгольским подкреплениям. 14 мая подразделения 23-й японской пехотной дивизии при поддержке авиации атаковали погранзаставу Монголии. 17 мая командование 57-го особого корпуса РККА отправило на Халхин-Гол три мотострелковые роты, саперную роту и артиллерийскую батарею. 22 мая советские войска отбросили японские подразделения от Халхин-Гола. Между 22 и 28 мая в районе Халхин-Гола сосредоточились 668 советских и монгольских пехотинцев, 260 кавалеристов, 39 бронемашин и 58 пулеметов. Япония выдвинула к Халхин-Голу более внушительные силы из 1680 пехотинцев и 900 конников, 75 пулеметов, 18 артиллерийских орудий, 1 танк и 8 бронеавтомобилей под командованием полковника Ямагата. В столкновении японским войскам удалось вновь оттеснить советско-монгольские подразделения на западный берег Халхин-Гола. Однако уже на следующий день 29 мая советско-монгольские войска смогли провести удачное контрнаступление и оттеснить японцев на прежние позиции. В июне боевые действия между СССР и Японией продолжались в воздухе, причем советским летчикам удалось нанести серьезный урон японской авиации. В июле 1939 г. командованием Квантунской армии было решено перейти к новой фазе боевых действий. Для этого в штабе армии разработали план «Второй период номонханского инцидента». Перед Квантунской армией была поставлена задача по прорыву линии советской обороны и форсированию реки Халхин-Гол. Японскую группировку возглавил генерал-майор Кобаяси, под руководством которого 2 июля началось наступление. Квантунская армия наступала силами двух пехотных и двух танковых полков против двух монгольских кавалерийских дивизий и подразделений РККА общей численностью около 5 тыс. человек.

Однако командование советских войск бросило в бой 11-ю танковую бригаду комбрига М.П. Яковлева и монгольский бронедивизион. Позже на помощь пришла также 7-я мотоброневая бригада. К ночи 3 июля в результате ожесточенных боев советские войска отошли к реке Халхин-Гол, но полностью завершить намеченное наступление японским войскам не удалось. На горе Баян-Цаган японские войска оказались в окружении и к утру 5 июля начали массовое отступление. На склонах горы погибло значительное количество японских военнослужащих, причем оценки численности погибших доходят до 10 тысяч человек. Японцы потеряли почти все танки и артиллерийские орудия. После этого японские войска отказались от попыток форсирования Халхин-Гола. Однако 8 июля Квантунская армия возобновила боевые действия и сосредоточила на восточном берегу Халхин-Гола большие силы, однако наступление японцев в очередной раз провалилось. В результате контратаки советских войск под командованием командира 11-й танковой бригады комбрига М.П. Яковлева, японские войска оказались отброшены на исходные позиции. Лишь 23 июля японские войска возобновили наступление на позиции советско-монгольских войск, но оно вновь закончилось неудачно для Квантунской армии. Следует вкратце коснуться соотношения сил. Советская 1-я армейская группировка под командованием комкора Георгия Жукова насчитывала 57 тысяч военнослужащих и имела на вооружении 542 артиллерийских орудия и миномета, 498 танков, 385 бронеавтомобилей и 515 самолетов. Японские войска в составе 6-й отдельной армии генерала Рюхэя Огису включали в себя две пехотные дивизии, пехотную бригаду, семь артиллерийских полков, два танковых полка, три баргутских кавалерийских полка, два инженерных полка, в совокупности — более 75 тысяч солдат и офицеров, 500 артиллерийских оружий, 182 танка, 700 самолетов. Однако советским войскам в конечном итоге удалось добиться значительного превосходства в танках — почти трехкратного. 20 августа 1939 г. советские войска неожиданно начали массированное наступление. Японские войска лишь 21 и 22 августа смогли приступить к оборонительным боям. Тем не менее, уже к 26 августа советско-монгольские войска полностью окружили 6-ю отдельную японскую армию. Части 14-й пехотной бригады Квантунской армии не смогли прорваться через монгольскую границу и были вынуждены отойти на территорию Маньчжоу-го, после чего командование Квантунской армии было вынуждено отказаться от идеи освобождения попавших в окружение частей и соединений японской армии. Боестолкновения продолжались до 29 и 30 августа, а к утру 31 августа территория Монголии была полностью освобождена от японских войск. Несколько японских атак в начале сентября также завершились поражением японцев и их оттеснением на исходные позиции. Продолжались лишь воздушные бои. 15 сентября было подписано перемирие, а 16 сентября боевые действия на границе завершились.

Между Халхин-Голом и капитуляцией

Именно благодаря победе в боевых действиях на Халхин-Голе, Японская империя отказалась от планов нападения на Советский Союз и сохранила эту позицию и после начала Великой Отечественной войны. Даже после того, как Германия и ее европейские союзники вступили в войну с СССР, Япония предпочла воздержаться, оценивая негативный опыт Халхин-Гола. Действительно, потери японских войск в боях на Халхин-Голе были впечатляющими — по официальным данным 17 тысяч человек убитыми, по советским — не менее 60 тысяч убитыми, по данным независимых источников — около 45 тысяч убитыми. Что касается советских и монгольских потерь, то убитых, умерших и без вести пропавших насчитывалось не более 10 тысяч человек. Кроме того, японская армия понесла серьезный урон в вооружении и технике. Фактически советско-монгольскими войсками была разгромлена наголову вся японская войсковая группировка, брошенная на Халхин-Гол. Генерал Уэда, командовавший Квантунской армией, после поражения на Халхин-Голе, в конце 1939 г. был отозван в Японию и уволен с занимаемой должности. Новым командующим Квантунской армии стал генерал Умэдзу Есидзиро, прежде командовавший 1-й японской армией на территории Китая. Умэдзу Есидзиро (1882-1949) был опытным японским генералом, получившим военное образование не только в Японии, но и в Германии и Дании, а затем прошедшим путь от офицера пехотных подразделений японской императорской армии до заместителя министра армии и главнокомандующего 1-й армией в Китае. Назначенный в сентябре 1939 г. командующим Квантунской армией, он сохранял этот пост на протяжении почти пяти лет — до июля 1944 г. Фактически все то время, пока Советский Союз воевал с Германией, а Япония вела кровопролитные бои в Юго-Восточной Азии и Океании, генерал оставался на посту командующего Квантунской армией. За это время происходило укрепление Квантунской армии, однако периодически наиболее боеспособные части соединения направлялись на действующий фронт — воевать с англо-американскими войсками в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Численность Квантунской армии в 1941-1943 гг. насчитывала не менее 700 тысяч человек, сведенных в 15-16 дивизий, дислоцированных в Корее и Маньчжурии.

Именно из-за угрозы нападения Квантунской армии на Советский Союз и Монголию, Сталин был вынужден держать на Дальнем Востоке колоссальные войска. Так, в 1941-1943 гг. численность советских войск, сконцентрированных для возможного отражения удара Квантунской армии, составляла не менее 703 тысяч военнослужащих, а в некоторое время доходила до 1 446 012 человек и включала от 32 до 49 дивизий. Советское командование боялось ослаблять военное присутствие на Дальнем Востоке из-за угрозы японского вторжения в любой момент. Однако в 1944 г., когда перелом в войне с Германией стал очевидным, уже не столько СССР опасался вторжения ослабленной войной с США и союзниками Японии, сколько Япония видела очевидность нападения со стороны Советского Союза в обозримом будущем. Поэтому японское командование также не могло ослаблять численность Квантунской армии, направляя ее свежие подразделения на помощь воюющим частям в Юго-Восточной Азии и Океании. В результате, к 9 августа 1945 г., когда Советский Союз объявил войну Японии, численность Квантунской армии составляла 1 млн. 320 тысяч солдат, офицеров и генералов. В состав Квантунской армии входили 1-й фронт — 3-я и 5-я армии, 3-й фронт — 30-я и 44-я армии, 17-й фронт — 34-я и 59-я армии, отдельная 4-я армия, 2-я и 5-я воздушные армии, Сунгарийская военная флотилия. Данные соединения, в свою очередь, включали 37 пехотных и 7 кавалерийских дивизий, 22 пехотных, 2 танковых и 2 кавалерийских бригады. На вооружении Квантунской армии находилось 1155 танков, 6260 артиллерийских оружий, 1900 самолетов и 25 боевых кораблей. Кроме того, в оперативном подчинении командования Квантунской армии находились подразделения Суйюаньской армейской группы, Национальная армия Мэнцзяна под командованием князя Дэ Вана и армия Маньчжоу-го.

Война окончилась поражением

18 июля 1944 г. командующим Квантунской армией был назначен генерал Отодзо Ямада. На момент назначения Ямада был уже немолодым 63-летним человеком. Он родился в 1881 г., а в ноябре 1902 г. начал службу в императорской армии, получив после окончания военной академии звание младшего лейтенанта. В 1925 г. он дослужился до звания полковника и получил под свое командование кавалерийский полк императорской армии. В августе 1930 г., получив погоны генерал-майора, Ямада возглавил кавалерийскую школу, а в 1937 г., уже будучи генерал-лейтенантом, получил под командование 12-ю дивизию, дислоцированную на территории Маньчжурии. Таким образом, еще до назначения в Квантунскую армию на пост командующего, Ямада имел опыт военной службы на территории Маньчжурии. Затем он возглавил Центральную экспедиционную армию в Китае, а в 1940-1944 гг., в звании генерала армии, находился на должности главного инспектора боевой подготовки императорской армии и члена Высшего военного совета Японской империи. Когда император назначал генерала Ямаду командующим Квантунской армией, то руководствовался именно соображениями наличия у генерала большого военного опыта и способности наладить оборону Маньчжурии и Кореи. Действительно, Ямада приступил к усилению Квантунской армии, сумев набрать 8 пехотных дивизий и 7 пехотных бригад. Однако подготовка новобранцев была крайне слабой, что объяснялось отсутствием у них опыта военной службы. Кроме того, сосредоточенные на территории Маньчжурии соединения Квантунской армии в большинстве своем были вооружены устаревшим оружием. В частности, в Квантунской армии отсутствовали реактивная артиллерия, противотанковые ружья и автоматическое оружие. Танки и артиллерийские орудия намного уступали советским, равным образом, как и самолеты. Вдобавок ко всему, уже непосредственно перед началом войны с Советским Союзом численность Квантунской армии была снижена до 700 тысяч военнослужащих — части армии были перенаправлены на защиту собственно Японских островов.

Утром 9 августа 1945 г. советские войска перешли в наступление и вторглись на территорию Маньчжурии. С моря обеспечение операции осуществлял Тихоокеанский флот, с воздуха — авиация, наносившая удары по позициям японских войск в Синьцзин, Цицикаре и других городах Маньчжурии. С территории Монголии и Даурии в Маньчжурию вторглись войска Забайкальского фронта, отрезавшие Квантунскую армию от японских войск в Северном Китае и занявшие Синьцзин. Соединения 1-го Дальневосточного фронта сумели прорвать линию обороны Квантунской армии и заняли Цзилинь и Харбин. 2-й Дальневосточный фронт при поддержке Амурской военной флотилии форсировал Амур и Уссури, после чего ворвался в Маньчжурию и занял Харбин. 14 августа началось наступление в районе Муданьцзяна. 16 августа Муданьцзян был взят. 19 августа началась повсеместная сдача японских солдат и офицеров в плен. В Мукдене был схвачен советскими военнослужащими император Маньчжоу-го Пу И. 20 августа советские войска вышли на Маньчжурскую равнину, в этот же день Квантунская армия получила приказ от вышестоящего командования о капитуляции. Однако поскольку связь в армии уже была нарушена, далеко не все подразделения Квантунской армии получили приказ о капитуляции — многие о нем не подозревали и продолжали сопротивляться советским войскам до 10 сентября. Общие потери Квантунской армии в боях с советско-монгольскими войсками составили не менее 84 тысяч человек. Свыше 600 тысяч японских военнослужащих попало в плен. В числе плененных оказался и последний главнокомандующий Квантунской армией генерал Ямада. Он был доставлен в Хабаровск и 30 декабря 1945 г. Военным трибуналом Приморского военного округа признан виновным в подготовке бактериологической войны и приговорен к 25 годам лишения свободы в исправительно-трудовом лагере. В июле 1950 г. Ямада был выдан Китаю по запросу правоохранительных органов КНР — о привлечении генерала Ямада и ряда других высших военнослужащих Квантунской армии по делу о военных преступлениях, совершавшихся на территории Китая. В Китае Ямаду поместили в лагерь в городе Фушунь и лишь в 1956 г. 75-летний бывший генерал императорской армии был досрочно освобожден. Он вернулся в Японию и умер в 1965 г. в возрасте 83 лет.



Предшественник Ямады на посту командующего Квантунской армией генерал Умэдзу Ёсидзиро был арестован американскими войсками и осужден Международным трибуналом по Дальнему Востоку. В 1949 г. приговоренный к пожизненному заключению Умэдзу Ёсидзиро умер в тюрьме от рака. Генерала Уэда Кэнкити, ушедшего в отставку еще после поражения Квантунской армии на Халхин-Голе, уголовное преследование после капитуляции Японии не коснулось и он благополучно дожил до 1962 года, умерев в возрасте 87 лет. Генерал Минами Дзиро, командовавший Квантунской армией в 1934-1936 гг., а в 1936 г. ставший генерал-губернатором Кореи, был также приговорен к пожизненному заключению за развязывание агрессивной войны против Китая и пробыл в тюрьме до 1954 г., когда был освобожден по состоянию здоровья и через год скончался. Генерал Сигэру Хондзё был арестован американцами, но покончил с собой. Таким образом, практически все командующие Квантунской армией, которым удалось дожить до дня капитуляции Японии, были арестованы и осуждены или советскими, или американскими оккупационными властями. Подобная участь ждала и менее высокопоставленных офицеров Квантунской армии, попавших в руки противника. Все они прошли через лагеря военнопленных, значительная часть так и не вернулась в Японию. Пожалуй, лучше всего судьба сложилась у императора Маньчжоу-го Пу И и князя Мэнцзяна Дэ Вана. И тот, и другой отбыли положенное наказание в Китае, а затем были обеспечены работой и благополучно дожили свой век в КНР, не занимаясь более политической деятельностью.
Автор:
Илья Полонский
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

22 комментария
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти