Зенитно-ракетная система «Даль»

Зенитно-ракетная система «Даль»


В 1955 году после периода опытной эксплуатации и доводки на вооружение была официально принята первая отечественная зенитно-ракетная система С-25, известная также как «Беркут». Система противовоздушной обороны Москвы С-25 состояла из двух колец, включавших в себя 56 зенитно-ракетных комплексов на капитальных бетонированных позициях и десятки обзорных РЛС. Размещение внешнего «кольца» из 36 стационарных комплексов на удалении около 100 км от центра Москвы при дальности пуска первых вариантов зенитных ракет В-300 - 20-25 км, сделало возможным отодвинуть рубеж перехвата и перекрыть зоны поражения 2-3 комплексами. Это теоретически позволяло с большой долей вероятности отразить налёт нескольких групп дальних бомбардировщиков, прорывающихся к Москве с разных направлений. Однако данная схема построения защиты являлась весьма затратной, так как требовала сооружения по периметру прикрываемого объекта многочисленных стартовых позиций. О масштабах капитального строительства при принятии на вооружение зенитной системы С-25 говорит хотя бы то, что для её создания и обслуживания потребовалось создание сети дорог, которые после объединения превратились в Московскую кольцевую автомобильную дорогу. Естественно, что позволить себе защиту других городов системами аналогичными той, что была развёрнута вокруг Москвы, в стране, которая только начала отстраиваться после разрушительной войны, не могли.


В середине 50-х годов министр радиопромышленности В.Д. Калмыков и известный конструктор авиационной и ракетной техники С.А. Лавочкин вышли на руководство страны с предложением о создании перспективной дальнобойной многоканальной зенитно-ракетной системы стационарного базирования. Благодаря дальности 160-200 км и высоте поражения 20 км, новая ЗРС могла бы эффективно защищать прикрываемые объекты без сооружения многочисленных позиций по периметру. ЗРС, получившая обозначение «Даль», должна была производить одновременный обстрел десятью ракетами десяти целей. Радиотехнические средства обнаружения и наведения проектируемой ЗРС должны были функционировать не в секторном, а в круговом режиме. Это давало возможность отказаться от кольцевого построения элементов противовоздушной системы и перейти к компактному централизованному размещению, требующему гораздо меньших затрат на сооружение огневых и технических позиций. Н.С. Хрущёв, питавший слабость к ракетной технике и искренне считавший, что ракетами можно заменить другие виды вооружений, несмотря на большой технический риск и новизну ряда решений, встретил данный проект весьма благосклонно.



Предполагалось, что система «Даль» будет защищать большую часть промышленно-административных центров СССР. На первом этапе планировалось возведение позиций под Ленинградом и Баку. Размещение такой зенитной системы в Подмосковье при использовании инфраструктуры С-25 позволило бы в несколько раз повысить возможности ПВО столицы. Многократное перекрытие воздушного пространства зенитными ракетными комплексами «Даль» с эшелонированным размещением элементов системы и увеличением дальней границы зоны поражения в несколько раз позволило бы довести расчетную эффективность по поражению воздушных целей до 0,96.

24 марта 1955 года вышло постановление Совета министров СССР, согласно которого задавалась разработка многоканальной зенитно-ракетной системы большой дальности «Даль». Самонаводящиеся на конечном участке траектории ЗУР должны были поражать цели на дальности до 160 км, на высотах 5-20 км при скоростях полета цели 1000-2000 км/ч. Радиолокаторы системы должны были обнаруживать цели на удалении 300-400 км. Вывод ракет в радиокомандном режиме должен был осуществляться на удаление 10-15 км от цели. Планировалось, что опытные образцы аппаратуры наведения и ракет будут готовы в первом квартале 1958 года. Во втором квартале 1959 года планировалось начало заводских испытаний. Сроки, заданные для создания наземной аппаратуры и зенитных ракет были очень сжатыми. К 1960 году для проведения полигонных испытаний промышленность должна была изготовить комплекты аппаратуры двух стрельбовых каналов и 200 ЗУР системы «Даль».

При увеличении дальности по сравнению с системой С-25 в 6-8 раз, радиокомандный метод наведения ЗУР уже не мог обеспечить требуемой точности без использования «специальных» боевых частей. Поэтому было решено применить комбинированный метод наведения ракет на цель, с радиокомандным наведением на основной части траектории и с радиолокационным самонаведением на конечном участке полета к цели. По тем временам это было беспрецедентное техническое решение, весьма сложное в реализации и по современным меркам.

Многоканальность ЗРС реализовывалась за счет обзора воздушного пространства узким вращающимся лучом РЛС. Для новой зенитной системы реализован не применявшийся до этого метод передачи информации на ракету «на проходе» лучом радиолокатора системы передачи команд. Также был применён новый рациональный способ кодирования передаваемых на борт ракеты сигналов наведения. Предполагалось, что при таком методе наведения с частотой периодах обзора пространства 5 - 10 секунд уровень среднеквадратичных ошибок в определении азимута будет составлять всего 8 -10 угловых минут, а погрешность в определении дальности составит – 150-200 метров. Практика показала, что в реальности ошибка получалась в несколько раз больше. Тем не менее, полученная точность определения координат воздушных целей и наводимых на них ракет была вполне достаточной для нормального функционирования всего контура наведения при использовании на ракетах аппаратуры самонаведения на конечном участке. Управление боевой работой ЗРС «Даль», сопровождение целей и ракет и выработка команд наведения осуществлялось электронно-вычислительной машиной – так называемой управляющей машиной наведения.

При принятой дальности пуска ЗУР радиолокационный контроль на траектории полёта ракеты был невозможен без использования сигнала бортового ответчика. Радиосигнал, вырабатываемый ответчиком, был гораздо заметней слабого отраженного сигнала ракеты. Поэтому при создании системы управления ракетами на участке сближения с целью до захвата аппаратурой самонаведения было решено использовать систему активного запроса-ответа и передачи команд на борт ракеты.

В Постановлении СМ СССР от 11 октября 1957 года уточнялись сроки разработки и характеристики основных элементов системы. Для ЗУР были приняты следующие параметры: дальность поражения целей на высотах 3-20 км - 150-160 км, стартовая масса 6500-6700 кг, масса боевой части - 200 кг.



На практике зенитная ракета комплекса «Даль» - 5В11 (изделие «400») несколько отличалась от заданных параметров. Стартовая масса ракеты увеличилась до 8760 кг. Длина ракеты с приёмником воздушного давления - 16,2 м, размах крыльев маршевой ступени - 2,7 м, диаметр твердотопливного стартового ускорителя - 0,8 м, диаметр маршевой ступени - 0,65 м.

Внешне изделие «400» сильно напоминала увеличенную в размерах ракету В-750 ЗРК С-75, но при этом была длиннее, приблизительно, на 5 метров. Переход от вертикального старта, реализованного в ракетах системы С-25, к наклонному позволил уменьшить гравитационные потери скорости. Двухступенчатая схема обеспечила по сравнению с ЗУР В-300 более оптимальные разгонные характеристики.



Еще одним Постановлением СМ СССР от 11 ноября 1957 года НИИ-244 задавалась разработка и создание радиолокатора кругового обзора П-90 «Памир». Эта РЛС должна была стать «глазами» зенитной системы «Даль». Согласно техзаданию, станция могла обнаруживать воздушные цели типа Ил-28 на дальности до 400 км.



В 1961 году РЛС П-90 «Памир» была принята на вооружение, в дальнейшем она использовалась для обнаружения самолетов и выдачи целеуказания перехватчикам и ЗРК. На базе этой радиолокационной станции был создан радиолокационный комплекс большой производительности «Холм», являвшийся, в свою очередь, элементом системы «Луч». Централизованная система «Луч» предназначалась для управления совместными действиями истребительной авиации и зенитных ракетных частей Войск ПВО страны.

Для проведения испытаний системы «Даль» на полигоне ПВО Сары – Шаган была выделена площадка № 35. Испытания опытных образцов зенитных ракет начались с большой задержкой. Это было связано с высокой степенью новизны и сложностью систем ЗУР 5В11. Первоначально в первой ступени планировалось использовать ЖРД, но в дальнейшем было решено применить твердотопливный реактивный двигатель.

Первый пуск в бросковом режиме состоялся в декабре 1958 года. В 1959 году провели еще 12 пусков для отработки двигателей и аппаратуры ракет. В целом ракеты проявили себя не плохо, но дальнейший этап испытаний сдерживался неготовностью активной головки самонаведения и наземной радиоэлектронной аппаратуры.



Много времени заняла переделка наземного пускового комплекса. После ряда аварийных ситуаций и инцидентов во время запуска в итоге остановились на относительно лёгкой ферменной подъемно-пусковой установке ППУ-476, весившей около 9 тонн, что было сравнимо со стартовым весом ракеты и являлось очень неплохим показателем. В отличие от других советских ЗРК Войск ПВО СССР, ракета 5В11 подвешивалась снизу пусковой балки. В дальнейшем такой вариант подвески был принят преимущественно для морских зенитно-ракетных комплексов.

По результатам первых испытаний ракета прошла доработку с целью упрощения конструкции и подготовки к старту, коме того потребовалось изменение формы рулей. Весной 1960 года начались испытания ЗУР, оснащённых ГСН. Ввиду отсутствия штатных радиолокационных средств, сопровождение цели и ЗУР, вывод ракеты в район цели после пуска осуществлялся с помощью кинотеодолитов, предназначенных для траекторных измерений в ходе проведения испытаний. После сопряжения теодолитов с электромеханической системой регистрации пространственного положения оптической оси с нештатным контуром управления ракетой, удалось использовать теодолиты для сопровождения ракеты и цели.

В условиях практически идеальной прозрачности воздуха и неограниченной видимости оказалось возможно уверенно удерживать в центре поля зрения одного кинотеодолита обстреливаемую цель, а другого – наводимую ракету. По данным, вырабатываемым приборными комплексами теодолитов, штатные устройства радиокомандного наведения системы «Даль» определяли текущие угловые координаты цели и ракеты, выдавая радиокоманды управления для вывода ЗУР в зону захвата цели головкой самонаведения. Во время одного из таких пусков цель была захвачена ГСН и успешно перехвачена в режиме самонаведения. Таким образом, полигонный образец зенитно-ракетной системы продемонстрировал принципиальную возможность стрельбы управляемыми ракетами на заданную дальность и подтвердил правильность построения контура управления.



Не дожидаясь окончания испытаний, советское военно-политическое руководство приняло решение о строительстве капитальных позиций зенитно-ракетной системы «Даль» под Ленинградом. Всего вокруг северной столицы собирались развернуть пять зенитно-ракетных полков.


Спутниковый снимок Google earth: подготовленные капитальные позиции для развёртывания ЗРС «Даль» неподалёку от села Лопухинка в Ленинградской области.

Возведение позиций ЗРС «Даль» велось в районах поселков Лопухинка, Корнево, Первомайское. На каждой из строящихся позиций предполагалось развернуть полк зенитной ракетной системы в составе пяти зенитно-ракетных дивизионов.



До окончательного прекращения работ по системе «Даль» силами военных строителей были возведены бетонные основания для стартовых позиций, хранилища ракет, бункеры управления и убежища для личного состава. По сравнению с циклопическими масштабами капитальных сооружений системы С-25, зенитно-ракетная система «Даль» смотрелась куда скромней. Но и она требовала немалых вложений в наземную инфраструктуру.

Справедливости ради стоит сказать, что такая спешка во многом была оправдана. До начала 70-х годов американские дальние бомбардировщики вели боевое патрулирование с термоядерным оружием на борту, летая вдоль воздушных границ, и Ленинград был очень уязвим для их ударов. Можно также вспомнить, что строительство капитальных позиций С-25 вокруг Москвы также началось задолго до того, как эта система успешно завершила испытания и была принята на вооружение. В 50-е годы в СССР, находящемся на взлёте развития авиационных и ракетных технологий, ничего невозможного не было.

9 июня 1960 года при испытании системы ПВО «Даль» на полигоне «Сары-Шаган» от сердечного приступа скоропостижно скончался генеральный конструктор ОКБ-301 Семён Алексеевич Лавочкин. Его ранняя смерть стала одной из причин, по которым комплекс «Даль» так и не был принят на вооружение. После смерти С.А. Лавочкина главным конструктором был назначен Михаил Михайлович Пашинин. Этот, безусловно, очень грамотный и прекрасно знающий техническую сторону дела специалист не обладал авторитетом и пробивными качествами Лавочкина, у него не было столь необходимых знакомств в высших военных и партийных структурах. В знак признания заслуг выдающегося конструктора ОКБ-301 было переименовано в «Завод им. С.А. Лавочкина».

В 1960 году было осуществлено ещё четыре испытательных пуска ракет. Но к тому моменту стало ясно, что в существующем виде комплекс не может быть принят на вооружение. Разработка усовершенствованной аппаратуры самонаведения «Зенит-2» и управляющей машины наведения затянулись. Кроме того, система определения координат воздушных целей и перехватывающих их ракет не подтвердила требуемых точностных характеристик. Сложилась парадоксальная ситуация: конструкторам удалось создать зенитную ракету, соответствующую требованиям военных, а большая часть наземной радиоэлектронной аппаратуры была не готова.

В 1961 году испытания продолжились. В ходе испытаний произвели ещё 57 пусков ракет, из них три по реальным целям. Пуски производились по самолетам-мишеням Ил-28 и МиГ-15, а также по парашютной мишени, при этом Ил-28 и парашютная мишень были сбиты.

Последние усилия по доводке зенитной системы «Даль» до состояния, приемлемого для Государственных испытаний, были предприняты в 1962 году. К тому моменту лётные испытания системы длились уже четыре года, но из-за ненадежной работы и регулярных отказов бортовых систем наведения ЗУР и комплекса наземной аппаратуры добиться удовлетворительных результатов не удалось. Все старания специалистов «Завода им. С.А. Лавочкина» и НИИ-244, занимавшегося разработкой наземной радиоэлектронной составляющей, оказались тщетны.

Окончательно работы по системе «Даль» были закрыты правительственным решением в декабре 1962 года, что не позволило завершить полный цикл полигонных испытаний опытного образца зенитно-ракетной системы. Работы полностью прекратились в 1963 году, не помогло даже совместное обращение руководства «Завод им. С.А. Лавочкина» и НИИ-244 в правительство с обещанием изготовить и довести до серийного производства мобильный вариант ЗРС «Даль-М». К тому моменту на вооружение Войск ПВО страны начал массово поступать гораздо более простой и дешевый ЗРК С-75 и велись работы по созданию дальнобойного ЗРК С-200.

«Семьдесятпятка» не обладала такой дальность пуска и была одноканальной по цели, но от многоканальной зенитной системы «Даль» она выгодно отличалась многократно меньшей стоимостью, относительной простотой, не требовала возведения дорогостоящих стационарных позиций и имела возможность перебазирования. Кроме того, руководство министерства обороны в значительной мере пересмотрело свои взгляды на роль дальнобойных стационарных ЗРК в деле обеспечения защиты от ядерных ударов. По сравнению с первой половиной 50-х, когда единственным средством доставки ядерного оружия на большие расстояния были стратегические бомбардировщики, в 60-е стало очевидно, что в ближайшей перспективе их заменят межконтинентальные баллистические ракеты, против которых дорогостоящие многоканальные стационарные противосамолётные системы были не эффективны.

Через два года после смерти С.А. Лавочкина бывшее ОКБ-301 было передано в распоряжение Главного конструктора В.Н. Челомея. В связи с этим, в 1963 году была резко изменена тематика работ, проводимых конструкторским коллективом. Все усилия «Машиностроительного завода имени С.А. Лавочкина», ставшего филиалом № 3 в составе ОКБ-52, сосредоточились на разработке космических аппаратов и доводке и производстве противокорабельных ракет. Из собственного задела продолжились работы только по модернизации мишеней Ла-17М и беспилотных разведчиков Ла-17Р.

В дальнейшем нишу несостоявшейся ЗРС «Даль» отчасти занял ЗРК большой дальности С-200. В вариантах С-200В и С-200Д – «Духсотка» существенно превзошла «Даль» по дальности пуска ЗУР. Благодаря более рациональной компоновке, при сравнимой стартовой массе длина ЗУР комплексов С-200 получилась существенно меньшей. Это не только облегчало транспортировку и заряжание ракет, но и повышало эксплуатационную перегрузку. Как известно, в ходе боевого применения ЗРК С-75, ракеты которого были весьма тонкими и длинными, иногда переламывались в попытке перехватить интенсивно маневрирующую цель. Впрочем, ЗРК С-200 был одноканальным по цели и имел гораздо более простую систему наведения. К тому же, хотя и достаточно ограниченно, но комплекс С-200 всех модификаций имел возможность манёвра на местности, чего система «Даль» была напрочь лишена.

Некоторые наработки и опыт, полученные при создании и испытаниях ЗРС «Даль», были в дальнейшем использованы при создании других зенитных комплексов, систем телеуправления и радиолокаторов. Так что утверждать, что пользы от создания «Дали» не было, и народные деньги были выброшены на ветер, будет не правильно. Справедливости ради стоит сказать, что разработчики серьёзно переоценили свои возможности в деле создания сложнейшей многоканальной зенитной системы, а, самое главное, возможности советской радиоэлектронной промышленности. Во многом «Даль» опередила своё время. Самым негативным образом на судьбе зенитной системы сказалась смерть С.А. Лавочкина. В нашей стране ЗРС со сравнимыми характеристиками по дальности и количеству одновременно обстреливаемых целей появилась только в конце 80-х. На качественно новом уровне проектные данные не принятой на вооружение «Дали» были реализованы в мобильной многоканальной ЗРС с твердотопливными ЗУР – С-300ПМ.



Но в 1963 году история ЗРС «Даль» окончательно не завершилась. Еще в течение долгого времени ракеты 5В11 демонстрировались на парадах, будучи предметом гордости для рядовых советских граждан и источником дезинформации и «пугалом» для западных разведок. Впервые изделия «400» провезли во время военного парада по Красной площади 7 ноября 1963 года, то есть сразу, после того как работы по зенитной системе были свёрнуты. В комментариях, озвучиваемых дикторами, говорилось, что данные ракеты являются «высокоскоростными беспилотными перехватчиками воздушно-космических целей». С 1964 года ракеты системы «Даль» несколько раз демонстрировались на военных парадах в городе на Неве.



Первоначально в США ракеты 5В11, с учётом их габаритов и стремительных форм, посчитали перехватчиками разрабатываемой в СССР системы противоракетной обороны. Как раз в это время просочилась информация об испытаниях советских противоракет системы «А». В дальнейшем западные эксперты долго принимали изделия «400» за ЗУР комплекса С-200, который до середины 80-х годов оставался секретным, не демонстрировался на парадах и не поставлялся за рубеж.



Кроме демонстрации на парадах, часть ракет в целом и «препарированном» виде служила учебными и наглядными пособиями в военных и гражданских учебных заведениях. После того как наша страна перешла на «рыночный путь развития», практически все они были сданы на металлолом. Единственный известный автору уцелевший образец зенитной ракеты системы «Даль» находится в Артиллерийском музее в Санкт – Петербурге.

По материалам:
http://www.astronautix.com/lvs/dal.htm
http://pvo.guns.ru/dal/dal.htm
http://bastion-karpenko.narod.ru/Dal_NB_1_98.pdf
http://infowsparcie.net/wria/o_autorze/pzr_system_dal_album_ru.html
Автор:
Сергей Линник
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

34 комментария
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти