Рассказы об оружии. Танк БТ-7А: трижды неудачная попытка

В действительности идея создания БТ-7А была дважды хорошей. Но не без нюансов.




Вообще, уже в середине 30-х годов прошлого века военачальники и инженеры РККА пришли к выводу, что с артиллерийским вооружением танков надо что-то делать. Непосредственным инициатором довооружения выступил небезызвестный нам «стратег» Тухачевский, который и предложил идею вооружения легких танков Т-26 и БТ-7 орудиями калибром 76 мм или динамореактивными пушками Курчевского.

Как известно, пушки Курчевского «не зашли», а вот идея установки более мощного орудия и превращение легкого танка в танк артиллерийской поддержки прижилась.

Рассказы об оружии. Танк БТ-7А: трижды неудачная попытка


И здесь стоит сделать маленькое отступление с экскурсом в историю и стратегию.

Напомню, что в те годы бить врага РККА планировала малой кровью и на его территории. На деле все вышло несколько иначе, но артиллерийские танки планировались именно как танки поддержки наступления. И это станет ясно чуть ниже, когда начнем разбирать саму идею перевооружения.

А идея была такова: установить на БТ-7 новую башню с 76-мм короткоствольным орудием. Почему именно короткоствольным? Все просто: длинноствольных пока не было в обозримом будущем в такой степени готовности «бери и ставь».



Из имевшихся на то время орудий, пригодных для установки на танк, в серийном производстве существовали только КТ-28 и ПС-3.

Но ПС-3 в серию не пошла, поскольку реально была «прыжком через голову». Об этой интересной разработке можно с удовольствием прочитать вот здесь, а мы отталкиваемся от того, что единственным подходящим вариантом оказалась КТ-28.



Почему вдруг потребовался калибр 76-мм, если любой танк того времени спокойно «брали» 45-мм пушки советских танков?

При длине ствола всего в 16,5 калибров, начальная скорость 7-кг осколочно-фугасного снаряда пушки КТ-28 составляла 262 м/с, шрапнельный 6,5-кг снаряд вылетал со скоростью 381 м/с.


Это однозначно не для танков. Ну может, самым легким снаряд с такими характеристиками был опасен. А вот пехота, дзоты, доты, артбатареи, минометные батареи – вот это явные цели для этого орудия.

Более тяжелый снаряд, который однозначно давал больше осколков, чем 45-мм собрат, был реально более целесообразен для использования против вышеперечисленного списка.

Особо подчеркну – именно в наступлении.

Вот так, собственно, КТ-28 получила прописку пусть и в качестве временной меры до появления в серийном производстве более мощных артсистем. Правда, более мощные пушки в 30-е годы так и не появились, и КТ-28 устанавливалась на все тяжелые танки Т-35 и большую часть средних Т-28.

Возвращаемся к БТ-7А.



Первый опытный образец БТ-7А сдали, как было положено в то время, к 1 мая. Второй — к 7 ноября 1934 года.

На этих танках была установлена оригинальная по конструкции башня в форме эллипса со скошенной крышей. В нише башни размещалась укладка барабанного типа на 18 снарядов и (!) радиостанция.

Башня получилась весьма похожей на главную башню Т-28/Т-35, но нет, это совершенно другая разработка.

Справа от пушки размещался пулемет ДТ в шаровой установке. Ещё один ДТ устанавливался в лобовом листе корпуса в качестве курсового.



Машины были отправлены на испытания, которые показали совершенно неудовлетворительные характеристики танков. Боевое отделение оказалось слишком тесным даже для экипажа из трех человек, боезапас в 18 снарядов был явно недостаточным, масса танка существенно увеличилась, соответственно, упала скорость.

Работы были приостановлены, до осени 1934 года. Что произошло? А прошли испытания артиллерийского танка Т-26-4, которые закончились еще большим фиаско. Но по итогам всех испытаний было принято решение установить на БТ-7А второй вариант башни для Т-26 (КТ-26) с пушкой КТ-28.





И внезапно получилось.

Перед установкой на БТ-7 в конструкцию башни внесли несколько изменений, усилив крышу, доработав башенный погон и предусмотрев установку кормового пулемета.



Боекомплект был значительно увеличен и составил 50 выстрелов и 3339 патронов к пулеметам ДТ. Наведение орудия на цель осуществлялось как с помощью телескопического прицела ТОП или перископического прицела ПТ-1.



Танк получил обозначение БТ-7А и в середине октября 1935 г. пошел на испытания.

В целом все получилось: ходовые характеристики остались практически на уровне серийного БТ-7, а огневая мощь увеличилась.

Но к тому времени Т-28 и Т-35 уже пошли в серию, а БТ-7А оказался в роли догоняющего. Только в середине 1937 года была выпущена серия для войсковых испытаний. Однако, танк БТ-7 уже имел к тому времени устоявшуюся репутацию хорошей машины, то и БТ-7А был воспринят в войсках положительно.

На Харьковском паровозостроительном заводе с августа 1937 по январь 1938 года было собрано 155 машин. Военная приёмка приняла 122 танка, так как остальные находились в ожидании орудий КТ-28, выпуск которых прекращался. За весь 1938 год удалось получить только 10 пушек, что довело количество принятых машин до 132.

Судьба остальных невооруженных БТ-7А не совсем понятна. Скорее всего, их переделали в обычные БТ-7, благо, в конструкцию башни была заложена возможность замены 76-мм пушки на 45-мм.

Далее снова начали думать, «что делать?». КТ-28 с производства снята, ПС-3 в серию не пошла. Был вариант с полуавтоматическим танковым орудием Л-10. Пушка была выпущена небольшой серией и ей даже перевооружили какое-то количество танков Т-28.

Был даже поднят вопрос об оснащении этим орудием Т-35, но из-за отсутствия существенных преимуществ перед КТ-28 от этой идеи быстро отказались. Автобронетанковое управление РККА в начале 1938 г. выдало новое задание на разработку танковой пушки.

Так получилось на выходе «новое» орудие Л-11, которое представляло собой все то же Л-10 с увеличенной длиной ствола и усиленным казенником. Соответственно, со всеми же недостатками Л-10.

Пушка в серию не пошла, тем более, что на испытаниях выявились такие дефекты, которые не позволяли безопасно эксплуатировать орудие.

БТ-7А остался без орудия.

Последней попыткой все-таки дать армии танк артиллерийской поддержки стало рассмотрение возможности установки грабинской Ф-32.

Кстати, мог бы получиться вполне себе хороший вариант.

Грабин использовал в своём проекте качающуюся часть дивизионной пушки Ф-22 образца 1936 г. с укороченным стволом. При сравнении Л-11 и Ф-32 выяснилось, что Ф-32 имеет более низкую стоимость, при высокой надежности, скорострельности, и хороших баллистических показателях.

При её производстве использовались недефицитные материалы, а совместимость многих узлов с пушкой Ф-22 позволяло быстро наладить серийное производство Ф-32.



Испытания, проведенные на БТ-7А, полностью подтвердили высокие показатели грабинской пушки. Но…

Увы, но установка Ф-32 все-таки потребовала башни большего размера. Несмотря на сложности с установкой и работой расчета, БТ-7А с пушкой Ф-32 в сентябре 1939 года успешно прошел полный цикл испытаний. Работа орудия была признана полностью удовлетворительной и пушка Ф-32 была рекомендована к установке на советские танки. В том числе, и на БТ-7.

А в январе 1940 года Ф-32 была принята на вооружение.

И БТ-7А снова остался без орудия!

От переоснащения старых танков пушками Ф-32 отказались в пользу реализации на новых танков КВ и Т-34.

И здесь таилась небольшая, но «засада».

Может, не самые лучшие, но уже проверенные, в том числе и боем, БТ-7, Т-26, Т-28 просто взяли, и отправили в отставку. Сделав ставку на новые модели, которые толком еще и не начали к тому моменту выпускать. А когда начали выпускать серийно КВ и Т-34, то эти новые танки естественно, имели полный набор «детских болезней».
И это как бы нормально.

Не нормально было то, что на устранение многочисленных недостатков и полноценное освоение в производстве ушло время, более того, время драгоценное в условиях начавшейся войны.

Можно сказать, что модернизационный потенциал освоенных в производстве и проверенных боями еще в 30-х годах БТ, Т-26 и Т-28 не был использован. И в этом есть смысл. Совершенно напрасно было отбрасывать пусть и не совсем новую технику.

Кстати, вермахт прекрасно продемонстрировал, как надо использовать трофейные танки.

Идея как танка артиллерийской поддержки (реализованная американцами), так и САУ на базе БТ-7 была бы вполне реализуемой и полезной.



Всего-то надо было бы по-хорошему сменить свечную подвеску и «гитары» Кристи на более совершенную, оснастить танк более просторной башней реально под 76-мм пушку, а после усилить бронирование до 40-50 мм. И башенку для командира с приборами наблюдения.

Вкупе с 76-мм пушкой Ф-32 или Ф-34 могла бы получиться весьма полезна машина реальной огневой поддержки. Неважно в принципе, что это было бы, артиллерийский танк, САУ, противотанковая установка, важен факт возможности массового выпуска и последующего наличия в частях.

Понятно, что ничего сделано не было по ряду причин, не научились к началу войны принимать выверенные решения и перевооружать армию без потери боеспособности. Наглядных примеров валом, истории с принятием на вооружение КВ и Т-34 до воспоминаний Покрышкина, как в ВВС заходили МиГи.

Идея поэтапной модернизации только витала в воздухе, а реально этому научила только война.

Говорить о боевом применении БТ-7А сложно, поскольку довольно небольшое количество этих танков было разбросано по всем военным округам.

Очень неплохо БТ-7А показали себя в Зимней войне, то есть, в тех условиях, для которых эти танки разрабатывались. Поддержка наступающей пехоты.

В период с 30 ноября 1939 г. по 13 марта 1940 года шесть артиллерийских танков из состава 1-й лтбр активно использовались для огневой поддержки наступающих танков и пехоты, а также для стрельбы по ДОТам финнов и контрбатарейной борьбы.

Интересно, что все 6 машин в ходе боёв получили боевые повреждения (4 повреждены артиллерией и 2 подорвалось на фугасах), но все они были отремонтированы и вновь возвращены в действующую армию.

На момент начала Великой Отечественной в РККА числилось 117 танков БТ-7А. Понятно, что далеко не все находились в боеспособном состоянии, но тем не менее, танки числились. Точное количество танков БТ-7А, находившихся в приграничных округах накануне войны с Германией, сейчас вряд ли удастся установить.

Не менее сложно найти какие-либо подтверждения об участии танков в боях, и тем более, о результативном участии. Не до статистики было, увы.



Если судить по немецкой хронике, фактически все БТ-7А были потеряны в первые дни войны.

Тактико-технические характеристики



Боевая масса: 13,5 тонн
Экипаж: 3 чел

Длина: 5,6 м
Ширина: 2,2 м
Высота: 2,4 м



Бронирование
лоб корпуса: 20 мм
лоб башни: 15 мм
борт корпуса: 10 мм
корма корпуса: 10 мм
крыша: 10 мм
днище: 6 мм



Вооружение:
Пушка 76-мм с б/к 50 снарядов, 2 х 7,62 мм пулемета ДТ с б/к 3339 патронов



Двигатель: М-17Т, карбюраторный, мощностью 400 л.с.

Запас хода по шоссе:
на гусеницах 250 км
на колесах 500 км

Максимальная скорость по шоссе:
на гусеницах 62 км/ч
на колесах 86 км/ч

Сегодня танк БТ-7А, представленный на фото, можно увидеть в Музее военной техники УГМК в Верхней Пышме.

Источник:
Павлов М. В., Желтов И. Г., Павлов И. В. Танки БТ.
Автор:
Роман Скоморохов
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

50 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.
Уже зарегистрированы? Войти