Как правильно убить российскую космическую программу. Часть 2

Как и было обещано, продолжаем тему КБХА.

Как правильно убить российскую космическую программу. Часть 1.


Как правильно убить российскую космическую программу. Часть 2


Ознакомившись с комментариями, хочу заметить, что, конечно, превосходно, что в Перми собирают и испытывают двигатели к "Протону". Учитывая, что в 2025 году от "Протонов" откажутся, стоит понаблюдать и за этим заводом. На всякий случай.

Касаемо некоторых вопросов. Задавали такие: при чем тут "Ангара", при чем тут "Союз", если "Протон"? При том, что РД0124 — это как раз вторая ступень "Ангары" и третья ступень РН "Союз-2" и "Союз-СТБ". А РД0110р — это РН "Союз-2.1.в", который первый раз стартовал в 2013 году с Плесецка.

Плюс стендовые испытания РД 0126, 0124А (А — это тоже "Ангара" как раз), 0146, 0146Д, 1025А и куча других. Не только испытания, но и доводка, благо НИОКР — вот он, в 25 км от испытательного полигона.

И полигон. Это же не бетонная камера в подвале корпуса. Это сам по себе еще один завод. Территория 4 на 4 километра. С кучей стендов для различных испытаний.

И, уважаемые, я это все выкладываю абсолютно не для того, чтобы потешить свое самолюбие. А потому, что люди, которые могут, а самое главное, хотят строить движки для ракет, уже криком кричат, что завод убивают "эффективные". А не хотелось бы. Ведь пригодится, и НИОКР, и завод, и испытательный полигон...

Но — продолжаем с того места, на котором закончили вчера.

О долгах и деньгах

Рассказываю про цеха. Все эти комиссии, конечно, здорово. Но они по цехам особо не путешествуют. И не потому, что секретно, а потому что не приведи господи увидеть то, что там творится.

Если серьезно, средств защиты нет. Инструмент не поверенный и не аттестованный. По санитарным нормам и требованиям можно человека, болеющего за эти нормы, до инфаркта довести.

Соответственно, и отношение изнутри такое. Это денег нет, а то бы еще и синячили. Один плюс... Хотя и с пьянкой по-разному бывает, ибо кто ищет, тот всегда найдет.

Придя к власти, новый господин директор озвучил новое направление: вылезти из долгов. При всем отношении к Рачуку, он, несмотря на уменьшающееся в те годы количество заказов, умудрялся брать авансовые платежи за будущие работы и хоть как-то поддерживать зарплаты на должном уровне. А если быть точным, уровня 2013 года, когда был хороший подъем.

Потом началось падение. Сперва завод запорол несколько десятков сопел. Не по кривости рук, кстати, а просто не опробовав и не утвердив толком, начали использовать новую плазменную сварку для швов. Сварка подвела, камеры начали вздуваться. Был колоссальный убыток в сотни миллионов.

В итоге Рачук набрал 2 миллиарда долгов. Правда, нам еще миллиард были должны. И придя к власти, Камышев сказал, что основная задача — выйти в нули. Идея понятная, идея трезвая. Но исполнение...

Что выбрала новая команда, какой путь. Это массовые сокращения. Причем не только людей, но и всевозможных затрат.

Сейчас у нас идет сокращение. 400 человек из 2600. И уже поползли слухи о том, что к ноябрю сократят еще 600. Кто останется? Молодежь сокращать не надо, она сама бежит, как только найдет выше зарплату. А это легко можно сделать в нашем городе.

Бред, когда инженер, отучившийся 5 лет, получивший опыт работы, уходит, потому что у него зарплата как у кассира в супермаркете. И естественно, что уходят.

И вот тебе расклад. Молодой, 30 лет, ушел. Не важно, куда. Остался дед. Предпенсионер или пенсионер. Дед умрет. Да, умрет, у нас на пенсию никто не уходит. У нас на ИК одно профзаболевание — онкология. Гептил — это канцероген. И из организма не выводится. Так что дед умрет. И кто его заменит? Вот вопрос...

А у начальников подразделений не осталось ни одного рычага, чтобы поддержать молодых и перспективных людей. А перспективный любой, кто больше 3-х лет отработал. Нет зарплаты, нет премии, нет никакой перспективы. И уходят.

У нас из подразделения за год 5 молодых ушло. Из 11. Вакансии висят, но кто пойдет? В каком дурдоме на 14 тысяч молодого специалиста искать?

И вот зимой была поставлена задача: разработать новое штатное расписание с учетом сокращений. Деньги же освободятся, соответственно, зарплату можно поднять. Объем работы останется тот же, но получать, делая большие объемы вроде бы можно. Нормально.

Но и здесь произошло забавное. Вот ушло у нас из одного отдела, не моего, у меня столько нет, не знаю, к счастью или несчастью, аж 11 человек. "Освободили" около 150 тысяч рублей. В месяц. Вполне логично, что начальник пошел устаканивать вопрос о новых зарплатах для оставшихся. Люди-то должны знать, сколько они будут получать, работая за себя и за того парня, который уже не придет никогда.

И получает офигительный ответ от умнички-начальницы отдела труда и зарплаты на свой вопрос. 50 тысяч по своим раскидывай, а 100 я найду куда деть. Кто-то из начальников поторговался, кто-то сдался без боя. Но таким путем развели всех без исключения.

Правильно, фонд оплаты труда предприятия ограничен. А всех этих "эффективных" надо содержать. И откуда-то брать их немалые зарплаты и премии. Поэтому мы получили вон чего, известную фигуру, а они...

Я не выдумываю нисколько. Сам был участником такого торга. Бред, конечно. Здоровые и умные мужики выторговывают гроши для себя и своих подчиненных. Унизительно.

Социальная жизнь

Умерла в принципе. Да, профсоюз там болбочет что-то, какие-то отчеты делает. Но из того, что было раньше, не осталось ничего. Только деньги списывают на проведение спортивных мероприятий. Там копейки, 2,5 миллиона в год. Тем не менее, кто видел эти соревнования? Да никто. Последнее, что я наблюдал, это по бильярду проводили. Но опять же, при старом руководстве еще. Года три назад.

Социальных программ тоже нет. Да что там, возьмем День космонавтики. В этом году 55 лет было, знаковая дата. У нас хороший актовый зал, всегда собирали людей, самодеятельность концерт закатывала, даже Пригожин (директор ИК. — Р.С.) сам пел. Даже премии иногда давали.

А в этом году? Господин Камышев арендует (уж не знаю, за какие деньги) концертный зал ВГУ, приглашает солистов филармонии, местных эстрадников. И на это мероприятие приглашает избранных. ИТР, инженеры, работяги и прочая чернь — идите, работайте.

Все, что у нас было на 65 лет нашей космонавтики, — бордюры покрасили. И на доске объявлений бумажонку повесили на принтере напечатанную. Типа, поздравляем. Все.

А буквально два года назад, в нашем актовом зале я общался и за руку здоровался с Богородским. Это один из немногих оставшихся в живых, кто участвовал в пуске Гагарина от КБХА. Он испытывал движки и присутствовал там, на Байконуре. И каждый мог.

Был ли кто из ветеранов на этом мероприятии, не знаю. На сперва дали указание пригласить по два человека от каждого подразделения, потом на следующий день отменили.

О кадрах

Не секрет для тебя, что у нас в политехе есть целый факультет летучий (ИМАТ — Институт машиностроения и авиационной техники. — Р.С.). Там есть кафедра ракетных двигателей. Так вот, выпускников этой кафедры брали без ограничений всю жизнь. Распихивали по отделам и бюро, если что — есть запас, всегда можно перепрофилировать. Проблем с кадрами не было вообще.

Молодежь приходила, училась, переучивалась, кто-то уходил, конечно. Но так или иначе, поток шел.

В этом году господин Камышев разругался с политехом и отказался наотрез брать целевиков. Не нужны мне ваши ЖРД-шники, я буду из ВГУ кадры брать. Представляешь идиотизм? Вот и я не представляю. Но представляю, кого ВГУ готовит. Интересно, конечно, как там историки, биологи, математики, географы и прочие гуманитарии будут замещать реактивщиков, гидравликов и прочих технарей. Но это уже не просто дурь, это вредительство.

И сколько. На 2016 год в бюджет заложено взять 12 (двенадцать, Карл!) молодых специалистов. А раньше сотнями приходили, не только из Воронежского политеха.

Нет, конечно, если там у кого-то из новой команды детки на выходе в ВГУ, тогда понятно, откуда ветер дует.

Жаловаться, говоришь? А кому? Рогозину? Ну да, конечно. А то он не в курсе, можно подумать. Его сын женат на дочке Гурина, нынешнего руководителя ИК. Анечка Гурина-Рогозина, работала в отделе химиков. Так что там все нормально. Знают, что надо. И как надо.

О вредности

Раньше было такое понятие. И предусматривало оно дополнительные оплаты, отпуска, лечение, спецпитание, льготный пенсионный стаж. Теперь его нет. Есть специальная оценка условий труда. С 2015 года. Есть экспертные организации, которые занимаются этой оценкой. И они за хорошие деньги должны установить наличие или отсутствие факторов, влияющих на здоровье трудящихся.

И нам не повезло, что называется. На нашем предприятии нет условий, при которых тот же гептил превысил норму в 5 ПДК. Тут одна ПДК по гептилу — уже надо успеть противогаз на башку надеть и рвать оттуда как можно быстрее. А тут 5... Безопасен гептил, что тут еще сказать... Норма.

А какая тут норма, когда после пуска выходишь — вся территория в птичьем помете? Гептил, он если в малой дозе хватанешь — то туалет твой друг на полдня. Ну, а птица — она ж не в курсе, что у нас испытания. Сгорает, понятно, не все, облачко такое над полигоном образуется. Вот кто рядом оказался, тот и... ну, понял. А там и деревья на садах в черных дырках и листву сбрасывают, все 50 лет садоводы жалуются.

Но сейчас хоть испытания редко. Раз в месяц. А в те годы и по два пуска в неделю бывало.

Одно утешает: "Протону" как ракете-носителю хана. Ракета хорошая, но уж слишком грязная.

Чтобы не быть простым критиканом. Если на мой взгляд, то выход можно было бы найти в ином. У нас колоссальная производственная база. Одна из мощнейших в регионе. Может только, наверное, мехзавод сравниться, но мы с ними одно дело делаем, однополчане, так скажем. И авиазавод.

Мысль не только моя, но многих здравомыслящих людей, что надо заниматься не только потерей кадров, потерей классных специалистов, нужно загружать производство. Понимаю, что кризис, кризис по всему миру, сложно найти заказчиков на нашу продукцию. Реально спрос упал, особенно на "Протоны" после всех происшествий. Но "Союзы"-то никто не отменял. На МКС только мы летаем, и, что бы там американцы ни говорили, когда они полетят, еще тот вопрос. А мы летаем.

Надо заниматься конверсией. И не газовыми и электроплитами. У нас колоссальные умы, у нас колоссальная база, мы можем для любой отрасли заказы делать, тем более что у нас правительство и говорит и субсидирует импортозамещение.

У нас нефтяники и газовики воют от того, что почти вся запорная арматура иностранная. А мы можем. Наша арматура от нефтяной только что размерами отличается. Насосы! Насосы импортные на скважинах. А мы можем. И даже нового ничего не надо разрабатывать, все в НИОКРе еще с 90-х в чертежах есть. Можем.

А вот "эффективные" не могут. Не могут позволить себе даже мыслей о том, чтобы выйти за рамки вбитого в их головы не знаю уж на каких курсах и семинарах. Потому что реально обгадятся на старте. Потому что все это выходит за рамки стандартных работ. И потому мы занимаемся только серией. А серия, извиняюсь... Потому что пусков в разы меньше.

Мы готовы практически штамповать все нужное с нашим качеством и днем и ночью. Как в советские времена, в три смены когда завод пахал. Была бы в нас надобность.

Послесловие. Очень коротко. Слова Рогозина на тему нашего отставания от США имеют под собой определенную логику. Но это только слова. А на деле все может быть еще более печально. Буквально полгода тому назад мы поднимали шум вокруг "Омсктрансмаша", где начали массово увольнять рабочих и готовиться к банкротству завода. Хорошо, что усилиями многих СМИ проблема была решена в положительном ключе.

Ситуация, подобная той, что сложилась на КБХА, не единична. Отсюда возникает один-единственный вопрос: а можем ли мы позволить себе сегодня так спокойно разбрасываться теми остатками от могучей промышленности СССР, которые каким-то чудом удалось сохранить?
Автор:
Роман Скоморохов
Ctrl Enter

Заметив ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter

115 комментариев
Информация

Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти