3-й Кавказский корпус на пути стратегического урагана. Часть 2. Костяк армейской группы

Действуя в интересах 3-й армии, 3-й Кавказский армейский корпус должен был выполнить две боевые задачи: содействовать удержанию района Биеч и атаковать на участке Ценжковице - Бобова - чтобы выбить вражеские части, прорвавшиеся на стыке между 9-м и 10-м армейскими корпусами. Такая двойственность задачи, поставленной армейским командованием, уже предопределила неадекватность использования фронтового резерва. Ситуацию усугубило введение корпуса в бой поэшелонно - «пачками». Мощного ударного кулака создать не удалось. Вместе с тем тяжелое положение 10-го армейского корпуса предопределяло необходимость скорейшего введения в бой свежих сил – без такой опоры армии грозила катастрофа.

Материалы германского Рейхсархива сообщают о ходе боев 20-го апреля: «Генерал фон Эммих (генерал пехоты О. фон Эммих – командир 10-го армейского корпуса – А.О.) приказал 11-й баварской и 119-й пехотной дивизиям … продолжить атаку с отвоеванной ими боевой позиции. 20-я пехотная дивизия должна прибыть в момент начала атаки ... Разведка, проведенная утром 3-го мая (т. е. 20-го апреля по старому стилю – А. О.), донесла … что основной рубеж сопротивления (передний край обороны) противника находится южнее р. Ропа … севернее течения р. Любачувка... Генерал фон Франсуа (генерал пехоты Г. фон Франсуа – командир 41-го резервного корпуса - А. О.) планировал продолжать атаку 3 мая и осуществить нажим на правом фланге своего XXXXI резервного корпуса с целью ускорить продвижение в долине Ропа… Под натиском австро-венгерского VI корпуса противник оставил участок Моштеница на рассвете 3-го мая. … Командующий генерал, генерал-лейтенант фон Арц, поэтому полагал, что его корпус может поставить себе более широкую цель, Ольжинка, с этим были согласны верховное командование армии и главное командование соседнего гвардейского корпуса. В полдень … австро-венгерская пехота уже подошла к линии Кржименна (371) - Росембарк….. Даже генерал барон фон Плеттенберг (генерал пехоты К. Ф. фон Плеттенберг – командир Гвардейского корпуса - А. О.) ожидал дальнейшего отступление противника 3 мая и приказал корпусу гвардейцев продолжить преследование… Контратаки противника… потерпели неудачу. Но враг, казалось, был настроен продолжать сопротивление. В полдень 2-я гвардейская дивизия получила приказ атаковать …первая гвардейская пехотная бригада достигла линии Ольжинка-Туховка…
В 12 часов 20 мин. командующий 11-й германской армией отдал следующий приказ: «Завтра предусмотрено преодоление Вислоки в районе Змигрод - Колащице… маршруты движения: корпус Эммиха южнее Змигрод, XXXXI резервный корпус в районе Осик-Дембович, VI армейский корпус Ясло…. 19 пехотная дивизия, армейский резерв, сегодня должна достичь района Туржа – Бискупы – Ржипеник Страсовский».


Германский источник, отмечая после 15-ти часов 30-ти минут «сильный артиллерийский огонь» и «русскую пехоту на сильных позициях», фиксирует: «без надлежащей поддержки артиллерии, нельзя ночью с такой позиции требовать атаки от войск, измотанных тяжелыми переходами по сырым, плохим дорогам; … они остаются на прежних боевых позициях».

К концу дня германцы были задержаны на позициях у р. Ропа: «От противоположного берега Ропа противник эффективно фланкировал высоту восточнее Корчина…. Только планомерно подготовленное наступление с обильным артиллерийским огнем могло иметь успех. Тяжелая артиллерия, учитывая дорожные условия … могла вступить в бой в течение ближайшего дня. До тех пор тяжесть боя … лежала исключительно на плечах полевой артиллерии. На Вислоке и на высоте у Корчина в распоряжении противника были превосходные наблюдательные артиллерийские позиции … атакующая немецкая пехота сильно пострадала от сильного массированного оборонительного огня».

Подполковник Л. фон Роткирх писал об одном из эпизодов этих боев: «…расположенная на позиция Глиник 10 см пушечная батарея обстреливала Биеч, с целью помешать подходу туда резервов. Казалось, что, благодаря обстрелу вершина горы и ее склоны должны были быть совершенно разрушенными и всякая жизнь на них вымершей. Но не так было в действительности: бесчисленное количество русских пулеметов вскоре снова ожило, в то время как артиллерия в виду близости расстояния от наступающей пехоты должна была перенести свой огонь в тыл. Ожесточенный бой продолжался в течение нескольких часов».

Германский источник констатировал: «Контратаки русских в долине Ропа ничего не изменили. К вечеру немецкая пехота штурмовала последние позиции противника. На вершине горы еще раз разыгрался штыковой бой. … Для использования успеха, достигнутого в тяжелой борьбе, сил уже не было».

Г. Келлерман писал, что события 1-й половины дня 20 апреля как будто оправдывали ожидания германского командования. Но положение резко изменилось, как только соединения 11-й армии подошли ко 2-й позиции русских - они встретили не менее упорное, чем накануне, сопротивление, и были вынуждены прибегнуть к помощи артиллерийского огня. Задачей на 21-е апреля являлось: теснить русских, и попытаться овладеть переправами через р. Вислока - ранее, чем русские введут свежие силы.

В 20 часов 20-го апреля командующий русской 3-й армией сообщал вышестоящему командованию, что ночью и сегодня неприятель упорно атаковал, потеснив левый фланг 9-го и центр 10-го корпусов – 9-й отошел на линию Карводржа - Тухов-Рыглице, а 10-й отходил к линии Ольпины – Сипетница – Харилова - Беднарка – выс. Магура. Командарм решил воспользоваться 3-м Кавказским корпусом - и отбросить неприятеля за линию Ольпины - Воля-Цеклинска и на запад - на Ценжковице – Грибов. Приказывалось: 9-му корпусу вместе с приданными войсками, удерживаясь на занимаемых позициях, активно действовать на флангах - с целью отбросить врага за нижний Дунаец, содействуя операции 10-го и 3-го Кавказского корпусов; отряду генерала Володченко (3 пехотных полка, 3 полка 16-й кавалерийской дивизии и 4 полка 3-й Донской дивизии при поддержке 2 конных батарей) действовать на стыке между смежными флангами 9-го и 10-го корпусов, взаимодействуя с ними, и энергично способствовать операции 10-го и 3-го Кавказского корпусов; группе генерала Ирманова (10-й корпус с приданными частями и 3-й Кавказский корпус) должна решительно атаковать противника на фронте Ольпины - Биеч - Воля-Цеклинска, прочно удерживаясь на левом фланге на высоте Магура; 24-му корпусу, активно действуя правым флангом, содействовать удержанию высоты Магура, обеспечив путь Граб - Змигрод; левому флангу 24-го корпуса и остальным корпусам в Карпатах прочно удерживать занимаемые позици. Штабу группы генерала Ирманова быть в Ясло. Штаб армии - в Ясло.

Фактически 3-й Кавказский армейский корпус становился костяком армейской группы (3-й Кавказский армейский, 10-й армейский корпуса и приданные части), призванной решить важнейшую оперативную задачу – стабилизировать ситуацию на фронте 3-й армии, локализовав Горлицкий прорыв. Отряд генерала Володченко должен был, действуя на стыке 9-го и 10-го армейских корпусов, максимально способствовать выполнению возложенной на группу боевой задачи. Эффективность принятого армейским командованием решения значительно снижалась вследствие того, что боевая задача 3-му Кавказскому армейскому корпусу была сформулирована неопределенно: соединению не указаны исходный рубеж и время начала наступления, не организовано взаимодействие уже сражающегося 10-го армейского и только прибывающего 3-го Кавказского армейского корпусов.


Командир 3-го Кавказского армейского корпуса генерал от артиллерии В. А. Ирманов и командующий 21-й пехотной дивизией генерал-майор К. Г. Некрасов среди георгиевских кавалеров 84-го пехотного Ширванского Его Величества полка. Летопись войны 1914 – 15 гг. № 55.

Сосредоточенному удару армии А. Макензена противопоставлялись разрозненные действия корпусов 3-й армии, да еще и вводимых в бой по частям. Если бои 19-го и 20-го апреля поглотили армейский резерв, который был израсходован на вливание в боевые участки сражающихся корпусов первой линии, то 21 – 22-го апреля такая же судьба была уготована фронтовому резерву.

К вечеру 20-го апреля 10-й армейский корпус вел тяжелые бои: противник густыми цепями, при поддержке ураганного огня артиллерии, продолжал наступать, но вновь и вновь, встречаемый винтовочно-пулеметным огнем русской пехоты, отходил, неся большие потери. Особо ожесточенные бои происходили на участках 61-й и 9-й пехотных дивизий. С наступлением темноты корпус отошел на фронт Ольшины - Сипетница - Харилова - Бедварка - высота Maгура.

В 23 часа 35 минут командир 3-го Кавказского армейского корпуса отдал частям своей группы следующий приказ: «1) Ночью с 19 на 20-е и сегодня противник упорно продолжал свои атаки и потеснил левый фланг 9-го корпуса и центр 10-го корпуса, причем первый из них отошел на линию Карводржа, Тухов, Рыглице, а второй к ночи отходит к линии Ольпины, Сипетница, Харклова, высота 319, Беднарка, высота Магура (высота 847); на остальных участках фронта корпуса сохранили свое вчерашнее положение.
2) Командующий армией решил переходом в наступление отбросить противника за линию Ольпины, Воля-Цеклиньска и далее на запад в общем направлении на Ценжковице, Грибов. В мое подчинение переходит 10-й армейский корпус; правее нас к северу от Ольпины действует отряд генерала Володченко, левее, к югу от высоты 847 (Магура), - части 24-го корпуса.

3) Подчиненной мне группе войск 3-го Кавказского армейского корпуса и 10-го армейского корпуса приказываю:
а) Генерал-лейтенанту Протопопову (Н. И. Протопопов – командир 10-го армейского корпуса – А.О.) с частями 31-й, 61-й и 63-й пехотных дивизий с их артиллерией атаковать противника, находящегося перед их фронтом, к северу от шоссе Ясло, Биеч.
б) Генерал-лейтенанту Артемьеву (В. В. Артемьев – начальник 52-й пехотной дивизии - А. О.) с вверенной ему 52-й пехотной дивизией (без 2 батальонов) и с частями 9-й пехотной дивизии, находящимися на участке от р. Ропа до выс. 319, западнее Особница, на рассвете атаковать противника в полосе между линиями: шоссе Ясло, Биеч, дер. Мощеница и выс. 319, Войтова, Либуша, Мшанка. 3-й Кавказский мортирный артиллерийский дивизион остается в распоряжении генерал-лейтенанта Артемьева.
в) Генерал-майору Некрасову (К. Г. Некрасов – командующий 21-й пехотной дивизией - А. О.) с тремя полками вверенной ему дивизии (без 2 батальонов) и частями 9-й и 81-й пехотных дивизий, находящимися на фронте выс. 319, Воля Цеклиньска, выс. 847, на рассвете атаковать противника на фронте выс. 319, Беднарка, прочно удерживая противника на своем левом фланге к югу от Беднарка. 1-й ездящий горный артиллерийский дивизион остается в распоряжении генерал-майора Некрасова.
г) 2 батальонам 21-й пехотной дивизии и 2 батальонам 52-й пехотной дивизии составить мой резерв, стать в дер. Тшиница…
д) 3-му Хоперскому казачьему полку оставаться в Ясло.
4) Штаб вверенной мне группы - в г. Ясло…».

3-й Кавказский корпус на пути стратегического урагана. Часть 2. Костяк армейской группы
Командующий 21-й пехотной дивизией генерал-майор Некрасов К. Г.

21-е апреля – решающий день в сражении у Змигрода.

Именно в этот день на контрнаступление группы генерала Ирманова командование и армии и фронта возлагало повышенные надежды. Так, в записи разговора начальника штаба Юго-Западного фронта генерал-лейтенанта В. М. Драгомирова и генерал-квартирмейстера Штаба Верховного главнокомандующего генерала от инфантерии Ю. Н. Данилова от 21-го апреля есть следующие слова: «…противник давит на нас в значительных силах; сегодня вводится в дело Кавказский корпус, после чего можно будет сказать, насколько там упрочится положение…. Высылаемые и собираемые подкрепления не могут повлиять на исход борьбы к западу от реки Вислоки …. Только участие 3-го Кавказского корпуса, введенного сегодня в дело, выяснит этот вопрос с положительной или отрицательной стороны».

О том, что действия группы генерала Ирманова были решающими, свидетельствуют строки в приказе по 9-му армейскому корпусу в 10 часов 20 минут: «Сегодня 10-й корпус с прибывшими дивизиями 3-го Кавказского корпуса переходит в решительное наступление в направлении Ценжковице, Грибов».

В 11 часов 20 минут командующий 3-й армией отдал приказ, в котором группе генерала Ирманова ставились следующие задачи: «Группе генерала Ирманова прикрывать Ясло, занимая линию вдоль р. Вислоки по левому ее берегу, начиная от переправы дер. Блажкова до селения Самокленски, где войти в тесную связь с правым флангом 24-го корпуса».

В первую половину дня противник наступал в полосе 9-й пехотной дивизии, а после 12 часов 21-я пехотная дивизия 3-го Кавказского корпуса выдвинулась на передовую. 9-я пехотная дивизия при поддержке частей 3-го Кавказского корпуса не только сдержала напор врага, но и совместно с 21-й дивизией перешла в наступление. Первоначально наступление развивалось успешно. Так: «58-й пехотный полк (из состава Сводного корпуса Кнейсля – А.О.) наступал на Дзелец. Полк, сильно страдавший от почти фланкирующего артиллерийского огня из Остра Га, был окружен с северо-востока наступавшей русской пехотой и отброшен назад в юго-западном направлении. Судя по всему, бой был довольно тяжелый…».

Но после введения противником в бой свежих резервов русские части отошли на Дембовец. Тем не менее, ситуация на какое-то время была стабилизирована. Так, оперативный документ от 13-ти часов 20-ти минут сообщал, что если на фронте 31-й и 61-й пехотных дивизий идет упорный бой, и их положение тяжелое, то «На фронте 9-й дивизии и частей приданных ей, противник не наседает».

Вместе с тем, последующий отход 9-й и 21-й пехотных дивизий приводил к образованию разрыва между 10-м и 24-м армейскими корпусами.

Рассчитывала на поддержку кавказцев и 31-я пехотная дивизия. Так, приказ по дивизии в 5 часов 30 минут гласил: «Атаковать противника сегодня на рассвете прямо перед собой, имея ближайшей задачей овладеть вчерашней нашей позицией, затем позавчерашней: и развивать дальше успех в общем направлении левым флангом на 409, 437, а правым - в тесной связи с отрядом генерала Володченко. Левее нас будет наступать 61-я дивизия и свежие части 3-го Кавказского корпуса генерала Ирманова, который руководит всей операцией….».

52-я пехотная дивизия должна была поддержать 61-ю пехотную дивизию 10-го армейского корпуса. Приказ командира 3-го Кавказского армейского корпуса 52-й пехотной дивизии в 13 часов 30 минут предписывал: «… по переходе на левый (северный) берег р. Ропы наступать и атаковать противника в полосе между линией Банчал, Свенцаны, Липье (выс. 425) с севера и с юга - линией Седлиски, Сплетница, Бмнарова, Розембарк, подчинив себе все находящиеся на этом участке части». Дивизия, к вечеру выдвинувшись к Шержипы, приняла на себя отходящие под вражеским натиском части 61-й пехотной дивизии.

Документ фиксирует сложившуюся к 21-му часу на данном боевом участке ситуацию: «…около 7 час. вечера на левом фланге начали наступление части 52 дивизии…Начальник 52-й дивизии около 6 час. вечера прибыл в расположение 61 дивизии и вступил в командование всеми частями, находящимися в бою на участке Свенцаны, Сипетница».


1-я батарея 3-го Кавказского мортирного артиллерийского дивизиона. Негатив № 935. Государственного архива Саратовской области. Из личной коллекции автора.

Л. фон Роткирх писал: «русскому главнокомандованию удалось подвезти для подкрепления значительно уже ослабленной 3-й русской армии сильные подкрепления. Подвезенные по железной дороге до Ясло, она наступали главным образом на центр и левое крыло германской действующей армии, в то время, как идущие походом из Карпатских гор войска ударили на корпус Эммиха. Вскоре удалось установить по вновь прибывшим частям их принадлежность к различным корпусам: так сюда были переброшены части III-го кавказского корпуса, который стоял у Старого Самбора…».

3-я Кавказская казачья дивизия поддерживала действия отряда генерала Володченко. Отряд вел бои с переменным успехом. Так, 2 спешенные сотни 32-го донского казачьего полка вместе с другими спешенными сотнями полков 3-й Донской казачьей дивизии взяли две линии окопов на высоте 507 у д. Сивашева. В 16 часов 30 минут 3-я Кавказская казачья дивизия получила приказ: «Ввиду крайне трудного положения отряда генерала Володченко и категорического требования штаба армии приказываю 3-й Кавказской казачьей дивизии и 70-й пехотной дивизии, начиная от района Тухова, перейти всеми силами в решительное наступление на фронт Тухов - Журава, направляя главный удар на высоту Доброшин - Журава. Исполнение немедленное и бесповоротное».


Начальник 3-й Кавказской казачьей дивизии генерал-лейтенант Хелмицкий П. Л.

Тем не менее, ситуация на участке дивизий, поддержанных частями 3-го Кавказского армейского корпуса, к концу дня сложилась тяжелая.

Так, донесение начальника 61-й пехотной дивизии в 22 часа содержало следующие строки: «После боя войска вверенного мне отряда расположились по линии: северный склон выс. 306, высота между дер. Сшетница и выс. 392, халупы дер. Свенцаны и выс. 370. Другими словами, расположились по дуге, открытая сторона которой обращена к востоку. Опасность этого положения заключается в том, что правый фланг висит на воздухе и может быть легко обойден в прорыв, образовавшийся между отрядом и 31-й пехотной дивизией». Отмечалось, что (примерно) осталось в строю: в Луковском полку - 6 офицеров и 160 нижних чинов, в Седлецком полку 5 офицеров и 150 нижних чинов, в Холмском полку - 5 офицеров и 200 нижних чинов, в Дунайском полку - 4 офицера и 120 нижних чинов, в Красноставском полку - 6 офицеров и 120 нижних чинов и в Ставучанском полку – 1760 нижних чинов. Люди переутомлены до того, что почти спят на ходу. Констатировалось, что если бы 52-я дивизия подошла раньше, всему отряду удалось бы удержаться. Захвачено около 600 пленных. Начдив свидетельствовал о доблести войск, 3 дня бившихся под огнем многочисленной тяжелой артиллерии, наносившим огромные потери. 61-я дивизия, умерев на позиции, свято исполнила приказ командующего армией.

На фронте 9-й пехотной дивизии: «…дивизия с приданными ей частями после упорного боя со значительно превосходящими силами противника понесла громадные потери и ….отходит отдельными группами восточнее и западнее Дембовца на Ясло. Змигродское направление открыто…Число наличных штыков в 9-й пехотной дивизии весьма невелико. Потеряно 6 орудий в упорном штыковом бою и при стрельбе на картечь».

Фактически 3-й Кавказский армейский корпус не только опоздал с контратакой, но и вводился в бой по частям. Л. фон Роткирх писал: «…войсковые части, только что подвезенные по железной дороге или подоспевшие походом, направлялись, в ожесточенный бой без должного руководства и необходимых распоряжений». Материалы австрийского Кригсархива сообщают: «Радко-Дмитриев попытался восстановить положение контратакой кавказского корпуса, командир которого принял командование и над частями 10-го армейского корпуса … корпус прибыл на поле боя слишком поздно (но) частями…одной из двух дивизий, 21-й, удалось задержать наступление …».

Соответственно, кардинального изменения оперативно-тактической обстановки не произошло. Раздвоение усилий корпуса (направление части войск к правому флангу 10-го армейского корпуса) ослабило усилия в районе главной атаки 3-й армии.

Командующий 3-й армией сообщал командованию фронта, что в результате боев этого дня 10-й корпус, 61-я, 63-я и 70-я дивизии и отряд Володченко так расстроены, что подход 3-го Кавказского корпуса послужил лишь для прикрытия их отхода. От вышеупомянутых соединений, после упорного сопротивления, стоившего колоссальных потерь противнику, остались лишь остатки. Многие полки насчитывают лишь несколько сотен штыков. В итоге, для защиты своего западного фронта армия располагает лишь силами не более 5 пехотных дивизий. После прибытия 13-й Сибирской и Сводной – 7 дивизий. Указывая на недостаточность этих сил, командарм просил об усилении западного фронта армии - иначе трудно будет удержаться. В итоге: «… левый фланг группы генерала Ирманова после упорнейших боев оттеснен на линию Змигрод, Дембовец». Сообщалось, что в таком положении удержаться и на линии Домброва, р. Вислока, Змигрод, Мезолаборч нельзя – данная линия может быть лишь промежуточным рубежом перед переходом к следующей линии, находящейся значительно северо-восточнее, примерно Санок, Кросно, Пильзно, Домброва, устье р. Дунаец.

Вместо ожидаемого успеха атаки соединений 3-го Кавказского армейского корпуса, которая могла привести к существенному сдвигу в обстановке, произошла лишь некоторая стабилизация ситуации. Фактически корпус, жертвуя собой в качестве «подпорок» корпусов 3-й армии, дал армейскому командованию время – 1-2 драгоценных дня. Но этим временем нужно было уметь распорядиться.

Продолжение следует...
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

125 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти