Рубрика "Мнения" : Здесь выкладываются абсолютно различные мнения-статьи посетителей сайта, а также статьи с других сайтов для обсуждения. Администрация сайта по поводу этих новостей может иметь мнение, отличное от мнения авторов материалов.

Честная оценка одной трагедии

Честная оценка одной трагедии


Не ставя перед собой глобальной задачи осветить всю гамму событий, произошедших 23 октября 1960 года на полигоне Байконур, автор в то же время хотел бы показать всю важность комплексного подхода к созданию и проведению испытаний ракетного вооружения как лично из своего опыта, так и своих коллег-предшественников, а также работы всех комплексных служб промышленности и Ракетных войск стратегического назначения на примере только одного события – трагической катастрофы при проведении на стартовой площадке полигона подготовки к пуску первой ракеты Р-16.

При этом автор считает необходимым отметить, что слово написать о трагедии он дал многолетнему главному конструктору харьковского п/я 67 (п/я А-7160, КБ электроприборостроения, ОАО «Хартрон»), возглавившему коллектив предприятия-разработчика системы управления ракеты Р-16 (8К64) после гибели Бориса Коноплева дважды Герою Социалистического Труда академику Владимиру Сергееву на праздновании его 90-летия 5 марта 2004 года.


НЕИЗВЕСТНОЕ ОБ ИЗВЕСТНОМ


Масштабы и последствия этой трагедии широко описаны, например, Борисом Чертоком и Александром Ряжских, которые в момент аварии находились на полигоне, хотя и на других площадках, и принимали непосредственное участие как в ликвидации последствий аварии, так и в работах аварийных комиссий, расследовавших причины катастрофы. Поэтому автор настоящей статьи позволяет себе лишь вкратце напомнить читателям об этих событиях и сосредотачивают свое внимание на анализе сохранившихся документов.

Гораздо менее известны воспоминания об этих событиях выживших непосредственных участников, разбросанные в основном в юбилейных изданиях предприятий и потому неизвестных широкой публике. В связи с этим большой интерес представляет книга Николая Линькова «Ракетный Харьков», вышедшая в Харькове небольшим тиражом около 15 лет тому назад.

Николай Линьков много лет проработал на Байконуре начальником Харьковской объединенной экспедиции и был непосредственным участником описываемых далее событий. В своей книге он приводит не только воспоминания выживших участников, но и подлинные документы аварийной комиссии, которую возглавлял в то время председатель Президиума Верховного Совета СССР Леонид Брежнев.

Ракета Р-16 (8К64) представляла собой ракету второго поколения и разрабатывалась под руководством Михаила Янгеля в созданном в 1956 году в днепропетровском ОКБ-552 (позже КБ «Южное»). Ракета – жидкостная. Тип топлива – гептил, разработанный в ленинградском Государственном институте прикладной химии под руководством Владимира Шпака, впоследствии действительного члена Академии наук СССР.

Как известно, первые межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) и в СССР, и в США были жидкостными. Не вдаваясь в рамках настоящей статьи в описание достоинств разных сортов топлива, отмечу только, что твердотопливное «смесевое» топливо было впервые создано в США и именно на его основе было начато массовое развертывание боевых ракет шахтного базирования семейства «Минитмен». В СССР же и первопроходец боевой ракетной техники Сергей Королев, и вступившие потом в ракетную гонку Михаил Янгель, Владимир Челомей и Виктор Макеев (по ракетам для подводных лодок) не отошли от ракет с ЖРД. Да, наверное, и не могли в силу необходимости в кратчайшие сроки ликвидировать огромное отставание ракетно-ядерного потенциала от США.

Первая ракета Р-16 была вывезена на наземную стартовую площадку 21 октября, где 22 октября ее заправили топливом и были начаты необходимые предстартовые проверки.

В заправленном состоянии ракета могла находиться только одни сутки, после чего ее надо было либо пускать, либо сливать топливо и возвращать на техническую позицию.

В процессе электрических проверок, естественно, начали проявляться недостатки, поскольку многие операции проводились впервые, их не предваряли не только проверки на технической позиции, но и на комплексных стендах ОКБ-552 и п/я 67. Отдельные замечания носили столь серьезный характер, что ракету необходимо было не только вернуть, повторяем, слив топливо, на техническую позицию, но и, возможно, вообще отложить ее пуск до проведения комплексных проверок на стенде системы управления в харьковском КБЭ.

Это означало бы не только невозможность пуска ракеты Р-16 в ознаменование празднования очередной годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, но и вообще ее пуска в 1960 году.

РОКОВОЕ РЕШЕНИЕ


Все это прекрасно понимали присутствующие на стартовой площадке руководители всех рангов, в том числе и председатель Государственной комиссии заместитель министра обороны СССР Маршал Советского Союза Митрофан Неделин.

Конечно, не мне судить, чем он руководствовался в последние часы своей жизни, но его действия могу описать достоверно по описаниям выживших очевидцев.

Расположившись не в душном и тесном бункере стартовой площадки, а непосредственно у стартового стола ракеты, маршал и председатель Государственной комиссии, вместо того чтобы, как ему полагалось как заместителю министра обороны и председателю Государственной комиссии, немедленно прекратить испытания, подмял под себя руководство полигона и многочисленных главных конструкторов.

Никакие мнения о необходимости остановки испытаний не допускались.

Обсуждались лишь возможные версии о причинах неполадок и предложения о проведении дополнительных, не предусмотренных документацией главных конструкторов технических проверках. С голоса выслушивались все разноголосые мнения десятков представителей многочисленных предприятий и военных специалистов, которые, естественно, предварительно даже не обсуждались со своими непосредственными начальниками.

В общем, то ли Великий Хурал, то ли новгородское Вече.

Однако проводимые дополнительные проверки положительных результатов не дали. Представители промышленности разошлись советоваться между собой и по ВЧ-связи с предприятиями.

Наступил технический перерыв, во время которого главный конструктор гироскопических приборов и его специалисты (молчавшие до тех пор, поскольку к их гироскопам замечаний вообще не было и в процессе электрических проверок и даже в процессе пуска ракеты не могло быть просто физически), непонятно зачем присутствующие не то что но стартовой площадке, но и вообще на полигоне, предложил провести режим «Приведение шаговых моторов в исходное». Робкие попытки главного конструктора системы управления и его двух сотрудников Ивана Жигачева и Евгения Рубанова успехов не имели (а гироскопы это не самостоятельная система ракеты, а составная часть ее системы управления). Вообще ненулевая установка гироскопов на полет ракет не влияет, теоретически может привести к небольшой – 1–2% – погрешности в точности попадания ракеты в цель, при этом в задачи пуска первой ракеты Р-16 вопросы точности даже не упоминались.

За это все трое поплатились жизнями. Их останки, вернее, то, что от них осталось, захоронены на почетной аллее 2-го городского кладбища Харькова, где за могилой ухаживает то лично директор ОАО «Хартрон», то работники кладбища, работу которых оплачивает первый автор настоящей статьи из средств благотворительного фонда «Ирина Синицина», основанного им совместно с ДОСААФ России и Федерацией авиастроительного фонда в память о разбившейся 23 сентября 2012 года в Сан-Франциско в возрасте 35 лет его дочери – капитана сборной России по парашютному спорту Ирины Синициной.

Но продолжим.

Услышав, что что-то находится не в исходном состоянии, маршал решительно пресек все лишние возражения. Все главные конструктора безропотно подписали соответствующее решение и приступили к проверкам.

Но режим не прошел. Оказалось, что для его проведения необходимо задействовать ампулизированную бортовую батарею второй ступени ракеты. В штатном режиме ее включение обеспечивалось подрывом соответствующего пиропатрона по команде системы управления ракеты в полете после окончания работы и отделения первой ступени.

Тут бы и остановиться, но Россия всегда славилась своими умельцами. Немедленно, прямо на месте распаяли какую-то кабель-вставку и повторили режим, который, конечно же, прошел настолько успешно, что главный конструктор ракеты, будучи заядлым курильщиком, решился на перекур.

На тесной площадке, огороженной зачем-то трехметровым забором, имевшим только один проем для одного КПП, в тот момент находилось более 500 человек. Над площадкой висел туман, то ли от курящих, то ли от паров гептила. Конечно же, из соображений строжайших мер техники безопасности, курить на площадке строго запрещалось, и Михаил Янгель как дисциплинированный человек безропотно спустился тайком покурить в бункере.

Там ему и досталась сомнительная честь доложить первым по ВЧ лично Никите Хрущеву о произошедшей трагедии и о сотнях заживо сгоревших. На прямой вопрос: «А почему живы вы?» Михаил Кузьмич ответа сразу не дал.

Михаил Янгель скончался спустя 11 лет в день своего 60-летия 11 октября 1971 года, но не от рака легких, а от скоропостижного инфаркта. А нам постоянно говорят о вреде курения и даже выпустили строжайшие законы.

«Умом Россию не понять…»


Аварийная правительственная комиссия под руководством председателя Президиума Верховного Совета СССР Леонида Брежнева, проработав более четырех месяцев, в своем отчете написала, что «причиной аварии стал несанкционированный запуск второй ступени ракеты».

Как говорят, устно он добавил: «Надо бы наказать, но некого»

Виновных не нашли.

Николай Пилюгин (слева) и Сергей Королев в Кисловодске в 1957 году. Фото с сайта www.mosarchiv.mos.ruЛИЧНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ

Теперь о том, за что несет личную ответственность главный конструктор ракетного комплекса на примере Александра Надирадзе.

На этапе согласования тактико-технических требований МО он отвечает:

– во-первых, за четкое формулирование требований к ракете. При этом в личном распоряжении главного конструктора должен быть весовой запас (запас главного конструктора), из которого в процессе КД, изготовления опытных образцов и при их наземной отработке выделяются либо килограммы веса, либо какие-то единицы импульсов (например, тяги). В качестве примера: оперативно-тактический комплекс «Темп» успешно прошел летные испытания и был рекомендован к принятию на вооружение Советской Армии, однако в серийное производство так и не пошел. Сам Александр Надирадзе настоял на переходе к смесевому топливу. Так появился комплекс «Темп-С». При этом не допускается снижения заявленных ТТХ ракеты. Несоблюдение этих требований при разработке КБ «Южное» твердотопливной ракеты РТ-23 привело к необходимости уже в процессе летных испытаний приступить к разработке ракеты РТ-23УТТХ;

– во-вторых, за гибкость формулировок при задании требований к РК в целом и его составным частям. Так, в ТТТ МО № 001434 (001516) на разработку комплекса «Тополь» не было задано:

– жесткого температурного диапазона применения. Его заменили географически заданные районы применения. Все остальное было написано в согласованном с Главным управлением ракетного вооружения и 4-го ЦНИИ Министерства обороны и обязательном для всех разработчиков документе под названием «Исходные данные Главного конструктора по эксплуатации и боевому применению». Разработка этого документа как раз в ТТТ МО и предусматривалась;

– требований по понижению или непонижению боевых готовностей при проведении сезонного и других видов технических обслуживаний техники. Их заменила в ТТТ формулировка: «Время понижения и восстановления при проведении технических готовностей выбирается исходя из необходимости обеспечения заданного коэффициента боевой готовности»;

– стартовый вес ракеты. Его заменила формулировка о необходимости соблюдений международных соглашений при разработке ракеты «Тополь» как модернизированной твердотопливной ракеты РТ-2П. Отсутствие в ТТТ отдельных требований по весу ракеты, весу ракеты в транспортно-пусковом контейнере, весу пусковой установки, весу шасси (постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР был задан только вес пусковой установки с ракетой) приводило, с одной стороны, к постоянным мелким дрязгам между головным институтом и разработчиком пусковой установки и головным разработчиком наземного оборудования ОКБ-1 волгоградского ПО «Баррикады» (позже и поныне самостоятельное ЦКБ «Титан») и его молодым, но талантливым главным конструктором Валерианом Соболевым, позже народным депутатом СССР, а затем первым заместителем губернатора Волгоградской области, и его заместителем Николаем Аксеновым, позже много лет возглавлявшим ПО «Баррикады». С другой стороны, Александр Надирадзе постоянно и жестко контролировал весовую сводку не только ракеты, но и всей пусковой установки, обладая при этом возможностью применения ко всей кооперации принципа «кнута и пряника».

На этапах разработки конструкторской документации и наземной отработки он отвечает:

– за разумное сочетание полного объема наземной отработки ракеты и ее составных частей с тем объемом отработки, который необходим для начала летных испытаний ракеты. Постоянный учет результатов наземной отработки при определении, в частности, этапов летных испытаний. Жесткого контроля при внесении изменений в КД, в первую очередь за сроками внедрения изменений и доработки или недоработки задела. Приведу только один пример. Первый пуск ракеты «Скорость» на 4-м ГЦП МО закончился аварийно из-за прогара корпуса второй ступени ракеты. В первый же час после пуска, но уже после проведения аварийного заседания Государственной комиссии заместитель главного конструктора института по двигательным установкам Виктор Солоноуц признался в том, что необходимость утолщения корпуса была выявлена еще при огневых испытаниях, необходимые изменения в документацию внесены, но под давлением серийного завода он лично, не поставив в известность главного конструктора, дал согласие заводу на внедрение изменений в конструкцию не с ракеты № 01Л, а с какого-то последующего номера. Именно за это, а не за саму аварию Виктор Солоноуц немедленно получил строгий выговор с предупреждением о неполном служебном соответствии. Больше всего при этом Александр Надирадзе переживал, что, не доложив своевременно Государственной комиссии, он может быть кем-то заподозрен в сознательной лжи;

– за своевременную разработку конструкторской документации и особенно за ее своевременную передачу на серийные заводы;

– за подписание лично отчета о готовности ракеты и комплекса к началу совместных летных испытаний пусть и в нештатном составе, но с проведенным объемом наземной отработки, позволяющим в первую очередь обеспечить безопасность испытаний.

На этапе совместных летных испытаний он должен:

– разумно определить совместно с разработчиками основных систем, в первую очередь с главным конструктором системы управления, этапность проведения совместных испытаний, не допуская, с одной стороны, задержки начала испытаний, а с другой стороны, добиваться полной штатности всех систем и агрегатов комплекса на завершающем этапе испытаний. Ярким примером этого служит создание ПГРК «Тополь», подробно описанное автором настоящей статьи в статье «С «Тополями» все было непросто» (см. «НВО» от 02.10.15);

– строго следить за безопасностью испытаний, особенно при непосредственной подготовке ракет к пуску. При необходимости самому, не дожидаясь соответствующих решений Государственной комиссии, приостанавливать испытания, перенося необходимые проверки на стенды промышленности;

– иметь сильное техническое руководство и добиваться того же от смежников;

– быть честным перед полигоном и Государственной комиссией.

О СИЛЬНЫХ МИРА ВСЕГО

И в заключение немного о президентах, генеральных директорах и генеральных конструкторах.

Вкратце о политике. Как известно, иностранное слово «президент» в Советском Союзе ввел в обращение Михаил Горбачев. Потом, уже в России, ничтоже сумняшеся, его подхватил Борис Ельцин, а потом и государства СНГ. Считаю необходимым отметить, что соглашение в Беловежской Пуще от имени Белоруссии подписал не президент Белоруссии, а председатель Верховного Совета.

Автор настоящей статьи лично один раз предлагал Леониду Кравчуку и трижды Леониду Кучме ввести в Конституцию Украины наименование высшего поста страны – «Гетман».

Дружно отказались!

Ющенко, Януковичу и Порошенко я уже ничего не предлагал.

А потом начался парад суверенитетов в России. Из всех республик России только Карелия и Хакасия в качестве высшего руководителя республики сохранили (выборные должности) наименование «Председатель правительства».

И в бизнесе, и в промышленности началось… Бог с ним, с бизнесом, я о промышленности.

Сергей Королев и Николай Пилюгин умерли главными конструкторами.

Александр Надирадзе – директором – главным конструктором Московского дважды ордена Ленина института теплотехники.

Через 11 дней после смерти Александра Надирадзе 4 сентября 1987 года постановлением Совета Министров СССР Борис Лагутин был назначен генеральным конструктором института, а приказом Министерства оборонной промышленности – директором.

Институт охватила легкая паника.

Машбюро прекратило работу.

Спас положение министр оборонной промышленности Павел Финогенов, выпустивший оперативно, уже на следующий день – 16 сентября 1987 года – приказ о назначении Александра Виноградова первым заместителем директора и генерального конструктора института.

Все вздохнули с облегчением.

Аналогичная ситуация произошла 11 марта 1997 года, когда Зиновий Пак назначил Юрия Соломонова генеральным конструктором и директором.

Нюансы слов «главный», «генеральный» я понял чуть позднее при назначении на должность руководителя волгоградского ЦКБ «Титан» Виктора Шурыгина.

Оказывается, в контракте о назначении на должность зарплата руководителя прописывается не в абсолютных цифрах, а как коэффициент, умножающий среднюю зарплату работников предприятия. Этот коэффициент варьируется и напрямую зависит от наименования должности руководителя.

Авторы бесконечно благодарны Андрею Себенцову за неоценимую помощь при подготовке и написании данной статьи.
Автор: Владимир Бухштаб
Первоисточник: http://nvo.ng.ru/history/2015-12-11/6_tragedy.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Комментарии 17
  1. МИХАЛЫЧ1 13 декабря 2015 10:54
    Романтики работали в СССР...Вот времена , то были!
    1. gg.na 13 декабря 2015 11:04
      Это то-о-ооочно!! yes Времена тогда были будь здоров!
    2. bistrov. 13 декабря 2015 11:28
      Тогда разговор короткий был.Сделать и все.А твое здоровье, можешь ты или не можешь,никого не интересовало.Важен был только результат.Тогда тебя терпели.Не можешь дать результат,пошел на хрен,освободи место другому.И что самое удивительное,этот результат давали. Такое в военном строительстве было, примерно, до 1985 года.Потом началось всеобщее расслабление.
      1. ЛукичЪ 13 декабря 2015 11:37
        Цитата: bistrov.
        Тогда разговор короткий был.Сделать и все.А твое здоровье, можешь ты или не можешь,никого не интересовало.Важен был только результат.

        и обязательно к какой либо дате, или юбилею
      2. Ежак 13 декабря 2015 12:45
        Цитата: bistrov.
        И что самое удивительное,этот результат давали

        А ведь всё правильно. Неспроста распределяли после института молодёжь и на местах упорно пытались обучить их профессии. Такую молодь даже увольнять было запрещено, даже если он работать не желает. А сколько народа было пристроено не по знаниям, а по родственным связям, хоть и пытались с этим бороться Даже у советских евреев было выражение типа: Не столько хорошую работу найти, сколько место хорошее. И ведь активно тащили своих к себе.
        Ну про евреев, это не только у нас, похоже везде так. В Амстердаме народ возник, по какой причине на обработку алмазов не берут европейцев, одних евреев набирают. Их посадили на место, нагло заявив, что евреи лучше голландцев работают. И затихли голландцы.
  2. NordUral 13 декабря 2015 11:09
    Что-то я не понял, что же хотел сказать уважаемый автор. О вреде самоуправства и о том, не не смог Неделин перенести старт, опасаясь гнева Хрущева?
    1. Лелёк 13 декабря 2015 11:19
      Цитата: NordUral
      Что-то я не понял, что же хотел сказать уважаемый автор. О вреде самоуправства и о том, не не смог Неделин перенести старт, опасаясь гнева Хрущева?


      Чтобы судить о событиях того времени, нужно жить в то время. Судить с позиции "сегодня" не советую - ошибётесь. fool
    2. WKS 13 декабря 2015 11:48
      Цитата: NordUral
      Что-то я не понял, что же хотел сказать уважаемый автор. О вреде самоуправства и о том, не не смог Неделин перенести старт, опасаясь гнева Хрущева?

      Видимо просто поделился воспоминаниями. Один мой хороший знакомый и коллега в тот момент находился вблизи этого старта. После того как произошел взрыв и огненный вал покатился в степь, успел вскочить на подножку какого-то грузовика и тем самым остался живым. Он тоже постоянно делился (с кем можно было) этими жуткими впечатлениями.
      WKS
    3. mervino2007 13 декабря 2015 16:28
      Цитата: NordUral
      О вреде самоуправства и о том, что не смог Неделин перенести старт

      Настойчивость Неделина можно объяснить давлением Хрущёва (отношения РУКОВОДИТЕЛЬ-ПОДЧИНЁННЫЙ). Но когда ты являешься главным на этом объекте, ты должен за всё отвечать сам. Ты (твои личные качества, как РУКОВОДИТЕЛЯ)- совершитель жизни и смерти многих людей, должен противостоять внешним обстоятельствам. Иначе ты не соответствуешь занимаемому месту.
      Но - в тот момент ещё многого не знали. Опыт - сын ошибок трудный, пришёл после анализа последствий этой трагедии.
  3. dmi.pris 13 декабря 2015 11:12
    Спасибо за статью,технически точно и правильно написано...К сожалению до сих пор работает "русский авось",и всё что с этим связано...Честь и слава этим людям,сделавших нашу страну ВЕЛИКОЙ...
    1. ЛукичЪ 13 декабря 2015 11:38
      Цитата: dmi.pris
      К сожалению до сих пор работает "русский авось",и всё что с этим связано...

      а это уже на генном уровне smile
  4. Anchonsha 13 декабря 2015 11:17
    Каковым ни были суровыми времена, но все же должности в отраслях ВПК занимали активные, инициативные руководители, которые видели в Хрущеве идиота и потому не всегда подстраивались под него.
  5. Stinger 13 декабря 2015 11:22
    Аналогичная ситуация произошла 11 марта 1997 года, когда Зиновий Пак назначил Юрия Соломонова генеральным конструктором и директором.

    Это было абсолютно правильное решение. В новых условиях генеральный конструктор без возможности управлять финансами головного предприятия - справка без печати. Формально ответственность за техническую политику на нём, а деньгами распоряжается дядя. Директор всегда трусоват по определению, а генеральный конструктор может отстоять свою точку зрения профессионально.
  6. knn54 13 декабря 2015 11:22
    О трагедии рассказывали почти 40 лет назад старшие коллеги ( ПО "Коммунар").Приходилось бывать и на Байконуре,правда всего 1 раз.
    -О сильных мира сего.
    Что то вспомнился анекдот:
    Наша тетя Сарра экономист.Как Карл Маркс? Да нет,тетя СТАРШИЙ экономист,а Карл Маркс ПРОСТО экономист.
    P.S Интересно,как там НИИАП( п/я А 1001)-детище Пилюгина.Была весьма и весьма серьезная "Контора".
    1. ЛукичЪ 13 декабря 2015 11:47
      Цитата: knn54
      Что то вспомнился анекдот:


      приехала комиссия политбюро на Байконур.
      Таааак, американцы уже на луну сели, а вы всё вокруг шарика крутитесь. Всё, хватит, завтра на солнце полеьте.
      отвечает Генеральный конструктор.
      Ммммм... но там ведь жарко...
      ответ комиссии
      в политбюро тоже не дураки сидят, ночью полетите
  7. Dragon-y 13 декабря 2015 11:41
    Просто решили "провернуть" шаговые аппараты в "исходное", не отключив вторичные цепи, бортовые батареи были подключены, и прошла команда на запуск двигателя 2 ступени...
  8. Одинокий Волк 13 декабря 2015 13:44
    Цитата: bistrov.
    Тогда разговор короткий был.Сделать и все.А твое здоровье, можешь ты или не можешь,никого не интересовало.Важен был только результат.Тогда тебя терпели.Не можешь дать результат,пошел на хрен,освободи место другому.И что самое удивительное,этот результат давали. Такое в военном строительстве было, примерно, до 1985 года.Потом началось всеобщее расслабление.

    Можно подумать сейчас по другому, не для золотых парашютов, а для простых работяг???
  9. Kosmodrom 13 декабря 2015 18:19
    Наступил технический перерыв, во время которого главный конструктор гироскопических приборов и его специалисты (молчавшие до тех пор, поскольку к их гироскопам замечаний вообще не было и в процессе электрических проверок и даже в процессе пуска ракеты не могло быть просто физически), непонятно зачем присутствующие не то что но стартовой площадке, но и вообще на полигоне,

    После этого перла, читать статью дальше нет никакого желания
    1. Ленинск 14 декабря 2015 00:26
      Согласен на все 100%..
  10. 33797 13 декабря 2015 19:32
    Во-первых, произошло это 24 октября 1960 года. Во-вторых, о том, что все стремились выполнить задачу к 7 Ноября - сказано лет 20 назад. Про личную ответственность легко рассуждать через десятки лет. Тогда это готовился первый пуск такой ракеты.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня