Возрождение полигона Капустин Яр

Возрождение полигона Капустин Яр


Сегодня, 13 мая, исполняется 70 лет полигону Капустин Яр. О том, как создавался этот сложный испытательный комплекс, кто стоял у истоков, какие работы проводились на нем, корреспонденту НВО рассказал военный историк Владимир Иванович Ивкин. Особый интерес представляют ранее неизвестные факты из истории полигона. Также стоит отметить, что события тех далеких лет, когда создавался полигон, тесно перекликаются с современностью. Сейчас Капустин Яр входит в структуру Вооруженных сил РФ. На нем в наши дни испытывается ракетное вооружение для всех видов и родов вооруженных сил. Это старейший в России ракетный полигон, он является не только колыбелью ракетных войск стратегического назначения, на нем зарождалась наша космонавтика.

ВСТРЕЧАЯ 70-ЛЕТИЕ



В этом юбилейном для Капустина Яра году планируется провести испытания около 160 образцов новых вооружений, в два раза больше, чем в 2015-м. А прошлый год ознаменовался началом тестирования боевых робототехнических комплексов для РВСН. Заблаговременно были проведены работы по модернизации системы передачи данных, создано единое информационное поле полигона. Уже сейчас завершается полная модернизация измерительного комплекса, который вскоре будет работать в автоматическом режиме. Совершенствуются системы испытаний вооружений, военной и специальной техники (ВВСТ). Полигон готовится к интенсивной деятельности, связанной с программой перевооружения.

Исследовательские и испытательные работы будут вестись как для нужд Вооруженных сил, так и в интересах других министерств и ведомств. Главный упор сейчас делается на совершенствование ВВСТ, в том числе средств разведки и систем управления высокоточным оружием.

В ДАЛЕКОМ 1945-М

В те дни, когда Красная Армия вторглась в пределы Германии, в руки советского командования попали документы о ракетах Фау-2 (индекс А-4). Военно-политическое руководство СССР уже знало о существовании немецкого «оружия возмездия» (немецкая аббревиатура «V» (фау) от слова Vergeltungswaffe, что переводится как «оружие возмездия»), но на этот раз разведке удалось добыть подробные документы. Уровень развития ракетных вооружений в нацистской Германии поражал. Серийное производство Фау-2 велось уже с начала 1944 года, ракета несла боеголовку весом в 1 т на расстояние, превышающее 280 км, и достигала цели с приемлемой точностью.

Американская и британская спецслужбы тоже достаточно давно и пристально вели оперативную разработку этого оружия. В конце войны союзники развернули беспрецедентную по приложению сил и особую важности охоту за специалистами в области ракетостроения.

Агенты разведки США перевернули вверх дном все три оккупационные зоны, которые находились под контролем западных союзников, в поисках специалистов в области проектирования (конструирования) и производства ракет. В результате в Штаты был вывезен главный конструктор Фау-2 Вернер фон Браун и с ним от 300 до 400 специалистов самого высокого уровня. Американцы получили конструкторскую и проектно-производственную документацию в полном объеме, большое количество комплектующих, топливо, материалы. Кроме того, они захватили около 130 готовых к запуску ракет. Исследовательские работы на полигонах США начались незамедлительно после доставки туда материалов, оборудования, ракет и прибытия специалистов.

Великобритания также смогла захватить некоторое количество готовых ракет, документацию, комплектующие и материалы для их производства, необходимые для начала разработки собственных образцов реактивной техники.

Советской стороне достались крохи от немецкого «ракетного пирога». Повезло, что производственный комплекс Фау-2 в Пенемюнде оказался в советской оккупационной зоне. Удалось разыскать специалистов среднего и низового звена, главным образом инженеров и квалифицированных рабочих, чей опыт был использован для сборки Фау-2 как на территории Восточной Германии, так и в Советском Союзе.

В 1945 году в СССР была сформирована комиссия по изучению ракетной техники. Эта комиссия пришла к выводу, что работы имеют колоссальный объем и требуют решений на самом высоком правительственном уровне, поскольку придется задействовать ресурсы государства для исполнения этой задачи. Начиная с августа 1945-го советское правительство в срочном порядке приняло четыре важных постановления о развитии ракетной техники в нашей стране. Перед этим было подготовлено постановление Государственного комитета обороны, оно предписывало организацию работ по конструированию и производству ракет. Наркомат боеприпасов обязали наладить производство ракет на твердом топливе, а Наркомату авиационной промышленности предстояло изготовление ракет на жидком топливе.

Но это постановление так и не было принято из-за отсутствия согласования требований промышленных наркоматов (в дальнейшем министерств) по тем техническим условиям, которые выдвигали военные. Армия хотела получить мощное оружие, а промышленность всячески отказывалась от этой внезапно возникшей крайне тяжелой задачи. Нарком авиационной промышленности Шахурин, указывая на то, что ракета – не самолет, стремился снять с себя эту задачу. Он мотивировал свой отказ тем, что ракета хоть и является летательным аппаратом, но весьма специфическим, который ближе по своей конструкции к реактивным снарядам для БМ13, чем к самолетам. А поскольку снаряды для «Катюш» выпускались наркоматом боеприпасов, Шахурин предлагал исполнение задачи по производству ракет полностью возложить на это ведомство.

В марте 1946 года верхний эшелон государственной власти СССР подвергся преобразованию. Наркоматы стали министерствами, наименования которых были изменены. Так, Наркомат минометного вооружения был преобразован в Министерство сельскохозяйственного машиностроения. Именно этой структуре были переданы все разработки и производственные мощности, связанные с «катюшами», она и продолжила развитие систем залпового огня.

Комиссия о всех необходимых срочных решениях на самом верху сообщала лично Сталину. В докладной записке, подписанной Берией, Маленковым, Булганиным, Устиновым, Яковлевым, переданной генералиссимусу в апреле 1946 года, говорилось о необходимости принятия срочных принципиальных решений по советскому ракетному проекту. В ней пояснялось, что было сделано по ракетной проблематике в довоенное время, во время войны и какие материалы и сведения удалось получить о немецких ракетах Фау-2 (А-4). Комиссия предлагала для форсирования проекта сосредоточить все научно-исследовательские, конструкторские, проектные работы и производство ракет в одних руках. Все, что касалось ракет на жидком топливе, передавалось Министерству вооружения, а пороховые ракеты передавались министерству СХ-машиностроения. В том же режиме велись работы по советской атомной программе. Минавиапрому оставили задачу только по созданию реактивно-двигательных установок.

Стоит принять во внимание обстановку, в которой начиналось ракетостроение в СССР. В декабре 1945 года началось «авиационное дело», которое было связано с серьезным отставанием в советской реактивной и дальней авиации от США. Первым по нему был арестован маршал авиации Худяков, его расстреляли в 1950-м. В феврале 1946 года это дело получило мощное развитие. Репрессированию подверглись многие высшие руководители военного авиапрома и ВВС, среди них были: министр Шахурин, командующий ВВС Новиков, его заместитель Репин, член военного совета Шиманов, начальник ГУ заказов Селезнев и другие.

В одной из записок комиссии, которая поступила в секретариат Сталина 20 апреля, предлагалось в короткий срок, а именно 25 апреля, собрать в кабинете Сталина совещание, посвященное ракетостроению в СССР. На нем были собраны все ответственные лица на самом высшем уровне, по его итогам было принято постановление, давшее импульс для начала развития реактивных вооружений и ракетной программы в стране.

В 1946 году 4 мая состоялся заочный пленум ЦК ВКП(б), на нем приняли решение освободить Маленкова от должности секретаря ЦК в связи с провалом в руководстве авиапромом. Сталин назначил его председателем комиссии, ответственной за ракетостроение, дал ему шанс реабилитироваться.

Далее в постановлении этого пленума говорилось о необходимости создания в структуре Министерства Вооруженных сил СССР (которым, совмещая другие должности, лично руководил Сталин) управления реактивного вооружения в составе ГАУ, на него возлагались функции заказчика и контролера работ по производству ракеты А-4 (Фау-2). В рамках того же министерства предписывалось образовать исследовательский институт реактивного вооружения (ныне это 4-й ЦНИИ МО РФ), центральный государственный полигон реактивного вооружения, который должен был стать площадкой для испытаний всех типов ракет в интересах всех ведомств, которые занимались этой программой, и отдельная воинская часть специального назначения, чьей задачей было обслуживание ракет, их испытание и отработка вопросов боевого применения. В финале этого постановления указывалось, что ракетная программа является первостепенной задачей, обязательной для исполнения всеми органами партийного и государственного управления, по сути, это было строгое предупреждение для тех чиновников, кто не проникся серьезностью ракетной программы для обороноспособности страны. Вслед за этим постановлением был издан приказ министра Вооруженных сил о формировании новых структур в составе военного ведомства, как и предписывал пленум ЦК.

ПОЧЕМУ 13 МАЯ

Постановление Совета министров СССР № 1017-419сс вышло за подписью председателя Совмина Сталина 13 мая 1946 года. Для исполнений решений советского правительства был создан спецкомитет, на который возлагалась вся ответственность по реализации планов ракетостроения. Сталин своей рукой внес в список фамилию председателя этого комитета, как обычно, синим карандашом, как мы уже знаем, честь была оказана Маленкову.

Межведомственную комиссию, задействованных в ракетной программе наркоматов СССР и ГАУ по изучению и обобщению боевого опыта применения реактивной техники возглавил генерал-майор Лев Гайдуков. Это тоже было личное решение Сталина, юридически оно было закреплено постановлением ГКО № 9475сс.

В постановлении № 1017-419 также предписывалось для выбора места строительства полигона создать комиссию. Ей поручалось провести обследование возможных районов размещения полигона, эту работу она должна была проделать в сжатые сроки: с 1 июня по 25 августа – и уже к 30 августа доложить результаты генералиссимусу. О сверхважности этого дела говорит уже тот факт, что эту комиссию возглавил первый заместитель министра ВС СССР Булганин. В указанные сроки комиссия обследовала восемь районов, ни один из которых не подошел для устройства полигона. Было принято решение продолжить работы по поиску необходимой территории, в результате комиссия выбрала для дальнейших изысканий три возможных варианта – один в Южно-Уральском военном округе (в районе города Уральска) и два в Северо-Кавказском военном округе (первый – около Сталинграда, другой – недалеко от города Грозный в Чечне).

Формирование структуры полигона началось еще до выбора места его размещения. Приказом № 0347 от 10 июня 1946 за подписью Булганина начальником полигона был назначен генерал-лейтенант Василий Вознюк, ранее занимавший должность заместителя командующего артиллерией южной группы войск (Австрия). Его заместителем по испытанию реактивной техники сухопутных войск стал полковник Леонид Поляков, заместителем по испытаниям ракетного вооружения для военно-морских сил назначили полковника Ивана Романова. Заместителем по испытаниям реактивного оружия для армейской авиации стал полковник Николай Митряков, а испытательную группу ВВС возглавил генерал-майор Степан Щербаков. Все вновь назначенные на должности лица приняли активное участие в поиске места дислокации полигона.

В приказе министра ВС СССР № 0019 от 2 сентября 1946 года окончательно утверждалось орг-штатное расписание полигона и его техническое оснащение.

Комиссия с опозданием в один год от намеченных сроков смогла представить результат. Только 26 июля 1947 года вышло постановление Совмина о подготовке первого пуска ракеты А-4 (Фау-2) и по размещению полигона в районе села Капустин Яр (недалеко от Сталинграда, в пределах Астраханской области). Среди архивных документов есть карты, визированные лично Сталиным, на которых нанесены результаты рекогносцировки территорий, выбранных для устройства полигона.

Причем есть информация и о том, что первоначально место для полигона было выбрано в районе станицы Наурской (Чечня), но этот вариант в результате был отклонен. Приняли во внимание большую плотность населенных пунктов в районе предполагаемого размещения полигона. Кроме того, министр животноводства Алексей Козлов категорически был против такого варианта, поскольку это грозило уничтожением овцеводства в калмыцких степях, где предполагалось создать излетное поле для ракет.

Решение о дате празднования образования полигона Капустин Яр было принято в 1950 году и определено празднавать его «день рождения» 13 мая по дате выхода постановления № 1017-419сс. С этим же документом связано формирование «специальной артиллерийской части, для освоения, подготовки и пуска ракет типа Фау-2». Была создана бригада особого назначения Резерва Верховного Главнокомандования (БОН РВГК). Командование этим соединением было поручено генерал-майору Александру Тверецкому. Официальная дата его формирования «12 июня 1946 года» была определена только в 1952 году. В дальнейшем бригада несколько раз переформировывалась и окончательно, на базе тех соединений, в которые она переходила организационно, была создана 24-я дивизия РВСН, подпавшая под сокращение в 1990 году в связи с подписанием договора между СССР и США о сокращении РСМД.

НАЧАЛО ДОЛГОГО И ТРУДНОГО ПУТИ

Возрождение полигона Капустин Яр

Немецкая «Фау-2» использовалась победителями в качестве основы для создания собственных баллистических ракет. Фото из Федерального архива Германии. 1943

В докладной записке, которая поступила в секретариат Сталина в декабре 1946 года за подписью Маленкова, Яковлева, Булганина, Устинова и других, говорилось об окончании работ по сбору и обобщению всего спектра информации и материалов для подготовки производства ракет.

Из части доставшихся СССР сборочных материалов удалось полностью укомплектовать 23 ракеты, и еще 17 оставались недоукомплектованными. Была организована перевозка деталей, материалов, лабораторно-испытательного и производственного оборудования в Советский Союз. Тогда же для продолжения работ, начатых еще в Германии, в СССР прибыли 308 немецких специалистов, которые были распределены между соответствующими министерствами и приступили к работе. Около 100 из них получили направление на 88-й завод (НИИ-88). В дальнейшем их перевезли на остров Городомля, что на озере Селигер, где размещался филиал № 1 НИИ-88. Всего в Союз из Германии для организации проектно-конструкторских работ, производства и испытания ракет было вывезено около 350 немецких специалистов. Из них 13 человек участвовали в первом пуске А-4 на полигоне Капустин Яр. К тому времени работа по ракетной технике уже велась на территории СССР в соответствующих КБ и НИИ. В программе участвовало большинство из тогда существовавших отраслевых министерств и заинтересованные управления, и институты Министерства ВС.

К началу испытаний в Германии была собрана первая партия из 10 ракет А-4 с привлечением немецких специалистов. Другая партия из 13 ракет была собрана в подмосковных Подлипках на 88-м заводе Министерства вооружения.

Организация производства ракет в СССР шла с пробуксовкой. К примеру, в Германии в 1944 году в среднем в месяц выпускалось 345 ракет (4140 в год). В 1945 году: в январе – 700, в феврале – 616, марте – 490. Нашей промышленности выйти на мощность производства ракет Третьего рейха так и не удалось.

Даже завод «Южмаш», крупнейший в послевоенное время (расположен в г. Днепропетровске, УССР, в 1951 году приказом министра ВС СССР заводу было присвоен номер 586 и открытое наименование п/я 186), на уровне планирования имел задачу производить только 2 тыс. ракет в год, но и эта задача не была выполнена.

Кстати, спецкомитет (или комитет № 2) в результате своей работы пришел к выводу, что придется копировать всю сложную германскую структуру производства, иначе ничего не получится. В Третьем рейхе в ней, по кооперации, участвовали заводы, расположенные не только в Германии, но и в Чехии, Словакии и в других странах. В 1946 году была поставлена задача наладить производство Фау-2 полностью из отечественных комплектующих (своеобразная программа импортозамещения), но эта задача не была выполнена ни к 1949, ни к 1950 году. Еще в 1947 году Сталин отстранил Маленкова от курирования ракетной программы из-за неспособности руководить этой сложной проблемой, его место занял Булганин.

В 1948 году было произведено первое испытание ракеты Р-1, которая была собрана не полностью, но в основном из отечественных комплектующих. Основная проблема была в том, что отечественная химическая промышленность не могла производить резинотехнические изделия: трубы, прокладки, манжеты и другие комплектующие нужной прочности. С этой загвоздкой удалось справиться только в 1950 году. Следующую ракету Р-2 производили уже полностью из своих материалов.

ПОЛИГОН


Впервые личный состав начал прибывать в Капустин Яр только в августе 1947 года. В сентябре прибыли два эшелона. Один пришел из Германии (со специальным ракетным и телеметрическим оборудованием), другой – из Подлипок с материалами и техникой для устройства полигона.

Строительство полигона стартовало 20 августа 1947 года. Работали не покладая рук. «Отец-основатель» и бессменный начальник полигона на протяжении последующих 27 лет Василий Вознюк говорил так: «У нас на полигоне 8-часовой рабочий день: восемь часов до обеда и восемь – после». В первую очередь возводились: испытательный комплекс, пусковые площадки. Спешно создавалась система наблюдения за траекторией полета ракет.

Люди сначала жили в палатках, вагончиках и землянках. За два месяца к исходу сентября были построены необходимые объекты для начала испытаний: стартовая позиция с бункером, монтажно-испытательный корпус, топливный склад, мост, шоссе, 20 км железнодорожных путей (от Сталинграда до Капустина Яра), штаб и другие служебные здания. В то же время размечались и ограждались поля падения ракет, устанавливались измерительные пункты для наблюдения за траекторией полета, объем работ был огромен. Когда объекты полигона первой очереди были возведены, началось строительство жилых сборно-щитовых домов.

О готовности полигона к началу испытаний генерал лейтенант Вознюк доложил в Москву 1 октября 1947 года. Через две недели (14 октября) в Капустин Яр прибыла группа конструкторов во главе с Королевым (для руководства первым стартом) и была доставлена первая партия ракет А-4.

И уже 18 октября 1947 года в 10 часов 47 минут по московскому времени был произведен первый в Советском Союзе пуск баллистической ракеты. Параметры ее полета были следующими: наибольшее возвышение – 86 км, дальность полета – 274 км, уклонение от директрисы полета – 30 км (влево). По заключению специальной комиссии первый пуск прошел успешно.

Первая советская баллистическая ракета Р-1 была запущена 10 октября 1948 года. Этот старт открыл ракетно-космическую эру нашего отечества. В дальнейшем советские конструкторы, получив значительно меньше материалов и документов о немецких ракетах, чем американцы, в кротчайшие сроки сумели обогнать своих заокеанских коллег как в деле ракетостроения, так и в освоении околоземного космоса.

В период с 1947 по 1957 год Капустин Яр был единственным полигоном в СССР, где испытывались баллистические ракеты. На нем проведены испытания большинства типов ракет от Р-1 до Р-14, «Буря», РСД-10, «Скад», множество других ракет малой и средней дальности, крылатых ракет и комплексов ПВО.

Система испытаний и подготовки ракет к старту, которую разработали в то время, используется до сих пор. Тогда же было определено, что проведение отдельных испытаний промышленностью и военными нецелесообразно, эти процессы решили объединить.

КОСМОДРОМ


В конце 1949-го на полигоне Капустин Яр совместная группа Академии артиллерийских наук Министерства ВС и института авиационной медицины под общим руководством генерал-лейтенанта Благонравова начала подготовку к проведению перспективных научно-исследовательских работ, в плане которых были предусмотрены опыты, определяющие возможность запуска в космос и возвращения обратно животных. На первом этапе решили провести восемь пусков ракет с биологическими материалами на борту. Опыты проводили на собаках, крысах, мухах-дрозофилах и в дальнейшем на обезьянах. Таким образом началась подготовка к пилотируемым космическим полетам.

Председатель комиссии по пускам ракет Анатолий Благонравов 4 сентября 1951 года рапортовал в Москву о том, что в период с 22 июля по 3 сентября было осуществлено шесть вертикальных пусков ракет Р-1В на высоту до 100 км. Подготовка и осуществление этих испытаний проходили при участии физического, геофизического институтов АН, Государственного оптического института Министерства вооружений, Министерства легкой промышленности и НИИ авиационных материалов. Ракеты и комплексы выводимых в космос аппаратов свое предназначение выполнили. Получен ряд данных о состоянии первичного космического излучения и о процессах взаимодействия первичных космических частиц, произведено измерение атмосферного давления на высотах до 100 км, определен состав воздуха на высотах 70–80 км, данные о скорости и направлении движения слоев атмосферы на высотах до 80 км, проведены испытания модели крыла на больших высотах и там же была определена сила трения при сверхзвуковой скорости.

В том же документе сообщалось: «Доказана выживаемость животных на высотах до 100 км, без нарушения физиологических функций, в четырех случаях из шести подопытные животные доставлены на землю без всяких повреждений». Первыми собаками-космонавтами, вернувшимися живыми из космоса, были Дезик и Цыган. В дальнейшем Сергей Королев раздавал их потомство своим знакомым.

Десятилетием позже, в 1962 году ракету Р-12 решили использовать как носитель космических аппаратов, выводимых на низкие орбиты. 16 марта 1962 года был осуществлен вывод на орбиту Земли первого малого исследовательского спутника «Космос-1». Запуск спутника «Интеркосмос-1» состоялся 14 октября 1969 года. Капустин Яр использовался как место старта спутников по международной программе «Интеркосмос» вплоть до 1988 года. Параллельно с него запускались космические аппараты военного и народно-хозяйственного назначения. Но в сообщениях о запусках в печати и в официальных документах Капустин Яр никогда не называли космодромом. Также никогда не освещалось предназначение спутников. Просто информировалось, что запущен очередной спутник «космос» с таким-то порядковым номером. Только специалисты отличали метеорологические, теле- или радиотрансляционные от космических аппаратов разведки.

ПОЛЕВАЯ АКАДЕМИЯ РАКЕТНЫХ ВОЙСК

Капустин Яр используется с первых своих дней по настоящее время не только как полигон, но и как учебный центр. Его по праву называют полевой академией для ракетчиков. Получить допуск для несения боевой службы можно только там. Подразделение приезжает на Капустин Яр, получает технику от промышленности, производит комплексные проверки этой техники, сдает зачет на допуск к самостоятельной работе с ней. И в конце процесса проводит учено-боевой пуск и только после этого вводится в боевой состав ракетных войск. Все выпускники военных училищ проходили войсковую стажировку и подготовку в Капустином Яре. Большое внимание уделялось разработке нормативных документов на базе обобщенного опыта, полученного на полигоне. Наставление по проведению пуска ракет, наставление по совершению маршей, по эксплуатации техники в сложных климатических условиях зимы и лета – все это отрабатывалось в Капустином Яре. Великолепным результатам такой работы способствует весь уникальный комплекс: Капустин Яр – Балхаш.

ХРОНИКИ КАПУСТИНА ЯРА


К середине 50-х годов инфраструктура Капустина Яр удовлетворяла возложенным на него задачам. В дальнейшем с расширением объема этих задач совершенствовался и сам полигон. В 1959 году 12 декабря был сделан первый пуск ракеты Р-17. Испытанные на нем в те годы ракеты Р-12 и Р-14 сыграли свою роль в Карибском кризисе. В 1962 году по решению советского руководства в ходе операции «Анадырь» на Кубу были доставлены 36 ракет Р-12 и 24 ракеты Р14. После этих событий американцы умерили свою спесь и перешли от агрессивных действий против СССР к диалогу. Более того, был проложен телефонный кабель от Белого дома до Кремля для экстренной связи.

В 60-е там проходили испытания ракет РТ-1, РТ-2, РТ-15, комплекса ТЕМП. Проводились пуски ракет-мишеней для испытаний ПРО А-35 на полигоне Сары Шаган.

В 70-е годы проводилось испытание РСД-10. Но основное внимание было сосредоточено на ракетах оперативно-тактического назначения: «Луна», «Точка», «Вулкан». Так же испытывались отдельные элементы МБР, в первую очередь для определения их аэродинамических и баллистических характеристик.

В 1988 году на полигоне осуществлялась ликвидация твердотопливных ракет РСД-10 в соответствии с договором о сокращении РСМД, подписанным годом ранее между СССР и США. Работы проводились под контролем американских инспекторов. Стартовые и технические позиции были законсервированы, хотя и оставлены в работоспособном состоянии. В течение последующих 10 лет они не использовались.

В 90-е годы было обвальное сокращение финансирования всех статей ракетного строительства. Руководство полигона билось за каждое свое подразделение, стремясь уберечь их от сокращения. В усеченном виде продолжились испытания, но они носили чисто исследовательский характер, своего рода задел на будущее. Благодаря им в дальнейшем создан ракетный комплекс Тополь-М.

В октябре 1998 года Капустин Яр получил наименование «4-й Государственный центральный межвидовой полигон Министерства обороны Российской Федерации» (4 ГЦМП). В том же году впервые после долгого перерыва с него возобновились запуски ракет для вывода спутников на низкие орбиты. На нем с начала нового века прошли испытания: ЗРС С-400, ракеты РТ-2ПМ комплекса «Тополь», МБР РС-12М «Тополь», РС-26 «Рубеж», ОТРК «Искандер-М».

Сейчас Капустин Яр работает в интересах Сухопутных войск, Воздушно-космических сил, Военно-морского флота и Ракетных войск стратегического назначения.
Автор: Александр Шарковский
Первоисточник: http://nvo.ng.ru/history/2016-05-13/1_yar.html


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 3
  1. 1vlad19 14 мая 2016 09:23
    Закрытый город КапЯр был, в середине 80-х проезжали мимо него, заборы даже стояли. Но обеспечивали его по полной во времена СССР. А когда "ликвидировали" (запускали) РСД-10 днём в небе зелёные, красные шары появлялись!
  2. Верден 14 мая 2016 10:15
    В своё время довелось побывать в Капяре во время службы. Обеспечивали зенитные стрельбы. Имел возможность посетить заброшенный КП для руководства. Забавно было ходить по пустым коридорам здания, которое внешне выглядело, как обычная хрущёвка. Зато внутри - остатки дубового паркета и хорошего кафеля, обрывки дорогих обоев. Но это так, воспоминания. То, что полигон пытаются привести в рабочее состояние - это хорошо. Нужное дело.
  3. РПК 14 мая 2016 15:48
    Принимали Пионеры для Пашино.Приходили ракеты с завода,а техника с Баррикад.Проверяли 10 ракет,одну пускали,космонавты как раз над нами наблюдали полёт.Лейтенант,становясь командиром Пусковой установки,сразу приобретал большой авторитет и значимость.Мог потребовать: Дайте мне магнитный напильник,что бы собирать мет.опилки,когда пропиливали отверстие в стыкочном ящике,для не планового кабеля.Молодёжь сразу становились ракетчиками.В общей сложности прожил на полигоне пол года.В те времена там всё работало как часы.Действительно испытания были общими военные и промышленность.Прикольные ракеты часто летали,бывало,головная часть больше самой ракеты.В магазине валом было шоколада с орехами,на него играли в преферанс.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня