Полигон для апробации новых видов оружия

Полигон для апробации новых видов оружия


Во всех энциклопедиях написано, что химическое оружие было создано немцами в Первую мировую войну, и они же впервые применили его 22 июня 1915 года, а далее оно стало самым страшным оружием мировой войны.

Однако мне в ходе работы над историей Крымской войны попался севастопольский дневник контр-адмирала Михаила Францевича Рейнеке, друга Павла Степановича Нахимова. Там за 13 мая 1854 года имеется запись: «…сегодня (в Севастополь. – А.Ш.) привезены из Одессы две вонючие бомбы, брошенные в город 11 апр(еля) с анг(лийских) и фр(анцузских) пароходов. Одну из них стали вскрывать во дворе у Меншикова в присутствии Корнилова, и прежде совершенного вскрытия втулки нестерпимая вонь так сильно обдала всех, что Корнилову сделалось дурно; поэтому перестали отвинчивать втулку и отдали обе бомбы в аптеки для разложения их состава. Такая же бомба была вскрыта в Одессе, и канонир, вскрывавший ее, лишился чувств, получив сильную рвоту; два дня он был болен, и не знаю – выздоровел ли».


ЧЕМ СМЕРТЕЛЬНЕЕ – ТЕМ ЛУЧШЕ


Итак, достоверно подтверждено, что первыми в современной истории химические снаряды применили англичане, причем против мирного города. До 1854 года в Одессе не было ни военного порта, ни береговых батарей.

Действие химических снарядов оказалось довольно слабым, и англичане предпочли более не применять их, а русское правительство не пожелало использовать факт их применения для проведения антибританской кампании в европейских газетах.

В 1854 году известный английский химик и фабрикант Макинтош предложил для захвата Севастополя подвести к береговым укреплениям города специальные суда, которые извергли бы при помощи придуманных им приспособлений большое количество веществ, воспламеняющихся от соприкосновения с кислородом, «следствием чего будет, – как писал Макинтош, – образование густого черного, удушливого тумана или чада, который обнимает форт или батарею, проникая в амбразуры и казематы и прогоняя артиллеристов и всех находящихся внутри».

Макинтош разработал применение своих изобретений и против неприятеля, расположенного лагерем: «Стреляя моими бомбами и ракетами, в особенности теми, которые начинены мгновенно возгорающимся составом, легко произвести общий пожар и истребление людей и материалов, обратив весь лагерь в обширное море огня».

Английское военное министерство провело испытания предложенных снарядов, обратив главное внимание на применение их при действиях на судне, и выдало Макинтошу патент на его изобретение.

Уже после Крымской войны, цинично повествуя об этих «планах», издание Mechanic’s Magazine указывало: «Можно называть употребление таких снарядов бесчеловечным и противным обыкновениям просвещенной войны, но… если, однако ж, люди хотят воевать, то чем смертельнее и истребительнее способы войны, тем лучше».

Однако британский кабинет не пошел на применение отравляющих веществ (ОВ) под Севастополем.

«ДУШИСТЫЕ» ЯДРА


В анналах истории русской артиллерии кое-где просматриваются попытки применения «вонючих» ядер еще во времена Ивана Грозного. Так, доподлинно известно, что среди боеприпасов, находившихся в Киевской крепости в 1674 году, были «огненные ядра душистые», в составе которых имелись нашатырь, мышьяк и «асса фатуда». Последняя может быть искаженным аса-фетипа – название растения из рода ферула, произрастающего в Средней Азии и обладающего сильнейшим чесночным запахом. Не исключено, что в состав смесей для зажигательных ядер вносили сильно пахнущие или отравляющие вещества с целью воспрепятствовать тушению ядер.

Первая же реальная попытка использовать химические боеприпасы была предпринята в России после Крымской войны. В конце 50-х годов XIX века Артиллерийский комитет ГАУ предложил ввести в боекомплект единорогов бомбы, начиненные отравляющими веществами. Для однопудовых (196-мм) крепостных единорогов изготовили опытную серию бомб, снаряженных ОВ – цианистым какодилом (современное название – «какодило-цианид»).

Подрыв бомб осуществлялся в открытом деревянном срубе типа большой русской избы без крыши. В сруб поместили дюжину кошек, защитив их от осколков снаряда. Через сутки после взрыва к срубу подошли члены специальной комиссии ГАУ. Все кошки неподвижно валялись на полу, глаза их сильно слезились, но, увы, ни одна не сдохла. По этому поводу генерал-адъютант Александр Алексеевич Баранцев написал доклад царю, где категорически заявил, что применение артиллерийских снарядов с отравляющими веществами в настоящем и будущем полностью исключено.

С тех пор до 1915 года больше никаких попыток создания химбоеприпасов русское военное ведомство не предпринимало.

АТАКА НА ИПРЕ И ОТВЕТ РОССИИ


22 апреля 1915 года на реке Ипр немцы впервые применили отравляющие газы. Пуск газов производился из баллонов, но вскоре появились и артиллерийские снаряды, и минометные мины, начиненные отравляющими веществами.

Химические снаряды делились на чисто химические, которые снаряжались жидким отравляющим веществом и небольшим (до 3% от общего веса) вышибным зарядом обычного взрывчатого вещества, и осколочно-химические, которые снаряжались соизмеримым количеством обычного ВВ и твердого ОВ.

При разрыве химического снаряда жидкое ОВ смешивалось с воздухом, и образовывалось облако, движущееся по ветру. Осколочно-химические снаряды при взрыве поражали осколками почти как обыкновенные гранаты, но в то же время не позволяли противнику находиться без противогазов.

После того как в 1915 году немцы впервые произвели газовую атаку на Восточном фронте, российские генералы в ГАУ вынуждены были предпринять ответные меры. Однако выяснилось, что нет не только собственных наработок в области химического оружия, но и почти нет заводов, которые могли бы производить его компоненты. Так, жидкий хлор поначалу хотели производить в Финляндии, а финский сенат затянул переговоры на год – с августа 1915 года по 9 (22) августа 1916 года.

В конце концов Особое совещание по обороне решило передать заготовку жидкого хлора особой комиссии, учрежденной при сенате, и на оборудование двух заводов отпустило 3,2 млн руб. Комиссия была образована по образцу русских хозяйственных комиссий с участием представителей от русского правительства – от Государственного контроля и от Химического комитета. Председательствовал в комиссии профессор Лилин.

Попытка получить в России фосген от частной промышленности потерпела неудачу вследствие назначения чрезвычайно высоких цен на жидкий фосген и отсутствия гарантий в своевременном выполнении заказов. Поэтому комиссия Управления снабжения при ГАУ установила необходимость постройки казенного фосгенного завода.

Завод был построен в одном из городов Поволжья и пущен в ход в конце 1916 года.

В июле 1915 года распоряжением главковерха в районе Юго-Западного фронта был организован военно-химический завод для выработки хлорацетона, вызывающего слезотечение. До ноября 1915 года завод находился в ведении начальника инженерных снабжений фронта, а затем поступил в распоряжение ГАУ, которое расширило завод, устроило в нем лабораторию и установило производство хлорпикрина.

Впервые русская армия применила отравляющие вещества из газовых баллонов. Газобаллоны, как они именовались в служебной документации, представляли собой полые железные цилиндры с закругленными с обеих сторон днищами, одно из которых было приварено наглухо, а в другом имелся вентиль (кран) для пуска газа. К этому крану присоединялся длинный резиновый шланг или металлическая трубка с дискораспылителем на конце. Баллоны наполнялись сжиженным газом. При открывании крана у баллона отравляющая жидкость выбрасывалась наружу, почти сразу испаряясь.

Газобаллоны делились на тяжелые, предназначенные для позиционной войны, и легкие – для маневренной войны. Тяжелый баллон содержал 28 кг сжиженного отравляющего вещества, вес баллона в готовом к применению состоянии составлял около 60 кг. Для массированного пуска газов баллоны собирали по несколько десятков штук в «баллонные батареи». Легкий баллон для «маневренной войны» содержал всего 12 кг ОВ.

Применение газовых баллонов осложнялось многими факторами. Такими, например, как ветер, точнее, его направление. Газовые баллоны приходилось доставлять на передовую зачастую под интенсивным артиллерийским огнем.

ОТ БАЛЛОНОВ К СНАРЯДАМ

К концу 1916 года выявилась тенденция к уменьшению применения газобаллонов и переходу к артиллерийской стрельбе химическими снарядами. При стрельбе химическими снарядами возможно образовать облако отравляющих газов в любом желаемом направлении и в любом месте в пределах дальности, допускаемой артиллерийским орудием, и почти вне зависимости от направления и силы ветра и других метеорологических условий. Стрельба химическими снарядами могла производиться из любых состоявших на вооружении артиллерийских орудий калибра 75 мм и выше без каких-либо их конструктивных изменений.

Правда, для нанесения существенных потерь противнику требовался большой расход химических снарядов, но и газобаллонные атаки требовали огромного расхода отравляющих веществ.

Массовое производство 76-мм химических снарядов на русских заводах началось в конце 1915 года. В армию химические снаряды стали поступать в феврале 1916 года.

В России начали изготавливать с 1916 года химические 76-мм гранаты двух типов: удушающие (хлорпикрин с хлористым сульфурилом), действие которых вызывало раздражение дыхательных органов и глаз в такой степени, что пребывание людей в этой атмосфере было невозможно; и ядовитые (фосген с хлорным оловом или венсинит, состоящий из синильной кислоты, хлороформа, хлорного мышьяка и олова), действие которого вызывало общее поражение организма и в тяжелых случаях смерть.

Газовое облако от разрыва одного 76-мм химического снаряда охватывало площадь около 5 кв. м. Исходной для расчета количества химических снарядов, необходимых для обстрела площадей, принята была норма: одна 76-мм химическая граната на 40 кв. м площади и один 152-мм химический снаряд на 80 кв. м площади. Выпущенные непрерывно в таком количестве снаряды создавали газовое облако достаточной боевой концентрации. В дальнейшем для поддержания полученной концентрации число выпускаемых снарядов уменьшается вдвое.

Такая стрельба химическими снарядами целесообразна лишь в тех условиях, когда ветер меньше 7 м/с (лучше полное затишье), когда нет сильного дождя и большой жары при твердом грунте у цели, обеспечивающем разрыв снарядов, и на дистанции не свыше 5 км. Ограничение дистанций вызывалось предположением о необходимости обеспечения снаряда от опрокидывания при полете в результате переливания отравляющей жидкости, которой наполняется не весь внутренний объем снаряда с целью дать жидкости возможность расширяться при неизбежном ее нагревании. Явление опрокидывания снаряда могло сказаться именно на больших дистанциях стрельбы, особенно в высшей точке траектории.

С осени 1916 года требования действующей русской армии на 76-мм химические снаряды удовлетворялись полностью: армия получала ежемесячно пять парков по 15 тыс. снарядов в каждом, в том числе один парк ядовитых и четыре удушающих.

Всего в действующую армию до ноября 1916 года было выслано 95 тыс. ядовитых и 945 тыс. удушающих снарядов.

ГОНКА ХИМИЧЕСКИХ ВООРУЖЕНИЙ


Однако следует заметить, что Россия по сравнению с Германией и западными союзниками применяла химическое оружие в 20, а то и в 100 раз меньше. Так, в одной Франции за период войны было изготовлено около 17 млн химических снарядов, в том числе 13 млн 75-мм и 4 млн калибров от 105 до 155 мм. Эджвудский арсенал в Америке в последний год войны изготовлял до 200 тыс. химических снарядов в день. В Германии количество химических снарядов в боекомплекте артиллерии было доведено до 50%, а в июле 1918 года при наступлении на Марну немцы имели в боекомплекте до 80% химических снарядов. В ночь на 1 августа 1917 года на фронте в 10 км между Невильи и левым берегом реки Маас было выпущено 3,4 млн ипритных снарядов.

Русские на фронте применяли главным образом удушающие снаряды, о действии которых получались вполне удовлетворительные отзывы. Полевой генерал-инспектор артиллерии телеграфировал начальнику ГАУ, что в майском и июньском наступлении 1916 года (так называемый Брусиловский прорыв) химические 76-мм снаряды «оказали большую услугу армии», так как при обстреле ими неприятельские батареи быстро умолкали.

Вот типовой пример обстрела русскими химическими снарядами вражеской батареи. «В ясный тихий день 22 августа 1916 г. на позиции у Лопушаны в Галиции (на Львовском направлении) одна из русских батарей вела огонь по окопам противника. Неприятельская батарея 15-см гаубиц с помощью специально высланного самолета открыла по русской батарее огонь, который вскоре стал очень действительным. Тщательным наблюдением были обнаружены в стороне противника кольца дыма, поднимавшиеся из-за одного из гребней высот.

В этом направлении одним взводом русской батареи был открыт огонь, но ослабить огонь батареи противника не удавалось, несмотря, по-видимому, на правильное направление огня взвода и правильно определенный угол возвышения. Тогда командир русской батареи решил продолжать обстрел неприятельской батареи химическими «удушающими» снарядами (нижняя часть корпуса 76-мм гранаты, наполненной удушающим веществом, окрашивалась выше ведущего пояса в красный цвет). Стрельба химическими 76-мм гранатами велась по площади за гребнем, за которым был обнаружен дым от выстрелов батареи противника, протяжением около 500 м, беглым огнем, по 3 снаряда на орудие, скачками через одно деление прицела. Минут через 7–8, выпустив около 160 химических снарядов, командир русской батареи прекратил обстрел, так как неприятельская батарея замолчала и не возобновляла огня, несмотря на то, что русская батарея перенесла огонь по-прежнему на окопы противника и отчетливо выдавала себя блеском выстрелов», – писал в своей книге «Артиллерия русской армии» Евгений Захарович Барсуков.

В конце 1915 года химические снаряды появились во флоте. Казалось бы, зачем? Ведь боевые корабли передвигались со скоростью 20–30 узлов, то есть могли очень быстро пройти даже самое больше облако газа, а кроме этого, при необходимости экипаж мог быстро укрыться в герметичных внутренних помещениях.

Полигон для апробации новых видов оружия

Подготовка первого русского газопуска саперами 1-й химической команды на участке обороны 38-й дивизии в марте 1916 года под Икскюле. Фото 1916 года


Понятно, что стрелять шрапнелью, а тем более химическими снарядами, по морским целям бессмысленно. Они предназначались исключительно для стрельбы по берегу.

Дело в том, что в 1915–1916 годах в обстановке строжайшей тайны готовился десант в Босфор. Нетрудно представить себе план операции. Русские корабли должны были буквально забросать укрепления Босфора химическими снарядами. Замолчавшие батареи захватывались десантом. А по подходящим полевым частям турок корабли должны были открыть огонь шрапнелью.

Летом 1915 года химическим оружием заинтересовался и шеф русской авиации великий князь Александр Михайлович.

В июле 1915 года полковник Гронов и прикомандированный к ГАУ поручик Крашенинников представили начальнику ГАУ генералу Маниковскому чертежи «бомб с удушливыми газами», оснащенных специальными клапанами для снаряжания и обеспечения необходимой герметичности. Снаряжали эти бомбы жидким хлором.

Чертежи поступили в Исполнительную комиссию при военном министре, которая 20 августа согласилась на изготовление 500 штук таких боеприпасов. В декабре того же года на заводе «Русского общества для выделки снарядов» изготовили корпуса химических авиабомб и в городе Славянске на заводах фирмы «Любимов, Сольев и Ко» и «Электрон» снарядили их хлором.

В конце декабря 1915 года 483 химические авиабомбы отправили в действующую армию. Там по 80 бомб получили 2-я и 4-я авиационные роты, 72 бомбы – 8-я авиационная рота, 100 бомб – эскадра воздушных кораблей «Илья Муромец», а 50 бомб отправили на Кавказский фронт. На том производство химических авиабомб в дореволюционной России и прекратилось.

ХИМОРУЖИЕ В ГРАЖДАНСКОЙ ВОЙНЕ


В конце 1917 года началась Гражданская война. Химическое оружие было у всех сторон конфликта – красных, белых, интервентов и даже сепаратистов. Естественно, что в 1918—1921 годах имели место десятки случаев применения или попыток применения химического оружия.

Уже в июне 1918 года атаман Краснов обратился к населению с воззванием: «Встречайте своих братьев-казаков колокольным звоном… Если вы окажете сопротивление – горе вам, вот я пришел, а вместе со мной 200 000 отборного войска и много сотен орудий; я привез 3000 баллонов удушливых газов, задушу весь край, и тогда погибнет в нем все живое».

На самом деле у Краснова тогда было всего 257 баллонов с ОВ.

Кстати, я затрудняюсь, как представить генерал-лейтенанта и атамана Краснова. Советские историки считали его отпетым белогвардейцем, а Антон Иванович Деникин рассматривал созданное им гособразование «Доно-Кавказский союз» под протекторатом Германской империи как «дальнейшее расчленение России».

Интервенты систематически применяли химическое оружие. Так, 12 апреля 1918 года германский бронепоезд под Митавой (ныне Елгава) выпустил более 300 снарядов с фосгеном по частям 3-й бригады 2-й советской латышской дивизии. В результате были отравленные, хотя в целом атака не удалась: у красных имелись противогазы, да и сырая погода ослабила действие газов.

В октябре 1919 года артиллерия Северо-Западной армии генерала князя Авалова несколько недель обстреливала Ригу химическими снарядами. Позже очевидец писал: «В местах, где падали такие снаряды, воздух застилался диким черным дымом, отравляясь которым, умирали находившиеся на улице люди и лошади. Там, где разрывались такие снаряды, камни мостовой и стены домов окрашивались светло-зеленой краской».

Увы, достоверных данных о пострадавших от химических атак рижанах нет. И опять я не знаю, как представить Северо-Западную армию и князя Авалова. Красным назвать его трудно, но с красными он нигде не воевал, а бил лишь латвийских националистов и англо-французских интервентов. Его настоящие имя и фамилия – Павел (Пейсах) Рафаилович Бермонт, отец – еврей, тифлисский ювелир. В Великую войну Бермонт дослужился до штабс-капитана, далее до чина генерал-лейтенанта производил себя сам. Титул получил лишь после усыновления каким-то мелкотравчатым грузинским князем Аваловым. Любопытно, что в армии Авалова учился воевать капитан Гейнц фон Гудериан.

5 октября 1920 года Кавказская армия Врангеля, пытавшаяся прорваться к Астрахани, использовала химические снаряды против советского 304-го полка в районе Соленого Займища. Однако бой закончился отступлением белых.

И ВНОВЬ КОВАРНЫЕ АНГЛИЧАНЕ

Наиболее интенсивно химическое оружие применялось англичанами на Северном фронте. 7 февраля 1919 года в своем циркуляре военный министр Уинстон Черчилль предписывал «использовать химические снаряды в полной мере как нашими войсками, так и русскими войсками, которые мы снабжаем».

4 апреля командующий королевской артиллерией майор Делаге распределил поступившие боеприпасы, в том числе и химснаряды, по орудиям. Предполагалось иметь их на легкую 18-фунтовую пушку – 200 штук, на 60-фунтовую пушку – от 100 до 500, в зависимости от района, на 4,5-дюймовую гаубицу – 300, на две 6-дюймовые гаубицы в Пинежском районе было отпущено 700 химснарядов.

1–2 июня 1919 года англичане вели обстрел деревни Усть-Пога из 6-дюймовых и 18-фунтовых орудий. За три дня было выпущено: 6-дм – 916 гранат и 157 газовых снарядов; 18-фн – 994 осколочные гранаты, 256 шрапнелей и 100 газовых снарядов. Результат – белые и англичане вынуждены были отступить.

Любопытна сводка 6-й армии по Шенкурскому району: «Наши потери в 160-м полку за бой 1 сентября – убито комсостава 5, красноармейцев 28, ранено комсостава 5, красноармейцев 50, контужено комсостава 3, красноармейцев 15, отравлено газами красноармейцев 18, без вести пропало 25. Захвачено 9 пленных, из них один англичанин…

3 сентября противник обстрелял нашу левобережную заставу артогнем, выпустив по 200 химических снарядов. У нас отравлено газами 1 инструктор и 1 красноармеец».

Обратим внимание, англичане выпустили сотни химснарядов, а у красных – ни одного летального исхода.

Английские офицеры предлагали использовать на Севере 4-дюймовые (102-мм) химические минометы системы Стокса. Однако Черчилль запретил это делать из соображений секретности и тем самым на 10 лет затормозил развитие минометного дела в СССР.

Наши инженеры продолжали оставаться в неведении относительно миномета Стокса, созданного по схеме мнимого треугольника (то есть первого в истории миномета современного типа) и продолжали штамповать минометы по глухой схеме, то есть на большой опорной плите. Лишь в декабре 1929 года в Москву поступили первые трофейные минометы системы Стокса–Брандта, взятые у китайцев в ходе конфликта на КВЖД.

Естественно, что химическое оружие пыталось применять и командование Красной армии.

Так, например, химическое оружие использовалось моряками Флотилии Верхнего Дона в мае 1918 года. 28 мая отряд красных судов в составе буксирного парохода «Воронеж», вооруженного одним пулеметом, баржи с двумя 3-дюймовыми (76-мм) полевыми пушками образца 1900 года и парового катера с двумя пулеметами вышел из Котояка и отправился вниз по Дону.

Отряд шел по реке и периодически постреливал по казацким станицам и отдельным группам казаков, которые, как предполагалось, принадлежали к повстанцам, поднявшим мятеж против советской власти. Применялись как осколочные, так и химические снаряды. Так, по хуторам Матюшенскому и Рубежному огонь велся исключительно химическими снарядами, как сказано в отчете, «с целью нащупать неприятельскую батарею». Увы, нащупать ее не удалось.

В октябре 1920 года планировалось использовать химическое оружие при штурме Перекопа. Была сформирована химрота, ГАУ начало сбор баллонов и снарядов, оставшихся от русской армии, после чего их отправили на Южный фронт.

Однако советский бюрократизм и нежелание белых всерьез защищать Перекоп погубили этот проект. Химическое вооружение было доставлено через несколько дней после падения Крыма.

ОЧЕРЕДНОЙ МИФ ИЛИ ЗАБЫТЫЙ ФАКТ

Зато последние два десятилетия отечественные СМИ взахлеб пишут о применении Михаилом Тухачевским химического оружия в ходе мятежа Александра Антонова на Тамбовщине. В статьях фигурируют тысячи и даже десятки тысяч задушенных газом крестьян.

Параллельно десятки исследователей в конце ХХ века опросили множество стариков – очевидцев подавления мятежа. Но, увы, никто из них ничего не слышал о химическом оружии.

Я сам в 1980-х годах часто беседовал с одной старушкой, которая 15-летней девочкой оказалась в гуще боев на Тамбовщине. Она рассказала много любопытных подробностей восстания, но тоже и не слыхивала о химбоеприпасах.

Понятно, что в трудах любителей сенсаций никаких данных ни о типе, ни о числе химических боеприпасов, примененных на Тамбовщине, ни о потерях мятежников в ходе применения ОВ нигде не приводится.

Я достаточно хорошо знаю военно-техническую литературу 1920-х годов. Тогда никто не стеснялся признавать применение химического оружия в Великой и Гражданской войнах. И любой случай серьезного применения отравляющих веществ на Тамбовщине был бы по косточкам разобран в военно-технической литературе, причем не обязательно в закрытой (повторяю, речь идет о 1920-х – начале 1930-х годов, позже началось полное засекречивание всего и вся, что связано с оружием РККА).

Что же было на самом деле? Тухачевский, мало знакомый с применением химбоеприпасов, приказал выпустить по бандитам, находившимся на территории в сотни гектаров, несколько десятков 3-дм (76-мм) химических гранат, а те, злодеи, даже ничего и не заметили.

Краткий итог. Первая мировая война показала эффективность химического оружия в позиционной войне при условии массированного применения. Речь идет о тысячах и даже десятках тысяч снарядов калибра 76–152-мм (использование снарядов больших калибров невыгодно) или бомб (50–100-кг) на фронте 1–3 км.

Ну а Гражданская война показала неэффективность оного оружия в маневренной войне, где даже технически невозможно обеспечить массированное применение химического оружия.

По моему мнению, химическое оружие во Второй мировой войне не имело боевого применения исключительно в силу его малой эффективности, а не из гуманных соображений, запретов Женевской конвенции и проч., и проч.
Автор: Александр Широкорад
Первоисточник: http://nvo.ng.ru/history/2015-11-27/12_polygon.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 12
  1. dorz 9 декабря 2015 11:15
    От американской химии во Вьетнаме пострадало более 1 млн. человек.
    1. mishastich 9 декабря 2015 11:39
      Ну так и война там была не маневренная. А страдало от химического оружия в основном только мирное население.
      1. Венд 9 декабря 2015 11:50
        По моему мнению, химическое оружие во Второй мировой войне не имело боевого применения исключительно в силу его малой эффективности,
        Сейчас не вспомню, но когда-то читал, что в начале Великой отечественной немцы использовали химоружие. В ответ СССР ударил по немецким позициям реактивной артиллерией начиненной напалмом. Это оказало такое жуткое действие, что Германия заключила с СССР договор против использования химоружия и напалма в реактивных снарядах.
        1. Поморянин 9 декабря 2015 13:34
          Это как вы себе представляете? Тов. Гиитлер позвонил партайгеноссе Сталину по телефону?
        2. Поморянин 9 декабря 2015 13:34
          Это как вы себе представляете? Тов. Гиитлер позвонил партайгеноссе Сталину по телефону?
          1. Condor-A 10 декабря 2015 03:22
            Тухачевский под Тамбовом с аэропланов поливал импритом как деревни так и леса.
        3. n.kolesnichenko 9 декабря 2015 17:27
          В реактивной артиллерии применялись термитные снаряды , но никак не НАПАЛМ !!!
        4. EvilLion 13 октября 2016 08:30
          Вообще-то "Катюши" сами по себе имели боеприпасы с очень высоким зажигающим действием.
      2. саша 19871987 9 декабря 2015 12:38
        прочитал статью на одном дыхании,автор-молодчина,статью сохранил,распечатаю обязательно,оставлю личной коллекции...
        По моему мнению, химическое оружие во Второй мировой войне не имело боевого применения исключительно в силу его малой эффективности, а не из гуманных соображений, запретов Женевской конвенции и проч., и проч.

        самый страшный абзац...
        1. strannik1985 9 декабря 2015 20:21
          На самом деле всем участникам конфликта сильно повезло,что немцы освоили промышленное производство иприта (ОВ кожно-нарывного действия)только в 1916 году и не смогли обеспечить свои войска средствами защиты(синтетический каучук получать ещё не умели,а натуральный каучук получить немцам было негде из-за блокады, поэтому насытить свои войска они не смогли),а союзники освоили промышленное производство иприта за считанные месяцы до окончания войны. Не будь такого счастливого стечения обстоятельств оценка применения БОВ могла быть совершенно иной.
  2. Alexey RA 9 декабря 2015 11:46
    Что же было на самом деле? Тухачевский, мало знакомый с применением химбоеприпасов, приказал выпустить по бандитам, находившимся на территории в сотни гектаров, несколько десятков 3-дм (76-мм) химических гранат, а те, злодеи, даже ничего и не заметили.

    Причём снаряжены эти снаряды были веществом, которое знает и испытал на себе практически каждый служивший в армии. Начинкой их был хлорпикрин - тот самый, что используется при штатной проверке противогазов.
  3. Alexey RA 9 декабря 2015 11:48
    Наиболее интенсивно химическое оружие применялось англичанами на Северном фронте. 7 февраля 1919 года в своем циркуляре военный министр Уинстон Черчилль предписывал «использовать химические снаряды в полной мере как нашими войсками, так и русскими войсками, которые мы снабжаем».


    Лейтенант Дональд Грэтхем и его изобретение - переделанные в авиабомбы "М-девайсы" (химические термогенераторы - специальные ядовитые "свечи", снаряжённые адамситом).
    Онега, 1919 г.
  4. Поморянин 9 декабря 2015 13:31
    Например, достоверно известно одно из первых применений химического оружия на Руси-матушке. Это случилось 30 июня 1641 года под Азовом. Осаждённые казаки разогрели в котлах содержимое выгребных ям и вылили "это" на атакующих турок. От страшной вони атака захлебнулась не начавшись.
  5. Bosk 9 декабря 2015 19:30
    Как то проскакивала информация что французы ещё перед немцами использовали ручные химические гранаты...
  6. Лiцьвiн 12 декабря 2015 21:11
    Цитата: "Зато последние два десятилетия отечественные СМИ взахлеб пишут о применении Михаилом Тухачевским химического оружия в ходе мятежа Александра Антонова на Тамбовщине. В статьях фигурируют тысячи и даже десятки тысяч задушенных газом крестьян.

    Параллельно десятки исследователей в конце ХХ века опросили множество стариков – очевидцев подавления мятежа. Но, увы, никто из них ничего не слышал о химическом оружии.

    Я сам в 1980-х годах часто беседовал с одной старушкой, которая 15-летней девочкой оказалась в гуще боев на Тамбовщине. Она рассказала много любопытных подробностей восстания, но тоже и не слыхивала о химбоеприпасах.

    Понятно, что в трудах любителей сенсаций никаких данных ни о типе, ни о числе химических боеприпасов, примененных на Тамбовщине, ни о потерях мятежников в ходе применения ОВ нигде не приводится...."
    Тема "про ОВ и большевиков" автором не проработана ВООБЩЕ. Про химоружие и его применение большевиками при подавлении крестьянких восстаний - реальной информации "ноль" (лучше вообще было эту тему не затрагивать).

    Даже по этому короткому отрезку текста можно задать несколько правомерных замечаний автору:
    1) кто должен рассказать "о типе, ни о числе химических боеприпасов, примененных на Тамбовщине, ни о потерях мятежников в ходе применения ОВ нигде не приводится...."? Китайцы, которые открывали вентили в баллонах, или латышы, которые потом хоронили мертвых крестьян в оврагах? Или сами большевики-участники событий, которые навряд ли дожили даже до 90-х годов 20 века, рассказали бы россиянам о своих злодениях? Или "историки СССР" на пару с "идеологами" из ЦК КПСС?
    2) Свидетелей действительно было кране мало, поскольку травление мятежников проходило вдали от населеных пунктов. А если кто и видел, то либо сгинул в период ВОВ, либо просто не дожил до 90-х годов в силу возраста. А если кто и дожил, то молчал до конца свои дней - у того поколения страх "сталина" был на уровне инстинкта.
    3) НО есть все же конкретные, задокументированные показания очевидцев тех событий, прямо указывающие на факты масового применения ОВ на Тамбовщине. Можно "справится" о них в Тамбовском краеведческом музее, а также в архивах органов прокуратуры, проводивших с 1992 по 1995 годы раследования по факту применения химоружия против мирных граждан на территоии РСФСР.


    Ну и еще, в статье не раскрыта тема подавления Кронштадского мятежа, где главную скрипку сыграли именно химические боеприпасы.
    1. Condor-A 13 декабря 2015 00:47
      Оно и внутри населенных пунктов происходило. Свидетелей было мало просто потому что убили всех.
      Сталина не приплетай, он этого отравителя расстрелял, как врага народа.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня