Александр Карцев - военный писатель и разведчик

Александр Иванович Карцев известен, прежде всего, по книге о войне в Афганистане "Шелковый путь (Записки военного разведчика)" - там он служил по линии ГРУ и был связным с полевым командиром Ахмад Шахом Масудом. Мы решили сравнить его биографию по ключевым пунктам с жизнью Владимира Резуна (более известного как "Виктор Суворов") - ведь оба из ГРУ, оба военные писатели, но есть один нюанс - один сбежал на Запад, другой остался верным своему служебному долгу.




- Резун пишет, что его выглядел в толпе будущий начальник, покровитель. Как попали в военную разведку вы?

- В начале 1985-го года редакцией газеты «Известия» было принято решение к 40-летию Победы в Великой Отечественной войне опубликовать на своих страницах малоизвестные архивные материалы. К работе с этими материалами был привлечен и я - на то время - курсант 4-го курса Московского Высшего общевойскового командного училища имени Верховного Совета РСФСР (к слову сказать, материалы действительно были очень интересные – впервые держал в руках учетные документы наших военнопленных и военно-строительной организации Тодта). Во время этой работы познакомился с Героем Советского Союза Маршалом авиации Сергеем Игнатьевичем Руденко. Возможно, его повеселили некоторые мои выводы и попытки анализа различных документов, но вскоре по его рекомендации со мной познакомился известный советский писатель и разведчик Александр Александрович Щелоков. Мой будущий наставник и учитель. И уже через несколько дней меня начали готовить к командировке в Афганистан.

- Кстати, правду Резун пишет про тогдашнюю армию и ее порядки? Говорят, например, что про спецназ он все выдумал.

- Есть старая буддийская притча об Учителе, который попросил своего ученика запомнить все предметы коричневого цвета, находящиеся в комнате. А потом попросил перечислить предметы синего цвета. Суть этой притчи в том, что человек, желающий видеть только негатив вокруг себя – будет видеть только его. К тому же, говорят, что каждый из нас видит мир со своей колокольни.

Владимир Резун сбежал к англичанам в 1978-м году. Я пришел в армию только в 1981-м. Его служба в войсках в должности командира танкового взвода в учебном полку продолжалась несколько месяцев. Затем еще несколько месяцев на некой должности «связанной с разведкой». И уже через два года после выпуска из Киевского высшего общевойскового командного училища – работа в «номенклатуре ЦК КПСС».

У нас есть кое-что общее. После окончания военного училища я год находился на переподготовке. Начинал свою лейтенантскую службу я в должности помощника начальника оперативного отделения дивизии. Затем исполнял обязанности начальника разведки при развертывании кадрированного танкового полка. В Афганистане командовал мотострелковым, а затем отдельными разведвзводами. Был прикомандирован к отдельной роте спецназа. После возвращения из Афганистана проходил службу в разведотделе военного округа (САВО). Командовал ротой курсантов в своем родном училище. Работал в Польше, Франции, Германии, Австрии и других странах.

Но есть у нас и небольшие отличия. Владимир Резун, прослужив в войсках лишь пару месяцев, в своих книгах является «экспертом» и в армейских порядках, и в деятельности спецназа, и в работе Верховного Главнокомандования в годы Великой Отечественной войны. В отличие от него я в своих книгах стараюсь писать только о том, в чем сам принимал участие. И через что прошел сам.

Да, Лев Толстой не участвовал в Бородинском сражении, но написал одну из лучших книг о войне 1812-го года. Разумеется, Владимир Резун, как писатель, может писать о любой войне, о спецназе и инопланетянах. И его литературные герои могут воевать где угодно и как угодно. Просто не стоит путать автора и его литературных героев. И нужно понимать, что его рассказы о спецназе из области детской игры «Испорченный телефон» - пересказ чьего-то пересказа о том, что кто-то слышал звон, да не знает, где он.

- Резун учился в Военно-дипломатической академии и упоминает, что обучение было очень трудным - десятилетнюю программу втиснули в пять лет. Где учились вы, и что вы можете сказать о своем обучении?

- В Военно-дипломатической академии я не учился. Хотя, как и Владимир Резун, окончил высшее общевойсковое командное училище. Но не Киевское, а в Московское.
Мой взвод был спортивным. В его составе я стал чемпионом Московского военного округа по военно-прикладному плаванию. Был Фрунзенским стипендиатом.
Дополнительно – прошел курс военных переводчиков, курс горной подготовки и курсы по минно-подрывному делу. После окончания военного училища проходил годичную переподготовку в Туркестанском военном округе. Позднее окончил курсы усовершенствования по медицине и Практическую школу МИФИ (отделение «Персональные профессиональные ЭВМ»).

Второе образование – Российская экономическая академия имени Г. В. Плеханова.
Учиться всегда нравилось. Поэтому особых трудностей не испытывал.



- Вы говорили, что не могли рассказать своим товарищам-"кремлевцам" о своем дополнительном обучении для ГРУ, из-за чего они отказались общаться с вами на выпускном вечере. А ведь действительно у человека существует потребность в признании, одобрении общества. Но разведчик такого по умолчанию лишен: перед девушками или соседями не похвастаешь, родственникам не расскажешь.

- Думается, признание важно для всех. Независимо от рода деятельности. А по поводу разведчиков. Не все так однозначно. Когда вернулся домой из Афганистана с удовольствием похвастался бы и перед девушками, и перед соседями, за что получил медаль «За Отвагу». Одна беда – мои командиры представляли меня к награждению в Афганистане не менее шести раз и афганцы – не менее двух, а получил я в Афганистане лишь «За Отвагу». Какие из этих представлений «прошли», а какие, нет – откуда я знаю? И о чем тогда рассказывать?!

Орден «Красной Звезды» нашел меня уже в Союзе. Вручали его мне 23 февраля 1989 года в Гарнизонном офицерском клубе моего родного Московского Высшего общевойскового командного училища. До сих пор помню, в какой торжественной обстановке это происходило. Помню, как читал со сцены свое стихотворение «Ты плачешь? Не надо…»

Да, среди моих наставников были не только ветераны-фронтовики. Но был один, который всю войну просидел в тылу. В немецком тылу, разумеется. В Абвере. После войны несколько лет работал священником в Аргентине. Когда вернулся в Союз, получил несколько орденов.

Понятно, что все эти ордена – не главное. Но для разведчиков они важны. Как признание их заслуг. Как благодарность за добросовестно выполненную работу. Пусть даже о подробностях этой работы никто из родных и близких никогда не узнает.

В последние годы мне смешно смотреть на «клоунов» из различных ветеранских организаций, которые за свой счет покупают себе различные юбилейные медальки. И потом награждают ими друг друга. При виде их солидных «иконостасов» в голове не укладывается, сколько же душманских подводных лодок они утопили в Афганистане?! Сколько подбили душманских танков и сбили душманских самолетов?! Сколько НЛО сбили на Северном Кавказе?! Понятно, что на фоне этих «героев» в глазах нашей молодежи (к сожалению, не очень разбирающейся в том, что это за награды) меркнут боевые ордена и медали. Но, значит, это кому-то нужно - обесценить наши боевые награды?

И не только боевые награды! В Советском Союзе писатели награждались орденами и медалями, могли получить за свою работу звание Героя Социалистического труда. Не трудно посмотреть в интернете, кого сейчас награждают в нашей стране орденами «За Заслуги перед Отечеством»? И сколько среди них военных писателей?

Мой однополчанин и друг, известный российский писатель Николай Николаевич Прокудин уже почти десять лет ежегодно проводит литературные марафоны в Ленинградской области и Санкт-Петербурге. Со 100% охватом школ, детских домов и даже колоний для несовершеннолетних. За то, что он делает для нашей молодежи, ему при жизни нужно поставить памятник. Виталий Носков, Андрей Дышев, Толя Гончар, Сергей Щербаков, Андрей Загорцев - замечательные российские военные писатели. Настоящие патриоты и государственники! Их читательская аудитория измеряется миллионами благодарных читателей. Спросите, какими степенями Ордена «За Заслуги перед Отечеством» они награждены? Да, никакими!

После выхода в запас я продолжал работать во благо нашей страны и нашего народа – в разных странах и на разных поприщах. Но последнюю правительственную награду получил более 25 лет назад. Говорят, что бывших разведчиков не бывает. Это так! Но еще это значит, что все, что я делал эти годы, нашей стране было не нужно. Обижаться здесь не на кого. Но осознавать это горько.

- Резуна (Суворова) учили не бояться высоты, есть змей при необходимости и драться в рукопашной схватке. А чему учили вас и как? В частности, расскажите про обучение РБ.

- Это хорошо, что учили не бояться высоты. И что учили есть змей – тоже хорошо. Видимо, учили в каком-то китайском ресторане? Не открою большого секрета, что для войсковых разведчиков и спецназовцев змеи, дикобразы и прочий подножный корм - это деликатесы. Учить их это есть – нет особой необходимости. Главное, следить, чтобы они всех не поели. Иначе полное отсутствие грызунов, мелкой дичи, растительности и пресмыкающихся будет явным «следом» пребывания на этой местности разведгруппы. Но если серьезно, основа выживания на различной местности строится не на поедании змей – это целая наука, которую знают далеко не многие.

По поводу рукопашного боя. D училище обучение велось в объеме "Наставления по физической подготовке" (НФП-78). Это самый начальный уровень. Лично для меня большим подспорьем в обучении рукопашному бою были уроки друзей моего отца. И занятия с моим афганским наставником Шафи. Но об этом подробно написано в моем романе «Шелковый путь (записки военного разведчика)»

- Прокомментируйте пассаж Резуна о тренировках на "куклах" (смертниках). Могло ли такое быть в принципе, скажем, в довоенную эпоху?

- В эпоху до Куликовской битвы, в Ледниковый период и в эпоху палеолита, в принципе, могло быть все, что угодно. Сам я в то время не жил, поэтому за достоверность любой информации той эпохи ручаться не могу. Но ни мне, ни моим товарищам тренироваться на «куклах» не приходилось. Нужно понимать, что роман – это художественное произведение, допускающее вымысел автора. «Аквариум» – это роман, хотя и написанный в автобиографической манере, но все же не мемуары. Поэтому требовать от автора подтверждения места, даты и фамилии спецназовцев, тренировавшихся на «куклах», нет необходимости. Как, впрочем, требовать и от главных героев фантастических романов документального подтверждения их приключений.

- Резун говорит, что, попав в ГРУ, тем более к тем офицерам, которые выполняли задания за границей, он попал в элиту тогдашнего советского общества. Ощущали ли вы свою элитарность?

- Да, всегда ощущал. Начиная с учебы в училище. Ведь кремлевские курсанты всегда были элитой. Даже, защищая Москву осенью 1941-го года они воевали так, что ими нельзя не восхищаться (подробнее об этом можно прочитать в моей статье «Утомленные солнцем» и забытый полк» - http://artofwar.ru/k/karcew_a_i/text_0620.shtml).

На сегодня среди моих однокурсников и сослуживцев немало генералов, известных политиков, в том числе, бывший Президент Ингушетии – Руслан Султанович Аушев. Среди моих друзей – известные писатели, музыканты, режиссеры, актрисы, певицы, спортсмены (чемпионы мира и разных стран). Едва бы я был со всеми ими знаком, если бы занимался в жизни чем-то иным.

Вопрос лишь в том, что элита у нас сейчас слишком разношерстная. По моему убеждению, настоящая элита – это те, кто отдают свои знания, свой талант и свои силы служению стране и нашему народу. А не те, кто обворовал свой народ, погряз в пороках и купается в роскоши. Это всего лишь пена, а не элита!

- В книге Резуна "Аквариум" ГРУ действительно напоминает аквариум с пираньями, где сильный поедает слабого, и высоко развита конкуренция. А как было на самом деле?

- В самом «Аквариуме» я не работал. Моя «верхняя планка» – работа в разведотделе военного округа. Поэтому не могу сказать, кто и кого там поедал? Могу лишь сказать о своих наставниках и учителях – это были профессионалы самого высокого класса! Почему-то думаю, что сейчас таких уже не осталось.

- Вы писали в "Записках военного разведчика", что в вашем подразделении не было потерь. Это случайность или что-то другое?

- Когда-то на этот вопрос ответил Генералиссимус Александр Васильевич Суворов: «Раз повезло, два повезло. Помилуй Бог: когда-нибудь и умение надобно!»
Да, за двадцать шесть месяцев службы в Афганистане среди моих подчиненных не было ни одного погибшего. Для пехоты и войсковой разведки это большая редкость. Да, было и везение. Но гораздо больше было бессонных ночей над рабочей картой, над продумыванием и составлением планов засадно-поисковых действий, над организацией взаимодействия с соседями, с приданными и поддерживающими подразделениями. Занятия по боевому слаживанию, боевая подготовка. Просто всегда старался не забывать, что подвиги (и потери) одних – это всегда просчеты других. Разумеется, на войне бывают ситуации, когда потери неизбежны. Но чаще они все же были вызваны не необходимостью, а ошибками и не профессионализмом командиров. Или отсутствием должного контроля за подчиненными и обычным нарушением Мер безопасности (в частности, при работе на технике и при обращении с оружием). К тому же, не секрет, что довольно много потерь в Афганистане было связано с неуставными взаимоотношениями. Мне в этом плане было проще – когда твои разведчики заняты делом, у них не остается времени на глупости.

Была у нас такая традиция: новое пополнение рассказывало о том, откуда они приехали. Когда ребята узнавали друг о друге больше, неуставных взаимоотношений было меньше. Отдельное спасибо хочу сказать девушкам со 2-го курса Московского государственного педагогического института имени Ленина, которым написал в декабре 1986-го года письмо с просьбой взять шефство над моими разведчиками. Вскоре каждый из моих ребят стал получать письма от своего персонального и очаровательного шефа. Это тоже сберегло им жизни. Потому что в сохранении жизни своих подчиненных мелочей не бывает.

- Что такое умение правильно воевать?

- По моему убеждению: правильно воевать на спортивной площадке. Желательно в командных играх. Потому что это самое важное, чему мы должны научиться – работать в команде.

А все остальные войны – это явный признак импотенции государственных мужей. Настоящие Воины должны побеждать не силой оружия, а силой ума. Возможно, используя «принцип канализации» – направляя усилия противника в нужном тебе русле. Но главное, направлять усилия даже противника в лучшую сторону и опираясь на то лучшее, что есть в каждом из нас. Используя экономические рычаги и наши таланты. Работать на опережение. И на благо своей страны и своего народа. Не забывая о том, что все мы очень тесно связаны друг с другом – разные народы, разные государства. Что на несчастьях и беде других, своего счастья и благополучия не построить.

- Резун пишет, что их якобы учили ходить, смотреть и даже дышать по-другому. Понятно, что у вас с ним разная специфика работы, но все же - чему в подобном плане учили вас? Например, той же наблюдательности.

Расскажите о некоем Шафи, учителе и друге Ахмад Шаха Масуда. Судя по книге, он многому вас научил.


- Помните Вини-Пуха из мультфильма, который изображал тучку: «Я – тучка, тучка, тучка. Я вовсе не медведь»? Когда освоишь азы психологической маскировки, и научишься превращаться в тучку, в ничто, иногда бывает так забавно находиться среди людей.

По утрам мы вечно куда-то опаздываем. Но стоит нам научиться на мгновение задерживать в руках чашку чая, чтобы увидеть на его поверхности отражение различных предметов, то на своем пути на работу, мы станем замечать гораздо больше различных предметов и событий, которые раньше не замечали.
Нас много чему учили, но об этом все же лучше почитать в моих книгах. И о моем наставнике Шафи тоже.

Александр Карцев - военный писатель и разведчик


- Книга "Аквариум" заканчивается переходом Резуна на сторону Великобритании. Пытались ли вас когда-нибудь вербовать?

- Среди моих друзей есть немало профессиональных разведчиков, живущих в других странах. Они прекрасно знают мое отношение к подобным «предложениям», поэтому и не предлагают.

В начале девяностых было два предложения поехать преподавателем в Вест-Пойнт (West Point, Военная академия США). Но тогда я был убежден, что мой опыт и мои знания нужны моей стране. А когда понял, что это не так, было уже слишком поздно – вопросы военной подготовки, подготовки разведчиков и рукопашного боя к тому времени мне стали не интересны.

А вопросы строительства домов и поселений будущего, разработка программ долголетия, оздоровительные методики, которыми я сейчас занимаюсь, оказались, видно, не слишком интересны для моих потенциальных «вербовщиков». Такое вот несовпадение интересов!

- Кстати, как вы считаете - не могло быть такого, что Резуна просто похитили?

- Как говорят у нас на Чукотке: «Беда приходит только в ту ярангу, где ей приоткрывают полог». Если Владимир Резун захотел уйти, не так важно, как чисто с технической стороны это было сделано.

- В "Записках военного разведчика" говорится, что несколько советских солдат добровольно перешли на сторону моджахедов. Также вы сталкивались с китайскими инструкторами. Могло ли вам придти в голову, что будет в ближайшем будущем со страной?

- Перебежчики были во все времена. Как впрочем, и иностранные инструкторы, и наемники, и добровольцы. Это не было для меня новостью. Три момента запомнились.

Во-первых, когда вернулся из Афганистана, заводы и фабрики в стране работали. На полях выращивали урожай. На фермах были и коровы, и птица. А в магазинах было пусто.

Во-вторых, когда принимал в своем училище курсантскую роту, бывший ротный старший лейтенант С. (к слову сказать, он в том году поступил в Военно-дипломатическую академию) провел хитрую операцию, чтобы скрыть от меня недостачу ротного имущества. До этого не приходилось сталкиваться с тем, что офицер может лгать. И тем более, офицер, поступивший в «Консерваторию».

В-третьих, в это время офицерам в Москве не рекомендовалось ходить в форме. Почему-то офицерская форма вызывала негативную реакцию в рядах через чур активной молодежи. Для меня это было странным.

Да, в 90-е годы мир наш стремительно менялся. И далеко не в лучшую сторону.

- Вы защищали страну. Резун ее предал. Но его книги расходятся многотысячными тиражами, он известен, а вы, скорее, широко известны в узких кругах. Не обидно?

- На что здесь обижаться? Если у него такие большие тиражи – это в первую очередь значит, что его книги более интересны читателю, чем мои. На кого здесь обижаться?

Речь о другом. В племени Шафи считали, что любая болезнь – это урок, за который нужно быть благодарным. Если в племени кто-то заболевал, по этому поводу всегда устраивался пир с большим количеством самых разнообразных витаминных (но легких) закусок, с самыми различными фруктовыми соками и напитками. Приглашали на пир друзей. И все вместе старались разобраться с причинами, которые привели заболевающего к болезни. Если удавалось найти причину и сделать должные выводы, то болезнь отступала в тот же день.

Говорят, что Природа – самый лучший учитель. Если мы не усваиваем ее уроки, она посылает нам новые. Но в более трудной или тяжелой форме. Я убежден, что война – это тоже болезнь. И поэтому очень важно всем нам научиться делать правильные выводы из этой болезни.

Владимир Резун для меня всегда был, есть и будет предателем. Но одновременно с этим он - талантливый и очень продуктивный писатель. В чем, чем, а в работоспособности ему не откажешь. Это то, чему многим из нас у него стоит поучиться. Но, как в той самой буддийской притче, в истории нашей страны он видит только коричневый цвет. Наши читатели, которые покупают его книги, «голосуют рублем» за его выводы. А значит, они обречены на новые испытания, новые уроки и новые войны.

Я искренне надеюсь, что когда-то наступит время, когда мои соотечественники обратят внимание на мою повесть «О славном племени Одинов» (http://artofwar.ru/k/karcew_a_i/text_0690.shtml). По моему твердому убеждению эта повесть – главный урок и главный наш трофей Афганской войны, который учит нас жить в мире, творчестве и созидании. Если мы усвоим этот урок, у нас появится шанс на будущее.

Я прекрасно понимаю, что в условиях нынешнего кризиса далеко не у всех есть возможность покупать книги. Поэтому не гонюсь за большими тиражами. Для меня важнее, чтобы у любого желающего была возможность свободного доступа к моим книгам – хотя бы в интернете. 15 марта этого года исполняется пять лет с того дня, когда выпускники Московского инженерно-физического института запустили Проект по строительству культурно-образовательного центра «Дом Солдата» (http://vk.com/club47413077). Не секрет, что если бы каждый из тех, кому нравятся мои книги, перевел бы всего по десять рублей (10 центов) на этот Проект, мы давно бы уже его построили. Возможно, время для этого еще не пришло. Но я искренне надеюсь, что когда-нибудь не только мои соотечественники, но и друзья, и единомышленники, живущие в других странах и на других континентах, начнут голосовать «рублем» не за бывших предателей, а за свое будущее – хорошее, доброе, светлое. Тогда мы перестанем снова и снова наступать на одни и те же грабли. А начнем строить дома и поселения будущего. В которых будем жить долго и счастливо – мы, наши дети и внуки.

- Но если ГРУ снова позовет выполнять задание для страны, откликнитесь?

- Не сомневаюсь, что такая необходимость вскоре возникнет. Слишком активно наше нынешнее руководство «плодит» все новых и новых врагов. Все меньше и меньше у нашей страны остается надежных, верных друзей. Бесконечно это продолжаться не может. Но я уже слишком стар, чтобы на что-то откликаться.
Автор:
Михаил Диденко
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

38 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти