ВМС Ирана и их возможности противостоять АУГ США

В комментариях к статье, посвященной возможному противостоянию ВВС Ирана и АУГ ВМС США, возглавляемой авианосцем «Авраам Линкольн», неоднократно высказывались претензии, что автор не учел в своих раскладках влияния, которое мог бы оказать иранский флот. Что ж, давайте рассмотрим, что из себя представляют ВМС Ирана.

Подводные силы


ДЭПЛ проекта 877ЭКМ – 3 ед.



В связи с отсутствием сколько-то качественной фото ДЭПЛ ВМС Ирана — отечественный "Дмитров", единственный представитель проекта 877ЭКМ в ВМФ РФ


Основу подводных сил, как, собственно, и ВМС Ирана в целом, составляют три дизельных подводных лодки российской постройки проекта 877ЭКМ. «Tareg», «Noor» и «Yunes» вошли в строй в 1991, 1992 и 1996 гг. соответственно. Интересно, что «Tareg» и «Noor» были заложены в 1991 г.

Напомним их основные ТТХ. Водоизмещение надводное/подводное 2 300 и 3 040 (3 076?) т. соответственно. Скорость хода, надводного и подводного составляет 10 и 17 уз (по другим данным – 19 уз). Дальность хода в подводном положении на аккумуляторах, при скорости 3 узла – 400 миль, под РДП на скорости 7 уз с дополнительным запасом топлива – до 6 000 миль. Рабочая глубина погружения – 240 м, по другим данным — все-таки 250 м, предельная – 300 м. Автономность – 45 суток. Вооружение – 6 носовых 533-мм торпедных аппаратов, 18 торпед или 24 мины.

На что способны эти корабли? Увы, однозначного ответа на этот вопрос дать невозможно.

Безусловно, три технически исправные ДЭПЛ проекта 877ЭКМ с подготовленными экипажами и современными торпедами представляют собой чрезвычайно грозную силу в морском бою. Соотношение малошумности и дальности обнаружения штатным ГАК дает им возможность засечь и атаковать подавляющее большинство боевых кораблей мира, оставаясь при этом необнаруженными до самого начала атаки. По всей видимости, с этой точки зрения лодкам данного проекта на равных могут противостоять разве что наиболее удачные иностранные ДЭПЛ, а превосходят их только АПЛ 4-го поколения.

С другой стороны, можно смело утверждать, что иранские ВМС не получали на вооружение современные российские торпеды. Также крайне сомнительно, что иранские подводные корабли оборудованы сколько-нибудь эффективными ловушками-имитаторами – насколько известно автору, в 90-х годах 20-го века наш флот таковыми просто не располагал, а значит, не мог и продать их Ирану. Все это в значительной мере сокращает боевой потенциал иранских 877ЭКМ.

Но самое главное — к сожалению, нет достоверных данных о техническом состоянии иранских кораблей этого проекта. ДЭПЛ были переданы Ирану в 90-х годах прошлого столетия, их возраст достигает 23, 27 и 28 лет. В то же время неясно, насколько кораблестроительные мощности Ирана в состоянии обеспечивать этим кораблям необходимые виды ремонтов. По некоторым данным, из 3 ДЭПЛ проекта 877ЭКМ по состоянию на 2014 г. исправна только одна, но это может быть и неправдой. Известно лишь, что в 2012 г. Иран успешно завершил капитальный ремонт «Tareg», причем было заменено около 18 тысяч различных компонентов, включая безэховое покрытие, некоторые элементы двигателей, гребные винты и сонары. Сколько времени понадобилось Ирану на осуществление этого ремонта, получили после этого такой же ремонт две остальные ДЭПЛ – увы, неизвестно. Можно предположить, что две других лодки действительно нуждаются в ремонте, а если бы иранцы привели в порядок еще одну или обе, то обязательно раструбили бы о такой победе своего ВПК в СМИ. Возможно, «Noor» и «Yunes» попадают в категорию «ограниченно годные», то есть они, вероятно, способны выйти в море и попытаться решить боевые задачи, но имеют ограничения по техническому состоянию оборудования.

Впрочем, есть и другая точка зрения. В интернет-публикациях попадалось мнение о том, что проблемы с техническим состоянием ДЭПЛ проекта 877ЭКМ возникли в начале 2000-х, а к 2011 г были успешно преодолены. На чем базируется такая уверенность, совершенно неясно.

И, наконец, вызывает большие вопросы профессионализм иранских подводников. Современная подводная война – это очень сложный вид боевых действий, а современная подводная лодка – настоящий «гладиатор глубин», способный драться даже с превосходящими силами противника в самых непростых условиях. Но — лишь при условии высокой квалификации его командира и экипажа, и не совсем понятно, откуда эта квалификация могла бы взяться у моряков Ирана.

Таким образом, оценка боевого потенциала ДЭПЛ проекта 877ЭКМ иранских ВМС крайне затруднена. Безусловно, 3 корабля этого типа, с квалифицированными экипажами способны, при определенной толике удачи, причинить колоссальный вред ВМС США, вплоть до выведения из строя (и даже страшно сказать – уничтожения) авианосца «Авраам Линкольн». Но нет никакой уверенности в том, что у Ирана таких лодок три, а не одна и что иранские моряки обладают достаточным умением для эффективного применения столь сложной системы оружия.

ДЭПЛ проекта «Ghadir» (или «AL Ghadir») – 19 + 4 ед.




Данные о ТТХ этих субмарин весьма отрывочны. Их водоизмещение по всей видимости может достигать 120 т., надводная скорость – до 11 уз., а вооружение составляют 2*533-мм торпедных аппарата.

Собственно говоря, чрезвычайно сложно рассуждать об этих ДЭПЛ как о боевых кораблях. Первый же взгляд на них вызывает единственный вопрос: как вообще Иран докатился до жизни такой? А ларчик открывается просто – после того, как Российская Федерация по многочисленным просьбам наших американских друзей (ну, мы же друзья, правда?) прекратила поставки ДЭПЛ Ирану, ему пришлось как-то выкручиваться, при том что западные технологии были для него недоступны. По некоторым данным, Иран, здраво оценив свои кораблестроительные возможности, вынужден был перенимать опыт такой «продвинутой» в военно-морских технологиях стране, каковой является КНДР.

Иран вел торговые операции с Северной Кореей, но в какой-то момент у последней не оказалось денег для того, чтобы оплатить свои долги. Тогда руководство КНДР предложило в оплату долга 4 мини-субмарины типа Yogo, имеющих всего 90 т. водоизмещения и 2*533-мм торпедных аппарата, а также технологии их изготовления. Иран согласился. В дальнейшем, в дополнение к 4 полученным лодкам, иранцы построили еще 19 аналогичных кораблей проекта «Ghadir». Последние отличались от своих северокорейских прототипов несколько увеличенным водоизмещением, использованием иранских комплектующих, что могло привести к значительным изменениям конструкции. Однако крайне сомнительно, чтобы все эти изменения могли сколько-то всерьез повысить боевой потенциал данного типа субмарин.

ДЭПЛ проекта «Nahang» – 2 ед.



Это второй тип ДЭПЛ производства Ирана. ТТХ корабля таковы – водоизмещение надводное/подводное 350/400 т., скорость неизвестна, а вооружена она… Вот тут есть небольшая загадка. Есть мнение, что основной задачей для лодок данного типа является обеспечение действия иранского спецназа, а торпедное вооружение носит вспомогательный характер и представляет собой внешние контейнеры, прикрепляющиеся к корпусу лодки. Таким образом, вероятнее всего, данный тип лодок предназначен не для морского боя, а для спецопераций.

ДЭПЛ проекта «Fateh» – 1 ед

ВМС Ирана и их возможности противостоять АУГ США


Третий тип иранских ПЛ, и первая лодка Ирана, действительно напоминающая боевой корабль. Водоизмещение надводное/подводное 527/593 т, скорость надводного/подводного хода 11 и 14 уз., глубина погружения – до 200-250 м, автономность – до 35 сут. Вооружение – 4*533-мм торпедных аппарата, боекомплект – 6 торпед или 8 мин.

«Fateh» представляет собой попытку Ирана создать полноценный боевой подводный корабль для решения всего спектра задач, ставящихся перед ДЭПЛ. На «Fateh» в носовой части корпуса установлен ГАК собственной разработки – в то же время отмечается, что, в связи с общим уровнем иранской науки вряд ли он намного превосходит уровень советских и американских подводных лодок 60-х годов. Если вообще превосходит этот уровень. И то же, вероятно, следует сказать о малошумности лодки.

Также на вооружении ВМС Ирана имеется одна лодка непонятного для автора типа «Al-Sabehat». Достоверно лишь то, что она также относится к классу мини-субмарин, а возможно, что не «мини», а «микро» — в некоторых источниках указывается водоизмещение чуть больше 10 тонн!

Что до вооружения иранских ПЛ, то тут все весьма интересно. Известно, что Иран освоил производство минимум двух 533-мм торпед и такого же количества 334-мм торпед. Что до 533-мм боеприпасов, то не исключено, что иранские боеприпасы являются аналогом советской противолодочной торпеды ТЭСТ-71 или ее более «продвинутой» модификации ТЭСТ-71МЭ-НК, способной применяться также и по надводным кораблям.



Безусловно, на сегодняшний день это устаревший боеприпас, снятый с вооружения ВМФ РФ, но все же ТЭСТ-71 представляет собой телеуправляемую торпеду с дальностью хода до 20 км, и в умелых руках все еще может представлять немалую опасность.

Вторым типом 533-мм торпеды может быть аналог 53-65КЭ – простого, дешевого, но достаточно эффективного боеприпаса.



Эта торпеда не имеет телеуправления, а наводится на цель посредством акустической ГСН, способной наводиться по кильватерному следу корабля-цели и предназначена для поражения надводных кораблей. Ее скорость достигает 45 уз, дальность хода – 18-22 км.

А еще очень похоже, что Иран сумел освоить выпуск аналога отечественной «суперторпеды» «Шквал». Отечественный боеприпас этого типа движется со скоростью 202,5 уз. (375 км/ч) на расстояние 7-13 километров в зависимости от модификации. Иранцы в 2014 г. сообщили, что на вооружении кораблей их ВМС имеется торпеда со скоростью 320 км/час. Очевидно, что подобные технологии за пределами возможностей Ирана, и, скорее всего, они просто воспроизвели экспортный вариант нашей «суперторпеды» «Шквал-Э».

Интересно, что ряд источников утверждает о способности иранских ПЛ применять ПКР С-802. Подтвердить или опровергнуть данный тезис автор не может.

Надводные корабли


Фрегаты типа «Alvand» — 3 ед.



Водоизмещение стандартное – 1 100 т, скорость хода – 39 уз, вооружение2*2 ПКР С-802, 1*3 ЗУР «Си Кэт» (боекомплект 10 ЗУР), 1*114-мм, 1*2 35-мм и 3*1 20-мм автомата «Эрликон», 2*1 12,7-мм пулемета, 305-мм бомбомет «Лимбо».

По мнению автора статьи, название «фрегат» этими кораблями совершенно не заслужено, так как по сути они представляют собой быстроходные корветы, чьи боевые качества значительно снижаются отсутствием палубного вертолета. Которого, с другой стороны, было бы весьма затруднительно «посадить» на корабль всего лишь в 1 000 т водоизмещением.

Из вооружения стоит отметить только 4 китайских ПКР С-802 с дальностью стрельбы до 120 км. Что до ПВО, то ЗРК «Си Кэт» показал себя совершенно бестолковым средством во время Фолклендского конфликта. Из 80 выпущенных ракет – одно возможное попадание, и ведь англичане воевали не против ВВС первоклассной державы, а всего лишь против аргентинской авиации с ее свободнопадающими бомбами. Про «Эрликоны», понятное дело, и говорить не приходится, пожалуй, лучшее средство ПВО – это 114-мм пушка, которая, впрочем, также никак не зарекомендовала себя при Фолклендах. Противолодочное вооружение недостаточно даже по меркам Второй мировой войны.

Корветы типа «Moudge» — 2 ед.



Стандартное водоизмещение – 1 420-1 500 т., максимальная скорость – 30 уз. Вооружение – 4 ПКР С-802 (точнее, его иранской копии), 2 пусковых установки ЗУР Mehrab (копия SM-1), 2х3 324-мм торпедных аппарата, 76-мм АУ Fajr 27 (копия итальянской Oto Melara 76/62 Compact), 40-мм АУ Fath (копия Bofors L/70) и 2 легкие одноствольные 23-мм установки, вертолет.

Вообще говоря, правильнее было бы назвать серию этих кораблей типом «Jamaran», по именованию головного корвета. Представляют собой проект, созданный на основе построенных в Англии фрегатов типа «Alvand». Впрочем, иранцы весьма творчески переработали последний – заметно усиление ПВО и ПЛО корабля, и в целом корветы типа «Moudge» представляют собой вполне сбалансированные и качественные боевые корабли. Один из них возглавляет Каспийскую флотилию.

Ракетные катера типа «Kaman» — 10 ед.



Водоизмещение стандартное/полное – 249/275 т., максимальная скорость – 34,5 уз., дальность хода – 700 миль на 33 уз. или 2 300 миль на 15 уз. вооружение 2*2 ПКР С-802, 1*1 76-мм «ОТО Мелара», 1*1 40-мм «Бофорс».

Катера, построенные во Франции по проекту «La Combattante II» в 1975-78 гг. Первоначально вооружались ПКР «Гарпун», уже в Иране перевооружены на С-802.

Ракетные катера типа «Sina» — 4 ед



Иранская копия типа «Kaman», скорость увеличена до 36 уз., на некоторых кораблях количество ПУ ПКР сокращено до двух. Все они служат в Каспийском море.

Ракетные катера типа «Hudong» — 10 ед.



Водоизмещение стандартное/полное 175/205 т, скорость 35 уз., вооружение 4*1 ПКР С-802 2*2 30-мм АК-230, 1*2 23-мм автомат. Приобретены Ираном в Китае.

Ракетные катера на воздушной подушке ВН7 «Веллингтон» — 4 ед



Вес – 60 т, скорость – до 58 уз., вооружение – 2*2 ПКР С-802., приобретены в Великобритании.

Малые патрульные и ракетные катера представляют собой чрезвычайно пестрое сборище различных катеров, водоизмещением от 14 до 98 т., в которые умудрились затесаться даже некоторое количество экранопланов и катеров на воздушной подушке. Данные об этих корабликах крайне противоречивы и недостоверны: достаточно указать, что некоторые источники на полном серьезе утверждают, что патрульные экранопланы «Bavar-2»



Способны нести противокорабельные ракеты С-802!

Попытавшись собрать воедино разрозненные данные, автор приходит к выводу, что на вооружении Ирана имеются как минимум 18 водоизмещающих корабликов, несущих ПКР, причем, вероятнее всего, все они вооружаются C-701 Kowsar, вес которой составляет 105 кг, дальность полета – 15 км, скорость – 0,85М, вес боевой части – 29 кг. ПКР оснащена телевизионной ГСН.



При этом 10 катеров из вышеуказанных несут также и 2 324-мм торпеды. Кроме этого имеется 9 катеров, вооруженных РСЗО, 48 артиллерийских катеров, вооруженных 40-50-мм артиллерией и пулеметами, а также 10 торпедных катеров, вооруженных парой 533-мм торпед. Также имеются 92 патрульных экраноплана, не имеющих вооружения, и 3 «ныряющих» катера, вооруженных 324-мм торпедами и способных погружаться под воду перед атакой.



На самом деле, данные о москитном флоте Ирана крайне противоречивы. Дополнительную путаницу вносит то, что, помимо ВМС Ирана собственные боевые катера имеет КСИР (Корпус Стражей Исламской Революции), в результате чего очень легко упустить какие-то катера, или же наоборот, посчитать их дважды. Так, например, есть сведения, что, помимо всего вышесказанного, флот Ирана располагает также 74 малыми катерами «Peykaap», имеющих водоизмещение менее 15 т и вооруженных 2 ПКР C-701 Kowsar и 2 324-мм торпедами. Не все катера находятся в боеспособном состоянии.

Кроме всего вышесказанного, ВМС Ирана располагают четырьмя танкодесантными кораблями "Хенган" английской постройки, тремя десантными кораблями "Иран Хормуз-24"; тремя малыми десантными "Иран Хормуз-21", двумя малыми десантными "Фоук" (MIG-S-3700), а также шестью десантными катерами на воздушной подушке "Веллингтон" (ВН-7) и "Юнис-6" (все выделены в резерв флота). Минно-тральные силы представлены тремя тральщиками, а также вспомогательными судами. Вспомогательный флот насчитывает 7 танкеров, 6 судов снабжения, 12 вспомогательных и 1 учебное судно.

Морская авиация




Патрульный самолет F-27


Включает в себя:
1. 19 самолетов, в том числе: Do-228 – 5 ед., P-3F "Орион" -3 ед., "Фалкон" 20Е – 3 ед., "Рокуэл Турбо Командер" – 4 ед., F-27 "Френдшип" – 4 ед.;

2. 30 вертолетов: RH-53D "Си Стэльен" – 3 ед., SH-3D "Си Кинг" – 10 ед., АВ-212 – 10 ед., АВ-205А – 5 ед., АВ-206В "Джет Рэйнджер" – 2 ед.

Береговая оборона


Имеются две бригады, вооруженных пусковыми установок ПКР Н Y-2 "Силкуорм" (CSSC-3 "Сирикер"), каждая из которых имеет на вооружении четыре ПУ (от 100 до 300 ракет)



и такое же количество бригад, вооруженных ПУ ПКР С-802 (всего от 60 до 100 ракет).

Итак, мы перечислили списочный состав ВМС Ирана. Но на что они на самом деле способны?

Задачи, которые ставит Иран перед своими ВМС


Как и любое уважающее себя государство, Иран имеет военную доктрину, согласно которой ВМС вменяется в обязанность решение следующих задач:

1. Завоевание господства в акватории Персидского и Оманского заливов и Каспийского моря путем уничтожения кораблей и авиации противника и нарушения его коммуникаций;

2. Оборона территориальных вод и морского побережья Ирана, в том числе важных административно-политических центров юга страны, экономических районов, нефтепромыслов, военно-морских баз, портов и островов;

3. Поддержка сухопутных и военно-воздушных сил на приморских направлениях;

4. Проведение морских десантных операций и борьба с морскими десантами противника;

5. Ведение непрерывной разведки на море.

Таким образом, мы видим, что Иран даже концептуально не замахивается на господство в Аравийском море, здесь все его «амбиции» ограничиваются лишь обороной побережья. Но вот в Персидском и Оманском заливах Иран желает господствовать. Насколько это реально?

Опыт войны с Ираком 1980-1988 гг. и знаменитая «танкерная война» показали, что в борьбе с арабскими странами основной упор будет делаться не на действиях «флот против флота», а на прерывание транспортных коммуникаций неприятеля. За все 8 лет противостояния иранские ВМС потеряли только 5 из имевшихся у него 132 кораблей и катеров, Ирак – 16 из 94. А вот в результате борьбы с судоходством на некоторое время движение танкеров в Персидском заливе было фактически парализовано.

В целом, пожалуй, можно говорить, что именно опыт «танкерной войны» определил стратегию развития ВМС Ирана. Не забираясь глубоко в анализ военных лет отметим, что противокорабельные ракеты показали ограниченную эффективность – танкеры были слишком велики, чтобы потопить их одним или несколькими сравнительно легкими ПКР. Подрыв на минах тоже не всегда приводил большой танкер к гибели, но все же подводное оружие оказалось более грозным. Кроме того, минная угроза оказалась более весомой, чем возможные атаки ракетных или артиллерийских катеров – когда Иран приступил к минным постановкам, до прибытия минно-тральных сил судоходство было фактически парализовано.

В результате Иран уделил очень много внимания торпедному оружию. Ведь что, по сути своей, представляют собой те же ПЛ типа «Ghadir»? Даже ПЛ типа «Малютка» времен Второй мировой войны и то обладали вдвое, или почти вдвое большим водоизмещением, а ведь они зарекомендовали себя как очень ограниченно боеспособные корабли. ПО всей видимости, основным средством наблюдения для «Ghadir» является перископ, хотя возможно допустить наличие какой-то примитивной гидроакустической системы, едва ли на уровне ПЛ все той же Второй мировой войны. Иными словами, «Ghadir» — это не средство морского боя, а, по сути, передвижная минная банка, задача которой – дойти до одного из транспортных коридоров Персидского или Оманского заливов и там ожидать появления танкеров. Обнаружив, погрузиться и произвести торпедную атаку.

Что же до надводных сил Ирана, то они также имеют ярко выраженный «москитный» характер: исключая из расчета корабли Каспийской флотилии ВМС Ирана имеют 4 корвета (три из которых по ошибке названы фрегатами) и 20 торпедных катеров, 10 из которых имеют возраст свыше 40 лет, а еще 10 по конструкции являются старыми добрыми советскими РКА проекта 205. Этого, в общем, достаточно для противодействия флоту любой арабской державы, особенно с учетом поддержки многочисленной авиации Ирана.

Вся прочая «мелочь» водоизмещением до 100 т также представляет собой ярко выраженное «антитанкерное» средство, малопригодное в морском бою. Интересно массовое возрождение в иранских ВМС столь прочно забытого класса кораблей, каковым является торпедный катер. Такие катера никак не могут противостоять современным боевым кораблям, но весьма полезны в деле уничтожения гражданского судоходства. И то же касается береговых ракетных комплексов – максимальная дальность С-802 в 120 км делает их весьма грозным оружием воспрещения судоходства – не будем забывать, что Ормузский пролив в самой узкой части имеет всего 54 км и может простреливаться иранскими наземными комплексами насквозь. Также подобные ПКР весьма полезны в отражении атак вражеских легких сил на военно-морские базы и иные важные объекты иранского побережья. Но при всем при этом их дальности совершенно недостаточно для противодействия современным боевым кораблям, желающим, например, обстрелять территорию Ирана дальнобойными крылатыми ракетами.

Могут ли представлять ВМС Ирана опасность для американской АУГ?


На этот вопрос следует дать однозначный ответ – да, могут. Но здесь есть нюансы.

Степень опасности, которую может создать для АУГ иранский флот, напрямую зависит от того, насколько разумно будет действовать американский адмирал. Если он, еще до начала военных действий, поведет свои корабли вглубь Оманского, или, что еще хуже, Персидского залива, то там, пользуясь отсутствием боевых действий, иранский флот сможет контролировать перемещение АУГ, развернуть собственные, пускай слабые и технически несовершенные, но многочисленные силы, расставить минные заграждения и «Ghadir» на возможных путях следования американских кораблей. И нанести сосредоточенный удар в самом начале боевых действий, всеми силами флота и ВМС – подобный удар, пожалуй, способен будет при удаче сокрушить не только АУГ, но и АУС, то есть соединение из двух АУГ.



Но если американский адмирал не полезет в мышеловку заливов, а начнет боевые действия, находясь в Аравийском море, то противостоять его кораблям там смогут только подводные лодки проекта 877ЭКМ и, возможно, одна ДЭПЛ «Fateh», хотя возможности последней автор никому не рекомендовал бы переоценивать.

Так вот, на самом деле угроза, которую для АУГ могут создать 3 наших экспортных «Палтуса», очень велика. Вспомним, что в том же Фолклендском конфликте эскадра англичан, составленная, по сути, из противолодочных кораблей, не смогла воспрепятствовать действиям одной-единственной ДЭПЛ Аргентины «Сан-Луис» и последняя минимум дважды выходила в атаку на британские корабли – причем после первой ее обнаружили и преследовали фрегатами и вертолетами, но ничего не добились, а во втором случае даже не обнаружили факт атаки.

Но нужно понимать, что степень этой угрозы прямо пропорциональна техническому состоянию иранских ДЭПЛ проекта 877ЭКМ и качеству подготовки его экипажей. Увы, и в том и в другом имеются обоснованные сомнения.

В то же время, если американцам удастся нейтрализовать угрозу ДЭПЛ, то дальнейший штурм заливов для их авианосных сил не будет составлять большого труда. И Оманский, и Персидский заливы не глубоководны, и все мини-подлодки Ирана легко обнаружить при помощи аппаратуры, имеющейся на вертолетах-тральщиках ВМС США – а затем уничтожить. И то же касается москитного флота – у американцев не будет сложностей, чтобы отследить его в местах базирования и на боевом патрулировании, если они не будут испытывать цейтнота по времени. Иными словами, если американцы не ринутся сломя голову в Персидский залив, а начнут планомерную осаду-уничтожение иранских ВМС, то за несколько суток они сведут его к пренебрежимо-малой величине. А там можно уже будет входить в заливы.

Также нужно понимать, что иранская морская авиация, по сути, является только патрульной и противолодочной, ни истребителей, ни ударных самолетов в ней не числится. А материальная часть и уровень подготовки пилотов истребителей ВВС не позволит иранцам противостоять американским пилотам в воздухе. Когда автор изучал возможности иранских ВВС, он отводил иранским истребителям роль «жертвенной пешки». Противостоять палубной авиации она не может, но создает угрозу, на которую нельзя не реагировать, и отвлечет на себя истребители ВМС США, прокладывая таким образом дорогу иранским самолетам-ракетоносцам. Соответственно, не стоит питать надежд на то, что иранские ВВС сумеют прикрыть свой «москитный» флот от ударов с воздуха даже в том случае, если они сосредоточатся на решении этой задачи. А у иранских ВВС в случае начала военных действий будет множество других задач.
Ctrl Enter

Заметили ошЫбку Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter

89 комментариев
Информация
Уважаемый читатель, чтобы оставлять комментарии к публикации, необходимо зарегистрироваться.

Уже зарегистрированы? Войти