Европейские крестоносцы Гитлера под Ленинградом. Часть первая

Европейские крестоносцы Гитлера под Ленинградом. Часть первая


Большинство историков и авторов, пишущих на исторические темы, рассказывая о блокаде Ленинграда, обвиняют в гибели сотен тысяч защитников города и его мирных жителей исключительно германскую сторону. Они почему-то не берут во внимание, что немцы окружали Ленинград только с юга, а с севера позиции занимали финские войска. Не умаляя преступлений Германии, не стоит забывать, что кроме граждан Третьего Рейха, в удержании города в удушающем железном кольце блокады принимали участие и многочисленные добровольцы из стран Европы, направившиеся на Восток в качестве «новых крестоносцев».


La «Divizion azul»

«Испания намеревается направить в Россию один легион численностью в 15 000 человек». Франц Гальдер, Военный дневник, 29 июня 1941 г., воскресенье, 8-й день войны.

После завершения 1 апреля 1939 года кровопролитной Гражданской войны победой генерала Франко на территории Испании установилась полуфашистская диктатура. Испанские националисты считали всех местных левых агентами СССР, а военная помощь, оказанная Советским Союзом республиканскому правительству, вызывала в их сердцах жгучую ненависть.

Весть о том, что Германия начала войну против Советской России, вызвала в Испании небывалый ажиотаж среди местных националистов. Выступить непосредственно на стороне стран Оси осторожный каудильо опасался. Внутреннее положение Испании в начале 40-х годов было неустойчивым. Как минимум половина населения страны недолюбливала диктатора, на июнь 1941 года в тюрьмах находилось до 2-х миллионов политических заключённых – идейных врагов режима. Вдобавок могли начаться проблемы с западными союзниками, особенно с Англией и странами Латинской Америки. Наконец, правительство Третьего Рейха, взвесив все за и против, также предпочло видеть Испанию официально нейтральной страной.
22 июня 1941 г. испанский министр иностранных дел Серрано Суньер сообщил послу Германии в Мадриде Эбегарду фон Штореру, что Испания приветствует нападение на СССР и готова оказать помощь добровольцами. 24 июня 1941 года Адольф Гитлер принял это предложение. По всей Испании были открыты десятки вербовочных пунктов, на которые устремились тысячи волонтёров. Количество желающих бороться с ненавистными большевиками превысило ожидаемое в 40 раз, из-за чего 2 июля 1941 года вербовочные пункты были вынуждены свернуть свою деятельность. Большую часть добровольцев составляли ветераны Гражданской войны, члены движения ХОНС (Falange Espanola de las Juntas de Ofensiva National Sindicalista), которые прибывали на призывные пункты в своей традиционной униформе – синих рубашках и красных беретах. От цвета их рубашек и произошло неофициальное название Испанской добровольческой дивизии – «Голубая дивизия» (немецкое название «Blau», испанское – «Azul»).


Рис. Проводы испанских добровольцев на войну с Россией


13 июля 1941 года первый эшелон с добровольцами отправился в Германию, через день туда вылетел командир свежеиспечённого формирования генерал Муньос Грандес (Agustín Muñoz Grandes) и его штаб. К 20 июля все испанские добровольцы были собраны в Баварии в учебном лагере Графенвёр. Там испанцы прошли необходимый медицинский осмотр, им выдали стандартную полевую форму Вермахта (feldgrau). От обычных пехотных дивизий, испанцев теперь отличал только особый знак на рукаве выше локтя. На знаке дивизии знатоки фашистской геральдики изобразили щит, середину щита рассекала горизонтальная жёлтая полоса на красном фоне. На ней был изображён четырёхконечный чёрный крест и пять скрещенных стрел наконечниками вверх – символ фаланги. Сверху всё это мудрёное сооружение венчала надпись «Испания».

25 июля дивизия получила номер по немецкой номенклатуре и стала 250-й пехотной дивизией Вермахта стандартной комплектации, состоящей из трёх полков по три батальона в каждом. В состав дивизии также входили артиллерийский полк, включавший один дивизион тяжёлой артиллерии, противотанковый дивизион, разведывательный и запасной батальоны, несколько рот связи, медиков, военной полиции и …ветеринаров. Дело в том, что немцы, испытывая нужду в автотранспорте, оригинально вышли из щекотливого положения по комплектации испанцев подвижным составом. Германские штабисты просто перевели все подразделения дивизии на конную тягу. Лошади в количестве 5610 голов были захвачены во время операции Вермахта в Югославии. Это обстоятельство поначалу вызывало множество анекдотичных ситуаций: животные не понимали команд ни на немецком, ни на испанском языках.


Солдаты "Голубой дивизии"


Общая численность дивизии составляла 18 693 человека – 641 офицер, 2272 унтер-офицера и 15 780 нижних чинов. 31 июля 1941 года испанские добровольцы присягнули на верность Гитлеру. Обучение дивизии ведению боя по немецким уставам проходило легко, большинство солдат имело богатейший опыт сражений гражданской войны, и потому к 20 августа было объявлено о готовности подразделения к отправке на фронт.


Рис. Испанская пехота под огнём



И вот 29 августа испанские батальоны пешим порядком двинулась на восток. Впереди лежали разбитые дороги Литвы, Белоруссии и России. После 40-дневного марша испанцы наконец-то достигли Витебска. Командование Вермахта вначале предполагало использовать дивизию на центральных участках фронта, однако обстановка потребовала срочной переброски войск в группу армий «Север», под Ленинград.

4 октября 1941 года «Голубая дивизия» прибыла на фронт на участке Новгород - Теремец, где сразу же подверглась первому испытанию – атаке русской пехоты. Тогда же впервые в боевых донесениях советских войск проскользнуло сообщение о появлении на фронте испанцев под командованием генерала Муньос Грандеса. Оно также гласило, что дивизия укомплектована молодёжью 20-25 лет, большинство идейные фалангисты, которые сражаются очень храбро. 16 октября германские войска перешли в наступление на Волховско-Тихвинском направлении. Немецким частям удалось прорвать оборону на стыке 4-й и 52-й армий. В советской фронтовой сводке от 25 октября сообщалось, что «испанская дивизия, овладев деревнями Шевелёво, Ситно, Дубровка, Никитино, Отенский посад, пока их удерживает».

В ноябре 1941 ударили сильные морозы, до -30. Теплолюбивым жителям Пиренейского полуострова пришлось несладко – довольно много солдат получили обморожения. 4 декабря 1941 года советские войска нанесли контрудар по позициям 250-ой пехотной дивизии. Засевшие в промёрзших окопах испанцы упорно обороняли свои рубежи. Красноармейцам удалось окружить часть 269-го полка, дело доходило до рукопашных схваток. Причём, как указывали в оперативных сводках советские командиры, испанцы, в отличие от немцев, не боялись штыковых атак, и сами охотно навязывали противнику ближний бой. К 7 декабря бои в районе Отенского посада утихли, прорвавшиеся части советских войск были отброшены назад. Эта победа дорого обошлась испанцам, например, только 2-й батальон 269-го полка потерял 580 человек: 120 убитыми, 440 ранеными и обмороженными, 20 пропало без вести.


Рис. Испанцы на восточном фронте. Зима 1941-1942 годов


В конце декабря Красная Армия начала ещё одно наступление, массированному удару снова подверглась «Голубая дивизия». «В сводках 52-й армии от 24, 25 и 27 декабря сообщалось, что части 250-й испанской пехотной дивизии, оставив Шевелёво, в прежней группировке обороняются на западном берегу реки Волхов на участке Ямно-Еруново-Старая Быстрица и оказывают упорное сопротивление продвижению наших частей, неоднократно переходя в контратаки» - так вспоминал об этих событиях генерал И.И. Федюнинский в своей книге «Поднятые по тревоге». Несмотря на стойкое сопротивление противника, войска 52-й армии прорвали оборону и отбросили испанцев на несколько десятков километров. Об ожесточённости боёв говорит такой факт: из сформированной командованием «Голубой дивизии» в первые дни января 1942 года сводной лыжной роты численностью 206 человек к середине месяца в строю осталось всего 12 бойцов. Бесстрастные страницы архива МО СССР, посвящённые допросам пленных 250-й дивизии, также подтверждают высокие потери среди испанцев. Например, они гласят, что «на начало 1942 года в ротах 269-го пехотного полка оставалось по 30-50 человек, вместо положенных 150. В 3-м батальоне 263-го полка в ротах осталось 60-80 человек, во всём 2-м батальоне 262-го полка – до 80 человек. Всегда в показаниях пленных речь идёт об обмороженных».

Отступив на западный берег реки Волхов, и получив очередное пополнение маршевыми батальонами, регулярно прибывающими из Испании, солдаты «Голубой дивизии» заняли оборону. Однако спокойно отсидеться в тёплых блиндажах им не удалось. 7 января войска Волховского фронта нанесли новый удар. В разведсводке штаба 225-й дивизии 52-й армии от 18-28 января отмечается, что «263-й и 262-й полки 250-й дивизии, опираясь на узлы обороны, упорно сопротивляются действиям наших частей». Напряжённость боёв была велика: по данным штаба 52-й армии, потери полков испанской дивизии доходили до 100-150 человек ежедневно и к началу апреля 1942-го года составили 8000 человек. Несмотря на это, немцы относились к своим союзникам с прохладцей. Адольф Гитлер в своих «Застольных беседах» 5 января 1942 года заметил: « Немецким солдатам испанцы представляются бандой бездельников. Они рассматривают винтовку, как инструмент, не подлежащей чистке ни при каких обстоятельствах. Часовые у них существуют только в принципе. Они не выходят на посты, а если и появляются там, то только, чтобы поспать. Когда русские начинают наступление, местным жителям приходится будить их». Оставим эти досужие домыслы на совести бесноватого фюрера. Немецкое командование 18-й армии считало, что «Голубая дивизия» с честью выдержала тяжелейшие испытания зимы 41-42 гг.

С мая 1942 года дивизия вела бои в районе так называемого «Волховского котла», а в конце июня участвовали в тяжелейших схватках за Малое и Большое Замошье, в месте прорыва частей 305-й стрелковой дивизии РККА. « …Перед фронтом 305 сд в районе Большое Замошье подошли подразделения 250-й испанской дивизии, и происходила перегруппировка легионов «Фландрия» и «Нидерланды»… Наши части, изнурённые предыдущими боями, испытывающие недостаток снарядов, а некоторые части и недостаток патронов, не имея продовольствия, продолжали оказывать противнику упорное сопротивление….Было уничтожено свыше 1000 солдат и офицеров противника и подбито 17 танков…» - сообщает выписка из доклада начальника штаба Волховского фронта от 25-26 июня 1942 г. «О проведении операции по выводу 2-й Ударной армии из окружения».

Участник тех боёв майор А.С. Добров, бывший командир 5-й батареи 830-го артиллерийского полка 305-й стрелковой дивизии, вспоминал об этом так: «… враг после массированного налета авиации и артиллерии силами двух полков – полка СС и полка 250-й испанской «голубой» атаковал правый фланг 305-й сд – военный городок Муравьи, но был полностью разбит и перешел к обороне. В Малом Замошье было окружено более 200 фашистов. Их снабжали продуктами и боеприпасами, которые сбрасывали на парашютах с самолетов. Иногда по воле ветра кое-что доставалось и нам». 27 июня 1942 года были уничтожены последние боеспособные части 2-й Ударной Армии, «Волховский котёл» был ликвидирован, война на этом участке фронта перешла в позиционную стадию.

20 августа 1942 года германское командование начинает отводить потрёпанные полки и батальоны «Голубой дивизии» в тыл для отдыха и переформирования. 26 августа была осуществлена переброска остатков дивизии в район Сиверской, Сусанино, Вырица, Большое Лисино, куда из Испании пришло долгожданное пополнение. По сравнению с первоначальным контингентом дивизии, состоящего из идейных противников коммунизма, вновь прибывшие маршевые роты составляли странный конгломерат из убеждённых фалангистов, мелких уголовников, искателей приключений, авантюристов и просто случайных людей. Находились и курьёзные мотивы для вступления в «Голубую дивизию». Так один военнопленный из 269-го полка сообщил, что пошёл на войну, чтобы досадить своей матери, другой мотивировал свой поступок неладами с женой. Многие завербовались из карьерных побуждений: за службу в России было обещано повышение на два звания, других на этот поступок толкнули меркантильные интересы. К примеру, как указывает С.П. Пожарская в своей статье «Испанская «Голубая дивизия» на советско-германском фронте»: «каждый солдат «Голубой дивизии» получал в месяц 60 рейхсмарок, им единовременно выплачивались подъёмные в размере 100 песет, семьи военнослужащих в Испании получали по 8 песет в день». Нужно заметить, что это были очень неплохие деньги для того времени, учитывая что в Мадриде суточный заработок квалифицированного строительного рабочего составлял 9 песет, пекаря – 10 песет, владельца небольшого магазинчика – 10-20 песет в день.

Начиная с 10 сентября 1942 года, испанская 250-я дивизия производила планомерную замену 121-й немецкой пехотной дивизии на позициях под Ленинградом. Из оперативного приказа по 250-й дивизии следует, что границей обороняемого сектора с востока была железная дорого Колпино-Тосно, с запада - населённый пункт Баболово. Так «Голубая дивизия» заняла своё место в кольце блокады, заняв 29-ти километровый участок фронта.



Генерал Эмилио Эстебан Инфантес.

13 декабря 1942 года, генерала Муньос Грандеса сменил другой известный испанский генерал, ветеран Гражданской войны Эмилио Эстебан Инфантес (Emilio Esteban Infantes). Дивизия новоявленному командиру досталась с расшатанной дисциплиной, что было вызвано как большими потерями и крайней усталостью ветеранов от войны, так и низкими качествами прибывающего пополнения. В полках царил разлад, сержанты и офицеры регулярно избивали солдат, из-за практически безнаказанного воровства интендантов и офицеров рядовые бойцы частенько не получали положенных по нормам продуктов, регулярная связь с Испанией почти отсутствовала, письма шли по три-четыре месяца, газет не видели почти полгода. Энергичному генералу, пользуясь своим авторитетом, удалось привести вверенное ему подразделение в относительный порядок. И, как оказалось, вовремя: утром 12 января 1943 года войска Волховского и Ленинградского фронтов при поддержке Балтийского флота начали наступление с целью прорыва блокады. Уже к утру 18 января для немцев сложилась критическая ситуация, и командир 18-й германской армии генерал-полковник Линдеман был вынужден выдвинуть навстречу атакующим советским войскам резервы, снятые с других участков фронта. Командование «Голубой дивизии» выделило для переброски в район Мги (рабочий посёлок № 6) батальон 269-го полка, состоявший из наиболее дисциплинированных и стойких солдат. Красная Армия успешно продемонстрировала на них всю свою возросшую мощь: к 28 января из батальона численностью в 800 человек в строю осталось всего лишь 28 бойцов.


Рис. Кладбище солдат 250-й Испанской дивизии вермахта


10 февраля пришёл черёд получить своё и для остальных частей « La Divizion Azul». По германским данным против оборонительных позиций 250-й дивизии, насчитывавшей 5 608 человек при 24 орудиях, 55 – я армия сосредоточила 33 тысячи солдат, 150 танков и САУ и несколько артиллерийских полков. После массированной артподготовки советские войска перешли в наступление с целью захвата населённого пункта Красный бор, ключа ко всей линии немецкой обороны. Ожесточённость сражений достигла наивысшего предела. Как свидетельствует очевидец тех боёв, «..испанцы стойко сражались кинжалами, лопатами, ручными гранатами..». Всего за сутки 250-я дивизия потеряла 75% личного состава или 3 645 человек.

Командование «Голубой дивизии» бросило на фронт все резервы, включая запасной батальон и тыловые части, но это не спасло ситуации – Красный бор был оставлен. В конце февраля 1943 года остатки дивизии участвовали в боях на Колпинском участке, а после 19 марта, когда фронт стабилизировался, испанские добровольцы надолго заняли окопы и начали утомительную позиционную войну, периодически забрасывая в ближайший тыл советских войск группы разведчиков. Последний бой частей 250-й испанской дивизии на советско-германском фронте состоялся 4 октября 1943 года восточнее г. Пушкин, когда на участке 269-го полка советские войска провели неудачную разведку боем.

В октябре 1943 года под давлением западных союзников генерал Франко официально отозвал Испанскую добровольческую дивизию с фронта. Вывод испанских войск начался 12 октября, по железной дороге солдаты были отправлены в Германию в г. Хофе, для последующего отбытия на родину. Однако, зная, что это осложнит испано-германские отношения, каудильо закрыл глаза на то, что почти половина личного состава не вернулась домой. Одни солдаты поддались бешеной пропаганде фалангистов, других оставили в приказном порядке. 20 ноября 1943 года в Ямбурге был официально образован Испанский добровольческий легион (Legiуn Azul). Командиром новоявленного легиона был назначен бывший начальник штаба «Голубой дивизии» полковник Антонио Гарсиа Наварро. В составе легиона было образовано 2 стрелковых батальона (Banderas) под командованием майоров Ибарро и Гарсиа, а техническим и вспомогательным смешанным батальонами руководил майор со звучной фамилией Виргилий. Численность данного войскового соединения насчитывала 2133 человека. Легион в течение несколько недель поучаствовал в антипартизанских действиях под Нарвой, а в конце декабря 1943 года был переброшен на восток, где вошёл под наименованием 450-го гренадерского полка в состав 121-ой пехотной дивизии вермахта, дислоцировавшейся в районе станции Любань.


Рис. "В насквозь промёрзших окопах под Ленинградом"


25 декабря 1943 года на позиции 121-ой дивизии обрушился шквал огня – Красная Армия перешла в наступление. В течение нескольких часов Legiуn Azul был буквально стёрт с лица земли. 26 января жалкие остатки полка вели бои за Тосно, потом за Лугу. В середине февраля 1944 г. немногие оставшиеся в живых испанцы были переправлены в Эстонию. В середине марта Франко в ультимативной форме потребовал от Германии возвращения испанских граждан на родину. 12 апреля «Синий легион» был официально расформирован.

Всего за время участия испанских подразделений в боевых действиях на Восточном фронте, через их ряды прошло около 55 000 человек. Точное количество убитых, раненых, пропавших без вести и попавших в плен испанцев в 1941-43 годах неизвестно. По немецким данным потери 250-й пехотной дивизии составили 12 726 человек, из них убитыми 3 943 (в том числе 153 офицера), 8 446 ранеными, 326 пропавшими без вести. В личном архиве генерала Франко имеются данные об общих потерях в 12 737 человек из них 6 286 убитыми. Западные источники называют цифру потерь в 4 954 убитыми и 8 700 ранеными. По документам ГУВПИ (Главного управления по делам военнопленных и интернированных) СССР добровольно сдались и были взяты в плен в бою 452 испанца.

Оба командира 250-й дивизии были награждены Рыцарскими крестами с Дубовыми листьями, двое испанцев отмечены Золотыми Крестами, 138 военнослужащих получили Железный крест I класса, 2 359 – Железный крест II класса, ещё 2 216 солдат заработали испанские Военные кресты с мечами (War Merit Crosses with Swords).

В отличие от многих других иностранцев на службе Германии, испанцы были абсолютно уверены, что они идут не порабощать, а освобождать Россию от большевистского ига. Своих противников они называли не «русские», а «красные». Испанцы «Голубой дивизии» были той Европой, от которой противники советского строя ждали «избавления от сталинской тирании». Кажется, солдаты 250-й пехотной дивизии были единственными оккупантами, в которых одновременно уживались непримиримость к врагу на фронте и сравнительно добродушное отношение к мирным жителям.



Den Norske Legion

30 ноября 1939 года между Финляндией и СССР началась война. В ряды финской армии встали многотысячные отряды иностранных добровольцев. Норвежские волонтёры в количестве 600 человек прибыли в страну Суоми в декабре 1939-го, и после короткого обучения приняли участие в боевых действиях. После завершения «Зимней войны» в марте 1940 года жители страны фьордов отправились на родину, где их встретили как национальных героев. В Европе в то время уже вовсю полыхала война, и в апреле 1940 года пришёл черёд норвежцев испытать на себе удар железного кулака вермахта. В результате проведённой операции «Учение на Везере» германские войска оккупировали южную и центральную часть Норвегии, опередив англо-французское вторжение буквально на несколько суток. 9 апреля 1940 г. к власти в стране официально пришла пронацистская партия Национальное единство (Nasjonal samling), под руководством Видкуна Квислинга (Vidkun Quisling), до этого не имевшая никакого политического веса в стране.

После нападения Германии на Советский Союз лидеры партии «Национальное единство», а также многие известные норвежцы, например лауреат Нобелевской премии писатель Кнут Гамсун, выступили с предложением организовать добровольческий отряд для борьбы против «большевистских орд» по примеру Норвежского легиона, входившего в состав финских вооружённых сил в период советско-финского конфликта.

Четвёртого июля 1941 года Квислинг в своём радиообращении к норвежцам объявил о создании добровольческого соединения, которое будет направлено в Финляндию для борьбы с большевиками. Во всех крупных городах Норвегии были открыты вербовочные пункты, и началась запись добровольцев. За первые несколько дней в легион вступило около 300 человек, внушительная цифра для небольшой страны. Первоначально норвежское правительство рассчитывало сформировать полноценное войсковое соединение, состоящее из 2-х батальонов под условным наименованием «Gula» и «Frosta». Вновь созданные части были направлены в полевой лагерь Бьёльсен Шкуле (Bjolsen Skole) в Норвегии, откуда были перебазированы через Киль в тренировочный лагерь Фалленбостель. Там 1 августа 1941 года было официально объявлено об образовании «Добровольческого легиона «Норвегия»». К этому времени личный состав легиона насчитывал 751 человек – 20 офицеров, 50 унтер-офицеров и 681 нижний чин. Первым командиром этой воинской части был назначен майор норвежской армии Финн Ганнибал Кельструп (Finn Hannibal Kjelstrup). Вопреки настойчивому желанию добровольцев сражаться как отдельная воинская часть, их включили в состав Ваффен СС. Легионеров переодели из норвежской военной формы в полевую форму войск СС. От обычных эсэсовцев их отличал разве что особый нарукавный знак, представляющий собой вариацию «Креста Святого Олафа» - эмблему штурмовых отрядов «Хирд» (Hird) партии «Национальное единство». Нарукавная эмблема Добровольческого легиона СС «Норвегия» представляла собой круглый щиток, обрамленный серебряной каймой, с серебряным крестом на сером (или, в редких случаях, на красном) поле, и пересеченный двумя серебряными обнаженными прямыми мечами остриями вверх параллельно вертикальному лучу креста.

3 октября 1941 года в Фалленбостеле в присутствии прибывшего туда Видкуна Квислинга первый батальон принял присягу на верность Адольфу Гитлеру. Данный батальон получил название «Викен». Ему было торжественно вручено батальонное знамя с золотым львом на красном фоне с секирой Святого Олафа в лапах. В начале 1942 года численность легиона достигла 1218 человек. В него входили штаб, 3 стрелковые роты, рота пехотных орудий и противотанковая рота, а также запасной батальон, дислоцировавшийся в Хольместранде. В легионе также находился лютеранский пастор в звании легионс-гауптштурмфюрера. Настаивавшие на незамедлительной отправке норвежских добровольцев на помощь Финляндии и видевших своё подразделение, как каркас новой норвежской армии, командиры легиона майор Кельструп и Юрген Бакен вызывали постоянное раздражение в военно-политическом руководстве Германии. Поэтому 15 декабря 1941 года они были заменены на сверхлояльного к Рейху легионс-штурмбаннфюрера Артура Квиста (Arthur Quist).


Рис. Норвежские добровольцы присягают на верность Гитлеру


В феврале 1942 года, Норвежский легион был направлен на относительно спокойный участок Ленинградского фронта, где вошёл в состав 22 моторизованной бригады СС под командованием генерал-лейтенанта полиции Фридриха Йеккельна, которая занимала оборону по соседству с 250-й испанской пехотной дивизией. В состав этой эсэсовской «интербригады» кроме норвежцев входили также латвийские, голландские и фламандские добровольцы. В середине марта легионеры сменили на позициях под Ленинградом своих коллег по СС из дивизии «Leibstandarte Adolf Hitler». Большинство укреплений занятых легионерами было возведено из смеси снега, брёвен, льда и земли. «Наступила весна, и все эти сооружения начали таять и разрушаться. Блиндажи были очень тесные, и многие из солдат – норвежцев, имевших высокий рост, не могли стоять выпрямившись. По траншеям потоком текла грязь, часовым приходилось стоять на посту по 4-5 часов по колено в жиже из воды, снега и грязи, а потом час идти в постоянно заливаемые блиндажи, где они не могли даже обсушиться. Так продолжалось несколько недель» - рассказывал бывший легионер Бьорн Остринг. Отрыть полноценные траншеи и создать непрерывную линию обороны в низинной заболоченной местности, норвежцам не удалось, однако с помощью латвийских добровольцев им удалось оборудовать на возвышенных местах ряд опорных пунктов.



Рис. Залитые талыми водами окопы Норвежского легиона

В марте-апреле легион участвовал в боях в районе Красное Село - Паново. Позиционная война чередовалась с вылазками против укреплённых блиндажей советских войск. Несмотря на весь трагизм войны, на фронте бывали и курьёзные случаи. Однажды, как вспоминал вышеупомянутый Остринг, норвежцы получили моральный шок, когда они в одном из захваченных советских укреплений нашли ящик с американской тушёнкой. Оказывается, вопреки тому, что им внушала официальная пропаганда, Америка действительно помогает большевикам!


В отличие от соседствующих с ними латышских эсэсовцев, испытывавших лютую ненависть к СССР и советским людям, норвежцы относились к пленным вполне лояльно, поэтому на их участке обороны чаще всего появлялись перебежчики. Один из проходов между укреплениями легионеры так и прозвали «Ров для перебежчиков».


Рис. Норвежские добровольцы и перебежчики


В середине мая 1942-го легион сражался в районе Пулково, а затем был выведен в тыл. Противотанковая рота дислоцировалась в местечке Константиновка, прочие части – в Урицке. В мае отдыхающие части легиона посетили Видкун Квислинг и некоторые другие высшие руководители Норвегии. 17-го мая, в День Норвежской Конституции, на торжественном построении Легиона, отличившимся солдатам и офицерам были вручены награды. Около 25 солдат-добровольцев передали руководителю Норвегии петицию о том, что они не желают сражаться под немецким командованием и требуют перевести их часть в Финляндию, однако их заявление было оставлено без внимания.

В июне 1942 года норвежцы вернулись на фронт. Их возвращение совпало с началом нового советского наступления. Однажды на позиции латышских эсэсовцев ворвались до батальона советской пехоты и несколько тяжёлых танков. Не выдержав атаки, латыши бросили окопы и начали беспорядочный отход, превратившийся в паническое бегство. От поголовного истребления их спасли скандинавские волонтёры. Командир противотанкового дивизиона норвежцев не растерялся и спешно перебросил свои орудия и солдат на угрожаемый участок. Недавно полученные 75 мм противотанковые пушки PAK-38, выдвинутые на прямую наводку, оказались очень эффективным оружием. Все танки были подбиты, а залёгшая под массированным артиллерийским огнём пехота, понеся большие потери, отошла назад. Бой был выигран.

13 августа 1942 года норвежцы вошли в состав 2-й пехотной бригады СС, укомплектованной преимущественно уроженцами Латвии. Численность Легиона к этому периоду достигла более 1000 человек. 3 сентября в качестве пополнения из Норвегии прибыла полицейская рота в составе 93 человек, сформированная из служащих норвежской полиции - ярых сторонников нацизма. Ей командовал гауптштурмфюрер СС Йонас Ли, получивший на Родине за вынесение множества смертных приговоров бойцам норвежского Сопротивления и моментальное приведение их в исполнение прозвище «человек с пером и пистолетом в одной руке». Полицейскую роту неоднократно использовали на территории Ленинградской области в карательных экспедициях против советских партизан.


Рис. Полицейская рота Норвежского легиона на марше


После начала Красной Армией операции по прорыву блокады норвежцы оказались в эпицентре боёв. Совместно с испанской «Голубой дивизией» в феврале 1943 года в районе Красного бора в тяжелейших сражениях принимал участие норвежский противотанковый дивизион, который был полностью разгромлен советскими войсками. За несколько дней боёв норвежцы потеряли только убитыми 43 человека. К середине февраля оставшиеся в строю легионеры в количестве менее 700 человек были отведены в тыл. 1 марта их вывезли в Норвегию, где они 6 апреля 1943 года парадным маршем прошли по центру Осло.

20 мая 1943 года на полигоне Графенвёр в Германии Норвежский легион был официально расформирован. Оставшиеся легионеры и пополнение, прибывшее из Норвегии, были направлены на формирование полка «Норвегия» 11-й танково-гренадёрской дивизии СС «Нордланд», но это уже совсем другая история.

За время пребывания норвежцев непосредственно под Ленинградом, потери легиона составили только убитыми 180 человек. Всего во время Второй Мировой войны в составе различных боевых подразделений вермахта и войск СС, а также полицейских спецчастях сражалось более 15000 норвежцев. На советско-германском фронте было задействовано 7000 военнослужащих, из которых в плен попало около 100 человек, 20 офицеров и 678 солдат были убиты.

Продолжение следует
Автор:
Поморянин
Использованы фотографии:
Из сети интернет
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

81 комментарий
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти