22 июня 1941 года и «Тегеран-43». Часть 1

22 июня 1941 года и «Тегеран-43». Часть 1


Это всё уготовала военная судьба выпускнику РАУ. 95-летний полковник-артиллерист в запасе Александр Захарович Карпенко живёт на самой литературной улице (Погодина) в Ростове-на-Дону, пишет пронзительные стихи о войне и о положении России. Его судьба исключительно счастлива: он встретил войну на заставе 22 июня 1941 года и остался в живых. Обеспечивал охрану Тегеранской конференции в составе горнострелкового полка в 1943 году и живым вернулся на Родину после войны.

Александр Захарович родился 20 июня 1921 года в селе Поповка Кашарского района Ростовской области. В этом же неурожайном и голодном году семья приняла решение переехать жить в Ростов. Сначала они снимали небольшой домик, а потом купили дом в Дачном посёлке, на углу улиц Привокзальной и Чернышевского. Его отец, Захар Иванович, стал работать возчиком в одной из городских артелей — возил зерно на ссыпку, разные строительные материалы. Позже, когда стали создаваться колхозы, он вступил в колхоз имени Калинина, центральная усадьба которого находилась на улице Широкой (сейчас Ленина) на территории сегодняшнего госпиталя МВД.


В 1929 году Александр Карпенко пошёл в первый класс школы №14 имени Парижской коммуны. Учился он хорошо, любил рисовать, писал стихи, даже стал посещать литературный кружок в Доме пионеров на улице Энгельса (сегодня это улица Большая Садовая).

В 1938 году, окончив 9 классов средней школы, Александр поступает в артиллерийскую спецшколу №11: она находилась на улице Энгельса в бывшем женском реальном училище рядом с обкомом КПСС (позже, во время войны, это здание было разрушено). В этой школе учились только мальчики. Одевались они в специальную форму — брюки с красным кантом и гимнастёрку. Занятия шли как в обычной школе, но был там ещё военрук, с помощью которого изучалась военная история, приобреталось умение пользоваться стрелковым оружием, а летом мальчики выезжали вместе с курсантами артиллерийского училища в полевые лагеря, где познавали азы артиллерии уже на практике.

По окончании спецшколы он становится курсантом Ростовского артиллерийского училища. В училище было три дивизиона, в каждом из них — три батальона по 100 человек. Учились два года. Будни — это лекции, строевая и физическая подготовка, изучение материальной части орудий. А ещё конная подготовка — вольтижировка, рубка лозы, учебная рысь без стремян и чистка лошадей два раза в день. Конюшни располагались в районе нынешней площади Второй Пятилетки у реки Темерник. После первого курса — поездка в лагеря. После второго курса — выпуск.

В начале мая 1941 года лейтенант Карпенко, попрощавшись с родителями и невестой, отправился в Киевский особый военный округ командиром взвода полковой батареи 263-го Домашкинского стрелкового полка 25-й Чапаевской дивизии, дислоцированной в Бессарабии на границе с Румынией.

Ситуация на границе была очень сложная. Самолёты-разведчики с чёрными крестами на плоскостях почти каждый день летали по приграничным районам СССР. По ту сторону границы почти в открытую сосредотачивались для удара на восток полевые корпуса немецкой и румынской армий. Поэтому в армейских подразделениях постоянно проводилась разъяснительная работа, направленная на усиление воинской дисциплины и повышения боеготовности. Все готовились к войне, разговоры об этом велись постоянно. Но никто не знал, когда же всё начнётся.

В первой половине июня 1941 года стрелковый полк, в котором служил Александр Захарович, участвовал в полевых учениях у крупного населённого пункта Цыганка. Основная цель учений заключалась в отработке взаимодействия с пограничными заставами. Полковая батарея проводила имитацию ведения огня, осуществлялись инженерные работы, связанные с укрытием и маскировкой личного состава, техники, боеприпасов.

20 июня 1941 года Александру исполнялось 20 лет. Хотелось с друзьями отметить это событие, но из-за манёвров праздновать решили в воскресенье — 22 июня, когда они вернуться на основные «квартиры». Но 21 июня им приказали остаться на своих местах. И вечером они, нарвав побольше свежей травы, улеглись по-походному на ночёвку. Особенно пронзительно запомнился этот запах свежескошенной травы, огромное просторное поле, запах полыни, чабреца — всё это наполняло силами.

— И словно не спали мы, — рассказывает Александр Захарович. — Вдруг все проснулись от страшного грохота. Я ещё подумал, что это идёт продолжение учений. Зазвонил полевой телефон. Это был наш командир, который находился на наблюдательном пункте, расположенном на реке Прут. Он приказал: «Батареи, к бою!» И сразу же вторая команда — открыть огонь. Нам сказали, что через границу переправляются какие-то воинские подразделения. Пограничники и наши стрелковые части ведут бой. В нескольких местах даже сходятся в рукопашной схватке. Скорее всего, думали мы, что это произошла провокация, как на Халхин-Голе. Вот так началась для меня Великая Отечественная война.

22 июня 1941 года и «Тегеран-43». Часть 1


На участке, где располагался их полк, неоднократные попытки немцев перейти границу были пресечены. Южный фронт, в состав которого входила 25-я Чапаевская дивизия, вёл пограничные бои в течение 28 дней. Только тогда, когда возникла угроза окружения, дивизия получила приказ на отход в направлении Одесса — Николаев.

А кровопролитные бои продолжались на каждом участке. В один из дней в июле Александр Захарович получил приказ выдвинуть два орудия на прямую наводку для уничтожения вражеской пехоты. Наши отступающие войска не успели ещё окопаться, выстроить линию обороны, как подошли значительные силы противника. Надо было выиграть время. Учитывая особую важность боевого задания и опасность, в расчёт подобрали лучших артиллеристов из числа коммунистов и комсомольцев. Подготовив орудия к стрельбе картечью, на предельной скорости рванули в сторону противника. За 200-250 метров до позиций врага развернулись и с ходу открыли шквальный огонь. Картечь нанесла огромный урон вражеской пехоте, была сорвана их атака, а расчёт, расстреляв весь боекомплект, без потерь вернулся в полк. Не было даже раненых. За эту операцию Александр Захарович был награждён орденом Отечественной войны II степени.

22 июня 1941 года и «Тегеран-43». Часть 1


«Участник боёв с немецкими захватчиками с первых дней войны в районе реки Прут, действовал в составе 263-го стрелкового полка в качестве командира огневого взвода. В боях западнее села Западная Ананьева Одесской области, командуя огневым взводом, прямой наводкой уничтожил одну автомашину с немецкими солдатами и до 10 подвод с боеприпасами и продовольствием, — говорится в его наградном листе. — В бою на реке Днестр в районе селения Глинная с открытой огневой позиции отражал контратаки противника, получив контузию, остался в боевых порядках, продолжая выполнять поставленную задачу. В боях за переправу через реку Южный Буг у города Николаева 13 августа 1941 года уничтожил несколько автомашин с пехотой противника и при выезде на открытую позицию был тяжело ранен».

16 августа была поставлена задача — занять боевую позицию у Варваровского моста, который был единственной переправой через Южный Буг. Для поддерживания обороняющегося полка артиллеристы вели интенсивный огонь по пехоте и бронетранспортёрам врага. В этом бою Александр Захарович был тяжело ранен: крупный осколок вырвал его левую лопатку, чудом не задев сердце. А множество мелких осколков изрешетили левую руку. Подбежали солдаты, наспех перевязали и на двуколке повезли в госпиталь. Он располагался в пригороде Николаева — Варваровке.

Несколько хат были приспособлены под операционные, а раненые лежали на земле в саду под деревьями. Через несколько часов после того, как Александра Захаровича прооперировали, началась срочная эвакуация госпиталя. Транспорта не хватало, и наиболее тяжело раненных было решено оставить местным жителям. Он был в беспамятстве, вынырнул из горячечного марева как раз тогда, когда проходившие мимо врачи сказали: «Этого тоже оставляем». Еле шевеля губами, он прошептал: «Не оставляйте». Но в машине мест уже не было, и его, с тяжелейшим ранением спины, с большим трудом, посадили в кабину к шофёру. Дальнейший путь в Цюрупинск Александр Захарович практически не помнил: от боли он всё время терял сознание. Помнил только несколько остановок. В сёлах собирались местные жители, в основном, женщины, несли воду, молоко, забирали и хоронили умерших.

Длительное время находился на излечении в госпиталях Цюрюпинска, Керчи, Ростова, Теберды.

Из Цюрупинска отправили в Керчь, везли на платформах. А уже из Керчи — в Ростов. Госпиталь в городе находился в гостинице «Ростов» на Будённовском проспекте. В конце октября 1941 года, когда немцы первый раз на неделю захватили город, госпиталь заблаговременно был эвакуирован в Теберду.

Александр Захарович поправился только ко второму освобождению его родного города, его отправили в Ростов, на побывку после ранения. Их поезд дошёл только до пригородного Батайска, дальше пути были разрушены. Все мосты были разрушены, но лёд на реке Дон был крепким, и Александр Захарович перебрался на правый берег. Город ещё горел, многие здания были разрушены, валялась разбитая техника, убитые лошади. С тревогой он пришёл домой. К счастью, мать и сестра были живы, а отец ещё раньше был мобилизован и воевал сейчас где-то под Самбеком. Жива была и его невеста Лия.

Александр Захарович встал на учёт в комендатуре, а через месяц прошёл медицинскую комиссию, которая признала его ограниченно годным второй степени — у него не было левой лопатки. Вообще. Его направили работать инструктором всеобуча в военкомат села Самарское Ростовской области. Организовывались группы военного обучения, изучали винтовки, учились бросать гранаты. Потом Александра Захаровича перевели в Ростов, в Пролетарский военкомат. Здесь тоже он проводил занятия по военному делу, по ночам дежурил на улицах города: проверяли светомаскировку, вылавливали диверсантов.

Был назначен начальником маршевого эшелона с 1640 солдатами, который направлялся в Горьковскую область, в Гороховецкие лагеря на формирование истребительных противотанковых полков.

Начало операции «Тегеран-43»

А потом в штабе фронта ему дали направление — возглавить батарею запасного артиллерийской полка. Этот полк готовил кадры для артиллерийских частей, подготовка длилась 20-25 дней. Потом их отправили по Военно-грузинской дороге в Азербайджан, на станцию Евлак. Там они пробыли месяц. А осенью 1942 года переехали на станцию Баладжары под Баку. Потом состав подали прямо на морской пирс и начали грузить на пароход — поплыли они в Красноводск, а оттуда направили под Ташкент, в город Чирчик. Расположились они в казармах, снова началась усиленная работа по подготовке кадров для артиллерии.

22 июня 1941 года и «Тегеран-43». Часть 1


А потом его направили в Ташкент на сборный пункт. И тут начались совершенно непонятные вначале для него перемещения. Их собралось около 30 человек, причём все командиры. Опять их направили в Красноводск, из которого они только что прибыли, опять на пароход. Все терялись в догадках, зачем надо было так запутывать следы, зачем надо было возвращаться на одни и те де маршруты? И только на пароходе им сказали, что они плывут в Иран.

Известно, что в августе 1941 года в Иран, согласно шестой статье советско-персидского договора, были введены советские войска, чтобы обезопасить южные границы: «Обе Высокие Договаривающиеся Стороны согласны в том, что в случае, если со стороны третьих стран будут иметь место попытки путём вооруженного вмешательства осуществлять на территории Персии захватную политику или превращать территорию Персии в базу для военных выступлений против России, если при этом будет угрожать опасность границам Российской Советской Федеративной Социалистической Республики или союзных ей держав и если Персидское Правительство после предупреждения со стороны Российского Советского Правительства само не окажется в силе отвратить эту опасность, Российское Советское Правительство будет иметь право ввести свои войска на территорию Персии, чтобы, в интересах самообороны, принять необходимые военные меры. 26 февраля 1921 года».

Они прибыли в порт Бендер Шах, расположенный в северной провинции Ирана.

Александр Захарович получил там новое назначение в 313-й горнострелковый артиллерийский полк — его назначили заместителем командира полка по артиллерии.

Полк располагался на территории шахской резиденции, в небольшом городке Бабольсере на южном побережье Каспийского моря.

В один из дней в начале ноября 1943 года полку была объявлена боевая тревога. Стрелковые подразделения с полной выкладкой и экипировкой выдвинулись в горы. Орудия полковой артиллерии, миномёты, боеприпасы для стрелкового оружия, снаряды, продовольствие и фураж везли на мулах. Для этого груз надёжно крепился на специальные сёдла.

Основное время уходило на движение и маневрирование в горах. Особенно тяжело приходилось в дождливую погоду. Мокрые скалы и камни затрудняли движение, сказывалось высокогорье. Малые и большие привалы несколько восстанавливали силы, но крутые подъёмы и спуски выматывали.

Иногда они делали остановки: развёртывались по боевому расчёту и вели учебные наступательные или оборонительные «бои», а затем снова двигались вперёд.

Основной задачей было обеспечение скрытности и полной готовности к ведению боя.

Облегчало выполнение поставленных задач то, что полк был хорошо подготовлен. В мирное время он находился в составе войск Среднеазиатского военного округа и имел хороший опыт действия в горах. В полку была особая группа связистов, которая всё время поддерживала связь с вышестоящим штабом.

В таком темпе учения продолжались около десяти дней и закончились неожиданно в первых числах декабря 1943 года.

Продолжение следует…
Автор: Полина Ефимова


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 4
  1. Иван Тартугай 17 мая 2016 08:51
    Цитата из статьи:
    В один из дней в июле ( 1941 года )Александр Захарович получил приказ выдвинуть два орудия на прямую наводку для уничтожения вражеской пехоты....
    ...За эту операцию Александр Захарович был награждён орденом Отечественной войны II степени.


    О́рден Оте́чественной войны́ - военный орден СССР, был учреждён Указом Президиума Верховного Совета СССР «Об учреждении Ордена Отечественной Войны I и II степени» от 20 мая 1942 года.
    Наверное была другая награда.
    1. efimovaPE 17 мая 2016 10:19
      У него наградной лист от 1944 года. Сама видела.
      1. Толстый 18 мая 2016 03:33
        Статья получилась хорошая. Ваш артиллерист, Александр Захарович, вполне мог быть награжден орденом Отечественной войны II степени, так сказать, задним числом, в последствии описанных событий. Но в 41 даже представление к такой награде невозможно было. Это запоздавшее признание командованием заслуг воина.
  2. Толстый 18 мая 2016 03:46
    Орденом Отечественной войны II степени награждаются
    ...
    Кто лично артиллерийским огнём уничтожил 1 тяжёлый или средний, или 2 лёгких танка (бронемашины) противника, или в составе орудийного расчёта — 2 тяжёлых или средних, или 3 лёгких танка (бронемашины) противника;
    Кто уничтожил огневые средства противника огнем артиллерии или миномётов, обеспечив успешные действия наших войск;
    Кто подавил огнем артиллерии или миномётов не менее 3 батарей противника;
    Кто уничтожил огнём артиллерии не менее 2 самолётов противника;
    ...
    Награждение орденом Отечественной войны может быть повторяемо за новые подвиги и отличия.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня