«Хоть с дьяволом, но против русских…»

«Хоть с дьяволом, но против русских…»Если бы в ходе Нюрнбергского процессе или в первые десятилетия после него кто-то высказал сожаление, что его страна, состоявшая во Второй мировой войне в антигитлеровской коалиции, совершила ошибку, вступив в ту коалицию, что ей надо было заключить в союз с Гитлером, ему, скорее всего, порекомендовали бы визит к психиатру. Но теперь именно такие сожаления звучат из уст многих поляков, притом отнюдь не простых обывателей, о которых можно было бы сказать, что они не отягощены историческими познаниями, потому на их высказывания не стоит обращать внимания.

Польский журналист и доктор политических наук Якуб Корейба в ходе одного из июньских выпусков программы Романа Бабаяна «Право голоса» на московском телеканале ТВЦ заявил прямым текстом: руководству его страны следовало бы договориться с Гитлером раньше Сталина и вместе с ним ударить на восток. При этом его никак не смутило, что в таком случае часть ответственности за страшные преступления, совершенные нацистами против многих народов, лежала бы и на поляках.

Впрочем, Якуба Корейбу нельзя считать открывателем подобной «америки» в новейшей истории своей страны.


Многие годы профессор Варшавского университета Павел Вечоркевич бредил видением: Гитлер и польский маршал Эдвард Рыдз-Смиглы в декабре 1941 года на трибуне Мавзолея принимают парад немецко-польских победителей. И поясняет, что в таком случае «Польша была бы одним из главных создателей – наряду с Германией и Италией – объединенной Европы со столицей в Берлине и с немецким языком в качестве официального».

Всплеск дискуссий о том, как надо было вести себя Польше в те времена, вызвала и книга историка Петра Зыховича “Пакт Бек-Риббентроп”. Как писала “Газэта выборча”, в ней автор утверждает, что надежда на помощь Англии и Франции была страшной ошибкой. Следовало передать Гданьск рейху, согласиться со строительством экстерриториальной автострады через польское Поморье, которая бы соединила Пруссию с остальными германскими территориями, а затем вместе напасть на СССР, что “поставило бы точку на империи Сталина”.

Однако и Вечоркевича с Зыховичем нельзя назвать авторами новой формулировки “польского вопроса” в части ее участия во Второй мировой войне. Еще в социалистической Польше заявления такого рода делал историк Ежи Лоек, правда, публиковал их в эмигрантских изданиях. Но то, что подобная идея столь живуча, неуклонно ведет к вопросу, на чем она основана, побуждает заглянуть в те времена, когда Польша стояла перед дилеммой, эхо которой до сих пор колеблет политическую атмосферу в стране.

В мае нынешнего года в газете «Столетие» публиковалась статья о маршале Эдварде Рыдз-Смиглом, который накануне Второй мировой был верховным главнокомандующим польских вооруженных сил, потерпевших поражение в первые же недели сентября 1939 года. В конце 1940-го он возвращался из эмиграции в Варшаву, чтобы, как утверждают многие польские источники, создать польское правительство по аналогии с квислинговским. Но, оказывается, в таких метаниях он не был одиноким. Сподвижником Рыдз-Смиглого в этом деле был экс-премьер-министр Польши Леон Козловский. Оставив формируемую в СССР армию Андерса, он перешел линию фронта и сдался немцам, затем в Варшаве и Берлине вел беседы с гитлеровцами о формировании правительства на условиях вассалитета. Впоследствии сотрудничал с органами нацистской пропаганды.

Но и он на этом пути не был «первопроходцем». Известный варшавский журналист Дариуш Балишевский отмечал в журнале «Wprost», что переговоры с немцами на ту же тему после падения Польши вел в Румынии и министр иностранных дел полковник Юзеф Бек. А польский историк Ежи Туронек пишет, что на исходе минувшего века в берлинском архиве были найдены письма видного польского политика Станислава Мацкевича, который после крушения Франции в 1940 году тоже посылал немцам свое предложение. Уже в нашем веке этот документ был обнаружен в германских архивах преподавателем Европейского университета во Франкфурте. По мнению немецких историков, это была самая весомая попытка польской коллаборации с третьим рейхом. Меморандум начинался с констатации, что поражение Франции в июне 1940 года радикально изменило положение в Европе и поставило польское сообщество в ситуацию, способствующую укреплению в нем советского влияния, что не соответствует интересам ни Германии, ни Польши. Ограничить его можно двумя путями: добиться положительного отношения поляков к немецкой оккупации и создать коллаборационистское правительство, что будет поддержано разными политическими движениями от националистов до части социалистов. Кроме антикоммуниста и германофила Мацкевича его подписали И. Матушевский – один из наиболее влиятельных последователей Пилсудского, Т. Белецкий – лидер националистического движения, Е. Здзеховский – известный политик, бывший министр, вице-председатель центрального совета промышленности, торговли, горного дела и финансов, Э. Гутен-Чапский – депутат сейма… Меморандум был датирован 24 июля 1940 года и направлен в Лиссабон итальянскому послу в Португалии для передачи германскому послу барону Освальду фон Хойнинген-Хюне. Барон переслал его в Берлин. Риббентроп оставил инициативу без ответа.

Еще одно предложение о сотрудничестве с немцами было сформулировано в Польше сразу же после оккупации. Как написал еще в 2001 году в журнале «Polityka» в статье «Война о войне» публицист Станислав Жерко, оно исходило от историка Владислава Студницкого, который потом вспоминал, что к нему «приходили люди из разных слоев общества, представляющие разные политические направления. Они считали, что следует начать переговоры с немцами, создать Национальный комитет, послать в Берлин делегацию, что надо спасать то, что еще удастся спасти». Студницкий убеждал немцев: «У вас недостаточно людского материала для того, чтобы водвориться на территории и обеспечить безопасность коммуникационных линий. Без восстановления Польши, без воссоздания польской армии вы проиграете».

Предполагалось, что польская армия будет воевать только на востоке, займет территории по Днепр, а немецкая – по Дон и Кавказ. Самому вермахту она никак бы не угрожала, поскольку в ней не планировалось иметь танков и авиации, только пехоту и кавалерию.
Все эти предложения были изложены в специальном документе, который был подан немцам 20 ноября 1939 года. В январе 1940 года В. Студницкий был принят Геббельсом, что опровергает суждения о маргинальности автора записки: стал бы министр пропаганды рейха тратить время на маргинала.

В этой связи неизбежен и вопрос о том, на какую поддержку рассчитывали Студницкий, Бек, Мацкевич, Козловский, Рыдз-Смиглый, нашлись ли бы в тогдашней Польше люди, готовые поддержать идеи союза с третьим рейхом? Станислав Жерко отвечает утвердительно: если появились желающие сотрудничать с Советами, то такой же призыв, брошенный в немецких офлагах для польских пленных, тоже встретил бы понимание. Были бы добровольцы и «на воле», ведь в Польше многие руководствовались правилом: хоть с дьяволом, но против русских. Однако на создание отдельных польских воинских формирований рейх все-таки не решился.

Конкретный ответ на вопрос, много ли было тогда в Речи Посполитой тех, кому хотелось «хоть с дьяволом, но против русских», даёт вышедшая пять лет назад в Кракове («Wydawnictwo Literacke») книга директора Института истории Силезского университета Рышарда Качмарека «Поляки в вермахте». Автор в ней подчеркнул:

«Из докладов представительства польского правительства в оккупированной Польше следует, что до конца 1944 года в вермахт было призвано около 450 тысяч граждан довоенной Польши. В общем можно считать, что через немецкую армию во время войны их прошло около полумиллиона… В немецком мундире воевал каждый четвертый мужчина из Силезии или Поморья».
Притом 60 процентов дравшихся в вермахте поляков составляли граждане предвоенной Польши и только 40 – представители немецкой «полонии». Первый «набор» состоялся уже весной 1940 года. В парашютном десанте, результатом которого стал захват гитлеровцами острова Крит в 1941 году, поляки уже участвовали, «на кладбище на Крите, где лежат погибшие участники немецкого десанта», профессор «находил и силезские фамилии».

Показательно и интервью Рышарда Качмарека, которое в мае 2013 года – как раз в дни празднования очередной годовщины победы над гитлеровской Германией – опубликовала «Gazeta wyborcza». Оно богато нюансами, дающими ответ и на вопрос, не насильно ли загоняли гитлеровцы поляков в свой вермахт. Но, оказывается, «во время отправления рекрутов, которые вначале проводились на вокзалах с большой помпой, часто пели польские песни... Начинали петь рекруты, затем подключались их родные, и вскоре оказывалось, что во время нацистского мероприятия поет весь вокзал». Конечно, не все поляки в вермахте были добровольцами, однако и «ситуации, когда кто-то бежал от мобилизации, случались крайне редко». Качмарек полагает, что «у 2-3 млн. человек в Польше есть родственник, который служил в вермахте».

Говоря о тех, кто готов был хоть с чертом, но против русских, нельзя не вспомнить еще об одном человеке. Он главенствовал в межвоенной Польше, по его инициативе был подписан первый в Европе межгосударственный документ с уже гитлеровской Германией, о чем помалкивают польские политики. Это маршал Юзеф Пилсудский, которого еще называли Комендантом государства. Как ни странно это звучит в наше время, но в приходом Гитлера к власти отношения между Польшей и Германией улучшились. Раньше главным польским союзником в Европе была Франция. Она оказала наибольшую помощь Польше во время войны с Советской Россией, по сути, вооружив ее армию. В частности, орудий поляки получили в три раза больше, чем армия Деникина. Польским командирам помогали сотни французских офицеров во главе с генералом Вейганом. Заслуги их были столь велики, что французский маршал Фош получил и звание маршала Польши. Потом Франция больше всех поспособствовала тому, чтобы Верхняя Силезия вошла в состав Речи Посполитой, именно она настояла на международном признании Рижского договора с РСФСР, который Лига Наций называла договором, заключенным в результате агрессии. Но остались вопросы с польско-немецкой границей. Их предстояло решать с Германией, на стороне которой оказались Италия с Великобританией, так как Рим старался отвлечь внимание от своей соседки Австрии, Лондон же был заинтересован в высокой температуре на немецко-польской границе, чтобы иметь большую свободу рук для воздействия на западных соседей немцев.

Когда 30 января 1933 года во главе Германии стал Гитлер, Пилсудский решил, что этот политик «не представляет для Польши такой опасности, как правительства его предшественников».
В книге «От Костюшко до Сикорского» известный еще с довоенных времен польский военный историк полковник Ян Цялович пояснил, что именно привело маршала к подобной оценке. Во-первых, «Гитлер происходит из австрийцев, а ментальность австрийская отличается от прусской». Во-вторых, «окружение Гитлера и вся среда, в которой он вращается, в малой степени заражены «пруссачеством», и в этой связи невозможно приписать Гитлеру той степени заинтересованности в ревизии границ на востоке, что и пруссакам». В-третьих, «Гитлер еще долго будет занят внутренними делами Германии, а это время будет работать на Польшу». В-четвертых, антисоветские тенденции национал-социализма могут способствовать определенному сближению Германии с Польшей». Кроме того, Пилсудский не верил, что за Гитлером пойдет армия.

Именно такое мнение легло в основу польской заграничной политики, тех же заявлений, которые «свидетельствовали о чем-то совершенно ином, в Польше не воспринимали всерьез». Кроме того, в Варшаве появились основания меньше верить вчерашним союзникам. Когда обострилась ситуация в Гданьске, Пилсудский приказал усилить воинский контингент на Вестерплятте у самого входа в порт и направил в Париж самого доверенного генерала, своего бывшего адъютанта Болеслава Веняву-Длугошовского, чтобы прозондировать позицию Франции насчет того, готова ли она вместе с Польшей предпринять силовые акции против Германии. Результат поездки был разочаровывающим, даже оскорбительным. Как пишет Ян Цялович, отказ от совместных действий был обоснован указанием «на слабость высшего польского командования». По сути, это была пощечина самому Веняве-Длугошовскому, который имел диплом врача и уже в звании полковника прошел курсы офицеров генерального штаба, но не только ему. Генерал Эдвард Рыдз-Смиглы заканчивал Краковскую академию художеств. Руководивший в то время Высшей военной школой, а до этого и всем военным министерством генерал Казимеж Соснковский в юности осваивал навыки архитектора во Львовском университете. Командовавший армией во время польско-советской войны, а затем Львовским округом генерал Владислав Сикорский был инженером по строительству дорог и мостов. Все они стали военными в легионах Пилсудского во время Первой мировой войны.

Похоже, менялось отношение французского руководства и к маршалу Пилсудскому. И не только потому, что тот тоже закончил лишь один курс медицинского факультета в Харьковском университете.

Подтверждением такого рода изменений, по крайней мере, на негласном уровне, является докладная записка, которую французский посол в Варшаве направил своему министру в марте 1931 года. В ней говорится, что в Польше «никто не смеет принимать что-либо без Пилсудского, который является наполовину сумасшедшим», ненавидит парламентаризм и презирает Францию, «обвиняя ее в том, что она предала Польшу».

Он «не выносит никакой критики, никто не знает его следующего решения: все зависит от его настроения». А еще всем заправляет клика полковников, представитель которой есть в каждом министерстве. Полковником был и польский министр иностранных дел Юзеф Бек, и кто знает, не повлияла ли записка на то, что осенью 1933 года французский министр иностранных дел Жозеф Поль-Бонкур не приехал на вокзал встречать своего коллегу, хотя это предусматривал протокол визита.

Были поводы для польского недовольства и политикой других стран. Глава Италии Мусоллини предложил подписать так называемый «Пакт четырех», включающий Италию, Францию, Великобританию и Германию, который имел бы право ревизии ранее подписанных трактатов. Польша оставалась вне его рамок. Тем пактом дуче вновь стремился направить немецкую экспансию не на Австрию, а на Польшу. Пилсудский же смотрел на возможную судьбу Австрии иначе и не скрывал, что «готов продать аншлюс, но за приличную цену». Еще раньше ее назвал идеолог польского национализма Роман Дмовский, который исходил из того, что присоединение Австрии к Германии стоит включения большей части Восточной Пруссии в состав Польши.

В той ситуации Пилсудский потребовал от посла в Берлине Альфреда Высоцкого добиться встречи с Гитлером и прояснить вопрос о Гданьске. Она состоялась 2 мая 1933 года. В июле в Варшаве Пилсудский сам принял рейхсминистра пропаганды Геббельса. А в октябре, когда Германия покинула конференцию по разоружению и вышла из Лиги Наций, оказавшись в международной изоляции, Пилсудский решил, что на проблему двусторонних отношений пора посмотреть иначе и направил Гитлеру личное послание, которое новый польский посол Юзеф Липский вручил фюреру 15 ноября. В нем польский руководитель приход к власти в Германии национал-социалистов и их внешнюю политику оценил положительно, Гитлера назвал гарантом нерушимости границ и этим объяснил, почему он лично обращается с просьбой о преодолении польско-германских противоречий.

Некоторые источники утверждают, что, получив такое послание, фюрер пустился в пляс, так как Польша была ему нужна, чтобы иметь безопасный тыл в своих препирательствах с возможным перерастанием в вооруженный конфликт с западными странами, с другой стороны – в качестве союзника в предстоящей войне с СССР. Как писал по этому поводу Станислав Жерко, «фюрер считал, что Польша, располагающая немалым военным потенциалом, в принципе, могла бы встать на сторону рейха». А еще «немалую роль в этих расчетах сыграло неподдельное уважение, которое Гитлер и некоторые другие нацистские руководители питали к Пилсудскому – укротителю Красной Армии в 1920 году».

Вождь нацистов, конечно же, был информированным политиком, знал личное отношение польского предводителя к России и русским, скорее всего, и его слова, изреченные еще в 1904 году: Россия должна быть расчленена, а когда он возьмет Кремль, то прикажет начертать на его стенах «Говорить по-русски запрещается».
Французское посольство в Варшаве в своих записках отмечало даже такое явление в польском обществе, как «национальное чувство ненависти к России». Можно не сомневаться, что это же фиксировали и немецкие дипломаты, аккредитованные в Речи Посполитой.

Не исключено, что это чувство сыграло не последнюю роль при принятии Пилсудским решения о заключении пакта. Интересное свидетельство на сей счет содержится в «Новейшей политической истории Польши» В. Побуг-Малиновского. После подписания пакта маршал провел несколько встреч с польскими политиками и военными. На совещании с военными от большинства из них он услышал, что «самая большая и самая близкая опасность исходит со стороны Германии». И «не признал такую оценку правильной», поскольку к тому времени Гитлер «еще не овладел внутренней ситуацией, а вооруженные силы не готовы к нападению», а вот Россия, по его словам, к этому уже готова, тем более, она «более склонна к риску». Ян Цялович тоже подчеркивал, что Пилсудский все те годы исходил из того, что главная угроза для его страны исходит от востока. Немецкую он тоже признавал, но этим, мол, должны заниматься Франция с Англией, поскольку в их собственном противостоянии с Германией они вынуждены будут обращаться за помощью к Польше. А мнение Коменданта государства тогда означало все, внешняя политика государства по своей сути была «личной политикой маршала Пилсудского». Впрочем, и внутренняя тоже. Будучи только главой военного ведомства, он мог вызвать к себе и президента, и премьера.

Подготовка пакта о ненападении между Польшей и Германией шла весьма быстро. Уже через две недели полякам был вручен его проект, а 26 января 1934 года подписи под ним поставили тогдашний министр иностранных дел рейха Нейрат и польский посол Липский.
Известие об этом, по словам В. Побуг-Малиновского, «вызвало живое возбуждение во всей Европе». Ведь всего неделю назад там были уверенны, что такое попросту невозможно. Как писала французская газета «Эвр» в публикации своего корреспондента из Женевы, где находилась штаб-квартира Лиги Наций, «мы можем заявить на основании авторитетных источников, что то, что некоторые называют германо-польским сближением, является шуткой дурного тона». И вот случилось. Как отметил Станислав Жерко в статье «1939 – правды и неправды» в журнале «Polityka” в сентябре 2009 года, в Европе тогда стали открыто рассуждать о том, какой ценой это достигнуто. Итальянский вице-министр иностранных дел Фульвио Сурвич в глаза заявлял польскому послу, что Польша что-то дала Германии за отказ от ревизии границ. В прессе появились утверждения, что помимо официальной декларации подписано и секретное соглашение, а французская «Эко де Пари», некоторые швейцарские и британские газеты опубликовали его текст. В самой Польше такие видные политики, как генералы В. Сикорский, Ю. Галлер, экс-премьеры М. Ратай, И. Падеревский называли министра иностранных дел Ю. Бека немецким агентом.

В советской прессе информация о заключении пакта “Нейрат-Липский” появилась уже назавтра, притом вместе с пространно-витиеватым заявлением Польского телеграфного агенства, главный смысл которого заключался в словах о том, что отныне для разрешения спорных вопросов стороны “ни в коем случае ... не будут прибегать к применению силы”. Днем позже пошли сообщения о том, как на это отреагировали в разных странах. Варшавская “Gazeta polska” и краковский “Czas” убеждали, что сделан самый крупный шаг “к упрочению мира на польско-германской границе, какой вообще может быть достигнут дипломатическим путем”, что закончился пятнадцатилетний период “скрытой войны за стабилизацию польско-германской границы”, что получены германские гарантии для польских “несопоримых прав на Поморье”, что “пакт этот не ослабляет нашего сотруничества с Францией”, а также “не изменяет наших обязательств по отношению к советской России”. Сообщали польские журналисты и о еще одной “пользе” для их страны: “германские национал-социалисты приказали полковнику Коновальцу – лидеру украинской военно-фашистской организации – прекратить борьбу против Польши и направить свою активность “в другую сторону””.

Однако варшавская газета “Robotnik” уведомляла читателей, что “польско-германский пакт рассматривается в Берлине как крупный успех Германии”, ведь Польша не только “демонстрирует дружественное отношение к Германии”; но и “отдаляется от Франции”, более того, она “подчеркивает свое нежелание препятствовать германской экспансии”.

Британская “Тimes” написала о “миролюбивых намерениях Германии”, но ее землячка “Daily express” сочла “невозможным доверять мирным намерениям” этой страны. Во Франции новость была встречена прохладно, в Чехословакии пришли к выводу, что последует отдаление Польши от Франции, а “германская экспансия теперь еще более решительно устремится на Австрию”. Советская “Правда” заявила, что “Советский Союз приветствует всякое соглашение, которое отодвигает опасность войны вообще и опасность войны в Восточной Европе в частности”, но в то же время подчеркнула, что “польско-германские отношения ставят на порядок дня очень много вопросов”. Например, “признало ли германское правительство польско-германскую границу как не подлежащую изменению”.

По мнению Яна Цяловича, «в свете позднейших событий и оглашенных документов баланс итогов пакта о ненападении от 1934 г. не представляет никаких трудностей». Да, плюсом для Польши стало «чувство облегчения и безопасности лет на десять, возможность проведения более самостоятельной политики в отношении Франции и соседей, а благодаря ослаблению германо-советских контактов – убеждение, что пришло время проведения политики балансирования между двумя сверхдержавами». Минусом же явилось «охлаждение польско-французских отношений, подозрительность и недоверие на Западе, а у самых близких соседей – в Чехословакии и Советском Союзе – значительное беспокойство». Не совсем уверенно ощущал себя и Пилсудский. Сложившуюся ситуацию он оценивал весьма образно: «Поскольку имеем два пакта (с Францией и Германией – Я.А.), то сидим на двух стульях… Надо бы знать, с которого свалимся и когда».

Но главная опасность от пакта, по мнению Яна Цяловича, заключалась в том, что он «усыпил бдительность народа, а правительству и руководителям внешней политики давал иллюзорное ощущение безопасности и преувеличенное представление о собственных силах, подталкивающее к роли сверхдержавы».

Немецкая же сторона, подчеркивал Ян Цялович, «могла записать на свой счет одни только плюсы». Во-первых, «в узле договоров, опоясывающих Германию, была сделана первая значительная брешь», во-вторых, «рейх вышел из изоляции, в которую в 1933 г. ее затащил Гитлер», в-третьих, он, «получив безопасность со стороны Польши, мог в порядке очередности сосредоточиться на западном направлении и территориальных приобретениях на юго-востоке». О том, насколько значимым пакт был для фюрера, свидетельствует и его реакция на смерть Пилсудского в мае 1935 года. Тогда Гитлер выразил свои соболезнования не только руководству Польши, но и семье Коменданта, затем лично присутствовал на траурной мессе в Берлине, а в сентябре 1939 года, когда вермахт занял Краков, приказал выставить почетный караул у его гроба. В 1944-м в столице союзной третьему рейху Румынии с почестями, в отдании которых участвовала гвардия румынского короля, был похоронен Ю. Бек.

Как на самом деле осуществлялась официально объявленная политика равновесия, лучше всего говорят факты. Весной 1934 года министр иностранных дел Франции Барту предложил подписать «Восточный пакт», по которому Франция, Польша, Германия, Советский Союз, Чехословакия, Литва, Латвия и Эстония стали бы гарантами нерушимости границ в Центральной Европе. Но Пилсудский выступил против, так как считал, что если СССР решит кому-либо помочь, то его войска помаршируют через Польшу. Кроме того, ему не хотелось гарантировать границ Чехословакии. Проект был похоронен. В 1935 году он вновь был инициирован сменщиком Барту Пьером Лавалем и отвергнут уже совместными усилиями Польши и Германии.

Польша не осудила Италию за агрессию против Абиссинии, промолчала во время поглощения рейхом Австрии, затем присоединилась к мюнхенскому расчленению Чехословакии, оккупировав Тешинскую Силезию.
Отношения Польши с Советским Союзом, которые за две недели до подписания пакта «Нейрат-Липский» министр Бек называл образцом «поиска новых путей» и даже «мощным фактором стабилизации положения в Восточной Европе», дошли до состояния, которое уже первый заместитель наркома иностранных дел СССР В.П. Потемкин охарактеризовал словами «хуже быть не может».

Первый гром ударил 15 марта 1939 года – Гитлер оккупировал Чехию. Становилось понятным, что дело идет к большой войне. Тогда Британия предложила сделать англо-франко-польско-советское заявление о гарантировании границ европейских государств, но и та «проба сошла на нет из-за позиции Польши, которая никак не желала связывать себя сотрудничеством с Советским Союзом». После потери этого последнего шанса сохранения мира в трех европейских столицах – в Берлине, Москве и Лондоне – принимались иные решения», констатировал Ян Цялович.

Решив «чешский вопрос», Гитлер приступал к очередному этапу реализации своих планов, согласно которым, пишет Станислав Жерко, «польские дивизии должны были бы сначала прикрывать рейх в боях с западными державами, а, победив Францию, можно было бы атаковать Советский Союз». Польше предстояло отдать Гданьск (Данциг), согласиться с экстерриториальным статусом немецкой автомагистрали и железнодорожной линии между Померанией и Восточной Пруссией, а также согласовывать свою внешнюю политику с Берлином. Речь шла о политическом аншлюсе Польши. Но такая перспектива не могла устроить и Великобританию. Вот тогда она, еще недавно отказывавшаяся признать польско-германские границы, заявила о гарантиях польской государственности, воздержавшись, тем не менее, от предоставления Польше кредита на оборонные цели. В Варшаве на заседании сейма прозвучали знаменитые слова Бека о том, что честь превыше всего. А Гитлер, узнав о гарантиях, дал указание готовить план «Вайс» о нападении на Польшу.

Второй звонок раздался в Москве. Потеряв надежду на взаимодействие с западными странами, там решили полагаться только на себя. В советскую столицу 23 августа 1939 года прибыл рейхсминистр Риббентроп, и произошла такая же неожиданность, что и 26 января 1934 – был подписан договор о ненападении между СССР и Германией.

Так были перечеркнуты надежды Польши на то, что ее шансы заключаются «в непреодолимом противоречии между Германией и Россией», а также расчеты Пилсудского, который, как писал Ян Цялович, «думал о войне, но верил, что она разразится не на польско-германской границе».
Вряд ли стоит возражать этому историку в том, что было бы преувеличением видеть успехи Гитлера «единственно в польско-германском пакте о ненападении и в перечеркнутом Польшей восточном пакте», что они проистекали и из «слабости Франции и пацифизма Англии». Но остается неопровержимым фактом то, что первым, притом весьма активным союзником Гитлера в его действиях, приведших к новой мировой войне, был Пилсудский и его выученики. Даже итальянский дуче стал на сторону фюрера позже.
Автор: Яков Алексейчик
Первоисточник: http://www.stoletie.ru/territoriya_istorii/khot_s_djavolom_no_protiv_russkih_603.htm


Мнение редакции "Военного обозрения" может не совпадать с точкой зрения авторов публикаций

CtrlEnter
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите текст с ошибкой и нажмите Ctrl+Enter
Читайте также
Загрузка...
Комментарии 47
  1. Fei_Wong 21 августа 2016 06:58
    Польша всегда была и будет шакалом Европы. Причём определение "шакал Европы" дал ей никто иной, как сэр Уинстон Черчилль, а уж он был таким последовательным врагом всего русского (точнее, советского в те времена, но сути это не меняет), что всякие нынешние "ястребы" вроде маккейнов ему и в подмётки не годятся. Котята перед тигром (одно только распоряжение по проработке операции "Немыслимое" чего стоит!).
    И у Польши был, разумеется, свой шкурный интерес - при аннексии Чехословакии поляки среагировали моментально, оттяпав в свою пользу самый лакомый кусочек - восточную часть Тешинской Силезии, наиболее индустриально развитый район.
    https://nstarikov.ru/blog/43865?print=print
    http://colonelcassad.livejournal.com/1034443.html (много интересных фотографий)

    Ждём е-билдов развитий событий со страной 404. Польша, думается, и тут не упустит случай пошакалить (привет, Львiв!), благо и повод удобный - "сдерживание агрессивной России".
    1. romex1 22 августа 2016 02:43
      не шакал - гиена Европы.
      1. V.ic 22 августа 2016 13:11
        не шакал - гиена Европы.

        Усё равно, скотина!
  2. nsws3 21 августа 2016 06:59
    Как была польская псевдоэлита (политики и олигархи) волюнтаристами (это мягко сказано), так ей и осталась. Ничего не поменялось у пшеков на протяжении столетий.
  3. Гардамир 21 августа 2016 07:30
    Все эти договоры-переговоры, конечно познавательно. Но всё-таки хотя бы кратким абзацем стоило напомнить, что Польша заодно с нацистами захватывала Чехию. По сути мировая война или если угодно Европейская началась гораздо раньше 1939 года.
    1. aba 21 августа 2016 07:54
      Все эти договоры-переговоры, конечно познавательно.

      Данная история говорит о том, что если кто-то решил начать войну, то дипломатия может оказаться бессильна и лишь как временная отсрочка.
      aba
    2. reality_hacker 21 августа 2016 07:56
      А СССР и Франция имели с Чхехословакией договор о военной поддержке в случае нападения на одну из стран участниц, который они проигнорировали, ой где то я это уже видел.
      1. Гардамир 21 августа 2016 08:09
        не игнорировали. Французы вошли в Германию и дальше не пошли, потому что их там никто не встретил, постояли и вышли. А советских опять же поляки не пустили.
        1. reality_hacker 21 августа 2016 08:28
          Никуда они не входили, когда отжимали Судеты, и польша вводила армию, французы с немцами подписали мюнхенское соглашение, по которому оправдали отжатие судетов. СССР утерлось и промолчало.
          1. Кровопийца 21 августа 2016 09:09
            Цитата: reality_hacker
            Никуда они не входили, когда отжимали Судеты, и Польша вводила армию, французы с немцами подписали мюнхенское соглашение, по которому оправдали отжатие судетов. СССР утерлось и промолчало.

            Это откуда такое шикарное в своей неадекватности суждение?
            С 1939,Союз пытался предотвратить войну,для чего вел переговоры с Англией и Францией,ставя вопрос о том,что в случае агрессии против Чехословакии,СССР выставит 150 дивизий ,10000 танков и 5 тыс,самолетов,но вот Польша,КАТЕГОРИЧЕСКИ отказалась пропускать войска.Что в итоге?В итоге Чехословакия раздербанена.Тешинскую область поляки оккупировали,Англия с Францией утьерлись,радостно потирая ладоши в странной войне-Вермахт все ближе на ВОСТОК,а Польша,Польша поимела ровно то,что желала Чехословакии,вместо совместного польско-немецкого похода,1 сентября 1939 попала под уничтожающий удар Германии,Англия и Франция радостно потирали ладоши в очередной раз,Германия прет на Восток.
            Что сделал СССР-да взял и заключил ПАКТ о ненападении,обыграв изящно "радостных"пособников готовящейся агресси,заставив их,в конечном итоге,воевать против Германии.
            Учите сударь историю.а не кричите лозунги на счет "утерся СССР"
            1. reality_hacker 21 августа 2016 09:21
              Отжатые Судеты, ввод армии Польши на террирорию Чехословакии, Мюнхенское соглашение, и т.д. были в сентябре 1938-го.
              Ну и это офигительная отмазка - страна агрессор отказалась впускать на свою территорию войска СССР. Я оборжался просто.
          2. parusnik 21 августа 2016 13:01
            французы с немцами подписали мюнхенское соглашение[quote][/quote]..Знаете, там еще итальянцы были и англичане...они тоже мюнхенское соглашение подписывали...Ллойд Джордж..радостный когда вернулся в Англию, говорил,радуйтесь я привез мир..И не отжимали..дарили..Гитлеру...Единственным кто протестовал против Мюнхенского сговора был СССР..кстати СССР мужского рода ,а не среднего..что с людьми ЕГЭ делает...
            1. reality_hacker 21 августа 2016 18:10
              У англичан и италии не было с чехословакией союзнических договоров.
              Ну и речь о том что протестами СССР и ограничился.
          3. mroy 23 августа 2016 16:57
            Вас не смущает факт отсутствия общей границы у СССР и Чехословакии на тот момент?
            Советские войска должны были пройти через территорию Польши и Румынии, которые отказались их пропустить. При этом Польша довольно активно давила на Румынию, за что и получила в итоге Тешинскую область.
            СССР что, должен был начать войну с третьим государством для помощи Чехословакии, которая к этому времени сама никаких активных действий для предотвращения захвата Германией не предприняла, а Франция и Великобритания все это дело поддержали?
            В итоге президент Гаха принял немецкий
            Кстати Венгрия тоже получила свой кусочек Чехословакии.
            Вот, почитайте https://topwar.ru/6015-dva-hischnika-polsha-i-germaniya-protiv-chehoslovakii.ht
            ml
            1. mroy 23 августа 2016 17:26
              "принял немецкий протекторат"
          4. alexej123 25 августа 2016 16:50
            О таких как вы феерично высказался Лавров С.Б.
      2. Fei_Wong 21 августа 2016 08:10
        В теории - да.
        На практике же это подавалось как аннексия. Так что - увы, реагировать было как-то не с руки. А экономических санкций Евросоюза тогда ещё не придумали.
        В конце-то концов, даже добровольное воссоединение Крыма с Россией Запад трактует как аннексию (хотя это нихрена не аннексия, т.к. был референдум), и при всём его желании (а оно есть, и ещё какое!) не может начать боевые действия примерно по той же причине.
        1. reality_hacker 21 августа 2016 08:32
          > Так что - увы, реагировать было как-то не с руки.

          Вот и вся ценность международных договоров.
      3. Альф 21 августа 2016 09:19
        А СССР и Франция имели с Чхехословакией договор о военной поддержке в случае нападения на одну из стран участниц, который они проигнорировали,

        Не совсем так.
        Договор был составлен по просьбе французской стороны таким образом, что помощь Чехословакии могла быть только в том случае, если ее согласны оказать ОБЕ стороны.
        Так и получилось. СССР предложил Чехословакии военную помощь, а Франция не присоединилась к этому решению. Результат налицо.
    3. Zulu_S 22 августа 2016 03:36
      В статье это есть. ** Но Пилсудский выступил против, так как считал, что если СССР решит кому-либо помочь, то его войска помаршируют через Польшу. Кроме того, ему не хотелось гарантировать границ Чехословакии.**
      **Польша не осудила Италию за агрессию против Абиссинии, промолчала во время поглощения рейхом Австрии, затем присоединилась к мюнхенскому расчленению Чехословакии, оккупировав Тешинскую Силезию.**
      Читайте внимательно, коллега.
  4. Fei_Wong 21 августа 2016 08:16
    Цитата: aba
    Все эти договоры-переговоры, конечно познавательно.

    Данная история говорит о том, что если кто-то решил начать войну, то дипломатия может оказаться бессильна и лишь как временная отсрочка.

    "Дипломатия - это искусство говорить "хорошая собачка", пока вы не можете найти камень."
    Не более того. Как только камень найден - вся мишура отлетает разом и остаётся лишь право сильного (и Vae victis - "горе побеждённым").
  5. parusnik 21 августа 2016 08:27
    Пакт “Нейрат-Липский” очень интересный документ и обширный, в нем были прописаны статьи о сотрудничестве Польши и Германии в различных сферах...А вот Московским договором 1939 о ненападении между СССР и Германией такие статьи не предусмотрены...Так называемый "секретный протокол", соглашение о сотрудничестве между НКВД и Гестапо подделка,которая эксплуатируется по настоящее время и в это верят...Поляки на двух стульях,как показала история в дальнейшем, не усидели...Сидеть на двух стульях ещё ни кому не удавалось..Но современные политики историю не учат, и история их ни чему не учит..
  6. Комментарий был удален.
  7. василий50 21 августа 2016 09:17
    То что в Европе происходил *кастинг* на звание *великие завоеватели* не секрет. Поляки, громко крича о *победах*, даже себя убедили в *непобедимости*. Полякам немцы *не верили* закономерно, слишком уж поляки были *непредсказуемые*, даже в отношении *благодетелей*. Весной 1939года поляки провели мобилизацию и пресса была полна предсказаний побед над Германией.
    Поляки спровоцировали немцев на начало войны тем что захватили и ограбили городок Глейвице, были ограблены банк, ювелир и прочие состоятельные немцы. Грабители, бросив убитых скрылись на территории Польши, *просочившись* между польскими войсками и жандармами.
    Кстати и ВМВ в Польше началась с геноцида немцев , это когда немцы, жители немецких городков, *отошедшие* к полякам в результате ПМВ, были поголовно уничтожены. Поэтому поляки и побежали в ужасе от заявлений Гебельса.
    И после ВМВ поляки *отличились* скотством по отношению к немцам, когда начали проводить *политику* террора по отношению к немцам на территории Польши.
    1. Кровопийца 21 августа 2016 09:24
      Цитата: василий50
      Поляки спровоцировали немцев на начало войны тем что захватили и ограбили городок Глейвице, были ограблены банк, ювелир и прочие состоятельные немцы.

      Цитата: василий50
      Поляки спровоцировали немцев на начало войны тем что захватили и ограбили городок Глейвице, были ограблены банк, ювелир и прочие состоятельные немцы.

      Переврали вы.
      Провокация в Гляйвице,дело рук Германии.Трупы в форме поляков-трупы немецких уголовников.Повод к войне найден,война началась.
      А вот реакция поляков после войны,во время выселения немцев,да,скотская была реакция,впрочем когда они были не такими?
      1. parusnik 21 августа 2016 09:58
        А так же по скотски чехи с судетскими немцами поступили....после войны...И что характерно, наши бывшие "братья" по соц.лагерю..все ищут соломинку в глазах России, а бревен в собственных не замечают..
      2. василий50 21 августа 2016 10:10
        Брехня про провокацию в Глейвице немцами, появилась *сильно* после ВМВ, когда в плен к англичанам сдались высшие офицеры сс. Именно тогда и стали появляться *очевидцы* событий в Глейвице. Кстати в Англии тогда ошивалось *польское правительство в изгнании* которое объявило войну СОВЕТСКОМУ СОЮЗУ.
        Бандиты после ограбления Глейвице скрылись на территории Польши, где стояли отмобилизованные польские войска. Кстати такие нападения на сопредельные городки, с целью грабежа, были польской традицией.
        1. Кровопийца 21 августа 2016 10:26
          [quote=василий50]Брехня про провокацию в Глейвице немцами, появилась *сильно* после ВМВ, когда в плен к англичанам сдались высшие офицеры сс. Именно тогда и стали появляться *очевидцы* событий в Глейвице. [/quote]
          Да что вы говорите!?Эт вам кто нашептал,резун,солонин или еще какой знаток типа Пивоварова?
          Бандиты после ограбления Глейвице скрылись на территории Польши, где стояли отмобилизованные польские войска. [/quote]
          ВЫ заявили это,подтверждение вашим словам,представите?
        2. Кровопийца 21 августа 2016 10:29
          http://www.e-reading.club/chapter.php/42472/56/Ovsyanyii_-_1939__poslednie_nede
          li_mira._Kak_byla_razvyazana_imperialistami_vtoraya_mirovaya_voiina..html
          Вот это то,что установлено,а то что вы тут рассказываете,так скажем неисторичная лажа.

          «Гляйвицкий инцидент (Гляйвицкая провокация) — операция под кодовым названием «Консервы», проведённая СС в городе Гляйвиц (ныне Гливице) и послужившая поводом к нападению Германии на Польшу 1 сентября 1939 года, ставшему началом Второй мировой войны.
          Идея операции «Консервы» родилась у Гейдриха ещё в 1938 году, во время Судетского кризиса, но тогда она не нашла применения, так как Великобритания и Франция пошли на уступки, подписав Мюнхенское соглашение.
          В связи с запланированным нападением на Польшу возникла необходимость в правдоподобном поводе. И здесь пригодилась идея инсценировать нападение.
          Согласно плану Гейдриха сотрудники СС, переодетые в польскую военную форму, должны были: напасть на радиостанцию в Гляйвице (теперь Гливице, Польша) и передать в эфир антигерманское воззвание на польском языке;
          напасть на лесничество в Пинчене севернее Кройцбурга (теперь Ключборк, Польша); в Хохлиндене, на участке границы между Гляйвицем и Ратибором (теперь Рацибуж, Польша) уничтожить таможенный пункт.
          Роль «погибших во время нападения» предназначалась заключённым концлагерей, умерщвлённым посредством инъекций и уже после этого доставленным на место событий. На эсэсовском жаргоне они назывались «консервами»; отсюда и название операции».
  8. тундряк 21 августа 2016 09:24
    Наблюдаешь за этим Корейбой по ТВ и поражаешься,
    сколько спеси, высокомерия, презрения к Русскому.
    Видимо вот так и выглядели эсэсовцы в 41-45 на нашей оккупированной территории.
    На 150% Черчиль был прав про шакалью натуру поляков,
    Их высокомерия и спесь , уже не излечимы, медицина в данном конкретном случае бессильна их как бешеных собак надо держать на расстоянии.
  9. ПоручикТетеринъ 21 августа 2016 09:33
    Знаете, господа, мне порой искренне жаль польскую интеллигенцию--русофобия им очень часто застит разум. Такие "деятели" забывают, что для нацистов поляки были, мягко говоря, людьми презираемыми и в указанном в статье варианте польская государственность, равно как и польская культура очень быстро канули бы в небытие. Плюс ко всему польскую интеллигенцию, как мне думается, до сих пор преследуют две болезни. Первая--это историческая "обида" на Россию за то, что после 16 века Россия смогла ступить на имперский путь развития, а поляки проболтали свою государственность на сеймах. Не Россия, а культурно деградировавшая шляхта повинна в крахе Польши в конце 18 века. Вторая болезнь--польская интеллигенция не различает Россию и коммунистическую идею, что в корне неверно. Носителем этой идеи был СССР, а не Россия, чего многие поляки не могут понять до сих пор.
    1. Zulu_S 22 августа 2016 04:16
      Не только не различают, но и не хотят различать. После 1918 г., в рамках преодоления наследия царского. правленния разрушили 500 православных храмов, теперь, в рамках "декоммунизации, собираются разрушить памятники советским воинам-освободителям. Они точно жалеют, что не смоли ВМЕСТЕ С ГИТЛЕРОМ ВОЕВАТЬ ПРОТИВ СССР.
  10. Кровопийца 21 августа 2016 10:23
    Цитата: reality_hacker
    Ну и это офигительная отмазка - страна агрессор отказалась впускать на свою территорию войска СССР. Я оборжался просто.

    reality_hacker,
    reality_hacker,
    Смех без причины,да по незнанию,признак чего?Догадались?
    Мюнхенсик сговор,это что?Это карт-бланш Гитлеру на войну.Вы это осознать не можете?Тогда о чем вы тут сказки рассказываете?
    Вопрос по Чехословакии- когда был осуществлен раздел ее?Вы идите в школу мил человек,а не смешите тут уважаемую публику вашим неадекватным смехом.
  11. neo1200 21 августа 2016 11:37
    Польша в военном отношении в 1939 году была уже довольно слабой страной. Тактика ведения войны времен первой мировой войны. механизированных бригад мало, авиация не на высоте.
  12. Кровопийца 21 августа 2016 12:14
    reality_hacker,
    Пакт 1939 года: как Сталин заставил Запад воевать с Гитлером. Советско-германский договор о ненападении 1939 года или, как его называют на Западе – «Пакт Молотова-Риббентропа» а особенно, конфиденциальные приложения к этому договору ( известные как «секретные протоколы») - один из самых обсуждаемых и загадочных международных договоров в истории 20 века – хотя в самом договоре никакого секрета нет.
    Так чем же только один из многих договоров предвоенного времени вызывает такую бешеную, патологическую ненависть Запада и даже сегодня, почти 70 лет спустя ?
    Почему эта ненависть исходит как из бывшего германского лагеря, так и от стран антигитлеровской коалиции? Секрет очень прост: этот договор заставил Гитлера повернуть на Запад ( благо Франция формально объявила ему войну сразу же после нападения на Польшу) и, в конечном счете, ЗАСТАВИЛ ЗАПАД ВОЕВАТЬ С ГИТЛЕРОМ. Между тем, вплоть до 1940 года не исключалось СОВМЕСТНОЕ НАПАДЕНИЕ НА СССР ГЕРМАНИИ, БРИТАНИИ И ФРАНЦИИ ( по сценарию 1918 года). Парадокс в том, что в 40-х годах даже троечник в школе знал, что договор 39 года заставил врагов Советского Союза воевать друг с другом и фактически сформировал антигитлеровскую коалицию.

    Вы,не имеющий никакого представления о Договорах и причинах по которым они писались,будете спорить с одним из умнейших дипломатов страны,Ю.Квицинским?

    Разгром и оккупация Франции, бомбардировки Лондона и уничтожение Ковентри, огромные потери англичан и американцев от подводной войны в Атлантике не оставили западным лидерам иного выбора, как пойти на союз с ненавистной им Россией.
    Они в течение всей войны пытались вырваться из этого союза.
    Но сделать этого так и не смогли.
    И в этом — тоже огромная победа сталинской дипломатии, начавшей разгром фашизма именно с заключения Пакта Молотова — Риббентропа.
    Советский Союз не продал в 1939 году душу дьяволу.
    Он сел играть с чертями в карты и обыграл их.
    Обыграл вчистую.
    1. parusnik 21 августа 2016 12:55
      По "секретным протоколам" : им бы оригиналам,самое время всплыть, когда идет такая компания уже о России, как об агрессоре...Но они не всплывают...Ибо нет их..Тут как в фильме "Не горюй!"..Когда Ф.Мкртчан спрашивает Кикабидзе:
      Хочешь конфетку? Ага..А нету...
      1. Кровопийца 21 августа 2016 13:02
        Кто начал раздел Европы с Гитлером накануне Второй мировой войны: СССР или западные демократии?

        Задача и Гитлера, и "западных демократий" была во многом общая - борьба с коммунизмом и уничтожение Советской России. Беда той же Франции в том, что её лидеры надеялись, что Германия это сделает сама, без её участия. Гитлер сделал всё для того, чтобы объединить Запад для совместного похода на Россию. Если бы он победил на восточном фронте, современная Европа наверняка вспоминала бы его как великого спасителя и отца-основателя, а любой школьник мог бы объяснить, какую смертельную опасность для прогрессивного человечества представляли евреи, цыгане и русские. Причём так было бы не только в Третьем Рейхе, но и в странах англоязычной культуры.

        Эта общая цель была основой для максимальной уступчивости по отношению к Гитлеру. Вообще, до нападения на Польшу действия Берлина вполне укладывались в логику "объединения исторической Германии". И Богемия, и Австрия, и требование коридора к Данцигу - всё было оправдано целью создания единого национального государства на территориях старых немецких земель. Такая политика - создания единого национального государства - не могла вызвать слишком жёсткой критики, так как по понятиям того времени считалась вполне оправданной и даже благородной.

        Раздел Чехословакии, произведённый Германией, Польшей и Венгрией, виделся незначительным изменением политической карты по сравнению с гораздо большей задачей "на Востоке". Тут надо понимать, что в жизнеспособность Чехословакии как политического и национального проекта тогда ещё мало кто верил, так что большого значения факту её уничтожения не придавали. По сей день даже в нашей историографии не принято считать это событие частью Второй мировой - а лишь её предысторией. Это вряд ли бесспорно, если только не отрицать прямую связь этого раздела и дальнейших военных действий. Но очень важно помнить, что именно наша страна была тогда противником этого решения - ведь на самом деле уже тогда Берлин подчинил этнически ненемецкие земли.

        Кстати, в логике объединения национальных территорий действовал и СССР в сентябре 1939 г. В отличие от Германии, Москва возвращала тогда то, что было оккупировано поляками двадцатью годами ранее и не было территориями с преимущественно польским населением. И сейчас, когда Польша пытается уравнять "акты агрессии" Германии и СССР 1 и 17 сентября того года, очень важно подчёркивать это принципиальное различие. Как, конечно, и то, что 17 сентября Польши как государства уже не было.
        http://www.regnum.ru/news/polit/1431866.html
        Квицинский о пакте
        http://www.za-nauku.ru//index.php?option=com_content&task=view&id=6243&Itemid=3
        9
        1. parusnik 21 августа 2016 13:25
          Про "борцунов с коммунизмом"...Если их в ряды построить интересная картина получается..Поименно всех перечислить места не хватит..так общая картина, грубыми мазками..белые генералы,троцкисты,"западные демократии" вместе с США,нацистская Германия ... Причем, в том "хрустобулковском" свете как подается сейчас история..Этих борцунов можно разделить на две категории "умереннных "борцунов и "неумеренных"..Это как сейчас в Сирии, умеренная оппозиция и неумеренная.. wink ...Или как сейчас..в Питере Маннергейму табличку повеслили..не важно то что он вместе с Гитлером был..важно то,что до Гитлера был царским офицером..ну и борец с коммунизмом..Или с Колчаком не важно то ,что это русский офицер на английской службе...Важно,то что против коммунизма..
  13. Monster_Fat 21 августа 2016 12:17
    Да ладно "поляки"-вся Европе не "любит" русских. Причем часто даже назвать причину не могут-почему. У нас в компании "полный интернационал"-"каждой твари-по паре" так вот они все, абсолютно не питают добрых чувств к России. Даже португальцы... Уж кому-кому, но португальцам мы ничего плохого не сделали и на мой вопрос почему вам "не нравится" Россия они отвечают примерно следующее:" Европейская солидарность. раз вас не любят в большинстве стран Европы,, значит на то есть причина..."дыма без огня не бывает", значит вас надо опасаться..." Пропаганда делает свое дело-никуда от этого не деться. Европейцам нужен "объединяющий" фактор и они выбрали этим "фактором"-"русскую угрозу". На последнем саммите НАТО в Варшаве так и было сказано: "Европе нужно еще теснее объединится перед непрекращающейся и растущей "русской угрозой. Нужно постоянно разоблачать агрессивные происки и планы России.... все время напоминать гражданам ЕС о том какая угроза исходит от России...". Бесполезно нам что-то там оправдываться и пр. Надо бить этих европейских тварей их же оружием: раз они так пекутся о "международном праве" то надо совместно в Китаем, Въетнамом и прочими заинтересованными странами создать свой трибунал: вместо лживого Гаагского, и на нем провести расследование, найти виновных в следующих преступлениях против человечества: геноцида японской военщины в Азии во время Второй Мировой войны, преступной атомной бомбардировки Японии американцами, преступлений французских и американских колонизаторов во Въетнаме, преступлений португальских, немецких, голландских и французских колонизаторов в Африке, преступной бомбардировки Югославии, лживого нападения на Ирак, бомбардировок суверенных государств Ливии, Сирии, Йемена, Сомали, преступлений западных и арабских спецслужб, финансировавших "розовые революции" и "освободительные" войны по всему миру- в частности в: Афганистане, Чечне, Ливии, Сирии пр. Нужно создать ситуацию "постоянного скандала" в мировых СМИ по поводу этих преступлений Европы и США, чтобы они уже оправдывались, а не мы. Пусть они не будут признавать такой трибунал, но надо постоянно публиковать "открытия", которые последуют в процессе расследования этих преступлений-западный обыватель, которому, на самом деле, уже приелась пропаганда против "злых русских", будет с интересам, как губка впитывать новую информацию о преступлениях своих правительств. Но это надо делать уже сейчас-сию минуту, иначе нас опять переиграют на идеологическом фронте "третьей мировой войны" (а она уже идет -не сомневайтесь).
    1. russkiy redut 21 августа 2016 17:13
      Для этого надо взять свои СМИ под контроль а затем и на западе,потому что они не дадут нам там правду рассказывать. А так идее +
    2. Zulu_S 22 августа 2016 04:25
      Ну да. Принцип "то ли он часы спёр, то ли у него" - действует
  14. Проксима 21 августа 2016 12:40
    Цитата: Fei_Wong
    Польша всегда была и будет шакалом Европы. .
    1. Проксима 21 августа 2016 12:45
      Кстати, эти "шакалы Европы" не стеснялись применять химическое оружие. 8 сентября 1939 года поляки против немцев применили иприт. Это единственное за ВМВ применение химии в открытом бою.
  15. Vladislav 73 21 августа 2016 16:47
    Польша вообще может считаться такой же поджигательницей ВМВ как и Германия,ибо своей"великодержавной"спесью сделала всё,что бы Германия напала на Польшу.Кстати,Данциг(Гданьск),по Версальскому договору был объявлен вольным городом под управлением Лиги Наций,так что формально поляки ну никак его не могли передать,хотя некоторые административные функции и находились в польском ведении.Ну и вопрос о дороге через "Данцигский коридор",где поляки тоже упёрлись как бараны....Да что говорить,Ю.Бек в разговоре с французским послом в Варшаве за месяц(!)до нападения Германии уверял,что случись чего,так это поляки промаршируют по Берлину!Воистину,если Бог наказывает - он лишает разума.... request
  16. parusnik 21 августа 2016 18:23
    reality_hacker,
    И чё?..Но Чехословакию всей Европой Гитлеру отдавали..СССР на эти посиделки не пригласили..Основные положения советско-чехословацкого договора идентичны положениям советско-французского договора 1935 года. Исключение составляла лишь 2-я статья протокола о подписании договора, где говорилось, что оба правительства признают, «…что обязательства взаимной помощи будут действовать между ними лишь поскольку при наличии условий, предусмотренных в настоящем договоре, помощь Стороне — жертве нападения будет оказана со стороны Франции». Как подчеркивал министр иностранных дел Чехословакии К. Крофта, настаивая на включении в договор фразы о том, что обязательства пакта распространяются на Чехословакию лишь в том случае, если будет действовать Франция, министр иностранных дел Э. Бенеш хотел «предотвратить автоматическое действие пакта»...А Франция Чехословакии не помогла...
  17. Zulu_S 22 августа 2016 03:45
    Цитата: parusni
    ... все ищут соломинку в глазах России, а бревен в собственных не замечают..

    Я назвал бы это "синдром Нельсона"
  18. Zulu_S 22 августа 2016 03:56
    reality_hacker,
    Потому что реальнреально сделать ничего не мог, Польша пропустить советские войска отказывалась, общей грантцы с Чехами СССР не имел, Даладье и Чемберлен чнхов сдали, поляки от чехов кусок оттяпали.
  19. JääKorppi 25 августа 2016 12:40
    Польские амбиции и гонор никогда не позволит Польше стать самостоятельной и независимой державой. Они не смогли отказаться от Данцига и своих притязаний на Украину, да и английские кредиты их крепко держали за горло. А сейчас это вымирающая аграрная страна со средней зарплатой в 400 евро и живущая чисткой унитазов в Германии и Англии.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Картина дня