Выигранная битва проигранной войны – Лепанто 1571 г.

Выигранная битва проигранной войны – Лепанто 1571 г.

Битва при Лепанто. Неизвестный художник конца XVI века


6 сентября 1566 года, когда под бой своих знаменитых барабанов турецкие янычары шли на штурм небольшого городка Сигет (позже известного как Шигетвар), на дороге между Белградом и Веной в своем шатре на 73-м году жизни скончался Сулейман Великолепный. Закончилась яркая эпоха правления одного из самых известных владык Оттоманской империи. Проведя 13 военных компаний, лично участвуя в каждой, старый воитель умер от болезней и старости. Янычары взяли Сигет, пребывая в неведении, что их предводителя уже нет в живых. Лично преданный почившему султану, Великий визирь Соколлу Мехмед-паша несколько дней скрывал от армии известие, что Сулеймана больше нет, отправив в Стамбул гонцов. Вовремя переданное известие позволило Селиму, сыну султана от любимой жены Хюррем, утвердиться на троне и взять полноту власти в стране. Именно цепочка решений, принятых новым правителем, известным в истории как Селим II Пьяница, и его окружением, привела к крупнейшему морскому сражению эпохи позднего средневековья – битве при Лепанто.

Было бы золото в кошеле, а тучи нам не страшны

К концу XVI века Османская империя находилась на пике своего могущества и фактически не имела врагов в бассейне восточного Средиземноморья. Она обладала всеми надлежащими инструментами для удовлетворения своих внешнеполитических амбиций: огромной, хорошо подготовленной армией и многочисленным военно-морским флотом. Противостоящие ей христианские государства не только не смогли сформировать даже жалкого подобия какой-нибудь коалиции, но и вовсю занимались выяснением отношений между собой. Священная Римская империя была фактически огромным скопищем мелких германских государств. Могучая Испания воевала с Францией за контроль над Италией, результатом стала битва при Павии (1525 г.), разгром французов и пленение короля Франциска I. После этого проигравшие занялись нараставшими внутренними проблемами. Испанская монархия, поглощенная освоением недавно открытого Нового Света, все меньше обращала внимание на средиземноморские проблемы. Благополучное пересечение Атлантики кораблями, груженными золотом и серебром, являлось все более важным фактором благополучия Мадрида. Еще один крупный политический игрок того времени – Венецианская республика – стремилась изо всех сил не ссориться с турками, закрывала глаза на нередкие захваты берберийскими пиратами, вассальными Стамбулу, своих кораблей и на другие подобные пакости. Все благосостояние венецианцев базировалось на морских коммуникациях и возможности получать товары с Востока.

В 1565 году турки предпринимают военную экспедицию против острова Мальты, но терпят болезненную неудачу. Сам факт появления османского флота в центре Средиземного моря и нарастающие бесчинства алжирских и тунисских пиратов начал вызывать опасения «у прагматичных людей, следящих за политикой». В 1566 году новым Папой Римским становится Пий V, слывший человеком благочестивым, который при этом считал восстановление контроля христиан над Средиземноморьем важнейшей задачей и приложил немало усилий для создания коалиции, получившей название Священная лига.

Энтузиазм нового понтифика первоначально не находил поддержки. Австрийский эрцгерцог Максимилиан II придерживался подписанного с османами мира, юг Испании был охвачен восстанием морисков (так называли арабов, оставшихся на территории Пиренейского полуострова и по тем или иным причинам принявших христианство). Венецианская республика и вовсе не желала каких-либо помутнений на горизонте – основа ее существования базировалась на лозунге: спокойствие торговли превыше всего. Но, как точно подметил Редьярд Киплинг, среди металлов есть один, который «властвует над всем», даже над золотом, – хладное железо, которое вскоре опять скажет свое веское слово.

Не пора ли немного размяться? или Остров в огне
Укрепившийся на троне Селим унаследовал от отца только полководческие амбиции, но не талант военного вождя. Он стремился к отцовской славе, не обладая сколько-нибудь заметными для ее достижения талантами. Бурный темперамент жаждал деятельности, и новый султан начинает проводить консультации с приближенными на тему «Где бы нам повоевать?». Великий визирь Соколлу Мехмед-паша, которому Селим делегировал такую хлопотную вещь, как управление государством, настаивал на ударе по Испании, занятой подавлением восстания морисков. Внезапная переброска на Пиренеи (с упором на североафриканское побережье, контролируемое берберами) крупной армии, которую охотно пополнят повстанцы, создало бы, по его мнению, смертельную опасность для монархии Габсбургов. Но на такую масштабную экспедицию Селим не решился, а сориентировал визиря на что-то поближе. Поближе были богатые венецианские колонии, а именно остров Кипр, находящийся уже в глубине турецких владений. Однако в отношениях с венецианцами была такая неудобная вещь, как мирный договор. Нужен был повод. На что только не пойдет властитель, которому так хочется повоевать! В качестве casus belli был выдвинут жесткий аргумент: поскольку островом дважды уже владели правоверные арабы, то его просто надо освободить от вражеской оккупации. Муфтий Ибн Саид с подачи Селима подготовил для этой цели «идеологическую платформу» в виде соответствующего фирмана.

Командующий флотом и всей экспедицией Пиали-паша гарантировал успех предприятия. И не без основания. В 1569 году большой пожар нанес огромный ущерб венецианскому Арсеналу, а сам Кипр находился на расстоянии 2 тыс. км от метрополии. В феврале 1570 года султан Селим объявляет священную войну против неверных. 1 июля 1570 года 56-тысячная турецкая армия высаживается на Кипре.

Губернатор Кипра Никколо Дандоло мог противопоставить таким полчищам не более 10 тыс. человек и считал сражение на открытой местности невозможным. Венецианцы укрылись в хорошо укрепленной столице Никосии и в небольшом городе Фамагусте. В метрополию были оправлены быстроходные суда с просьбой о помощи. Известие о турецком десанте на Кипр застает торговую республику в врасплох. 3 сентября 1570 года Никосия пала. Не помогли новые укрепления и бастионы, на которые были потрачены огромные средства. Потерпев неудачу в двух штурмах и в рытье подкопов, турки предприняли атаку по всему периметру стен, не давая противнику маневрировать резервами. Гарнизон почти полностью погиб, жители были частично уничтожены, частично проданы в рабство. Фамагуста с ее старыми стенами на удивление держалась. Каменистая почва препятствовала масштабным осадным работам, и поначалу турки ограничились блокированием крепости. Командир гарнизона Марко Антонио Брагадино умело вел оборону, сумев даже организовать прорыв нескольких галер из гавани с просьбой о помощи.

Папа говорит убедительно
Конечно, в одиночку Венеция, несмотря на свои финансовые возможности и мощный флот, не могла противостоять всей мощи Османской империи – слишком большой была разница в весовой категории. Деятельный 85-й венецианский дож Альвизе I Мочениго начинает крупные внешнеполитические мероприятия в поисках союзников. В столицы европейских государств отправляются послы и эмиссары осуществить зондирование на предмет «помогите, чем можете». Поначалу миссия венецианских дипломатов больше походила на мытарства гауфовского Маленького Мука – их внимательно выслушивали, сочувственно кивали, пускали искренние слезы, но при этом сетовали на тяжелые времена и советовали обратиться к кому-нибудь еще. Ведь хорошо было известно совсем еще недавнее пренебрежительное, даже негативное, отношение самой Венеции к возможным антитурецким «санкциям» из-за угрозы потерять прибыль с торговли. Теперь обстоятельства взяли «торговую корпорацию» с Адриатики за горло.

Ситуация изменилась, когда все организационные вопросы взял на себя энергичный Пий V, который, дабы придать сколачиванию антитурецкой коалиции большей динамики, занялся рассылкой писем наставительного содержания: «Не будет ли любезен…» Особенно понтифик преуспел в красноречии по адресу Филиппа II, короля Испании. Он взывал к религиозным чувствам монарха, призывал вспомнить славные деяния королей периода Реконкисты. Да и вообще, давал понять в витиеватых выражениях, что в то время как корабли мусульманских варваров бороздят просторы Средиземного моря, негоже хранителю веры, опоре Святого престола беззаботно считать павлинов в саду Эскориала. С Римом ссориться было чревато, и Филипп II отправляет 50 галер под командованием сицилийского кондотьера Андреа Дориа в помощь венецианцам. Пий V также снаряжает небольшую эскадру. 1 сентября 1570 года эти силы присоединяются к венецианскому флоту из 120 галер, стоявшему в Кандии (о. Крит) под командованием Джироламо Заны. На военном совете было принято решение идти к Кипру и деблокировать его, при необходимости вступив бой с неприятелем. В середине сентября объединенный флот (180 галер) достигает Малой Азии в районе Анатолии, где получает два неприятных известия: Никосия пала, а Пиали-паша с двумястами галерами базируется на Родосе, угрожая коммуникациям союзников. В конце концов, решено было вернуться в Кандию. Лишь крепость Фамагуста продолжала упорно держаться.

Гуртом и батьку легче бить, или Создание Священной лиги
Неудачный исход компании 1570 года в Венеции восприняли крайне болезненно. Джироламо Зану сместили с должности командующего, и его место занял более решительный Себастьяно Веньер. Стамбул также посчитал действия Пиали-паши нерешительными («отсиделся на Родосе»), и он был заменен на фаворита жены султана, Али-пашу. Кампания 1571 года должна была стать интенсивной.

Тем временем неугомонный Пий стремился вдохнуть в свое предприятие эпический дух крестовых походов, подогревал энтузиазм мощными проповедями и, как говорят сейчас, «жесткими заявлениями». Зима 1570-71 годов была продуктивно потрачена папскими и венецианскими дипломатами на создание единой антитурецкой коалиции, участники которой должны были взять на себя конкретные обязанности, а не просто быть странами-наблюдателями с расплывчатым статусом. Правители Австрии и Франции, сославшись на весьма сложную внутриполитическую обстановку и кризис, от участия уклонились. Зато в отношении Филиппа II увещевания Папы имели успех. Скрепя сердце и морщась от все более многочисленных рапортов о нападении на испанские конвои в Атлантике подлых английских еретиков, король дал согласие на участие в кампании практически всего своего средиземноморского флота.

Выигранная битва проигранной войны – Лепанто 1571 г.
Дон Хуан Австрийский


25 мая 1571 года в соборе Святого Петра представители Филиппа II, Пия V и венецианского дожа подписали документ о создании Священной лиги – военно-политического союза, направленного против Османской империи. Подписавшие обязались выставить воинские контингенты общей численностью в 200 галер и 50 тыс. солдат. Командование вооруженными силами Священной лиги принял на себя сводный брат короля дон Хуан Австрийский. Было принято решение, что первые активные действия будут предприняты уже летом 1571 года.

Финал на Кипре. «И море вскипело от тысячи весел». Флот выходит в море
Примерно с середины июня в порт Мессину (Сицилия) начинают пребывать союзные эскадры. В составе испанского контингента были и галеры находящейся в зависимости от Испании Генуи. В сентябре 1571 года до союзников дошли вести о трагическом окончании осады так и не дождавшейся помощи крепости Фамагусты. С весны за этот последний оплот венецианцев на острове турки взялись всерьез. Подтянув артиллерию, они предприняли массированную бомбардировку крепости, затем последовали два окончившихся неудачей штурма. Защитники держались храбро, однако к концу лета запасы продовольствия подошли к концу, к августу комендант гарнизона Марко Антонио Брагадино имел не более 500 боеспособных солдат. Командующий турецкой армией Мустафа-паша предложил почетные условия капитуляции. Но во время подписания соглашения турки внезапно начали резню, убив множество христиан. Сам Брагадино был предан мучительной смерти: с него живьем содрали кожу.

Известие о резне в Фамагусте привело в ярость не только венецианцев, но и весь союзный флот. Теперь появился стимул более существенный, нежели папские прокламации, выйти в море и отомстить. Дону Хуану Австрийскому стало известно о появлении вражеских кораблей в южном секторе Адриатического моря. Делом чести теперь было выйти в море и дать сражение.

16 сентября флот Священной лиги покинул Мессину. 27 сентября он достиг Корфу, губернатор которого сообщил о том, что с острова был замечен турецкий флот, который направлялся на юг, в сторону порта Лепанто (Коринфский пролив). Видя, что сражение неизбежно, дон Хуан проводит перераспределение личного состава с подошедших транспортов. Он усиливает экипажи венецианских галер испанскими и генуэзскими солдатами. Это приводит к трению между союзниками – несколько человек повешены за драки. Под угрозой срыва вся экспедиция. Но благодаря дипломатическим талантам Марко Антонио Колонны, командира папской эскадры, удается удержать ситуацию под контролем. Храброго, но чересчур вспыльчивого Себастьяно Веньера на должности командира венецианской эскадры заменяет более сдержанный 70-летний Агостино Барбариго. Вскоре быстроходные галеры разведки доложили, что в Коринфском заливе замечен флот противника.

Турки тем временем находились в Лепанто, где корабли Али-паши приняли на борт для доукомплектации 12 тыс. человек, в основном спешенных сипахов – отборной тяжелой кавалерии. Флагман Али-паши галера «Султана» взял на борт 200 янычар. До турецкого командующего дошли сведения о приближающемся противнике, и 4 октября он собирает военный совет. Проблема заключалась в том, что Селиму II, мнящему себя грандиозным стратегом и блестящим тактиком, из Стамбула было несоизмеримо виднее, как надо правильно вести войну. Поэтому он отправил Али-паше предписание «искать встречи и дать бой неприятелю». История показывает: когда некомпетентные и откровенно бездарные правители записывают себя в клуб имени Цезаря и Бонапарта, это всегда приводит к катастрофе. Чем больше страна – тем больше катастрофа.

Выигранная битва проигранной войны – Лепанто 1571 г.
Улудж Али, пират и адмирал


Мнения флагманов турецкого флота разделились. Младший командир, осторожный Мехемед Сулик-паша (по прозвищу Сирокко) справедливо указывал на то, что скоро начнутся осенние шторма и союзники отойдут к базам, поэтому надо выждать. Второй флагман, поднаторевший в маневренных операциях командир берберской эскадры, Улудж Али-паша, наоборот, ратовал за сражение, ибо хватит таскаться за женщинами Лепанто. В конце концов, помахав перед присутствующими султанской инструкцией, Али-паша сообщил, что решил дать сражение. Жребий был брошен.

Багровые волны. Сражение

Выигранная битва проигранной войны – Лепанто 1571 г.

Схема битвы (Морской атлас, том III, часть 1)


Утром 7 октября 1571 года примерно в 7 утра противники визуально обнаружили друг друга. В тот день союзный флот располагал 206 галерами и 6 галеасами. Последние представляли собой своеобразный гибрид парусного и гребного корабля, были хорошо вооружены и имели большие команды. Личный состав флота Священной лиги состоял из более 40 тыс. матросов и членов экипажей и 28 тыс. солдат абордажных команд. Противостоящий турецкий флот имел 208 галер, 56 галиотов и 64 фусты. Последние два типа – это небольшие суда, которые использовались для переброски личного состава с корабля на корабль. На кораблях было примерно 50 тыс. гребцов и 27 тыс. войск (из них 10 тыс. янычар и 2 тыс. сипахов). Большинство гребцов на турецких галерах являлись рабами, и во время сражения приходилось выделять солдат для удержания их в повиновении. Корабли Али-паши имели в среднем меньше пушек, чем их европейские противники, среди османских боевых команд было больше лучников, а среди европейцев – аркебузиров. В целом, флот союзников имел превосходство в огневой мощи.

Примерно два часа противники потратили на выстраивание своих боевых порядков. По аналогии с наземными битвами четко были выделены правое и левое крыло, центр и резерв. Диспозиция к началу дела была следующей. У союзников левое крыло, упирающееся к побережью, вел Агостино Барбариго (53 галеры, 2 галеаса). Центр возглавлял непосредственно Хуан Австрийский на флагманской галере «Реал» (62 галеры, 2 галеаса). Левым крылом (53 галеры, 2 галеаса) командовал Андеа Дориа. Арьергард, он же резерв, включал 38 галер под флагом дона Альваро де Базана. Туда же относилась разведка из 8 быстроходных галер (Джованни ди Кардонна).

Турецкий флот делился аналогично. Правый фланг состоял из 60 галер, 2 галиотов под руководством Мехмеда Сулик-паши. Али-паша располагал 87 галерами – это были главные силы. И, наконец, левый фланг включал в себя удалых молодцов Улуджа Али на 67 галерах и 32 галиотах. В арьергарде находился Драгут Рейс с 8 небольшими быстроходными галерами и 22 галиотами.

К 9 утра построение было в целом окончено. Флоты разделяло примерно 6 километров. Из-за спешки, вызванной желанием галер союзников быстрее занять места в строю, тяжелые галеасы отстали и не успели выдвинуться на свои позиции впереди боевых порядков. Противоборствующие флоты выстроились строем фронта друг против друга. Вскоре выяснилось, что турецкие силы нависают над обоими флангами Священной лиги.

По приказу своих командующих обе изготовившееся к бою армады начали сближение. По свидетельствам участников, это было величественное зрелище. Сотни кораблей, выстроенные рядами, шли навстречу сражению – над водой раздавался мерный скрип галерных весел, лязг оружия, крики команд и рокот барабанов, отсчитывающих ритм для гребцов. Хуан Австрийский на флагманском «Реале» приказал выстрелить из пушки, чтобы обозначить себя, – он намеренно искал встречи с командующим противника. В ответ с «Султаны» прогремел ответный выстрел. На этом «джентльменская стадия» сражения началась и закончилась. Али-паша, отлично стреляющий из лука, занял место среди боевого экипажа своего флагмана. Примерно в 10 часов утра флоты находились в зоне поражения артиллерийским огнем. В 10 часов 20 минут один из тяжелых галеасов, шедших впереди главных сил, открыл огонь. Третий залп уже дал накрытие – одна из больших галер турок получила пробоину и начала тонуть. В половине 11 северное крыло христианского флота уже втянулось в сражение. Два галеаса, шедшие впереди галер Барбариго, подобно тяжелым всадникам, начали ввинчиваться в турецкие порядки, ведя постоянный огонь по пытающимся их обогнуть османским галерам. Строй Мехмеда Сулик-паши смешался. Считая, что фронтальная атака будет недостаточно эффективной, он начинает с ходу производить обходной маневр частью своих сил, пытаясь обойти противника вдоль берега. Началась отчаянная свалка, ее центром стала флагманская лантерна (тяжелая галера) Барбариго, которую атаковали пять галер турок. Храбрый старик руководил боем, сидя у грот-мачты, пока не поднял забрало шлема, чтобы отдать очередной приказ. В этом момент стрела попала ему в глаз. Тяжело раненного Барбариго отнесли в трюм. Увидев ранение своего командира, команда заколебалась, однако в этот момент подошли галеры из резерва, и натиск турок удалось отбить. Фланговый маневр Мехмеда Сулик-паши вначале был довольно успешным и создал угрозу охвата фланга христиан, однако один из младших командиров Барбариго, взявший на себя командование, Марко Квирини принял смелое решение обойти совершавшего обход врага и ударить в тыл. Этот маневр на окружение окружающих привел к успеху – турецкие галеры были прижаты к отмелям болотистого берега и находились под плотным огнем сил Священной лиги. Экипажи начали массово бросать свои корабли и пытались вплавь добраться до берега. На многих галерах взбунтовались рабы-христиане, что ускорило конец турецкого правого фланга. К часу дня он был практически уничтожен – сотни турок попали в плен, в том числе и сильно обожженный Сирокко Мехмед Сулик-паша.

В центре после «джентльменских выстрелов» главные силы в 11 часов начали обмениваться залпами, сокращая дистанцию. И тут венецианские галеасы изрядно подпортили туркам стройность рядов. Али-паша был вынужден даже приказать сбавить ход, чтобы выровнять свои порядки. Флагманские «Реал» и «Султана» все ближе подходили друг к другу. Вокруг обоих командующих находились наиболее крупные галеры с большими экипажами, поскольку было понятно, что тут будет эпицентр сражения. В 11.40 флагманы сошлись в абордажной схватке: христиане вели плотный огонь из аркебуз – турки ответили ливнем стрел. Отборные янычары бросились в атаку на палубу «Реала», но их встретила также отборная испанская пехота. И вновь толедская сталь возобновила свой спор с дамасским булатом. Туркам удалось взять полубак, но дальше они не продвинулись. К сцепившимся флагманам с обеих сторон подходили все новые галеры, стремясь оказать поддержку. Вскоре это был уже клубок из почти 30 кораблей, на палубах которых происходили отчаянные сражения. Малотоннажные турецкие галиоты и маневренные фусты пытались перебросить подкрепления из резерва на сражающие около «Султаны» галеры. Аналогичные действия производили и христиане. Дон Альваро де Базан бросил в бой прибереженные на крайний случай резервы. Получившие подкрепление испанцы к полудню очистили палубу «Реала» от турок, и сражение переместилось уже на «Султану». В разгар беспощадного боя галера «Капитана» Марко Антонио Колонны смогла прорваться к турецкому флагману и врезаться в его корму. Экипаж флагмана турок дрался отчаянно, сам Али-паша стрелял из лука, как простой воин. Но к часу дня «Султана» была захвачена – Али-паша погиб в бою. По одной из версий, ему отрубили голову и насадили на пику. Захват флагмана удручающе подействовал на турецкие главные силы, сопротивление османов начинает ослабевать. Строй развалился – началось беспорядочное отступление. К половине второго центр турецкого флота был полностью разгромлен.

Интересные действия происходили на юге, где встретились отчаянные морские рубаки, профессионалы своего дела, Андреа Дориа и Улудж Али. Берберийский адмирал был человеком с биографией. По происхождению итальянец, Джованни Дирниджи Галени 17-летним юношей был захвачен пиратами, принял ислам и сделал блестящую карьеру, дослужившись до наместника Алжира. Итальянец не уступал в опыте своему визави. С началом сражения Улудж Али стремился обойти левый фланг христиан, чтобы ударить им с тыла – большинство турецких галер тут составляли небольшие быстроходные корабли берберийских пиратов. Дориа, чтобы не быть обойденным, вынужден был повторить маневр своего противника. Оба крыла оторвались от своих главных сил. В 12 часов, понимая, что обойти итальянца не удастся, Улудж Али приказывает своим силам повернуть на северо-запад, чтобы войти в образовавшийся разрыв между центром и правым крылом христианского флота. Андреа Дориа немедленно отряжает из своих сил 16 наиболее быстроходных галер под командованием Джованни ди Кардонны, чтобы воспрепятствовать этому маневру. Видя разделение сил своего противника, Улудж Али обрушивается всеми своими кораблями на Кардонну. Берберы стали брать вверх. Улудж Али взял на абордаж отчаянно сопротивлявшуюся галеру мальтийских рыцарей и в конце концов захватил ее. От полного уничтожения ди Кардонну спас подход основных сил Андреа Дориа и огромный галеас Андреа де Чезаро, поддержавший своих огнем. Улудж Али оставил основную часть своих сил сражаться с Дориа, а сам с 30 галерами пошел на помощь Али-паше. Но было уже поздно. Флагман погиб, турецкий центр был разбит. Отряд Кардонны ценой огромных потерь выполнил свою задачу – отвлек на себя берберов. Частный успех Улуджа Али уже ничего не решал. Он приказал своим кораблям отступать. В качестве утешительного приза корсар взял на буксир захваченную им мальтийскую галеру, которую, впрочем, пришлось вскоре бросить. Чтобы «потроллить» своих противников, Улудж Али привязал мальтийский флаг к мачте своего флагмана. Однако сражение было безнадежно проиграно. Примерно 30 быстроходным галерам удалось уйти вместе с берберским адмиралом, который покинул поле боя примерно в 14 часов. Сражение продолжалось еще примерно час, но это было скорее добивание уже поверженного противника. В горячке боя дон Хуан хотел преследовать Улуджа Али, однако его флагманы доложили о больших повреждениях кораблей и потерях. Христиане были утомлены боем, длившимся почти 4 часа.

Выигранная битва проигранной войны – Лепанто 1571 г.

Бегство Улуджа Али (рисунок из книги A. Konstam “Lepanto 1571. The greatest naval battle of the Renaissance”)


Турецкий флот был полностью разгромлен. Трофеями Священной лиги стали 170 кораблей. Потери турок в личном составе равнялись почти 30 тысячам человек. Пленных брали неохотно – их было не более 3000. Было освобождено 15 тыс. рабов-христиан. Священная лига потеряла 10 галер, 10 тыс. убитыми, 21 тыс. человек были ранены. С места боя флот союзников смог уйти только при помощи освобожденных гребцов. Тяжело раненный, Сирокко Мехмед Сулик-паша попросил застрелить его, чтобы избавить от мучений, и победители великодушно исполнили его просьбу. Его противник, тоже тяжело раненный, Барбариго, узнав о победе, умер отмучавшись. 9 октября дон Хуан приказал двигаться на север. 23 октября наполненные стонущими ранеными корабли христианского флота прибыли на Корфу, где победители разделились: венецианцы пошли на север, а остальные силы – в Мессину.

Сколько умерло раненых по пути при тогдашнем уровне медицины – никто не подсчитывал.

Коалиция у разбитого корыта

Выигранная битва проигранной войны – Лепанто 1571 г.
Штандарт дона Хуана Австрийского

Блестящая победа у Лепанто ни к чему не привела. Уничтожение флота стало для Османской империи болезненным, но не смертельным ударом. Вернувшийся в Стамбул Улудж Али рассказал Селиму II свою версию разыгравшихся событий, после чего был обласкан, назначен героем и получил пост командующего флотом, который в ближайшее время был с успехом отстроен. В мае 1572 года умер главный идеолог Священной лиги Пий V, и ее участники утратили вдохновение и интерес к этому политическому предприятию. Хуан Австрийский сконцентрировал свои усилия на операциях против Туниса, который ему удалось отбить в том же 1573 году, однако в следующем, 1574, Улудж Али не менее успешно его вернет. Испанию больше интересовали проблемы в Нидерландах и действия английских пиратов, нежели возня в восточном Средиземноморье. Оставшись фактически один на один с Османской империей, Венеция была вынуждена подписать предложенный турками мир. Она отказывалась от прав на Кипр и должна была выплатить султану по 300 тысяч дукатов в течение трех лет. Подписание мира вызвало бурю возмущения в Испании, которая все больше увязала в противоборстве с Англией. В Мадриде считали, что Венеция предательски сдала все результаты победы у Лепанто, при этом сами испанцы воевать с турками уже не хотели. Селим II по прозвищу «Пьяница» ненадолго пережил своего врага ,Пия V- 15 декабря он скончался в гареме дворца Топкапы. Отцовской славы от так и не снискал.

Почти 500 лет прошло со времен крупнейшего сражения эпохи Возрождения у Лепанто. Галера как класс корабля будет активно применяться еще два с половиной века. Еще не прозвучал гром Гангута и Гренгама, Первого и Второго Роченсальмских сражений.

Археологические изыскания на месте сражения при Лепанто не проводятся из-за ограничений, наложенных греческим правительством. Никто не нарушает покой тысяч мусульманских и христианских воинов, нашедших свой последний приют на дне моря. Время и волны примирили мертвых, но не живых.
Автор: Денис Бриг


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 8
  1. parusnik 12 октября 2015 07:59
    Одно из крупнейших сражений вёсельного флота..Лебединая песня..так сказать..
  2. Олежек 12 октября 2015 09:00
    Автору спасибо. Событие значимое. Рассказано очень хорошо + СХЕМА ! Цветная. yes
  3. Робертъ Невский 12 октября 2015 10:20
    Замечательная статья - историческая, военная, познавательная!
  4. tanit 12 октября 2015 10:50
    "Турки-османы разработали собственную систему комплектации. В целом они предпочитали вольнонаемных гребцов рабам, поэтому большая часть турецких галер приводилась в движение наемными гребцами из Греции, Далмации, Анатолии и островов Эгейского моря, которые шли на службу в обмен на налоговые льготы. Хотя они не были профессиональными военными, при необходимости они могли участвовать в боях на стороне османской армии. Кроме того, для службы на галерах в качестве гребцов турки привлекали азабов солдат нерегулярных пехотных частей. Служили на турецких галерах и гребцы-христиане (maryols), получавшие за службу жалованье. В результате гребные экипажи турецких галер состояли из людей самого разного происхождения. На практике турки старались не смешивать разные контингенты в одном экипаже. Боевую силу на борту турецких галер составляли отряды профессиональных солдат, в первую очередь янычар, которые были лучшими солдатами своего времени, превосходящими элиту европейских армий: госпитальеров и испанскую пехоту." С.В. Иванов "Галеры: эпоха ренесанса 1470-1590"
    Есть и такое мнение.
    Кстати, у венецианцев тоже были рабы на галерах в той битве. Правда, всего на 12-ти.
    1. Комментарий был удален.
    2. vrach 12 октября 2015 18:03
      Замечательная статья, замечательный комментарий. Только вот вопрос как ваши замечательные пояснения отменят 15 тыс. рабов христиан на галерах освобожденных в ходе этого сражения? Или рынки рабов невольников в Алжире и Крите?
      Да на христианских галерах тоже были невольники, как правило каторжники, а это несколько другая история.
  5. bbss 12 октября 2015 13:26
    Если мне не изменяет память в этой битве принимал участие Мигель де Сервантес.
    1. Олежек 13 октября 2015 09:31
      А то! И попал в плен. Трагическая страница... Мы могли потерять Дон Кихота...
      Испания могла не досчитаться главного шедевра своей литературы...
  6. _КМ_ 13 октября 2015 11:53
    Статья показательна еще и тем, что демонстрирует традиционную (!) неверность воинов ислама своему слову.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня