Британские танки в 21 веке, или Чего ждать от этих островитян. Часть 3



120-мм нарезная пушка L30A1 британского танка Challanger 2


Программа продления срока службы LEP

Возможно, что определенные элементы конфигурации TES (Theatre Entry Standard) будут реализованы на большем числе танков в рамках нарождающейся программы Challenger 2 LEP. Впрочем, спецификация LEP подразумевает в основном борьбу с моральным старением – другими словами простое поддержание возможностей платформы на ее нынешнем уровне с целью гарантирования того, что танк Challenger 2 останется на вооружении до своей даты вывода из эксплуатации – без какого-либо повышения характеристик. В общем и целом, по сравнению с первоначальными замыслами эта программа будет очень ограниченный по масштабам.

Номинально программа LEP остается на стадии концепции, кроме того, официально было объявлено, что ее этап оценки не начнется до конца 2015 года, а основное решение по инвестированию не будет вынесено примерно до 2017 года. За исключением еще одного срочного оперативного требования маловероятно, что ее реализация начнется до конца этого десятилетия. Тем не менее, планирующие военные структуры и представители боевых подразделений начали определять свои потребности и, как следствие, наверху этого списка первой появилась новая тепловизионная камера для оператора-наводчика и/или командира.

Британский тепловизор Thermal Imaging Common Module (TICM) II устанавливается в тепловизионном блоке на маске орудия с 80-х годов и его становится все сложнее обслуживать. Он также не обеспечивает достаточной разрешающей способности и не соответствует современным более строгим требованиям по положительной идентификации целей. Существуют также подобные намерения по радикальному обновлению электроники в существующем компьютере управления огнем, который является дальнейшим развитием компьютера, первоначально разработанного для танка M1A2 компанией Computing Devices Canada (в настоящее время часть General Dynamics).

К другим ближайшим и настойчиво продвигаемым нововведениям относятся усовершенствованные приводы башни, система управления пушкой, улучшенное управление аккумуляторными батареями, улучшенная система воздухоочистки двигателя и доработанные блоки подвески Hydrogas (уже установлены на инженерные машины Titan и Trojan).

Впрочем, поступательное повышение уровня бронирования влияет не только на инерцию башни и характеристики подвески, но также усложняет рулевое управление самой машины. Поэтому в перечень пожеланий включены различные варианты модернизации или замены двигателя и трансмиссии, уменьшение объема в этом случае теоретически позволяет улучшить охлаждение и повысить выходную мощность.

Еще одним пожеланием, неизбежно влекущим за собой более фундаментальные изменения в танке Challenger 2, является внедрение общей (стандартной) архитектуры для транспортных средств GVA (generic vehicle architecture). В идеале переход на нее должен быть осуществлен как можно раньше, поскольку это могло бы оказать большое влияние на подход к модернизации системы управления огнем – одну из «мер», которая необходима в кратчайшие сроки. GVA также обеспечит необходимую основу для лучшей интеграции между рабочими местами экипажа и будущим дистанционно управляемым боевым модулем (ДУБМ) и лучшего взаимодействия с усовершенствованной системой внешней связи в бронетанковой боевой группе. (Преемник системы Bowman разрабатывается в рамках программы Morpheus, чья группа разработчиков несет ответственность за будущие системы связи на борту машин Scout и Warrior CSP, но не танка Challenger 2.)

По историческим причинам и сложившейся традиции вопросы, касающиеся различных аспектов возможностей Challenger 2, например боеприпасов и защиты, решаются по своим собственным линиям финансирования. Для того чтобы наладить взаимодействие, эти потоки наряду с программой LEP «загнали» в рамки комплексной программы Armour MBT 2025, в которую также входят все вопросы, имеющие отношение к будущему задействованию бронетанковых подразделений, включая обучение.

Система защиты танка Challenger 2 проходила постоянные модернизации, последней из которых стала установка броневых модулей Dorchester; в долгосрочной перспективе система защиты будет улучшена за счет реализации программы активной интегрированной системы защиты AIPS (Active Integrated Protection System). По этой программе, аналогичной начатой в конце 2014 года американской программе модульной системы активной защиты Modular Active Protection System (MAPS), предприятия-разработчики в сотрудничестве с британской Лабораторией оборонной науки и технологии в следующие три года выполнят несколько этапов технологической оценки и демонстрации. Ее целью является исследование способов борьбы с «несложными» ручными гранатометами, «сложными» противотанковыми управляемыми ракетами и танковыми крупнокалиберными снарядами на базе технологий непосредственного поражения атакующих средств и оптико-электронного противодействия. Ожидается, что в основу любой перспективной AIPS ляжет модульная и надежная архитектура и система управления, базирующиеся на перспективной разработке успешной британской инициативы GVA; подобный подход принят в рамках британской программы по общей системе защиты CDAS (Common Defensive Aids System) для винтокрылых платформ.

Подробнее о механизме оперативной готовности боевых подразделений в рамках программы Army 2020 (A-FORM)

Как говорится в документе министерства обороны, представленном комитету по обороне Палаты общин в 2014 году, A-FORM (Army 2020 force operations and readiness mechanism – операции вооруженных сил и механизм готовности в рамках доктрины Army 2020) базируется на трехлетнем цикле подготовки войск, совпадающем с календарным годом. Первый год – носит название «Подготовку», второй – «Оперативные задачи» и третий – «Другие задачи».

Все подразделения в Силах высокой готовности (Reaction Force) и Силах неполной готовности (Adaptable Force) будут проводить общевойсковую совместную боевую подготовку минимум каждые три года, хотя в связи с поставленной перед ними задачей участия в гибридных боевых действиях Силы высокой готовности будут делать это чаще. В течение первого «учебного» года боевые формирования последовательно проходят все уровни, начиная от индивидуальной подготовки и кончая общевойсковыми учениями с участием боевых сил и средств. Для Сил высокой готовности – это уровень CT4 и для Сил неполной готовности – более низкий уровень CT3 (подготовка роты/эскадрона в контексте боевой группы).

Сама подготовка представляет собой сочетание боевой и виртуальной деятельности, в которой занятия на тренажерах все в большей степени используются для дополнения полевых занятий, особенно на уровне войскового соединения. Для Сил высокой готовности бронетанковых и механизированных подразделений, подготовка боевой группы проходит в основном на базе BATUS в Канаде, тогда как их соответствующие мотопехотные подразделения – на полигоне Солсбери Плейн. Силы неполной готовности проходят подготовку на базе BATUK в Кении и Солсбери Плейн.

В свой год «Оперативные задачи» подразделения Сил высокой готовности находятся в полной боевой готовности. Тем не менее, проводится подготовка подразделений в полевых условиях и на тренажерах в рамках этапа общевойсковой тактической подготовки (CAST) и этапа командно-штабной подготовки (CATT) в Ворминстере. С целью обеспечения боеготовности Сил высокой готовности все армейские подразделения также могут принимать участие в учениях за рубежом.

В год «Другие задачи» закладываются основы, необходимые для остальных годов цикла подготовки бригады, но основными задачами ее полков и батальонов является поддержание своей подготовки в год «Подготовки». Поэтому подразделения в год «Другие задачи» готовятся только до уровня CT1, хотя некоторые из них могут проводить подготовку более высокого уровня с целью «обеспечения подготовки» других подразделений. Задачи «обеспечения подготовки», как правило, заключаются в предоставлении демонстрационной боевой группы для Центра наземных боевых действий, а также выполнении роли вероятного противника на учениях на базах BATUS и BATUK.

Огневое могущество

Помимо управления огнем свой вклад в огневое могущество танка Challenger 2 внесут, несомненно, его перспективные боеприпасы для основного вооружения.

Затронув тему бронепробивания, один из специалистов в этой области признался, что «летальность вызывает обеспокоенность», хотя на уровне подразделения инструкторы с боевым опытом Ирака утверждают, что Challenger 2 до сих пор имеет достаточное превосходство «против всего, с чем мы вероятно столкнемся». На вопрос, если бы во время подготовки были проведены ознакомительные стрельбы боевыми подкалиберными снарядами, офицеры ответили «больше нет», и причина здесь может заключаться в том, что инициация заряда высокого давления этих боеприпасов оказывает гораздо большее негативное воздействие на экипаж танка и его системы по сравнению с практическими боеприпасами.

Бронебойный оперенный подкалиберный снаряд с трассером (БОПСТ) L27A1, относящийся к классу кинетических боеприпасов, имеет сердечник, изготовленный из обедненного урана; во время боевых стрельб может отстреливаться только по целям, орошаемым системами распыления воды, которые прибивают радиоактивную пыль к земле. Этот боеприпас, получивший у солдат прозвище «снаряд с перышками», был разработан в 80-х годах прошлого века и поступил на вооружение в 1994 году. С тех пор он не проходил никаких доработок и усовершенствований. Представитель штаба армии подтвердил, что L27A1 остается «законным» несмотря на политические и экологические нападки (по делу и без дела), которые в основном касаются использования обедненного урана. Снаряд предназначен только для боевого применения.

Также имеются достаточные запасы устаревшего боеприпаса БОПСТ L23A1, чей сердечник изготовлен из сплава вольфрам-никель-медь. L23A1 может быть и политически более корректен, но он (солдатское прозвище «снаряд–башмак») значительно менее летален по сравнению с L27A1, поскольку технология этого снаряда на десяток лет старше и к тому же он создавался для стрельбы с зарядом более низкого давления, чем те боеприпасы, что оптимизированы для пушки высокого давления L30 танка Challenger 2.

Британские танки в 21 веке, или Чего ждать от этих островитян. Часть 3

Штатные боеприпасы танка Challenger 2


Резервист британской армии готовится к боевым стрельбам

С целью удовлетворения требований Омана (единственный зарубежный покупатель Challenger 2) вместо оригинального заряда L8, снятого с производства, срок хранения которого к тому же истек, для БОПСТ L23A1 был квалифицирован заряд среднего давления L18A1. Заряд L18A1, в настоящее время производящийся для практического бронебойного снаряда L29A1, используемого экипажем Challenger 2, дает снаряду L23A1 более низкую начальную скорость по сравнению с предыдущим зарядом L8. Как следствие, бронебойные характеристики стали даже хуже, чем были 30 лет назад.

К другим штатным боеприпасам танка Challenger 2 относятся соответствующие по баллистике бронебойно-фугасный снаряд со сминаемой головной частью (HESH) L31A7 и дымовой снаряженный белым фосфором L34A2 WP Smoke. Для стрельбы ими используется такой же картузный заряд L3A2, как и для остальных штатных боеприпасов, дающий начальную скорость 670 м/с.

Хотя конструкция универсального бронебойно-фугасного боеприпаса со сминаемой головной частью L31A7 HESH по сути своей не изменилась со времени принятия на вооружение для танка Chieftain в середине 60-х годов, его фугасная боевая часть оказывает значительно разрушающее воздействие на легкие, средние и тяжелые бронированные цели, а также достаточное воздействие на небронированные транспортные средства и спешенную пехоту. Он также может использоваться для разрушения блиндажей и подземных убежищ и укрытий в кирпичных или бетонных стенах. Несмотря на его низкую начальную скорость по сравнению со вспомогательными боеприпасами, используемыми на других танках (которые как правило имеют начальные скорости в диапазоне 830-1400 м/с), этот стабилизируемый вращением снаряд с успехом используется по целям вне обычных боевых дистанций. Экипажи периодически выполняют боевые стрельбы этим снарядом: делают два-три выстрела на дистанции 6-8 км с использованием установки системы управления огнем (СУО) «дальнобойный HESH».

По словам одного из офицеров, «то, что мы развертываем, зависит от набора целей». Например, на начальных этапах операции «Telic» полки Challenger 2 снабжались боеприпасами L27Al, L31A7 HESH и L34A2 WP Smoke. В последовавших затем операциях по стабилизации, когда главной заботой стала минимизация косвенных потерь, выбор экипажей был расширен также за счет практических боеприпасов. Как правило, практический фугасный снаряд со сминаемой головной частью L32A6 использовался в Басре для пробивания преград или стен и, по словам одного из командиров танков, по таким целям как «минометные расчеты в застроенных районах с использованием методики трех снарядов». Практический бронебойный боеприпас L29A1 мог также использоваться для сбивания с толку и дезориентации таких угроз как снайперы на больших дистанциях.

«Мы находимся на ранних этапах выработки требований к перспективным боеприпасам, которые могут привести к получению нового универсального осколочно-фугасного выстрела для нарезной пушки». Скорее всего, большая часть будет иметь устанавливаемый вручную взрыватель с тремя режимами: с установкой времени, ударный и с замедлением. Маловероятно, что нарезное орудие L30 танка Challenger 2 получит «интеллектуальную казенную часть» со встроенным программатором взрывателя. Хотя нечто подобное уже было добавлено в 120-мм гладкоствольные пушки танков Abrams M1Al американской морской пехоты и немецких Leopard 2A7 для дистанционной установки трехрежимного взрывателя программируемого универсального осколочно-фугасного боеприпаса Rheinmetall DM11.

В ближайшей перспективе изменений во вспомогательном вооружении танка Challenger 2 не предвидится, но установка ДУБМ позволит получить вместе с ним либо 12,7-мм крупнокалиберный пулемет (такой установлен в ДУБМ на машинах Bulldog), либо 40-мм автоматический гранатомет. Вместе с тем, требование по укладке дополнительных типов боеприпасов может забрать место, в настоящее время, используемое для хранения патронов калибра 7,62 мм. Если подходить критически, то для того, чтобы избежать помех для линий визирования существующей оптики Challenger 2, сам ДУБМ необходимо сместить назад с места заряжающего в сторону кормовой ниши башни и желательно, чтобы им могли дистанционно управлять со своих мест некоторые или даже все члены экипажа. Это можно сделать, только если танк Challenger 2 будет иметь электронную архитектуру, которая позволит обеспечить необходимый обмен видеоданными.

Еще одно потенциальное использование интегрированного ДУБМ заключается в установке дополнительных пусковых установок для управляемых ракет средней и большой дальности, например модернизированного варианта противотанковой ракеты Javelin, уже состоящей на вооружении британской армии. Это даст Challenger 2 аналогичную возможность, которую имеют российские танки. Из их 125-мм гладкоствольных пушек можно запускать управляемые ракеты дальностью действия 5 км AT-8 Songster (9K112 Кобра) и AT-11 Sniper (серия 9M119), поступившие на вооружение в 70-х и 80-х годах прошлого века.


Танковый полк Type 56 Challenger 2

Путь вперед

Итак, кроме систем защиты и боеприпасов любые изменения в оборудовании и подсистемах, не предусмотренные программой продления срока службы танка, не финансируются. Тем не менее, «группе будущего» в штабе армии, которой было поручено изучить перспективу на 15-20 лет вперед, сделала вывод, что основной боевой танк (ОБТ) еще останется на вооружении многие годы, и конечно позднее текущей даты снятия танка Challenger 2 с вооружения, намеченной на 2035 год.

В Соединенных Штатах ходят разговоры о продлении срока эксплуатации танков Abrams до 2040-2050 годов, а французы и немцы совместно обсуждают возможность создания танкоподобной машины нового поколения, которая придет на смену танкам Leclerc и Leopard 2 примерно в эти же сроки.

Проведение военных игр в рамках оценочного проекта «Agile Warrior» привело эту группу к выводу, что для борьбы с будущими вероятными угрозами как всегда будет необходим полный комплект платформ. В этом комплекте будет необходима платформа такого типа, которая могла бы на будущем поле боя обеспечить защищенную мобильность и высокоточный огонь.

Единственное, в чём подобная платформа могла бы иметь отклонения от конфигурации сегодняшнего танка, так это ее размеры. Вместе с тем, большого прорыва в активной защите в ближайшем будущем не ожидается и поэтому «поместить» возможности сегодняшнего танка в машину массой 10-20 тонн пока не получится.

«Большая часть наших текущих систем все еще останется на вооружении в ближайшие 20 лет и это, соответственно, потребует некоторого финансирования или обновления, или даже всего и сразу. Военные игры Agile Warrior позволили обозначить некоторые зоны, на которые нам следовало бы обратить особое внимание», – заявляют члены группы будущего: В среднесрочной перспективе развитие нынешнего парка будет идти, скорее всего, в области электронной архитектуры и активной защиты. Группа не ожидает увидеть полностью безэкипажные танки, хотя технологии автономных платформ, тем не менее, вполне возможно станут инструментом реализации для существующих наземных боевых машин, позволив убрать их экипажи для ложных атак или «демонстраций», для эвакуации, проделывания проходов в минных полях или наведения мостов.

Также есть вероятность того, что танкам предстоит работать во все более сложных районах, хотя до настоящего времени они предпочитали насколько это возможно избегать застроенных территорий. Для операций в таких районах крайне необходимы усовершенствованные системы электроники, включая GVA и дистанционное управление/компьютерный контроль систем с высокоскоростными каналами передачи данных. Кроме того, если в прошлом лобовая броня была основой защиты танка, то с появлением мин, самодельных взрывных устройств и боеприпасов для поражения сверху возникла необходимость защиты верхней полусферы.

Комментарий

При одном заметном исключении в области защиты последовательные шаги эффективных менеджеров британского министерства обороны остановили развитие возможностей ОБТ на 20 лет. Поэтому неудивительно, что есть расходы, о которых необходимо вновь вспомнить и исправить, по крайней мере, то, что касается некоторых характеристик и готовности тех танков Challenger 2, которые было решено оставить на вооружении до 2035 года и далее. Список потенциально длинный, но, прежде всего, чтобы не стать «цифровой сиротой» среди модернизированных воздушных и наземных платформ, с которыми, как ожидается, он будет взаимодействовать (и от которых в большей или меньшей степени будет зависеть его выживание) танку будут необходимы усовершенствованные внешние и внутренние цифровые каналы. Также будет необходим комплект усовершенствованных боеприпасов, который позволит эффективно справляться с будущим набором целей и восстановит превосходные боевые возможности танка Challenger 2.



Использованы материалы:
www.gov.uk
www.militaryimages.net
otvaga2004.mybb.ru
www.ukdefencejournal.org.uk
www.wikimedia.org
www.wikipedia.org
ru.wikipedia.org
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

36 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти