Вышки над облаками: Иран обещает 200 беспилотников для связи без спутников

3 сентября 2026 года российский беспилотный стратостат «Барраж» передавал на Землю видео в разрешении 2К. Аппарат держался на высоте 17 км, а канал связи 5G работал более 80 минут. Инженеры подтвердили, что аппаратура действует в полёте, — но для круглосуточной сети одного удачного сеанса мало.

Спустя несколько недель из Ирана пришло куда более громкое обещание. Предприниматель Бабак Занджани объявил, что его группа DotOne намерена разместить над страной 200 беспилотных станций связи. Они должны работать выше 20 км и давать интернет там, где наземных вышек не хватает. Обещают даже подключать телефоны без SIM-карты.

На бумаге получается почти спутниковая группировка, только без ракет и орбит. У инженера связи возникает более прозаический вопрос: кто примет дежурство, когда первый аппарат покинет район? Чтобы оценить иранскую заявку, стоит посмотреть, до какой стадии подобные проекты дошли в России и за рубежом.

Двести аппаратов — пока только заявка

27 октября Занджани опубликовал сообщение о проекте DotOne Cell. Будущие аппараты он назвал HAPS UAV — высотными беспилотными платформами, на которых разместят воздушные базовые станции сотовой связи. По замыслу предпринимателя, машины расставят над страной с заданными интервалами, чтобы покрыть связью населённые пункты и труднодоступные районы Ирана. Срок обозначен словами «до конца года». При этом Иран пользуется солнечным календарём, в котором 1405 год заканчивается 20 марта 2027-го. Читать такую формулировку как обязательство выполнить всё до 31 декабря 2026 года без дополнительных пояснений было бы неверно.

Занджани известен в Иране не только предпринимательскими проектами. В 2016 году его осудили по делу о мошенничестве и отмывании средств, связанных с продажей нефти; вынесенный смертный приговор в 2024 году заменили двадцатью годами заключения. Биография не опровергает технический замысел DotOne, но делает особенно важной проверку того, что уже построено, а что существует лишь в заявлениях.

Пока не раскрыты конструкция беспилотника, масса аппаратуры, способ питания, частоты и пропускная способность. Нет результатов длительных полётов и расчётов стоимости сети. Неясно даже, относятся ли названные 200 аппаратов к общему парку или к числу одновременно находящихся на дежурстве. Между этими вариантами большая разница: для постоянной работы нужны сменные машины.

В том же сообщении Занджани пообещал декабрьский запуск первого низкоорбитального спутника DotOne. Значит, компания рассматривает атмосферную и орбитальную связь параллельно. Иранский анонс интересен масштабом задуманного, но называть его готовой заменой Starlink пока нет оснований.

Что не видно с высоты 20 км

Такие системы называют HAPS — высотными платформами связи. Международный союз электросвязи относит к ним станции на аппаратах, удерживаемых в заданном районе на высотах от 20 до 50 км. Носителем может быть самолёт на солнечных батареях, аэростат или дирижабль. С высоты 20 км радиогоризонт значительно шире, чем с наземной вышки. Но большой круг на карте покрытия ещё не гарантирует хорошую связь каждому абоненту внутри него.

Сигнал станции должен дойти до телефона, а значительно более слабый ответ телефона — до бортовой антенны. На качество влияют расстояние, рабочие частоты, рельеф, мощность передатчиков и количество подключённых устройств. Есть и другая сторона задачи: воздушной станции нужен канал в наземную магистральную сеть — через шлюз, радиолинию либо иной транспортный узел. Исключить космический запуск можно; исключить всю наземную инфраструктуру — нет.

Фраза «интернет без SIM-карты» тоже требует расшифровки. Связь обычного смартфона с платформой технически возможна. Но как DotOne собирается идентифицировать пользователей без SIM или eSIM, компания не объяснила. Отсутствие отдельного терминала и отсутствие механизма авторизации — две разные вещи.

Самое трудное для воздушного носителя начинается после выхода на рабочую высоту. На 20 км воздух разрежен, и солнечному самолёту нужны большие крылья и экономичная силовая установка. Днём панели питают аппаратуру и заряжают аккумуляторы, ночью приходится расходовать накопленную энергию. Ветры сносят аппарат с назначенного района. Дирижабль получает подъёмную силу за счёт газа, зато требует постоянного контроля положения и состояния оболочки.

Даже многосуточный полёт ещё не решает вопрос непрерывности обслуживания. Нужны запасные борта, график их смены, наземные расчёты и резервные каналы передачи данных. Именно этих подробностей — сколько часов аппарат держит связь и как передаёт дежурство другому — в иранском объявлении нет.

В Японии связь проверили на обычных смартфонах

9 августа 2026 года американская Sceye отправила из Нью-Мексико к Японии высотный дирижабль. За 13 суток он пересёк Тихий океан, после чего более недели работал над районом у мыса Мурото. Во время испытаний аппарат держался на высоте около 16,5 км. Вместе с японским оператором SoftBank на борту разместили базовую станцию, эквивалентную 4G LTE, и связали её с операторской сетью через наземный шлюз.

Обычные смартфоны совершали голосовые вызовы, отправляли сообщения, поддерживали видеозвонки и передачу данных. Испытатели проверили также управление беспилотником и передачу видео через канал дирижабля. Ещё одна важная подробность: аппарат удержался в рабочем районе более семи суток, несмотря на высотные ветры. Проверяли не только радиостанцию, но и способность носителя оставаться над нужным районом.

Вся миссия с возвращением в США заняла около 30 суток. Однако непрерывную коммерческую работу со сменой нескольких дежурных дирижаблей компания пока не демонстрировала. SoftBank готовится вывести услугу на рынок с 2027 года.

О подготовке проекта «Военное обозрение» сообщало ещё летом 2025 года в материале Будут ближе к Земле, чем спутники: в Японии начинают испытания телекоммуникационных систем на дирижаблях. Теперь у операторов есть данные полноценных лётных испытаний, на которые можно опереться при проектировании сети.

У дирижабля есть альтернатива — самолёт на солнечных батареях. Американская AeroVironment ещё в 2024 году вывела на испытания Horus A, созданный на основе семейства высотных беспилотников. Его длинное крыло несёт солнечные панели, необходимые для продолжительного дежурства. О развитии этой техники «Военное обозрение» рассказывало в материале БПЛА на солнечных батареях Horus A поднялся в воздух. Какой носитель выбрал DotOne, иранская сторона не сообщила.

Что уже сделано в России

Российские разработчики пробуют и аэростатную, и самолётную схемы. В марте «Военное обозрение» разбирало Стратосферные платформы «Барраж-1» и «Аргус» поднимаются в небо. Теперь у одного из проектов есть цифры, полученные в полёте.

3 сентября Фонд перспективных исследований испытал канал 5G между наземной станцией и стратостатом «Барраж» на высоте 17 км. С борта более 80 минут шло видео в разрешении 2К. ФПИ сообщил также о проверке канала 5G NTN — варианта связи пятого поколения через неназемные платформы, к которым относятся спутники и высотные аппараты, — для контроля и управления полётом. Массового подключения обычных абонентов в ходе эксперимента не заявлено.

«Барраж-1» представляет аэростатную ветвь: чтобы удержаться в назначенном районе, он должен менять высоту и использовать воздушные течения разных направлений. Самолётный «Аргус» компании «Стратолинк» должен нести аппаратуру на высоте до 25 км. Разработчик указывает размах крыла 40 м, полезную нагрузку до 40 кг и расчётную продолжительность полёта до 40 суток. Это параметры проекта; подтверждённой работы серийной сети с такими характеристиками пока нет.


У «Барража» проверен радиоканал, у «Аргуса» заявлены возможности длительного полёта. Следующий практический вопрос один и тот же: удастся ли удерживать связь не только во время отдельного испытания, но и при смене аппаратов на дежурстве?

Кто на каком этапе

• DotOne, Иран: беспилотные воздушные станции, заявленная высота более 20 км; 200 аппаратов пока существуют в плане.
  
• Sceye и SoftBank, США — Япония: дирижабль, около 16,5 км; проверены звонки и интернет на обычных смартфонах, удержание в рабочем районе более недели.
  
• «Барраж», Россия: стратостат, 17 км; испытан 5G-канал с передачей видео более 80 минут.
  
• «Аргус», Россия: самолёт на солнечной энергии, проектная высота до 25 км; заявлено до 40 суток полёта, серийная сеть пока не продемонстрирована.
  

Мурз предлагал начать гораздо ниже

У этой истории есть и земной предшественник. Военный связист Андрей Морозов, известный как Мурз, ещё в ноябре 2022 года добивался выделения двух беспилотников «Орлан» для работы сменными воздушными ретрансляторами. Ему требовались машины без штатной разведывательной нагрузки, чтобы связисты установили собственные радиостанции. Предполагаемая рабочая высота — около 1 км. Один аппарат мог нести дежурство, пока другой готовился к вылету.

Морозов решал конкретную фронтовую задачу: обеспечить устойчивую радиосвязь подразделений там, где наземные ретрансляторы были слишком уязвимы и зависели от рельефа. Об этой системной проблеме «Военное обозрение» писало в статье Самая критическая проблема наших Вооруженных Сил в СВО – связь. Мурзу требовался радиогоризонт над складками местности, а не интернет для смартфонов со стратосферы. Но смысл решения тот же: поднятая в воздух радиостанция достаёт туда, куда наземная не дотягивается.

Морозов умер в феврале 2024 года, не дожив до нынешних испытаний высотных платформ. В его предложении уже присутствовал самый практический элемент большой системы — второй аппарат, готовый сменить первый. Для фронтовой связи такая смена должна происходить без потери управления подразделениями.

Высотный эшелон связи и его пределы

В боевых условиях воздушный ретранслятор способен связать подразделения, разделённые рельефом, принять данные разведывательного БПЛА, временно заменить повреждённый наземный узел. При стихийных бедствиях та же техника пригодится для восстановления связи с населёнными пунктами. Но у военного применения есть цена: высотная станция остаётся целью, а её каналы можно подавить помехами. Поэтому считать нужно не только дальность покрытия, но и резервирование, защищённость управления, время восстановления канала после потери борта.

На мой взгляд, России нужен дополнительный воздушный эшелон между наземными станциями и спутниками. Оценивать его следует по устойчивости к помехам, наличию запасных носителей и способности сети сохранять управление при потере отдельных узлов. Эти качества нельзя определить по высоте полёта или размеру заявленного парка.

Счёт здесь ведут не аппаратами в презентации, а часами, в течение которых абонент даже не замечает смены дежурного борта.