Как казаки турок били

Как казаки турок били


С назначением главнокомандующим Отдельным Кавказским корпусом генерал-лейтенанта Н.Н. Муравьёва произошли значительные изменения в управлении отдалённым краем. Бывший наместник князь М.С. Воронцов в личном письме из Дрездена от 25 ноября 1854 года характеризовал своего преемника как военного человека с твёрдым характером и давно знающего страну, которую берёт под своё управление, а также выражал уверенность, что он сумеет повсюду принять меры по исправлению сложившейся ситуации.

Кровопролитная война на Кавказе и в Крыму была в полном разгаре, а русская армия и военный флот находились в затруднительной ситуации. Общее положение страны осложнялось еще и тем, что пришло неожиданное известие о кончине Николая I в феврале 1855 года.


В таких непростых условиях Николай Муравьёв прибыл в Ставрополь, откуда и начал детальное знакомство с приграничным регионом. Уже 15 февраля он отправился на левый фланг, где посетил передовые укрепления в Чечне и Дагестане.

Как казаки турок били


Несколько недель на Кавказской линии не прошли напрасно. В полковых штаб-квартирах он пересматривал списки личного состава, чтобы по ним собрать всех рассеянных на хозяйственных работах. В результате удалось вернуть в свои полки до 16 000 человек для выполнения прямых обязанностей, в том числе и в иррегулярных частях. Это позволило в кратчайшие сроки найти резервы в левобережных станицах по Тереку и 3 апреля 1855 года направить сводное подразделение «на кавказско-турецкую границу для военных действий».

В состав этого нового отряда входил моздокский хорунжий В.П. Лепилин, а также хорунжий И.Е. Анопкин из Гребенской станицы, Старогладовской и другие. Достигнув места 18 апреля, казаки после кратковременного отдыха заменили своих однополчан, многие из которых непрерывно находились на передовой ещё до начала Крымской войны, и позволили им уже 28 апреля отправиться к семьям.

Прибыв 13 мая 1855 года в Александропольский лагерь, Николай Муравьёв также досконально проверил казачьи полки и драгунские отряды, сделал ряд распоряжений по их лучшему устройству с тем, чтобы через несколько дней они смогли переправиться через реку Арпа-Чай и выйти к селению Пирвали. Этот приказ был выполнен: под командованием нового начальника кавалерии графа А.Е. Нирода передовые конные подразделения успешно форсировали реку. А через четыре дня не встречая сопротивления противника, достигли окрестностей крепости Карс.

Через несколько дней, 2 июня, граф Алексей Нирода направил свой конный отряд в район реки Каре-Чай, а затем достиг деревни Мицыри, расположение которой на господствующих высотах стало большой проблемой потому, что именно здесь около 400 отборных башибузуков заняли оборону и приготовились к отражению атак русских войск.

Одновременно с ними к позиция неприятеля направились Новороссийский и Тверской полки.

А четыре линейные казачьи сотни под командованием полковника А.Ф. Клыкова (уроженца станицы Червлённой, штаб-квартиры Гребёнского полка, по отзывам начальства характеризовался как храбрый и очень опытный кавалерийский офицер, «деятельный по военной жизни») смогли нанести неприятелю неожиданный удар за счёт того, что смогли пройти незамеченными по соседнему оврагу и максимально близко подобраться к вражеским рядам, посеяв там панику и смятение, уничтожив к ходе краткосрочного боя 11 всадников, а сами же не потеряли ни одного человека и смогли обеспечить предварительное картографирование окружающей местности офицерам-топографам из специально сформированного геодезического отряда.

Как казаки турок били


По прибытии генерал-лейтенанта Муравьёва под стены осажденной крепости была произведена широкомасштабная разведка. 4 июня 1855 года шесть линейных сотен (Гребенская, две Ставропольские, Кубанская, Кавказская и Моздокская), под начальством полковника А.Ф. Камкова повели успешное наступление под огнем вражеской артиллерии на господствующие высоты у местечка Карадаг. Выполнив основную задачу, обратив в бегство 2 полка регулярной кавалерии, захватив 7 пленных, в числе которых оказалось 2 турецких улан, а также до 20 строевых лошадей, «потеряв в этой смелой атаке только 4 убитых, 1 офицера и 10 казаков раненых».

Только на следующий день от нескольких лазутчиков стало известно, что гребенцами, поддержанными двумя сотнями казаков из Д-го и 2-го Ставропольского полков, было уничтожено 55 человек, а еще 67 турецких солдат получили различные ранения.

Вскоре сводно-линейный полк № 2 под командованием полковника Камкова вновь отличился. Этому поспособствовали сами турки, которые под звон множества колокольчиков приближались к крепости, везя с собой несколько мешков с продовольствием. Казачий разъезд смог неожиданно напасть на них, отбить богатую добычу. И хотя турки попытались прийти на помощь своим товарищам, резервные казачьи сотни оказались быстрее и отогнали неприятеля обратно за крепостные стены.

Бесстрашные перемещения российской кавалерии под командованием генерал-майоров графа А. Нирода, Я.П. Бакланова и П.П. Ковалевского, полковников А.Ф. Камкова и Унгерн- Штернберга способствовали тому, что все близлежащие окрестности вокруг крепости Карс были очищены от турецких войск, создана так называемая «мёртвая» зона.

Русские кавалеристы действовали настолько быстро и слаженно, что турки не смогли доставить приготовленные припасы в цитадель. Ежедневно наблюдалось прелюбопытное зрелище: турки выставляли вокруг всего города сильную пехотную цепь, за которой «с раннего утра до ночи стояли сомкнутым строем дивизионы, всегда верхом и чуть только не держали пики на перевес; против турецкого дивизиона стоял наш пикет из трех казаков: один караулил верхом, а двое пасли лошадей».

После этого Николай Муравьёв предпринял ещё один важный шаг, направленный на углубление осадного положения крепости: она была окружена со всех сторон российскими войсками, а за действиями турецкого гарнизона внимательно наблюдали казачьи посты и разъезды.

Турки предпринимали отчаянные попытки по прорыву кольца русский войск. Но каждый раз эти попытки заканчивались неудачей. Так, уже 2 июля 1855 года турки решились прорвать оборону, но казачьи сотни, разгромив большой отряд турок, обернули других в бегство.

Последний шанс прорыва отобрал у турок генерал-майор Бакланов, который приказал своей иррегулярной кавалерии обойти окрестности крепости Карс с тем, чтобы выведать предполагаемые дороги, по которым вражеский гарнизон сможет получать продовольствие.

Как казаки турок били


А «на Гольскую дорогу, оставшуюся единственным сообщением Карского гарнизона с Эрзерумом», был отправлен полковник Камков с 5 линейными сотнями.

Тогда турки стали посылать своих лазутчиков, которые были пойманы казаками. Ещё большим оказался поразительным тот факт, что один из курдских старейшин добровольно явился в расположение русской армии и предложил свои услуги в качестве проводника. Это оказалось как нельзя кстати. Благодаря ценным сведениям было выявлено несколько тайных троп, по которым турки пытались протащить запасы еды и боеприпасы. Несколько караванов было разоружено.

Но командование дополнительно приказало провести глубокий рейд по вражеским тылам в районе Ардагана, прихватив селения Айналы и Уч-Килисы, Чобан-Чик.

В конце июля положение сторон осталось неизменным: турки предпринимали безуспешные попытки вырваться из плотного кольца блокады, а российские войска оперативно пресекали эти попытки с минимальными потерями, тогда как турецкая сторона с каждым боем лишалась своих бойцов. Особенно результативными были рейды. В этих рейдах отличился линейный хорунжий Иван Ефимович Анопкин, который получил следующий офицерский чин.

В начале августа 1855 года блокада вокруг турецкой крепости окончательно сомкнулась. По сообщению Муравьёва, радиус этой блокады равнялся 15-ти верстам, а окружность достигала примерно 150 вёрст.

Таким образом, удалось лишить крепость Карс какой-либо внешней поддержки, напрочь лишив её военных запасов и продовольствия.

Тем временем командование сводно-линейным казачьим полком № 2 вместо выбывшего по болезни полковника Камкова принял подполковник Петров из Нижегородского драгунского полка, который совершал храбрые дела.
На рассвете казаки «проскакали мимо всего гласиса (пологая земляная насыпь перед наружным рвом крепости) нижних укреплений и вызвали этим отважным поступком целые толпы турецких солдат, но казаки кончили свое дело так удачно, что, несмотря на жаркий по ним огонь, ускакали целы и невредимы».

Ночью же было выпущено 8 ракет по вражескому лагерю в осажденной крепости, «из коих 5 запрыгали по палаткам и произвели там страшную тревогу, сопровождающуюся криком, шумом, и вызвавшую неприятельские войска под ружье».

Отчаявшиеся турки пытались совершать вылазки, но раз за разом откатывались назад, теряя убитых и раненых. Самые крупномасштабные вылазки были проведены ими в середине августа, в ночь с 14 на 15, а также 17 августа, но все они оканчивались неудачей.

В конце августа под селением Пеняк русский дозор столкнулся с передовым отрядом трёхтысячного турецкого войска, который спешил на выручку осаждённым, везя им караван с продовольствие и боеприпасами. Но и эта попытка прорыва с внешней стороны была жёстко пресечена, в том числе и благодаря действиям казачьих подразделений. В числе отличившихся были войсковой старшина Демидовский и есаул Сердюков, которых наградили за этот бой орденами Святого Георгия 4-й степени.

В ходе скоротечного сражения владикавказской сотней был пленен военачальник Али-паша, чему долго отказывались верить турецкие офицеры в осаждённом Карсе. Вместе с командиром отряда «пленён 1 офицер и 45 нижних чинов; убитых было около 300 человек, отбито одно знамя, 2 эстандарта (значки отдельных кавалерийских подразделений), 4 горных орудия, 68 вьючных зарядных ящиков и 55 патронных, весь лагерь, разные планы и бумаги, а также множество оружия, лошадей, скота и имущества. У нас же ранено только 2 казака, убито 13 лошадей и 9 ранено». В результате «трём полкам № 1 и двум полкам № 2, принадлежавшим полкам Кавказского Линейного казачьего войска: 2-му Хоперскому, 1-му и 2-му Волгскому, Моздокскому, Владикавказскому, Гребенскому и Сунженскому» были пожалованы на головные уборы памятные надписи.

Ещё одна большая попытка прорыва была предпринята турками 5 сентября как раз в тот момент, когда русские войска совершали благодарственный молебен, посвященный победе под селением Пеняк. Именно в это время практически вся вражеская кавалерия неожиданно появилась на пределами крепостных стен и направилась в район Канны-Кёя. Одновременно с другой стороны была предпринята попытка фуражировки, пресеченная подполковником Петровым. Противник обратился в беспорядочное бегство, шесть человек были уничтожены, а один пленён.

Турецкая конница была разбита. Но ещё в течение шести последующих дней турки пытались раздобыть траву для своих исхудалых лошадей в окрестностях, но каждый раз казачьи разъезды пресекали эти попытки. Причём в таких столкновениях казаки не имели потерь в отличие от турецкой стороны, которая с каждым разом теряла своих солдат.

В ходе общего штурма турецкой твердыни 17 сентября 1855 года казаки снова отличились. «За отличие, проявленное при штурме крепости Карс», сотник Иван Ефимович Анопкин удостоился ордена Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом. Моздокский урядник Никита Михайлович Курмояров был произведен в первый офицерский чин, о чём было объявлено в приказе от 31 декабря 1855 года, урядник Яков Ермолаевич Пономарёв в числе других «за отличия, оказанные в делах против турок», удостоился знака отличия ордена Святого Георгия 3-й степени под № 245. Сотник И.Е. Анонкин, хорунжие Кузьмин, Ткачёв и другие казаки из Сводно-Линейного казачьего № 2 полка, находившиеся в колонне генерал-лейтенанта П.П. Ковалевского (получившего смертельное ранение в этот день), были лично: отмечены генерал-лейтенантом Н.Н. Муравьёвым.

Ранняя зима поспособствовала победе над крепостью, здесь царили страшный голод и холод, а все попытки прорыва незамедлительно пресекались линейцами, которые преследовали неприятеля вплоть до крепостных ворот.

16 ноября 1855 года турки наконец капитулировали, но боевая служба казаков с терского левобережья не закончилась в Малой Азии, а продолжалась на турецкой границе вплоть до осени 1856 года.
Автор: Полина Ефимова


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 8
  1. parusnik 5 августа 2016 07:32
    Но ещё в течение шести последующих дней турки пытались раздобыть траву для своих исхудалых лошадей в окрестностях, но каждый раз казачьи разъезды пресекали эти попытки...Наверное,заставили турок ,конину есть...Спасибо,Полина..
  2. Rostislav 5 августа 2016 10:07
    Вместе с командиром отряда «пленён 1 офицер и 45 нижних чинов; убитых было около 300 человек, отбито одно знамя, 2 эстандарта (значки отдельных кавалерийских подразделений), 4 горных орудия, 68 вьючных зарядных ящиков и 55 патронных, весь лагерь, разные планы и бумаги, а также множество оружия, лошадей, скота и имущества. У нас же ранено только 2 казака, убито 13 лошадей и 9 ранено».

    Уметь так воевать - это дорогого стоит. 2-е своих раненых против 300 вражеских"200-х". Честь и хвала прадедам!
  3. Ратник2015 5 августа 2016 10:37
    Даже не знаю, то ли минус, то ли плюс - вроде как статья про героические деяния. но как то общеизвестно и как то пусто.
  4. aleks700 5 августа 2016 12:05
    Читаю на плане крепости - украинец хафиз, украинец араб-табиа. И тут украинцы отметились. Вот имена у них странные.
    1. Котище 5 августа 2016 15:50
      Да батенька, либо "украницы" с Вашей стороны - это "степ" или "ерничество", либо и в правду (диагнос) "украинцы сев на велосепеды" успели отметится везде в пределах нашей окумены, шучу.
      P.s. "украинец." - "укреп.район", не факт, что там даже укроп рос.
      1. aleks700 5 августа 2016 17:09
        Да батенька, либо "украницы" с Вашей стороны - это "степ" или "ерничество", либо и в правду (диагнос) "украинцы сев на велосепеды" успели отметится везде в пределах нашей окумены, шучу.
        P.s. "украинец." - "укреп.район", не факт, что там даже укроп рос.
        Но каков цензор!? у-кр епление переделал в украинца автоматом!
        1. Котище 5 августа 2016 17:14
          Да ты "што" они там минимум на "булатах" рас......секали.
  5. Ратник2015 9 августа 2016 01:25
    Цитата: Полина Ефимова
    Бывший наместник князь М.С. Воронцов в личном письме из Дрездена от 25 ноября 1854 года характеризовал своего преемника как военного человека с твёрдым характером и давно знающего страну,

    Вот ещё резануло глаз - как то неправильно это что наместник Кавказский бросает свой регион и шлёт письма аж из Дрездена. Как то это напоминает современных "эффективных менеджеров" госкорпораций, управляющих из Лондонов и Парижей.

Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня