Раньше думай о Родине

В Сирийском конфликте Россия может быть только проигравшей стороной

По имеющимся данным, Россия намерена быстрыми темпами наращивать военное присутствие в Сирии. Очевидно, Москва в скором времени планирует выступить на стороне Башара Асадав вооруженном конфликте в этой стране. Именно в этих целях в Тартус и Латакию перебрасываются вооружение и военная техника ВС РФ, специалисты, бойцы и командиры. Попробуем оценить предпринимаемые Москвой меры с оперативно-стратегических и военно-технических позиций.


Сформулируем все это в виде кратких тезисов. Далеко не все оценки могут показаться приятными на вкус и цвет. Возможно, ряд из них покажется чрезмерно острым. Но если предельно смягчить формулировки, суть происходящего от этого изменится мало.

1. Внешняя политика России как отражение чаяний самых широких народных масс. Наверное, начиная с 1894 года внешняя политика России перестала быть каким бы то ни было выражением глубинных геополитических и национальных интересов русского народа. Император Александр III, похоже, стал последним русским правителем, заявившим: «Все Балканы не стоят жизни одного русского солдата». До известной степени и в отдельные периоды своего царствования этому правилу – соответствия внешней политики национальным интересам народа – следовал И. В. Сталин. Но после его смерти разрыв между интересами народа и проводимой внешней политикой достиг просто невероятной глубины. На жителях Костромской, Саратовской, Архангельской и многих других областей радение, к примеру, Никиты Хрущева за интересы мирового коммунистического и рабочего движения, пролетарский интернационализм и мир во всем мире практически не сказывалось, а если и сказывалось, то только в одну сторону – дальнейшего ухудшения уровня жизни. Внешняя политика СССР при позднем историческом материализме окончательно стала проявлением личных амбиций вождей, их лихости и крутости (и даже откровенной продажности – для периода 1985–1991 годов), движением против элементарного здравого смысла и течения. Наконец, проявлением заурядного авантюризма. В этом плане достаточно перечислить только ужимки, прыжки и словесные эскапады Никиты Хрущева. Одна индонезийская история чего стоит. А Карибский кризис? А борьба за освобождение Африки?

И до настоящего времени связь между внешней политикой страны и глубинными интересами народа в полном объеме еще не восстановлена. И современная сирийская история – весьма недвусмысленное тому подтверждение.

2. Предыдущий ближневосточный опыт СССР.
По большому счету его можно расценивать как сугубо отрицательный. Тут можно применять только такие выражения: афронт, неудача, провал, поражение, катастрофа. Самая характерная и яркая страница – в 1972 году президент АРЕ Анвар Садат в 24 часа приказал советским военным специалистам покинуть Египет. До сих пор никто не может ясно и понятно, причем медленно и по пунктам, изложить – что мы в те годы на Ближнем Востоке делали? Зачем? В каких целях? Каковы были наши возможные дивиденды от проводимой политики? Кроме сбивчивой и путаной скороговорки от псевдоэкспертов ближневосточной ориентации, содержащей фразы исключительно общего характера, ничего понятного, конкретного и ясного в ответ услышать и поныне нельзя.

3. Возможные союзники.
Пока не прослеживаются. Во всяком случае это будут не страны НАТО. Они с интересом (и временами даже с сочувствием) будут наблюдать за развитием ситуации со стороны. Рассматривать в качестве союзников государства – участники ОДКБ было бы по меньшей мере чересчур оптимистично. И дело даже отнюдь не в мизерных военных и экономических потенциалах этих стран. Слишком разнонаправлены государственные интересы внутри ОДКБ. И очень мало общего в ментальности. Этот блок годится, возможно, только для одного – показательных военных выступлений, по форме и духу напоминающих военно-спортивную игру «Зарница», и ни к чему не обязывающих разговоров общегеополитической направленности возле камина. Если переименовать ОДКБ в ППР – пришли, поговорили, разошлись, то это бы, возможно, более полно соответствовало сути псевдовоенного и ни на что практически не годного союза.

4. Предыдущий современный отечественный стратегический опыт. Пока отрицательный. К таковому следует, наверное, отнести с треском провалившийся проект «Новороссия». С большой долей вероятности можно предположить, что на волне после крымской эйфории некоторые шептуны негромко внушали первым лицам Российского государства: «Ваше высокопревосходительство, да Вы только слово скажите, и вся Левобережная Украина до Приднестровья включительно от этого злокозненного Киева отложится. А то и сам Киев смиренно падет к Вашим ногам». Не отложилась. И не пал. И с Новороссией как-то уж совсем не заладилось. И слово это уже не в ходу. И оценки военно-политической обстановки у официальных лиц со временем стали довольно существенно меняться. И уже поспешно провозглашенные народные республики – неотъемлемая и законная часть территории Украины.

Теперь те же самые шептуны формулируют прогнозы развития обстановки в Сирии и на Ближнем Востоке в целом. Их еще не посадили на кол за предыдущие оценки и предсказания, а они уже без устали строчат новые.

Этот тезис можно рассматривать и под следующим углом – а насколько успешны прогнозы околовластных стратегов и футурологов? Ответ пока тоже сугубо отрицательный. Если есть сомнения, то легко можно составить следующую таблицу – должность, фамилия, имя, что и когда предсказывал, результат. По времени подобный документ составляется на счет раз-два, а злорадного смеха и последующих поводов для уныния будет как минимум на год.

5. Стратегия неоконченных дел.
Москва еще толком не навела порядок на Северном Кавказе. Происходящее там можно при определенных подходах рассматривать даже как вооруженное перемирие с выплатой дани. Не закончив одно важное дело, Кремль суетливо стремится с головой окунуться в водоворот следующего.

6. Отечественные стратеги.
Стратегия несведущим людям кажется казарменной сказкой. Все стратегические решения представляются порой настолько очевидными, что принимать их, уверены во властных верхах, вполне способен человек с заочным социологическим образованием. Но на самом деле все это на два порядка сложнее, чем специальные главы высшей математики. В стратегии, как и в политике, курица часто высиживает утят – последствия оказываются вовсе не похожими на породившие их причины (Александр Свечин). И надо спрогнозировать не первое действие (это проще всего), а как будет выглядеть последний акт пьесы. А это дар от Бога.

В общем, смотри тезис номер четыре.

7. Имеющиеся силы и средства.
В 1968 году во время планирования операции «Дунай» (ввод войск стран Варшавского договора в Чехословакию) министр обороны СССР маршал Андрей Гречко заявил на Политбюро ЦК КПСС: «Если будет меньше 25 дивизий, я за дело не берусь». То есть фронтовик знал, что надо наваливаться большими силами и сразу, а не цедить их в год по чайной ложке. Так, к сожалению, произошло в Афганистане, когда СССР силами четырех дивизий пытался усмирить большую горную страну. Такую же ошибку совершили американцы во Вьетнаме, понемногу и постепенно наращивая боевой и численный состав своих вооруженных сил в Юго-Восточной Азии. Сначала 50 тысяч бойцов. Мало. Потом 100 тысяч. Опять мало. Потом 200. И вновь не хватает. Наконец, 500, а война уже вдрызг проиграна. Вариант «500 и сразу» американцами по недоразумению тогда не рассматривался.

Раньше думай о Родине


Сегодня в Сирии, по данным иностранных разведок, четыре Су-30СМ, 12 Су-25, четыре вертолета и артдивизион. Надо заметить, подобный наряд сил и средств – лучший повод для розжига конфликта. Это все равно как стоять рядом с ближневосточным костром и подливать в него кружкой бензин.

А теоретически для разгрома ИГИЛ и террористического интернационала собственно в Сирии (по самым минимальным оценкам, исходя из элементарного соотношения сил и средств) потребуется не менее десяти общевойсковых дивизий, ВВС, по боевому составу примерно соответствующие воздушной армии советского периода, не менее 15–20 артполков, соответствующие части остальных родов войск. Боевая деятельность подобного контингента потребует просто колоссального расхода материальных средств – боеприпасов, горючего, продовольствия.

Как известно, там, где заканчивается железная дорога, заканчивается и война. Железнодорожного сообщения между Россией и Сирией нет. По воздуху можно перебросить очень и очень немногое. Остается длинный морской путь (несколько дней туда и столько же обратно). Десантно-высадочные средства Черноморского флота представлены лишь одной бригадой, на ходу в которой всего несколько обветшавших от времени БДК проектов 775 и 1171, самому молодому из которых не менее четверти века. В подобном случае придется прибегнуть к мобилизации судов бывшего Минморфлота. Для погрузки войск и материальных средств на Черном море в настоящее время есть только один пригодный порт – донельзя перегруженный Новороссийск. Легко представить себе, насколько будет парализована вся остальная деятельность этого порта при погрузке всего лишь одной дивизии.

Вот пример из сферы материального обеспечения боевой деятельности войск. В свое время в Афганистане, пока не протянули трубопровод Термез – Хайратон – Кабул, не могли обеспечить требуемое боевое напряжение ВВС 40-й армии. Причем только по одной причине – из-за нехватки авиационного керосина.

8. Кто будет воевать со стороны России.
Посылать в Сирию призывную молодежь вряд ли станет возможным. Это вызовет массовые протесты среди самых широких слоев российского населения (см. пункт 1). Значит, придется комплектовать сирийский контингент военнослужащими-контрактниками. Таковых, по самым минимальным оценкам, потребуется не меньше 100 тысяч человек. Иными словами, придется отправлять в далекую и жаркую страну почти всю контрактную Российскую армию. При этом во весь рост встанут вопросы достойной оплаты ратного труда этого контингента в свободно конвертируемой валюте. Иначе не миновать массовых отказов от выполнения интернационального долга. Очень сложны будут вопросы восполнения возможных потерь. И, наконец, военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, будет больше думать о том, как ему вернуться с деньгами домой, нежели проявлять отвагу и воинский героизм при исполнении интернационального долга. То есть проблемы мотивированности при выполнении боевых и оперативных задач будут более чем осязаемы.

9. Тактический нюанс.
Основная единица при ведении боевых действий с иррегулярными формированиями полупартизанского типа – мотострелковый батальон, усиленный ротой танков, батареей (дивизионом) самоходной артиллерии, батареей РСЗО, минометами, огнеметами, авианаводчиками для взаимодействия с ВВС. То есть командир батальона должен быть подготовлен для эффективного управления этим сложным хозяйством. Интересно, и много у нас сегодня таких комбатов?

10. Территория.
Есть весьма легковесное мнение, что Сирия – это не Афганистан, там пустынная и полупустынная местность. И разогнать мятежников и террористов ИГИЛ на подобной территории будет очень легко. А на самом деле местность там такая же, как примерно в Алжире, где Франция в течение почти десяти лет не на жизнь, а на смерть вела борьбу с партизанским движением. Причем по жестокости действий французские войска мало чем отличались от печально знаменитых зондеркоманд. В конечном счете Париж бесславно ушел из Алжира, забрав с собой почти два миллиона белых граждан.

11. Американская выгода. Вполне возможно, что в Белом доме царит просто необузданный оптимизм по поводу предстоящего вооруженного вмешательства России в гражданскую войну в Сирии. «Что до этого в отношении Кремля ни пробовали, ничего не срабатывало, а сегодня лучшего способа сломать шею Москве и не придумаешь», – радостно потирают руки политики и стратеги в Вашингтоне. «Падающего толкни!» – злорадно приговаривают на Потомаке. Этим и объясняется такая уступчивая с последнего времени позиция Вашингтона по сирийскому вопросу. Там уже никак не могут дождаться начала боевых действий.

Похоже, афганский капкан со звоном захлопнется еще раз. Все пока складывается примерно один к одному (факты в таблице).

Но есть и существенное отличие. Бабрак Кармаль хотя бы контролировал положение в Кабуле. И столица Афганистана не напоминала Сталинград в октябре 1942 года. Башар Асад сегодня не контролирует в полном объеме даже свою столицу – Дамаск. Кроме того, ИГИЛ в Афганистане в декабре 1979-го как государства (пусть и квазигосударства) не было. А на Ближнем Востоке оно есть. В рядах вооруженных формирований ИГИЛ почти 200 тысяч вооруженных и хорошо организованных фанатиков.

12. Кто будет оплачивать банкет? Несомненно, что Башар Асад в полном объеме не сможет оплатить в свободно конвертируемой валюте предполагаемое участие Вооруженных Сил России в гражданской войне в Сирии. И это вооруженное противоборство непомерным бременем ляжет на стремительно истощающийся и покрывающийся разного рода пробоинами бюджет России. А денег борьба с ИГИЛ потребует просто немерено.

13. Предполагаемая российская выгода.
Вполне возможно, что борьбой с ИГИЛ Москва рассчитывает вернуть себе политические и экономические позиции, утраченные после присоединения Крыма и войны в Донбассе.

Но вот это сильно вряд ли, позвольте заметить. Кроме словесного подбадривания (и это в самом лучшем случае), от Запада и США Россия не получит ничего. И то – во вторник будут подбадривать, а в среду – уже осуждать и учреждать международные трибуналы по расследованию злодеяний российских войск в Сирии. А когда дело обернется полной и окончательной прорухой, так еще и откровенно смеяться.

Бессмысленная трата материальных ресурсов и человеческого капитала – вот таков будет итог участия нашей страны в намечающейся ближневосточной авантюре.

А санкции отменят в лучшем случае лет этак через 30–40. Если еще и отменят.

14. Выводы. Что делать.


России абсолютно незачем ввязываться в очередную ближневосточную авантюру. И Башар Асад вовсе нам не брат и не союзник. Как сказано в одном из культовых отечественных фильмов: «Не брат ты мне…» Ну сами знаете, что там дальше.

Глубинные национальные интересы страны и втягивание в очередную войну с непоправимо гибельными для государства последствиями не имеют ни одной, даже малейшей точки соприкосновения.

Важнейшие проблемы нашей страны – внутренние. И на данном этапе все международная деятельность должна быть сведена к крайне необходимому минимуму. Не будет большим преувеличением сказать, что в ходе обсуждения очень далеких от подлинных интересов государства вопросов самолеты отечественного МИДа керосина сожгут больше, чем требует отопительный сезон для многих и многих регионов страны.

В намечающейся сирийской авантюре жирную точку надо поставить как можно быстрее.
Автор:
Михаил Ходаренок
Первоисточник:
http://vpk-news.ru/articles/27277
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

130 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти