«Адские санкции» - почему Трамп отложил новые пошлины
Миллион долларов — столько американская компания заплатила китайскому заводу за оборудование. Сделка как сделка, таких тысячи. Но если к моменту, когда товар встанет на таможне, действует дополнительная пошлина в 100%, импортёру нужно найти ещё миллион. Не за оборудование — за право его ввезти.
Поводом для надбавки стали бы закупки российской нефти Китаем. Виновато не оборудование, а нефть.
16 октября Дональд Трамп подписал указ: установил новые ставки для стран — крупнейших покупателей российского сырья, а затем освободил от их применения. Порядок именно такой — сначала ввести, потом не применять. Меня в этой истории интересуют американские компании с уже заключёнными контрактами. Их расходы могли вырасти. Не выросли, но могли, и этот зазор стоит разобрать.
Что происходит на таможне
Предположим, китайский продавец соглашается снизить цену миллиона на 15%. Товар обойдётся в 850 тысяч, ещё столько же составит дополнительная стопроцентная пошлина. Итого 1,7 миллиона — и это до расходов на доставку. Скидка в 15% пошлину в 100% не компенсирует, она её только подслащивает. Фирма попробует повысить отпускную цену или сократить заказ. А работающему производству детали всё равно нужны.
В феврале Федеральный резервный банк Нью-Йорка опубликовал исследование пошлин 2025 года. В январе–августе на американских импортёров и потребителей приходилось 94% тарифного бремени, в ноябре — 86%. Экономисты оценивали изменение стоимости товаров на стадии ввоза; что происходит с этими затратами дальше, на пути к розничной цене, зависит от торговой наценки и условий продажи — единой цифры тут нет. Но основную нагрузку принимали американские компании.
По статистике Управления торгового представителя США (USTR), импорт товаров из Китая за 2025 год составил 308,7 млрд долларов, из Индии — 103,8 млрд. Оборудование, комплектующие, готовая продукция. Всё то, от чего зависят американские производства и торговля.
Электроника — самый наглядный пример: производитель переносит финальную сборку из Китая в Индию, но часть компонентов продолжает получать от китайских заводов. Пусть теперь и китайские, и индийские товары подпадают под новую пошлину — цены придётся пересматривать на нескольких этапах сразу.
Про эту схему я писал летом почти теми же словами и повторяю не из лени: без неё не видно главного — тариф бьёт по одной и той же цепочке дважды, на входе и на выходе, и перестановка сборки из одной подсанкционной страны в другую ничего не экономит.
Сентябрьский закон и октябрьский указ
18 сентября Трамп подписал закон № 119-111, названный в память о сенаторе Линдси Грэме, умершем 11 июля 2026 года. Закон предусматривает дополнительные ограничения против российских банков, энергетики и инвестиций. В статьях 112 и 113 прописаны импортные пошлины: до 500% на товары из России и до 100% на товары стран, продолжающих определённые закупки российской нефти и газа либо содействующих обходу нефтяных санкций.
Здесь стоит условиться о словах, потому что дальше они понадобятся по отдельности. Пошлина — это платёж, который импортёр перечисляет таможне. Тариф — ставка этого платежа, прописанная в законе и указе. Одно без другого не существует: ставка может быть объявлена, а платёж — не взиматься, и именно это произошло в октябре.
Страны для вторичных пошлин определяют по объёму закупок за предыдущие двенадцать месяцев. Под ставку могут попасть пять крупнейших покупателей российской нефти или газа, совершивших новые закупки с 18 октября, а также пять государств, ведущих по содействию обходу нефтяных санкций. Для части покупателей газа предусмотрено исключение — при небольшой доле импорта и сокращении закупок.
Сам указ 16 октября устроен любопытно. Во втором разделе вводятся предусмотренные законом ставки, в четвёртом президент освобождает соответствующие товары от новых пошлин. Статья 115 разрешает такие исключения в национальных интересах США; обоснование Белый дом направил в Конгресс, письменно, как того требует процедура.
17 октября госсекретарь Марко Рубио сказал журналистам, что для оценки экономических последствий потребуется до 60 дней. Никакого автоматического возвращения пошлин через два месяца указ не предусматривает. Согласно разделу 4(d), освобождения сохраняются до следующего решения президента или госсекретаря после необходимых консультаций. Иными словами, шестьдесят дней — это срок анализа, а не срок действия льготы.
Об истории законопроекта и праве президента на исключения «Военное обозрение» подробно писало летом. Теперь перед Белым домом уже действующий закон, принятый обеими палатами Конгресса.
Нефть: скидка, фрахт, чистые поступления
Китайские и индийские НПЗ используют российскую нефть. При резком сокращении закупок им потребуются другие сорта сырья. России придётся искать новые направления сбыта — возможно, через посредников и с увеличением расстояния перевозок.
Дисконт обсуждают до отправки танкера. Покупатель учитывает риск вторичных санкций; судовладелец считает продолжительность рейса и доступность портов, страховщик — вероятность задержки и повреждения судна. Посредники тоже берут плату. Сколько в итоге останется российскому экспортёру, можно оценивать только вместе с дисконтом и всеми расходами на доставку. Я бы здесь смотрел на чистые поступления, а уже потом на число экспортированных баррелей. Хотя и чистые поступления — величина договорная: скидку запишут в одну графу, фрахт в другую.
По октябрьскому прогнозу Управления энергетической информации США (EIA), средняя цена Brent в сентябре достигла 114 долларов за баррель, увеличившись за месяц на 23 доллара. Нефть дорожала после атак на инфраструктуру и танкеры на Ближнем Востоке. После повреждения саудовского нефтепровода Восток — Запад, выводящего нефть к Красному морю в обход Ормузского пролива, 15 сентября Brent поднималась до 131 доллара.
15 октября Reuters сообщило, что в Вашингтоне рассматривают смягчение ограничений для некоторых танкеров так называемого теневого флота. Расчёт состоял в увеличении числа судов, пригодных для разрешённых нефтяных перевозок, и снижении расходов на фрахт.
А теперь — к тому, что делает всю конструкцию трудноисполнимой. Закон считает покупателей по странам и по объёмам, то есть предполагает, что виновного можно назвать по имени. Евросоюз показывает, почему это плохо работает. Европейские правительства требуют продолжать санкционное давление на российскую энергетику, но часть компаний ещё исполняет старые газовые контракты — и газ приходит.
9 октября немецкая организация Urgewald опубликовала анализ данных Kpler о поставках с проекта «Ямал СПГ». За январь–сентябрь в порты стран ЕС пришли 167 партий общим объёмом 12,18 млн тонн. Их оценочная валовая стоимость составила 7,88 млрд евро. Это данные по одному проекту, но порядок величин они показывают.
Регламент ЕС 2026/261 устанавливает прекращение импорта СПГ по старым долгосрочным договорам с 1 января 2027 года. Для трубопроводного газа по аналогичным контрактам указан срок 30 сентября 2027 года; при подтверждённом риске недостаточного заполнения подземных хранилищ отдельному государству срок может быть продлён до 1 ноября. Краткосрочные договоры начали подпадать под запрет ещё весной и летом 2026 года.
Получается развилка, которую закон обойти не умеет. Либо Вашингтон применяет пошлину к союзнику, который сам собирается отказаться от этих поставок через год с небольшим, — и платит за это американский импортёр европейских товаров. Либо делает исключение — и тогда критерий «крупнейший покупатель» перестаёт быть критерием и становится предметом переговоров. Третьего варианта в тексте закона нет, и, судя по указу, Белый дом выбрал второе, не называя этого вслух.
Счёт пока не предъявлен
Решение Трампа вызвало возражения американских законодателей, включая республиканцев. Сторонники закона рассчитывали уменьшить доходы России и усложнить расчёты за её энергетический экспорт. Президент сослался на национальные интересы США.
Санкции, действовавшие до принятия закона Грэма, сохраняются на своих правовых основаниях: ограничения для банков, отдельных российских предприятий и судов продолжают применяться. По новому закону часть основных мер пока освобождена от исполнения — какая именно часть, из указа в общем виде не следует, и это отдельная претензия к документу, написанному так, чтобы его можно было не исполнять.
Статья 115 позволяет президенту вернуться к вопросу об освобождениях без нового голосования в Конгресса; в октябрьском указе часть соответствующих полномочий делегирована госсекретарю — тому самому, который 17 октября просил у журналистов 60 дней.
Вернусь к компании из первого абзаца. Её контракт на миллион долларов остался в силе, таможня не потребовала второй миллион, производство не встало. Ничего не произошло — но произошло это не потому, что механизм не работает, а потому, что его решили не включать. Ставка объявлена, платёж не выставлен, и следующее решение по нему зависит от одного человека и одного срока, который он сам себе назначил.
Информация