Тайны фронтовых фотографий

Тайны фронтовых фотографий


Передовая переходила из рук в руки. В какой-то момент фашисты перешли в наступление. Анна оказалась отрезанной от своих, ей пришлось спрятаться среди убитых. Шум наступления врагов неумолимо приближался, она вытащила пистолет и вставила ствол в рот. Быть обнаруженной врагами — это значит плен!

Семейные фотографии становятся свидетелями исторических событий, которые с новой силой оживают, когда начинается исследование обстоятельств их появления.


На пороге Рейхстага

Рассказывает ученица 6 класса Есения Фоменко: «Мне захотелось поделиться с вами историей одной фотографии, хранящейся в нашей семье. Замечательную фотографию «На пороге Рейхстага» привёз с войны Фоменко Марк Дмитриевич, мой прадедушка. На фото: группа советских солдат на ступеньках Рейхстага. Среди большого количества лиц есть и лицо моего прадеда. Он участвовал в штурме этого главного логова фашистов и оставил на стенах Рейхстага свой автограф вместе с другими бойцами: «Мы дошли до Берлина», «Это наша Победа», «Ура воинам, победителям Гитлера». В нашей семье все помнят его рассказ о тех героических днях: «Штурм Рейхстага дался огромной ценой. Погибло много бойцов, которые успели первыми ворваться в здание. В его лабиринтах засели немцы и никак не хотели покидать это логово, стреляли в упор, в спины нашим воинам. Ведь нашим солдатам были незнакомы закоулки, в которых прятались немцы. И всё же, несмотря на яростный отпор, наши герои-воины сумели сломить сопротивление врага, сорвали знамена с немецкой свастикой и водрузили над Рейхстагом советское знамя».

Тайны фронтовых фотографий


Ученица 11 класса Маша Фоменко вспоминает: «В преддверии Дня Победы я ходила к своей бабушке Ларисе Марковне и узнала у неё: оказывается, на этой войне воевал мой прадедушка Марк Дмитриевич Фоменко. Молодым парнем Марк попал в село Ольшанка вместе со своими родителями, братьями и сёстрами. Здесь он познакомился с девушкой Марией, и они поженились. Когда в 1936 году в хуторе Ольшанка создали МТС, прадедушка окончил курсы шофёров, устроился на «полуторку», где и проработал до самого начала войны. На фронт Марк Дмитриевич попал в 1941 году (с первых дней войны).

Дома остались жена и четверо детей, самому старшему было одиннадцать лет, а самому младшему четыре месяца. В городе Сальске он прошёл кратковременный курс молодого бойца и его вместе с другими парнями отправили на фронт, на оборону Сталинграда. В его обязанности входило подвозить снаряды бойцам, в его распоряжении была всё та же «полуторка».

Однажды у прадедушки был такой случай: он вёл машину с боеприпасами, в это время налетел немецкий самолёт и начал бомбить, к счастью, он успел выпрыгнуть из машины и спрятаться неподалёку, немецкая бомба попала прямо в «полуторку», от машины ничего не осталось. После этого случая он говорил, что «в рубашке родился». Командир части выдал Марку Дмитриевичу новую машину ЗИС. Он продолжил свою службу по перевозке снарядов.

Тайны фронтовых фотографий


Когда шёл второй год войны, обмундирование у солдат поизносилось, новую форму давно не получали, тогда командир части вызвал к себе прадедушку и сказал: «Марк, я знаю, что твой отец был портным. Ты видишь, ребята поизносились. Вот тебе швейная машина, садись и латай солдатам одежду». На швейной машинке он шить не умел, поэтому приходилось работать вручную. Конечно же, получалось долго, и работы был непочатый край. Постепенно прадедушка освоил швейную машину и даже приспособился шить новую форму: распарывал старую, изорванную, выкраивал по ней новую и сшивал. Конечно, всё это делалось между боями.

Марк Дмитриевич участвовал в боях за Брянск, Гомель, освобождал Польшу. В Варшаве наших воинов приветствовали, обнимали, целовали, как родных, но всё же находились такие поляки, которые могли вонзить нож в спину нашим солдатам.

Мой прадедушка участвовал и в штурме Берлина. Домой он привёз фотографию, где он со своими товарищами сидел на ступеньках Рейхстага.

Бабушке удалось сохранить фотографию прадедушки и даже её отреставрировать. Марка Дмитриевича наградили следующими боевыми наградами: «За освобождение Сталинграда», «За битву под Москвой», «За освобождение Варшавы», «За Победу над Германией». Командир разрешил забрать прадедушке швейную машину домой, она сохранилась до нашего времени и стоит сейчас у бабушки. А Марк Дмитриевич стал профессиональным портным. В послевоенное время он организовал в Ольшанке швейную мастерскую и стал заведующим, в его подчинении находилось три мастера. Так до конца своих лет прадедушка проработал в этой мастерской. Я горжусь тем, что у меня был такой отважный прадедушка!

К сожалению, бабушка не помнит рассказов о войне от своего отца, а мне хотелось знать больше, и тогда я попробовала найти информацию в Интернете. Так, по запросу в поисковике я узнала о подвиге своего прадеда.

В 1944 году во время бомбёжки он вывел с открытого места лошадей, целый обоз с ранеными и боеприпасы для эскадрона. За проявленную боевую смекалку гвардии старшина Яков Власович Пильгуев был награжден медалью «За отвагу». Это, конечно, только одна из его боевых наград. В одном из ожесточенных боев мой прадед получил серьёзное ранение и попал в госпиталь, а после лечения его комиссовали, и он вернулся домой.

Спустя несколько месяцев пришла долгожданная Победа. Но отголосками той страшной войны стали — осколки, которые приносили невыносимую боль до конца его жизни. Бабушка рассказывала, что из-за ранения он не мог ездить на встречи с однополчанами, поэтому каждый год на 9 мая ее отец садился перед телевизором и со слезами на глазах смотрел Парад Победы».

Тайны фронтовых фотографий


Тайна военной фотографии

Житель города Волгодонска Сергей Осенчинин увлекается коллекционированием книг и однажды, ещё в 90-е годы, приобрел трёхтомник Аксакова, который до последнего времени оставался непрочитанным. И вот, в преддверии празднования 71-й годовщины Великой Победы, он открыл эту книгу, из которой выпала пожелтевшая от времени фотография. На обороте снимка чернилами было написано: "16 августа 1941 год. Память медработников станицы Романовской".

Улыбчивые девичьи лица, легкие платья, по моде того времени прически, и сознание того, что над этими людьми уже висела страшная туча жестокой войны.

Признаться, вера в то, что кто-то узнает медработников тех лет и прольет свет на историю их жизни, была слабая, ведь времени прошло немало. Но в скором времени позвонила жительница станицы Романовской Нина Алексеевна Чёрная. Я встретилась с Ниной Алексеевной, которая не могла сдержать слез, подтверждая уникальность снимка.

— Мне хорошо знакома эта фотография. В 2011 году точно такую же мне передала, незадолго до смерти, Вера Афанасьевна Скрытник (в девичестве Кострюкова), с которой мы были дружны. На фото она двенадцатая слева, в верхнем ряду. В то время Вера Афанасьевна работала главным бухгалтером райздравотдела. Снимок был сделан по случаю проводов на фронт медсестры Анны Афанасьевны Забазновой, она третья слева в нижнем ряду, — так начала свой рассказ Нина Алексеевна.

— Вера Афанасьевна этим снимком очень дорожила и просила передать его в музей, что я и сделала. Возможно, он и сейчас хранится где-нибудь в запасных фондах музея. Причина, по которой В.А. Скрытник передала фото именно мне, объясняется просто. Тогда я работала в детской библиотеке станицы Романовской, увлекалась историей, собирала материалы. Всего таких снимков было четыре. Я знаю, что еще один такой был у Таисии Топилиной. Она была медсестрой родильного отделения и тоже есть на этом снимке, но которая из девушек Таисия, сказать не могу. Ещё Вера Афанасьевна вспоминала, что проводы были веселыми, никто не думал, что война затянется и принесет чудовищные жертвы.

После рассказа Н.А. Чёрной расследование пошло намного легче. Встретилась с Татьяной Сергеевной Плотниковой, дочерью Веры Афанасьевны, и попросили поделиться воспоминаниями о матери.

— На этой фотографии Вере Афанасьевне 20 лет, она 1921 года рождения. В апреле сорокового вышла замуж, а спустя два месяца проводила мужа на фронт, а вместе с ним и 10 своих старших братьев. Опустел казачий курень, в котором остались трое — она, мать Веры и ее младший 10-летний братик. Отец, Афанасий Кострюков, отбывал наказание на Дальнем Востоке за то, что его предок верой и правдой, как и подобает казаку, служил Родине, но при другом строе. Воевал вместе с атаманом Платовым, был пожалован чином есаула и усадьбой в Воронежской волости. Но не смог казак жить на чужбине, продал усадьбу и вернулся на Дон, где на вырученные деньги построил дома трем сыновьям. Один из этих домов, которому 123 года, до сих пор стоит в станице Романовской почти в первозданном виде и сейчас принадлежит семье Плотниковых.

— Этот дом — наше родовое гнездо, в котором выросло не одно поколение. У каждого из нас с ним связаны свои воспоминания, — говорит Татьяна Плотникова.

— Мама с бабушкой пережили здесь оккупацию. На постое у них был румынский офицер. Не обижал и даже иногда давал продукты. Но младший мамин братишка не дожил до Победы. Полегли на различных фронтах и все старшие братья. Не дождалась она и мужа.

Второй раз замуж вышла в 1950 году. Умерла Вера Афанасьевна в 2012 году. Про неё можно сказать тремя словами — простая, скромная труженица, не любившая рассказывать о пережитом.

Тайны фронтовых фотографий


Фронтовичка Забазнова

Наверное, нет человека в Волгодонском районе Ростовской области, который бы не слышал имени — Анна Афанасьевна Забазнова.

Наиболее точно эту женщину можно охарактеризовать фразой: жизнь посвятила людям.

Её внук, Владислав Винников, так говорит про бабушку:

— Несгибаемой силы воли человек, фронтовичка, не боящаяся никаких трудностей. Близкие редко видели её спящей. До глубокой ночи она решала организационные вопросы, особенно если дело касалось благополучия земляков. Анна Афанасьевна любила повторять: «Главное — это люди». Утром она поднималась раньше всех. У нас создавалось впечатление, что спать она не ложилась вообще.

Кредо «главное — это люди» у Анны Афанасьевны, по видимому, сложилось в глубокой юности, поэтому она и окончила фельдшерско-акушерскую школу в г. Ростове-на-Дону, чтобы помогать родиться новой жизни. Проработала она всего два года и в августе 1941 года ушла на фронт. Этот момент и запечатлел найденный снимок.

Тайны фронтовых фотографий


В ходе журналистского расследования мы выяснили, что в начале войны она работала старшей медсестрой в Новочеркасском эвакуационном госпитале, а с апреля 1943 года Анна Афанасьевна была санинструктором пулеметного эскадрона 4 кавалерийского гвардейского корпуса. Санинструктор кавалерийского корпуса! Сейчас это и представить трудно. Всегда в седле, всегда на передовой. Это кровь, ежедневная боль утраты и спасенные жизни солдат. А ещё ежеминутная готовность расстаться со своею собственной жизнью. Немного сохранилось эпизодов, детализирующих фронтовые будни Анны Афанасьевны, но один, от которого веет такой силой духа, что сердце замирает, в её семье помнят.

Передовая переходила из рук в руки. Санинструктор Забазнова вытаскивала раненых, слезы лить над убитыми, которых было множество, времени и сил не было. В какой-то момент фашисты перешли в наступление. Анна оказалась отрезанной от своих, ей пришлось спрятаться среди убитых. Шум наступления врагов неумолимо приближался, она вытащила пистолет и вставила дуло в рот. Быть обнаруженной врагами — это значит плен! И девушка, чтобы не попасть в лапы врага, решила застрелиться. И все, кто хоть немного знал Анну Афанасьевну, уверены — она бы это сделала. Тут раздался взрыв, и девушка потеряла сознание. Бог не отвернулся от казачки — этот клочок земли снова отбили наши войска.

Закончила войну Анна Забазнова фельдшером хирургического взвода 13-го медсанэскадрона 9-й гвардейской казачьей дивизии в Праге. Демобилизовалась в сентябре 1945 года. Грудь украшали два ордена Красной звезды и 5 медалей, в числе которых «За отвагу» и «Боевые заслуги».

В мирное время она начала трудиться старшей медсестрой, но боевые раны и контузия давали о себе знать. Работу пришлось оставить на некоторое время. Желание быть полезной людям победило недуги, и Анна Афанасьевна вернулась в строй. Была председателем сельского совета, депутатом Ростовского Совета народных депутатов. Любимым её детищем был хор ветеранов, который она организовала, вложив в него душу. Сейчас хор носит её имя, имеет звание народного. Анне Афанасьевне всегда и до всего было дело: имеются ли в станице водопровод, садик, асфальтированные дороги. И это не по долгу службы, а по зову сердца.
Автор: Полина Ефимова


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 10
  1. EvgNik 19 июля 2016 06:52
    Тема ВОВ для нас бесконечна. И многие фотографии лжат в архивах и никогда н публиковались. Спасибо, Полина, что постоянно Напоминаете нам об этом.
    1. Комментарий был удален.
    2. сибиралт 19 июля 2016 09:25
      Фото - остановленный миг истории. Постановочные не в счет. Уже за то спасибо автору - за выложенные авторские фото.
      Посмотрел на фото, до прочтения текста. Сразу бросились в глаза начищенные яловые сапоги солдата. Таки, Берлин брали не в "кирзачах", о чем нам пытаются впихнуть "Юлины - гоблины" и всякие там "доценты топорнины". Когда нет идеологии, всякие "отморозки" за бабло начинают "бурить" нашу основу - исторический пласт, выстраданный чаяниями нашего народа, кровью, слезами и победами. Кто что добыл, начинает его связывать со своими понятиями сопоставимыми с либероидными (иначе не заработаешь,) и на том пиариться в своих аккаунтах и "разбухать" сознанием от чувства самоудовлетворения и туфтовой, по сути, значимости. и куда они попрут против фактов запечатленных на фото, солдатских писем, историй болезней фронтовиков? Пока еще не утрачено чувство боли и сопричастности к старшему поколению у России есть шансы на будущее. Вот в чем наша идеология. Систему менять надо, пока остаются шансы возродится Русскому Миру.
      1. mroy 19 июля 2016 10:55
        Мощный вывод - раз на фото боец в яловых, значит кирзы в армии не не было?
        То есть Плотникову Сталинскую премию за кирзу просто так дали?
        Вы попробуйте посчитать сколько надо забить скота, чтобы обеспечить всю армию яловыми сапогами. К тому же яловые сапоги тяжелее кирзачей.
        А кирзовый сапог с портянкой - чуть ли не лучшая обувь для пересеченной местности.
        Конечно, логическая цепочка от сапог к "бурению" основ это за гранью. Вы сами читаете, что пишете?
        1. Толстый 20 июля 2016 00:30
          Цитата: mroy
          Мощный вывод - раз на фото боец в яловых, значит кирзы в армии не не было?
          То есть Плотникову Сталинскую премию за кирзу просто так дали?
          Вы попробуйте посчитать сколько надо забить скота, чтобы обеспечить всю армию яловыми сапогами. К тому же яловые сапоги тяжелее кирзачей.
          А кирзовый сапог с портянкой - чуть ли не лучшая обувь для пересеченной местности.
          Конечно, логическая цепочка от сапог к "бурению" основ это за гранью. Вы сами читаете, что пишете?

          Вывод не мощный, а попросту "тупой". Где было нарыть столько хлопка, сукна и проч. Чтобы оснастить многомиллионые вооруженные силы во время Великой Отечественной Войны? Я Видел "красноармейскую книжку" отца, выданную весной 1942 Воевал в Сталинграде июль - октябрь 42. 62 армия, парашютист, минометчик. Раздел IV "вещевое имущество" Гимнастерка БУ, Шаровары БУ, Сапоги БУ... Только противогаз новый... Прежде чем "считать" попробуйте осмыслить: 6,329 млн. военнослужащих убитыми и умерших от ранений, 555 тыс. умерших от болезней, погибших в результате происшествий, осуждённых к расстрелу (по донесениям войск, лечебных учреждений, военных трибуналов) Максимальная численность "в строю" 01.06.1944 11 073 675 "в госпиталях" 970 349, "Всего" 12 044 024. К стати "маленькая плюха" в качестве военной обувки ботинки тоже были. У кирзовых сапог только голенище "искусственное" (артикул - сапоги юфтевые 15% (ВИКИ)) Свиная и конская кожа вполне подходит для производства юфти. А "отходы" от кожных производств в виде мяса годовалых бычков, свинок, лошадок, оленей оказались вполне пригодными для производства тушенки для красноармейцев.
          Они не только американский SPAM и трофейный ольдман кушали, но и отечественный продукт, сало, например... feel Причем кушали 365 дней в году, каждый... Если получалось... Так, что кожи было довольно много.
      2. Монархист 20 июля 2016 13:33
        Фельдмаршал,Вы пишите:"Берлин брали не в кирзачах.."должен вас разочаровать:в РККА были кирзовые сапоги,обмотки. Знаю по рассказам фронтовиков,можно поднять документы:"вещевое довольствие Красной Армии".
  2. parusnik 19 июля 2016 07:43
    Спасибо, Полина..до глубины души..Ваш рассказ...Из моих..родственников до Берлина никто не до шёл..
  3. inkass_98 19 июля 2016 07:45
    А вот еще одно фото, Кенигсберг. Весьма символично:
  4. Mytholog 19 июля 2016 11:41
    Обычные человеческие жизни. Не генеральские, не "замечательные люди".
    Но, вот, читаешь - и гордишься. Непонятно, почему. Вроде бы чужие люди...
    Странное ощущение ))
    1. Игорь В 20 июля 2016 00:22
      Значит - не чужие!
  5. Ослябя 19 июля 2016 17:59
    Поклон автору и Фронтовикам!
    Спасибо за глоточек Живой Истории Отечества!
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня