Красная Персия. Часть 2. Разгром Гилянской республики

В достаточно короткие сроки Персидская Красная армия смогла захватить целый ряд стратегически важных городов и населенных пунктов на южном побережье Каспийского моря. В руках красноармейцев оказались не только провинция Гилян, но и соседняя прибрежная провинция Мазендаран. Отдельная ударная армия, которой командовал Георгий Пылаев («Фатулла») захватила центр Астрабадской провинции. Шахские войска практически не оказывали сопротивления гилянским партизанам, усиленным советскими командирами и комиссарами. Совсем небольшое расстояние оставалось до Тегерана, то есть вполне могла быть создана и Персидская советская республика. По сути дела, установление советской власти в Иране, по крайней мере — в его северной части, мало чем отличалось бы от «советизации» Бухарского эмирата и Хивинского ханства.

Создание коммунистической партии. Левые против Кучек-хана

Практически сразу же после провозглашения Гилянской советской республики, в Реште была создана Иранская коммунистическая партия (Хезбе коммунисте Иран). Ее появление стало результатом переименования социал-демократической партии «Адалят», действовавшей в Иранском Азербайджане. Компартия Ирана выступила с радикальных позиций, провозгласив своей целью проведение немедленной социалистической революции в Персии, с ликвидацией шахской монархии и феодального землевладения. Практически сразу же после создания партия была принята в состав Коммунистического Интернационала в качестве его иранской секции. Большую роль в создании Иранской коммунистической партии сыграл закавказский революционер Аветис Султан-Заде (настоящая фамилия — Микаэлян, 1888-1938), который в 1920-1923 гг. и представлял Иран в Коминтерне. С 1912 г. Султан-Заде активно участвовал в деятельности РСДРП в Закавказье, в 1919 г. был направлен в Совет международной пропаганды на Востоке. Прибыв в Иран, он активно включился в политическую деятельность Гилянской советской республики и возглавил левое крыло компартии, выступившее против сотрудничества с Кучек-ханом и за немедленное проведение земельной реформы — передачу земли феодалов крестьянам Гиляна. Красная Персия. Часть 2. Разгром Гилянской республики Во главе партии стоял азербайджанский политик Хайдар-хан Аму-Оглы Таривердиев (1880-1921) — уроженец Урмии, учившийся в Тифлисском политехническом университете и участвовавший в деятельности РСДРП в Закавказье еще с 1898 г. (то есть, это был революционер «старой школы» даже по меркам России эпохи Гражданской войны). Переехав в Иран, в 1905 г. Хайдар-хан (на фото) основал здесь первый социал-демократический кружок, а во время Конституционной революции, в 1908-1909 гг. занимал пост губернатора Хоя. Позже Хайдар-хан занял пост комиссара внешних сношений Гилянской советской республики.


Иранские коммунисты в первые месяцы своего присутствия в Гиляне совершили значительное количество ошибок, настроив против себя Кучек-хана, который и так весьма прохладно относился к идее распространения на гилянской и персидской земле коммунистических идей. В первую очередь, недовольство Кучек-хана вызывали призывы радикально настроенных коммунистов к немедленной экспроприации собственности у «богачей», то есть купцов. Кучек-хан содержал свои дженгелийские отряды на деньги, которые охотно жертвовали гилянские купцы — патриоты, выступавшие против британского засилья в Иране, препятствовавшего развитию местного бизнеса. Однако чрезмерно радикальные лозунги коммунистов могли отпугнуть купечество от Кучек-хана и от поддержки Гилянской революции. Более того — коммунисты «шли далеко» и в вопросах о женской эмансипации, которые для восточных стран всегда были особенно щекотливыми. Требования эмансипации могли также напугать и отвратить от поддержки революции еще более многочисленные слои населения, в особенности сельских жителей, отличающихся своими консервативными взглядами. В свою очередь, коммунисты обвиняли Кучек-хана в умеренности, причем даже Серго Орджоникидзе докладывал в центр, что в действительности о реальном установлении советской власти в Гиляне не идет и речи, поскольку Кучек-хан стремится лишь к избавлению от британского владычества, а в русских большевиках видит источник финансовых средств и добровольных военных помощников.

Политика Кучек-хана не устраивала иранских и советских коммунистов, поскольку Кучек-хан не стремился к проведению радикальных социальных преобразований в Гилянской республике, а был ориентирован лишь на сохранение независимости от Тегерана и консервацию власти местных феодальных элит. В конечном итоге, было принято решение о замене Кучек-хана. Важную роль в его свержении сыграл Анастас Микоян, выполнявший обязанности советника в Гиляне. Уже 9 июля 1920 г. Кучек-хан был принужден покинуть правительство республики, так как саботировал планы по проведению в Гиляне аграрной реформы. Бывший гилянский премьер вновь ушел в привычный для него «дженгель» (лес), а руководить республикой стал Эхсанулла-хан — лидер левых дженгелийцев, возглавлявший «Революционный комитет Ирана». Впрочем, от нового руководителя толку было мало. Сами российские большевики, приведшие Эхсануллу к власти, характеризовали его не иначе как дегенерата и наркомана. Полпред Советской России Шота Элиава докладывал в центр: «Эхсанулла, по-видимому, дегенерат, опиоман, неврастеник. Он меньше Кучека, который сам отнюдь не является сколько-нибудь солидной фигурой, могущей объединить вокруг себя действующие революционные элемент». Советское руководство в Москве стало обдумывать, как с минимальными потерями «выпутаться» из иранской истории. По мнению Шота Элиавы, было всего два выхода — или добровольно уйти из Гиляна, предоставив дальнейшее развитие событий на самотек, или продолжать революционное наступление на Тегеран с целью проведения революции во всей Персии. Однако последняя задача сталкивалась, во-первых, с отсутствием нормальных персидских кадров, способных эту революцию проводить (почти все коммунистические деятели были азербайджанцами), а во-вторых — с равнодушием и отсутствием поддержки со стороны местного населения, которое не понимало смысла социалистической революции и проводимых преобразований. Более-менее ориентировались в ситуации лишь городские слои — немногочисленные интеллигенция, буржуазия и пролетариат, а многочисленное сельское население оставалось под полным влиянием феодалов.

Красная Персия. Часть 2. Разгром Гилянской республики
— гилянские "дженгелийцы" Кучек-хана

Наконец, как раз началась постепенная нормализация отношений между Советской Россией и Великобританией. Советские представители вели переговоры в Лондоне, и английская сторона настаивала на прекращении подрывной деятельности Советской России в Турции, Персии, Афганистане и Индии. Впрочем, и советское руководство, уставшее от экономической блокады со стороны Великобритании и союзников, намекало Лондону на возможность взаимовыгодного обмена — Великобритания отказывается от санкций, а Советская Россия становится «посредником между Англией и персидской революцией» (эти слова Карла Радека, опубликованные в статье в газете «Известия» прямо намекали на возможность «сдачи» советским руководством революционного Гиляна и прекращении революционной деятельности на территории персидского государства). Единственными сторонниками продолжения революционной борьбы в Персии оставались закавказские, в первую очередь, бакинские большевики. Главным «лоббистом» продолжения революции в Персии в руководстве большевистской партии оставался Серго Орджоникидзе. Он затребовал у ЦК РКП (б) отправку в Персию дополнительных вооруженных сил численностью в полторы тысячи красноармейцев. По мнению Орджоникидзе, наличие такого отряда позволило бы захватить Казвин и даже сам Тегеран. Орджоникидзе мотивировал свою просьбу тем, что революционное движение в Персии практически отсутствует, если не считать таковым антибританские выступления местного населения, недовольного засильем иностранцев. Поэтому провести в Персии подлинную революцию представляется возможным лишь при активной помощи Советской России. Однако ЦК РКП(б) ответило на просьбу Серго Орджоникидзе отказом. Более того, Лев Троцкий однозначно определил приоритеты советской власти — главная задача заключается в победе над Врангелем, поэтому о переброске частей Красной Армии с Кавказа в Персию не может быть и речи.

Красная Персия. Часть 2. Разгром Гилянской республики
— офицеры Персидской казачьей бригады

Контрнаступление шахских войск. Победы Персидской казачьей дивизии

Пока советские руководители решали, как быть с Персидской Красной армией и стоит ли продолжать «гилянскую авантюру», шахские войска перешли в контрнаступление. У Казвина Персидская Красная армия потерпела серьезное поражение. Причины поражения были вполне объективны. Во-первых, «персидская» часть Красной армии состояла из вчерашних партизан, практически — полуразбойников, не способных к серьезным боям за пределами родных лесов. Во-вторых, гилянцам противостояли наиболее боеспособные части шахской армии, прежде всего — Персидская казачья дивизия. У истоков ее создания стояли российские военные советники, еще в 1879 г. создавшие Персидскую казачью бригаду по образцу Терского казачьего войска, в 1916 г., в связи с обострением международной обстановки, преобразованную в Персидскую казачью дивизию. Дивизия выполняла задачи по личной охране шаха и высших руководителей персидского правительства, иностранных посольств и представительств, арсеналов, банков, подавлению народных выступлений и взысканию налогов с населения. В 1916 г. в составе дивизии были сформированы специальные отряды для борьбы с повстанческим движением, дислоцировавшиеся в Ардебиле, Астрабаде, Гиляне, Зенджане, Исфахане, Казвине, Карманшахе, Курдистане, Луристане, Мазендаране, Мешхеде, Реште, Тебризе, Тегеране, Урмии, Хамадане и Хорасане. На протяжении сорока лет своего существования бригада / дивизия сохраняла неизменную структуру. Командиром оставался российский офицер, в состав бригады / дивизии входили артиллерийские, а затем и пехотные подразделения. Личный состав комплектовался первоначально из числа «мухаджиров», переселившихся в Персию после русского завоевания Кавказа. После увеличения численности соединения его стали комплектовать, в первую очередь, известными своей воинственностью курдами, туркменами и представителями других кочевых народов Ирана. Полками дивизии командовали персидские генералы, однако фактически командирами полков были российские офицеры — инструктора. Во время рассматриваемых событий Персидской казачьей дивизией командовал русский эмигрант полковник Всеволод Дмитриевич Старосельский (1875-1953) — бывший командир Конного лейб-гвардии полка, после революции эмигрировавший в Персию. В подчинении у Старосельского также находились опытные русские офицеры, служившие в Персидской казачьей дивизии на должностях военных советников, а по факту и командовавшие ее отдельными подразделениями.

Красная Персия. Часть 2. Разгром Гилянской республики Большую роль в разгроме гилянских частей Красной армии под Казвином сыграл генерал Реза Пехлеви (1878-1944), фактически осуществлявший руководство вооруженными силами страны вместо юного Султан Ахмад-шаха Каджара. Реза Пехлеви (на фото), наполовину мазендаранец (по отцу), наполовину азербайджанец (по матери) по национальности, начал службу рядовым в Персидской казачьей бригаде и за несколько десятилетий дослужился до генеральского звания. Это был профессиональный военный, к тому же не лишенный политических амбиций. 22 августа 1920 г. под ударами шахских войск пал Решт — столица Гиляна. Территория провинции была блокирована шахскими войсками, а многие мирные жители бежали в леса. Полпред Советской России Шота Элиава, телеграфируя в сентябре 1920 г. Ленину и Троцкому, сообщал о необходимости значительной военной и финансовой помощи Гилянской республике, в противном случае судьба последней могла сложиться плачевно. Начались споры в руководстве ЦК РКП (б). Так, Лев Карахан, занимавший пост заместителя наркома иностранных дел, считал, что необходимо продолжать революцию в Персии, поскольку это покажет Великобритании и другим странам мощь Советской России. В конце концов, из Баку в Энзели были переброшены дополнительные части Красной Армии. Генерал Каргалетели, занимавший пост командующего гилянской армией, был заменен на более достойную, по мнению Орджоникидзе, фигуру — Николая Гикало (1897-1938). Несмотря на молодые (23) годы, Николай Гикало был опытным военным и революционером. Он окончил военно-фельдшерскую школу в Тифлисе и участвовал в Первой мировой войне, получив Георгиевский крест, а с 1918 г. находился на партийно-политической работе на Кавказе, в том числе успев покомандовать действиями терских повстанцев.

Конец республики. Переворот и гибель Кучек-хана

Неудачи в Гиляне все более укрепляли советское руководство во мнении о необходимости прекращения поддержки Персидской революции. Тем более, что 26 февраля 1921 г. в Москве был подписан советско-персидский договор о выводе частей Красной армии с территории Персии. Но на дальнейшем участии в гилянских событиях настаивало руководство азербайджанских коммунистов, в том числе и Нариман Нариманов (1970-1925) — председатель Совета Народных Комиссаров Азербайджанской ССР. В мае 1921 г. в Гилянской советской республике вновь происходит оживление. Во-первых, было заключено соглашение между лидерами повстанцев — Мирзой Кучек-ханом, Эхсануллой-ханом, курдским вождем Халу Курбаном и руководителем Иранской компартии Хайдаром Таривердиевым. Кучек-хан вновь возглавил правительство Гилянской республики, которая 5 июня 1921 г. была переименована в Персидскую Советскую Социалистическую Республику — с очевидной претензией на постепенный охват всей территории Персии. Персидская Красная Армия перешла в наступление и захватила Шахсеар, Аббасабад и Ништеруд. Однако затем, после серьезного поражения под Тувиром, началось новое отступление Персидской Красной армии. Более того — на сторону шаха перешел Саад-од-Доуле, командовавший ударной стрелковой бригадой. Фактически начинался конец Гилянской советской республики, затянувшийся до осени 1921 г. Несмотря на предложения Баку об эвакуации красноармейских персидских частей в Советский Азербайджан, власти Гилянской советской республики были настроены на продолжение боевых действий против шахского Ирана. Однако внутри гилянского руководства также нарастали внутренние противоречия. Кучек-хану не нравилось усиление коммунистов, поддерживаемых Москвой, тем более, что к лету 1921 г. Москва фактически перестала оказывать существенную поддержку самому Кучек-хану.

Красная Персия. Часть 2. Разгром Гилянской республики
— Мирза Кучек-хан со своими сторонниками

В конце концов, Кучек-хан, окончательно дистанцировавшийся от коммунистов, решился на совершение переворота, произошедшего 4 августа 1921 г. и направленного на свержение Эхсануллы-хана и фактических руководителей гилянского правительства — коммунистических лидеров. После переворота, оттеснив от власти коммунистов, он организовал 29 сентября 1921 г. нападение на штаб-квартиру Иранской коммунистической партии в Реште. В результате действий сторонников Кучек-хана был убит руководитель компартии Хайдар-хан Таривердиев. Кучек-хан надеялся, что подавление коммунистов позволит ему не только сохранить личную власть, но и нормализовать отношения с Тегераном, поскольку шахские войска продвигались к Решту все ближе. Однако Реза Пехлеви не стал вступать в переговоры с Кучек-ханом. Лидер дженгелийцев бежал в Талышские горы, где некоторое время скрывался, получив серьезные обморожения конечностей. В это время его предали собственные бывшие сторонники. Курдский вождь Халу Курбан обезглавил Кучек-хана и отослал отрубленную голову бывшего председателя Реввоенсовета Гилянской советской республики в Решт. Там, в столице Гиляна, голова Кучек-хана была выставлена на всеобщее обозрение возле воинских казарм. Сам Халу Курбан, предавший Кучек-хана, получил вознаграждение от Резы Пехлеви — эполеты генерала персидской армии. Окончательно Персидская советская социалистическая республика прекратила свое существование 2 ноября 1921 г., после чего Гилян продолжил существовать в качестве провинции (остана) в составе Ирана.

Вместе с Гилянской республикой, хотя и в разное время, погибли создававшие ее лидер дженгелийцев Мирза Кучек-хан и создатель Иранской коммунистической партии Хайдар-хан Таривердиев. Эхсанулла-хан сумел спастись и добраться до Баку, где спокойно проживал на положении почетного революционера — эмигранта до 1937 г., когда был репрессирован. Нариман Нариманов скончался в 1925 г. в Москве от сердечного приступа, однако многие историки убеждены в том, что 55-летнего азербайджанского коммуниста могли устранить. При странных обстоятельствах 18 февраля 1937 г. скончался и Григорий «Серго» Орджоникидзе, которому было всего 50 лет. Федор Раскольников, командовавший легендарной Энзелийской операцией, еще в июне 1920 г. покинувший Гилян и назначенный командующим Балтийским флотом, в 1921 г. перешел на дипломатическую работу. Он представлял интересы РСФСР и СССР в Афганистане, Эстонии, Дании, Болгарии. В 1938 г. Раскольников, получив вызов из СССР, уже собирался отъезжать в Союз, когда ему в руки попала газета с сообщением об отстранении с поста полпреда. Предвидя возможный арест и расстрел, Раскольников отказался возвращаться в СССР, став одним из первых советских «невозвращенцев» такого уровня. 17 августа 1939 г. он завершил работу над «Открытым письмом Сталину», в котором обвинил советского лидера в организации репрессий. А уже 12 сентября 1939 г., менее чем через месяц после завершения письма, Раскольников умер при странных обстоятельствах в Ницце. Спутница Раскольникова по его каспийской эпопее Лариса Рейснер (1895-1926) — легендарная женщина-комиссар флотилии, в 1921 г. рассталась с Раскольниковым и сошлась с Карлом Радеком. В 1926 г. она умерла в Москве от брюшного тифа в возрасте всего лишь тридцати лет.

28 июня 1922 г. от тяжелой лихорадки и гангрены скончался тридцатишестилетний Виктор (Велимир) Хлебников. Аветис Султан-Заде, вернувшийся в Советский Союз, в 1938 г. был репрессирован, как и многие другие закавказские коммунисты. Пожалуй, дольше всех из известных участников тех событий прожил Моисей Семенович Альтман (1896-1986) — ветеран установления советской власти на Украине, редактировавший газету «Красный Иран». Вернувшись в Советскую Россию, он занялся научной деятельностью, в 1939 г. защитил докторскую диссертацию в Ленинградском пединституте, затем преподавал в различных вузах страны, а в 1959 г. вышел на пенсию, продолжая заниматься научной и литературной деятельностью. Умер Моисей Альтман в 1986 г., за пять лет до падения советской власти, свидетелем и непосредственным участником установления которой он являлся.

Дальнейшая судьба Иранской компартии

Что касается событий в Иране, то после подавления восстания в Гиляне, шахскому режиму удалось установить контроль практически над всей территорией страны. Однако фактическое руководство страной в это время уже осуществлял военный министр генерал Реза Пехлеви, в 1923 г. назначенный премьер-министром страны. Молодой Ахмад-шах Каджар не играл никакой реальной роли в персидской политике. Более того — Реза Пехлеви практически открыто готовил отстранение шаха и всей династии Каджаров от власти. В 1923 г. шах выехал в Европу — якобы на лечение. А 31 октября 1925 г. Учредительная ассамблея меджлиса объявила о низложении Ахмад-шаха Каджара. 12 декабря 1925 г. новым шахом был провозглашен генерал Реза Пехлеви, который 15 декабря 1925 г. принес присягу правителя и дал начало последней в истории Ирана шахской династии Пехлеви. Именно шах Реза Пехлеви в 1935 г. официально изменил название страны с Персии на Иран, хотя последнее название употреблялось на неофициальном уровне и раньше.

После разгрома Гилянской республики серьезнейший удар был нанесен и по коммунистическому движению Ирана. Многие видные коммунисты были убиты во время переворота Кучек-хана, других вырезали шахские войска во время «зачисток» городов Гиляна, кому-то посчастливилось оперативно покинуть территорию страны. На территории Иранского Азербайджана до 1922 г. пытался сопротивляться отряд коммунистических федаинов под руководством известного поэта Абулькасима Ахмедзаде Лахути (1887-1957) — бывшего участника движения шейха Хиабани, а затем члена Иранской компартии. Вместе с Лахути действовал во главе своего отряда и Джафар Мамед Кавиан (1895-1975) — участника отрядов Саттар-хана, затем бакинского портного, участвовавшего в восстании Хиабани. После того, как стала очевидна невозможность осуществления скорой коммунистической революции в Иране, Лахути, Кавиан и многие другие иранские коммунисты перебрались в Советский Союз. Когда в 1925 г. в Иране был установлен режим Пехлеви, деятельность иранских коммунистов фактически прекратилась. Партийная печать ввозилась в страну из-за границы, большинство видных коммунистов скрылись также на территории СССР. Тем не менее, в 1927 г. был проведен нелегальный 2-й съезд Иранской коммунистической партии, на котором партия приняла новые программу и устав и приняла решение о начале работы местных нелегальных партийных организаций. В Германии и Австрии началось издание газет «Пейкар» («Борьба»), «Байраге энгелаб» («Знамя революции») и журнала «Сетарейе сорх» («Красная звезда»). В 1929-1931 гг. в Иране активизировалось рабочее движение, в котором коммунисты играли также очень важную роль — они руководили забастовками на текстильной фабрике Исфахана, ковровых мастерских Мешхеда и на железной дороге в провинции Мазендаран. В мае 1931 г. шах Реза Пехлеви был вынужден законодательно запретить деятельность Иранской коммунистической партии на территории страны, а также любую коммунистическую пропаганду. В 1934 г. новым руководителем партии стал врач Таги Эргани (1902-1940), издававший журнал «Донья» («Вселенная»). Однако в 1937 г. репрессии против иранских коммунистов вновь активизировались. Целый ряд видных партийных активистов был арестован и брошен в тюрьму. В 1938 г. состоялся знаменитый «Процесс пятидесяти трех», на котором перед иранским судом предстало 53 ведущих активиста Иранской коммунистической партии. В их числе был и лидер партии Таги Эргани, убитый в тюрьме в 1940 г. По сути дела, на рубеже 1930-х — 1940-х гг. коммунистическое движение в Иране, усилиями шахского режима, было полностью уничтожено и для его возрождения в 1941 г. потребовалось уже создание новой Народной партии Ирана (Туде), пик активной деятельности которой в направлении революционного противостояния шахскому режиму пришелся на вторую половину ХХ в..

Существование на протяжении более чем года Гилянской советской республики стало одной из наиболее ярких страниц не только в истории иранского революционного и коммунистического движения, но и советского / российского присутствия на Ближнем Востоке. Вторая попытка создания просоветской республики на территории Северного Ирана относится уже к последствиям Второй мировой войны и связана со стремлением курдского и азербайджанского народов обрести собственную государственность. Речь идет о создании Мехабадской Республики и Азербайджанской Демократической Республики. Кстати, в создании последней в 1945 г. важную роль играли некоторые оставшиеся в живых участники революционного движения в Гиляне. Так, Сеид Джафар Пишевари, занимавший пост комиссара иностранных дел Гилянской республики, в 1929 г. стал первым секретарем ЦК Иранской компартии, смог выжить во время десятилетнего (с 1931 по 1941 гг.) заключения в шахской тюрьме, и возглавил в ноябре 1945 г. Азербайджанскую Демократическую Республику. После того, как АДР перестала существовать, в 1947 г. он погиб в автокатастрофе. Джафар Кавиан, занимавший в звании генерал-майора пост министра обороны Азербайджанской Демократической Республики, после прекращения существования АДР выехал в Баку, где благополучно дожил до 1975 г. и был похоронен со всеми полагающимися почестями. Что касается исторической оценки событий почти столетней давности, то сегодня иранцы наиболее позитивно относятся к фигуре Мирзы Кучек-хана. Он и на официальном уровне считается национальным героем борьбы народов Ирана против иностранного, в первую очередь британского и российского, влияния на политику страны. На одном из городских кладбищ Решта построен мавзолей в память о Мирзе Кучек-хане Дженгели.
Автор: Илья Полонский

Использованы фотографии: talashonline.net, konsul-777-999.livejournal.com

Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 6
  1. Reptiloid 28 октября 2015 06:37
    Большое спасибо за статью.Очень важная информация.
  2. parusnik 28 октября 2015 07:52
    Измены, внутренние противоречия погубили Гилянскую советскую республику...Спасибо, Илья..
  3. 416D 28 октября 2015 09:45
    Спасибо автору, очень интересный труд
  4. Reptiloid 28 октября 2015 11:15
    А какой размах!Какая могла бы быть огромная страна!Нашёл стихотворение Сергея Есенина"Баллада о Двадцатишести".В Санкт-Петербурге есть проспект Шаумяна.Вот отрывок.
    Море тоже рокочет
    Песнь.
    Их было
    26.
    26 их было,
    26.
    Их могилы песка
    Не занесть.
    Не забудет никто
    Их расстрел
    На 207-ой
    Версте.

    и ещё отрывок:

    Вот в такую же ночь
    И туман
    Расстрелял нас
    Отряд англичан.
    1. Otshelnik 28 октября 2015 13:02
      Я так понял,что это было восстание азербайджанцев против других азербайджанцев,которые правили Персией...
  5. moskowit 28 октября 2015 19:38
    Большое спасибо за статью. Немного читал раньше об этом, интересуясь деятельностью знаменитого авантюриста и террориста, разведчика и друга Сергея Есенина, убийцы германского посла Якова Блюмкина.

    привожу выписку из Википедии:
    "Блюмкина направляют в Персию, где он участвует в свержении Кучек-хана и приходу к власти хана Эхсануллы, которого поддержали местные «левые» и коммунисты. В боях шесть раз был ранен. После переворота Блюмкин участвовал в создании Иранской коммунистической партии (на базе Социал-демократической партии Ирана «Адалят»), стал членом её Центрального комитета и военным комиссаром штаба Красной Армии Гилянской Советской Республики ([1], [2]). Он представлял Персию на Первом съезде угнетённых народов Востока, созванном большевиками в Баку."...

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня